Звездные войны: Реван возрожденный

В каюте мандалорской наемницы на борту «Рассветного Орла» царил полумрак. Единственным источником света служил фонарь, закрепленный над небольшим верстаком, которым девушка пользовалась для того, чтобы поддерживать свое оружие и броню в рабочем состоянии. Номад знала свое оружие едва ли не лучше, чем собственную родословную, а за броней ухаживала, как за любимым питомцем. В мыслях девушки на мгновение появилось сравнение с заботой о ребенке, но та быстро отмела его как совершенно неподходящее… и раздосадованно выдохнула, поймав себя на несвойственной ей мысли. Откуда она знала, что такое забота о ребенке? Не просто абстрактном понятии родительской любви, а искренних переживаниях за собственное дитя? Откуда это знание о тяготах и счастье жизни родителя? Она молода, у нее никогда не было детей… детство в Доминации, с ее традициями, дисциплиной и жестким воспитанием в семье и академии, не способствовали формированию сентиментальных впечатлений о заботе над подрастающим поколением. Не говоря уже о жизни «найденыша» среди мандалорцев. Клан на первом месте… но клан — не семья. Так откуда? Тира не в первый раз замечала за собой действия, поступки и даже мысли, что ей совсем не подходили. Чуждые знания и привычки… но почему-то такие близкие, что их не так легко распознать. Будто впечатления от чего-то давно забытого, но родного… И все началось в тот злополучный день на Коррибане. День, когда она стала кем-то еще… — Нет, не стала… — вслух поправила себя Тира. Она чувствовала присутствие того, другого сознания и могла его успешно сдерживать, не подпуская к управлению телом или к собственным мыслям. Но иногда что-то все же просачивалось… Вот и сейчас Номад смотрела на деактивированный световой посох, что лежал на верстаке, и понимала, как его разобрать, какие детали использовались при сборке, что можно доработать и что улучшить… Хотя в тонкости джедайского оружия никогда не вникала. Здесь же почти помнила, как горстка деталей висела перед ней в воздухе, удерживаемая Силой, как шаг за шагом она собирала свое будущее оружие, заковывая желтый кайбер-кристалл в металлическую оболочку, что станет длинным эфесом посоха. Не её… С самого рождения Тира была вынуждена бороться за свое будущее. Сначала в Доминации, затем среди мандалорцев… И, не смотря на все усилия, ничего не поменялось. Вновь борьба, вновь ставка — будущее. Только в этот раз враг не подстерегал ее снаружи… он затаился внутри. Это назойливое ощущение чужого взгляда из-за твоего плеча… — Ты меня слышишь? — прошептала мандалорка в пустоту. Но ответа не последовало. Да и кому было ей отвечать, когда в каюте никого, кроме Тиры, не было? Или был? Вопрос был адресован той, что уже почти десять дней назад спасла ей жизнь на Коррибане, а затем заставила испытать самый жуткий страх в своей жизни — остаться узницей в собственном теле, утратив над ним контроль. Поначалу та, другая, имени которой Номад называть не хотела, опасаясь, хоть это и было каким-то суеверным и глупым страхом, тем самым дать ей больше сил, предпринимала по несколько попыток взять тело Тиры под контроль в день. Но уже на третий день все изменилось. Этот момент совпал с попыткой Ревана дать мандалорке возможность пообщаться со своей «попутчицей» в ходе медитации. Опыт, который повторять не хотелось… Очередная попытка «другой» вырваться переросла в ментальное противостояние, в котором Тира почти сразу начала проигрывать. Но на ее стороне был факт того, что тело изначально принадлежало ей. Попытка отодвинуть сознание Номад на второй план едва не привело к гибели оболочки, что успел предотвратить наставник. И после этого подселенка вдруг затаилась, словно бы отгородившись от Тиры каким-то барьером. Больше не было попыток отнять у наемницы контроль… но в тоже время стали проявляться несвойственные Номад мысли и желания. Откуда-то проявлялись знания, которых девушка никогда не получала… а навыки обращения с непривычным ранее световым посохом вдруг вышли на уровень, до которого были годы тренировок. Дурой Тира не была и связь между странностями уловила сразу. Но чего ждать дальше, она не знала. Как далеко может зайти этот странный обмен? Да и обмен ли это? Вдруг «гостья» постепенно «переписывает» сознание Номад, подготавливая почву для внезапного и в этот раз уже смертельного для разума наемницы удара? И к наставнику за советом идти было нельзя. В этой ситуации доверять ему Тира не спешила. Все же «другая» была ему дорога… очень дорога. И факт того, что та вернулась в мир живых, пусть и таким извращенным образом, не мог оставить его равнодушным. И Номад это уже заметила. Взгляд, которым Реван смотрел на нее. Еще десять дней назад наемница бы многое отдала за то, чтобы наставник смотрел на нее таким взглядом… но эта забота и любовь, что исходили от него, предназначались не ей. Каждый раз он искал в ней черты «гостьи». Жаждал увидеть вместо Тиры… Бастилу. Наемница ощутила, как что-то «шевельнулось» на краю сознания. Будто эхо на грани слышимости, повторяющее столь раздражающее имя, которое она не хотела произносить даже мысленно… А ведь у Тиры с Реваном все начинало налаживаться. Да, он все еще сопротивлялся ее напору, отказываясь принимать чувства молодой мандалорки, но Тира была готова подождать и постепенно заставить эту «крепость» капитулировать. И что-то даже удавалось. Маленькие победы, вторжения в личное пространство, уроки наедине… И все пошло насмарку! Но Тира не собиралась сдаваться. Не могла себе позволить отступиться! Она добьется своего! Обязательно! Но сначала нужно было решить «внутренние» проблемы. Обучение у Ревана должно продолжаться, а значит, придется медитировать. И «соседка» не должна этому мешать. Что ж, мандалорцы и джедаи иногда вступали в кратковременные союзы… почему бы не попробовать подобный подход и сейчас? Взяв в руки посох, Тира устроилась на своей постели, усевшись в удобную позу для медитаций, что ей показывал Реван. Собрав всю волю и решимость, Номад глубоко вдохнула и произнесла: «Бастила». Сознание будто рухнуло во тьму и унеслось куда-то прочь. Окружающие звуки пропали, как и каюта наемницы… как и корабль. Тира ощутила себя плывущей в невесомости среди мириад звезд, чей блеск начал проявляться повсюду, формируя привычный мандалорке вид бескрайнего космоса. Ощущения разительно отличались от простой медитации, что пугало наемницу. Однако та сама решилась на этот опасный шаг и потому старалась держать себя в руках… хоть и не до конца осознавала, что происходит. Вернее, совершенно не понимала происходящего… Чужое присутствие проявилось постепенно. Номад начала ощущать, как возведенный ее «соседкой» барьер истончается и постепенно исчезает, возвращая чувство тревоги от чужого взгляда за спиной. Оборачиваться не пришлось, из темноты проступили очертания полупрозрачной фигуры, которую Тира узнала по голограмме, что как-то заметила в каюте Ревана. Бастила Шан… Опаснейший соперник для Номад, причем не только в борьбе за тело, но и в войне за сердце ее избранника. — Приветствую тебя, Тира Номад. Не ожидала, что ты так быстро решишь позвать меня, — первой заговорила Шан. В холодном голосе давно покинувшей мир живых женщины звучало удивление, смешанное с толикой надменности, однако ни следа угрозы или злости, коих Тира подспудно ожидала. — У нас с тобой есть общая проблема, которую нужно решить, — уверенно произнесла Номад. — И о какой же проблеме идет речь? О том, что по стечению обстоятельств мы делим одну оболочку? Или же о твоих чувствах к моему мужу? — с легкой, но немного печальной улыбкой ответила Шан. Наемница скрипнула зубами, уловив нотки снисхождения в словах собеседницы. В отношении Ревана у Бастилы было преимущество перед Тирой, и Шан этим пользовалась. При этом выражение лица ее выдавало скорее печаль и усталость вперемешку со странной заботой… Как если бы умудренная опытом мать направляла запутавшуюся в своих чувствах дочь… Номад даже встряхнула головой, чтобы прогнать эту ассоциацию. Ей неоткуда было взяться. Ничего ее не связывало с давно погибшей джедайкой… с этой джедайкой, по крайней мере. О своем очень дальнем родстве с Аррен Кай Тира не забывала. — Тело в первую очередь, — заявила Номад. Бастила кивнула и выпрямилась, заведя руки за спину и вздернув подбородок, живо напомнив своей позой сразу нескольких дипломатов, выступление которых Тира как-то видела в голонете. «Хоть статую из нее ваяй и в коридорах Сената выставляй», — усмехнулась в своих мыслях наемница. Повисшую на мгновение тишину прорезал тихий смех Бастилы. — Со статуей меня еще не сравнивали, — пояснила она причину своего веселья для собеседницы… чем повергла Тиру в шок. — Ты читаешь мои мысли?! — прошипела мандалорка, пряча страх за гневом. — Мне не нужно их читать. Я слышу их так же, как ты слышишь мои. Мы сейчас ближе, чем кто-либо, поскольку, по сути, являемся одним целым. Два сознания связанных в одном теле, с одним мозгом на двоих. И не успевшая по-настоящему возмутиться Тира вдруг осознала, что Шан говорила правду. Наемница и впрямь знала, о чем сейчас думает собеседница. Чувствовала ее эмоции и настроение… мысли и желания. И это было странно… Совершенно не то, на что рассчитывала Номад, готовясь к этому разговору. — Ты не хочешь брать контроль… — пораженно выдохнула Тира. Шан покачала головой. — Не совсем так. Я не хочу его отбирать силой. Твое тело — это твое тело. Я здесь лишь гостья, которую не приглашали… да и само существование которой идет вразрез с законами мироздания, — поправила собеседницу Бастила. Не такого ответа ожидала наемница. Она думала, что Шан так же горит желанием вырваться на свободу и вновь ощутить себя живой. Вернуться в мир! Воссоединиться с Реваном, наконец! — Но… почему? — не понимала собеседницу Номад. Бастила грустно усмехнулась. — Я уже прожила свой век, и жила полной жизнью. У меня были приключения, переживания… любовь и семья, пусть и на очень краткий срок. Я ушла в Силу почти без сожалений, потому и не стала искать способов задержаться в мире в виде призрака. — Но ты пыталась вырваться тогда, когда я впервые попробовала помедитировать после… инцидента на Коррибане! — напомнила Тира случай, когда явственно ощутила борьбу за контроль над телом, а затем и противоборство уже в Силе, из-за чего Реван был вынужден вмешаться. Тогда, по словам наставника, она могла умереть. Из-за этого происшествия даже тренировки пришлось отложить, а сам Реван стал избегать свою ученицу. Номад понимала, что он это делал для того, чтобы лишний раз не провоцировать противостояние двух личностей… но все равно это было… обидно. Больно ощущать себя брошенной. — Я прошу прощения за тот случай… Равно как и за несколько аналогичных в первые дни нашего… вынужденного сосуществования, — чуть склонив голову, произнесла Шан. — Прощения? — переспросила Тира. — Я не смогла сдержаться. Шок от осознания себя живой, схватка с ситхом, а затем и встреча с давно пропавшим возлюбленным… все это слишком сильно меня ошарашило. Эмоции взяли верх, и я снова ощутила себя той Бастилой, что будто бы лишь несколько мгновений назад стояла с Реваном на балконе нашей квартиры на Корусанте. Еще до рождения Ванера… до ухода моего мужа на очередное сражение… с которого он уже не вернулся, — проговорила Шан, чья поза в ходе ее речи становилась все более расслабленной. Тира не знала, что на это ответить. Какая-то часть ее прекрасно понимала собеседницу… но другая часть ощущала острые уколы гнева и ревности. — Я и сейчас все еще не могу разобраться в том, кто же я теперь. Бастила Шан, выдернутая из забвения ритуалом? Осколок ее сознания, что не слился с Силой до конца, а потому отозвался на зов, посуливший встречу с родным человеком? Или же и вовсе искусственная сущность, созданная из потоков Силы и наделенная чертами той, что давно должна была раствориться в Вечности? Номад молчала, не прерывая собеседницу даже случайным вздохом… тем более, что и дышать в этом пространстве, как оказалось, вовсе не обязательно. — Я не чувствую себя… целой. Многое не помню и путаюсь в том, что есть в памяти. Будто во мне соединили сразу несколько версий моей личности, вырванные из разных периодов моей жизни… Наивная девочка, пришедшая в Храм, что обозлена на свою мать и никак не может порвать связей с отцом. Самоуверенная ученица, отвергающая предложение присоединиться к несогласным с решениями Совета в отношении Мандалорских войн. Падаван, ощутившая свою беспомощность в бою с Дартом Реваном на мостике его флагмана… а затем спасшая ему жизнь. Узница на Тарисе, узница на Левиафане, пленница Малака… Тира на мгновение ощутила леденящий холод, от которого даже свет звезд вокруг вдруг начал меркнуть. — Жена и мать, потерявшая… частицу сердца. Наставница… Все так смешалось. Даже сейчас, полностью принимая свое положение, я чувствую, как та Бастила, что вернулась с Реваном после разрушения Звездной Кузницы, рвется на волю. Потому и воздвигла барьер, что должен был оградить тебя, дитя. — Не вышло, — покачала головой Тира, вспоминая о причине, по которой она вообще затеяла этот разговор. — Да, не вышло, — согласилась Шан. — Почему я знаю то, чего не должна? Откуда эти навыки? От тебя? — прямо спросила Номад. — Да. От той части меня, что рвется на свободу. И кое-что от более зрелой части меня, чтобы тебе было проще защитить себя. — Насколько глубоко это влияние? Может ли так статься, что однажды во мне будет больше твоего опыта, чем моего собственного? Ты сама говорила, что прожила долгую жизнь, тогда как я… лишь в начале своего пути. Как я могу быть уверена, что ты не займешь однажды мое место? — стараясь держать себя в руках, произнесла Тира. Причудливый коктейль из страха, гнева и ревности заставлял голос дрожать. — Никак, — ответила Шан. — Что? — Ты не можешь быть в этом уверена. Никто не может. Даже я. — Но… — Более того, я не знаю, к чему приведет наше слишком долгое или активное взаимодействие. Одна заменит другую? Мы утратим наши различия, перемешавшись настолько, что сольемся в единый разум? Или же просто обе погибнем? Я не знаю, что будет дальше, — добавила Бастила. Эти слова ничуть не успокаивали, да и не должны были. Тира и сама все это знала и понимала. Вполне возможно, что призрак Шан лишь озвучил собственные мысли и переживания Номад. Будущее пугало… и манило. — Я не могу сидеть и ждать, — покачала головой Номад. — Я знаю, — согласно кивнула Бастила. — Мне нужно продолжать тренировки… — Наемница попыталась скрыть за деловым тоном промелькнувшие в её сознании мысли. Не вышло. — И тебе нужен Реван, — закончила за собеседницу Бастила. Отрицать это было бессмысленно. — Да. Но хочу, чтобы он выбрал меня сам. Именно меня, а не память о тебе, что так отчаянно пытается разглядеть во мне. Я вижу его взгляд… хочу чтобы он так смотрел на меня… — Но для этого он должен отпустить меня… — понимающе отозвалась Шан. — Да. — Ты хочешь, чтобы я убедила его оставить прошлое в прошлом? Тира уверенно кивнула. Бастила прикрыла глаза, будто что-то обдумывая и принимая решение. Ей не нужно было ничего говорить, ведь, как и упоминала джедайка в начале их разговора, их мысли были едины. Шан скривилась, словно от боли, и прикрыла лицо руками. Номад эхом уловила те муки, что вдруг охватили собеседницу. — Я не смогу отпустить его… — прошептала Бастила. — Как и я, — ответила ей Тира. — Я хочу быть с ним… — Как и я… — Но я не хочу отнимать твою жизнь… Я не могу пожертвовать кем-то в угоду своих страстей. И Ревану такая цена не понравится, — несмотря на стекающие по полупрозрачному лицу призрачные слезы, ровным тоном произнесла Бастила. — Значит, борьба продолжится… но по-честному, — заявила Номад. Шан уловила ее настроение и намерения. — Выбор он сделает сам, — согласно кивнула она. — Нам нужно определиться с тем, как мы будем взаимодействовать… — И поговорить с Реваном… — Да, и это тоже, — согласилась Тира. Разговор предстоял не из легких… и явно грозил занять не один час.

***

Тем временем Реван настороженно следил за странными возмущениями в Силе, что почему-то внушали чувство тревоги, смешанное с надеждой на что-то хорошее. Странное ощущение. Непонятное чувство отвлекало его от занятий с его самыми молодыми учениками, которые просто пылали энтузиазмом. Нечасто им выпадал шанс позаниматься втроем. Но сейчас, пока корабль шел в гипере к Корусанту, время появилось, и тратить его впустую Реван не собирался. Энакин неплохо подтянул базу во владении световым мечом, уже почти ни в чем не уступая своей партнерше по спаррингу. И это учитывая тот факт, что Рина уже не первый год проходила обучение в Храме, тогда как Скайуокер взял в руки клинок всего несколько месяцев назад. Ода’Бар была все еще чуть быстрее Энакина, но тот с каждым днем сокращал разрыв, что замечала и забрачка, сильнее налегая на тренировки. Их зародившаяся дружба, укрепленная совместно пережитыми неприятностями из-за инцидента с «Обсидианом», лишь подстегивала дух соперничества, что положительно влияло на успехи обоих учеников. Реван помогал советами и корректировал тренировки, едва выпадала свободная минута. Такого уровня вовлеченности наставника в процесс обучения пока хватало. Все же шло укрепление базы общих знаний, что девочка получила в Храме, а Энакин из предоставленных ему Реваном записей, скопированных в Архивах Ордена или же взятых из старых датакронов, что обнаружились на «Обсидиане». Что-то Реван даже лично написал, основываясь на собственном опыте обучения. Но скоро этого уже будет не хватать. Падаван должен развиваться через взаимодействие с наставником, впитывая его мудрость и постепенно вливаясь в «реальный мир» за пределами тепличных условий Храма или Академии. Многие на памяти Ревана период адаптации проходили очень тяжело. Особенно в те времена, когда в галактике бушевали войны. В Ордене учат тому, что мир полон опасностей и несправедливости, и джедай должен быть готов с ними встретиться, чтобы стать защитником мира. Но говорить об ужасах работорговли или упадке миров, где процветает торговля психотропными веществами, — это одно. А вот увидеть все своими глазами… Задачей наставника в такие моменты было сдержать благородные порывы ученика и научить того контролировать себя, дабы удержаться от чрезмерно эмоциональной реакции и, как следствие, погружения в притягательный и безопасный на вид омут Темной Стороны. Ничего же не случится от капельки праведного гнева? Да только погасить вспышку последующей ярости самостоятельно может и не получиться. Но сейчас период мира… относительного, но все же. Крупных конфликтов, что затрагивали бы больше нескольких миров, не наблюдается. Но это ненадолго. Затишье перед бурей. — Учитель, — обратился к наставнику Скайуокер, когда очередной раунд учебного поединка с Риной завершился в пользу забрачки. Ода’Бар удивила даже Ревана, умело использовав тракатту, что позволило ей пройти защиту Энакина и нанести тому удар в грудь тренировочным мечом. А ведь Реван всего пару раз показал этот прием ученикам… Скайоукер его так пока и не освоил, да и рано ему еще было переходить к таким техникам, а вот Рина, похоже, тренировалась самостоятельно. Но даже так… Талант. Пусть это всего один прием из самых простых, что входили в состав достаточно обширного искусства тракаты. Просто отключить на мгновение клинок перед столкновением с выставленном в блоке лезвием соперника — тоже требует определенного навыка. — Да, Энакин? — приготовился слушать вопрос ученика Реван. — В чем недостатки светового меча перед классическим металлическим? Вы говорили, что они есть, когда я начинал свои тренировки, — спросил паренек. Похоже, поражение, вкупе с ухмылкой подруги, его сильно уязвило. — Хм, если смотреть именно в плане удобства при фехтовании, то лишь необходимость преодоления определенного сопротивления из-за гироскопического эффекта плазменной петли. Но это легко нивелируется при помощи Силы. В более широком понимании, включая боевое применение, то очевидным недостатком можно считать необходимость подзарядки батареи. Пусть энергия тратится лишь в моменты, когда петля прерывается препятствием, если, к примеру, меч что-то режет, но потери есть. Металлический клинок же всегда готов к бою, даже если и не заточен. — Но поединки на мечах не длятся так долго, чтобы энергоячейка успела разрядиться. Да и заменить ее, если оставить доступ, будет делом пары секунд, — заметила Рина. — Пара секунд в бою — это вечность, — пафосно выдал Энакин, стараясь скопировать менторский тон Ревана. Ода’Бар не удержалась от смешка. — Тут юный «магистр» Скайуокер прав, — с улыбкой кивнул наставник и потрепал паренька по волосам. Энакин расплылся в улыбке в ответ на похвалу учителя. — И не стоит забывать, что бой — это далеко не всегда поединок. Противников может быть много, вы можете оказаться отрезаны от снабжения и помощи. Поверьте, многочасовые сражения — это реальность любого крупного конфликта. Так что всегда рассчитывайте свои силы и примечайте пути отхода, укрытия для передышки и все в вашем окружении, что может облегчить бой для вас и затруднить его для противника. Оба ученика энергично закивали, внимая словам наставника. — Возвращаясь же к типу оружия и затяжным боям, у светового наблюдается еще один недостаток, связанный с лезвием. Кто может сказать, какой? — спросил Реван. Несколько мгновений ученики напряженно думали, явно прикидывая варианты. — Возможно, то, что лезвие светового меча оставляет ожоги, а не порезы? — предположила Рина. — Верно. Световым мечом невозможно нанести кровоточащую рану, поскольку плазма клинка мгновенно прижигает ранение. И здесь есть преимущество в скоротечных поединках, поскольку болевой шок от ожога куда сильнее бьет по нервной системе, нежели порез. Легкого касания будет достаточно, чтобы противник сбился с шага, изменил направление удара, а то и вовсе выронил оружие. Порез же, особенно очень острым лезвием, не сразу и почувствуешь. — И в затяжном поединке кровоточащие раны помогают ослабить противника, так? — догадался о следующей части ответа Энакин. — Именно так. Несколько, казалось бы, неопасных ран в начале схватки могут обернуться поражением уже через полчаса. Особенно когда постоянное движение не дает ранам закрыться, — добавил наставник. — Откуда такие познания? — удивилась Рина, взглянув на Скайуокера. — На арене у Джаббы часто шли бои между рабами или животными. Уотто пару раз брал меня с собой в качестве механика, когда на бой против раба выставляли дроидов, — ответил паренек, немного сморщившись от отвращения под конец. Воспоминания явно были не из приятных. — Ужасно… — прошептала Ода’Бар. — Для миров Дальнего Рубежа, пространства Хаттов и еще многих регионов такая жестокость давно стала нормой. Вам еще только предстоит это понять, но лучше готовиться заранее. И часть этой подготовки состоит в умении защитить себя и тех, кто будет нуждаться в вашей защите. Так что еще раунд. — Реван хлопнул учеников по плечам и развернул к очерченному на полу отсека кругу. С выражением задумчивости на лицах падаваны встали в разученные стойки, чтобы мгновением позже вновь скрестить клинки. Реван был рад тому, что ученики не стеснялись задавать правильные и интересные вопросы. Да и его слова они не пропускали мимо ушей, стараясь воспринять через призму собственного небогатого опыта, что в будущем, возможно, поможет им не сломаться. И похоже, момент, когда Ревану придется гораздо плотнее взяться за обучение, наступит совсем скоро. Тренировка молодняка, впрочем, не мешала ему обдумывать предстоящую встречу. А обдумать было что. Мол вновь вышел на связь и сообщил, что нашел одно из убежищ своего бывшего наставника. След, что привел забрака к цели, был оставлен столь явно, что сомнений в том, что это ловушка, не оставалось. Однако такую ловушку в понимании ситхов можно было расценивать и как приглашение. Мол попытался проследить ниточку дальше, к организаторам ловушки, но наткнулся на препятствие. И препятствие это было вооружено световым мечом. Схватки в тот раз не случилось, но послание для Ревана через Мола передали на словах. Сидиус хотел встречи… и у ситха появился новый ученик. По оценкам Мола, бывший джедай. Имеет хорошую базу Ордена, но почти не обучен техникам сокрытия, что отметает версию о новом ассассине. Скорее, быстрая замена, чтобы было кого с сообщениями отправлять. Но факт приглашения был налицо. И Реван даже догадывался, с чем это может быть связано. Помимо «небольшого путча» на Мандалоре и укрепления влияния Набу на рынке плазмы при поддержке Серенно и Алдераана, что уже привело в движение застоявшиеся экономические механизмы Республики, еще и Торговая Федерация получила очередной щелчок по носу, потеряв несколько кораблей. На Корусанте и в секторах Среднего кольца все большую известность приобретает компания «Кузница Звезд», образовавшаяся после слияния вроде бы не такой заметной транспортной сети «Обсидиан» и «Мандал Моторс». А тут еще на Коррибане кое-кто проводит темный ритуал. Ситхи такое мимо не пропустят. Вопрос лишь в том, какую роль в последнем событии сыграл Сидиус? Знал, участвовал? Или же лишь уловил последствия? Что ж, лучше все выяснить лично. Да и в целом проверить дела на Корусанте не повредит. Тем более Энакин уже давно просит устроить ему встречу с матерью. И раз уж выдалась возможность, наставник позволил ученику предупредить мать о предстоящем визите. Заодно и под присмотром побудет, пока Реван будет на встрече. Бывший джедай не собирался рвать связи паренька с родной кровью, как было принято в Храме. Шми Скайуокер оставалась еще одним якорем для мальчика, что позволит вытащить его, соскользни тот во Тьму глубже необходимого. Или же наоборот… Время покажет.

***

Полет занял еще почти сутки, что позволило лучше подготовиться к возможным неприятностям и дало время Молу провести более тщательную разведку. Митра все еще плавала в бакте, восстанавливая силы и приводя изувеченное тело в порядок, так что на ее поддержку рассчитывать не приходилось. Сюрпризом для Ревана стал еще и отказ Тиры покидать каюту. Наемница сослалась на необходимость разобраться в себе и решить назревшую проблему с тренировками и попросила дать ей время побыть одной. Настаивать Реван не стал. Тем более, что для прикрытия сейчас хватит и Мола с «Когтями». НК выделялся в охрану Энакину и Рине на время визита паренька к матери, чему дроид-убийца не сильно обрадовался. В доках, принадлежавших транспортной компании «Когтей», куда и совершил посадку «Орел», Ревана и его команду встретили Мол и смутно знакомый протокольный дроид. — Повелитель, — поприветствовал своего наставника забрак, согнувшись в поклоне. — Мол, — ответил Реван. — Трипио! — воскликнул неожиданно Энакин и подскочил к протокольнику. — Создатель! — радостно отозвался дроид, чем вызвал странный звук, похожий на фырк, со стороны НК. Протокольник оказался тем самым дроидом, которого Энакин собирал на Татуине. При последней встрече, если память не подводила Ревана, тот был еще не до конца собран. Да и в последний визит в квартиру Шми перед отправкой на Набу Реван этого дроида не видел. Видимо, на Корусант он прибыл вместе с вещами парнишки, после чего его уже здесь привели в рабочее состояние. В целом с тем стартовым капиталом, что Реван выделил для матери своего ученика, когда организовал для нее жилье на столичной планете, нанять специалиста по дроидам труда не составит. Наскоро распрощавшись с падаванами, поспешившими в сопровождении С3-P0 и НК-47 покинуть доки, Реван запросил у Мола подробный доклад о ситуации. — Мы согласовали место встречи, Повелитель, — сообщил забрак. — Где и когда? — сухо осведомился Реван. — Сегодня за час до полуночи на нижних уровнях. Дом на границе владений «Кровавых когтей» и территории, подконтрольной «Корпусу Юстиции». — Корпусу? На нижних уровнях? — удивился Реван, вполне неплохо представляющий масштабы беззакония, что творятся под сверкающими лоском кварталами столицы. — Формально да. На практике же никто ни одного патруля в этом районе не видел уже многие годы. Однако что-то сдерживает преступность и не дает местным бандам разгуляться, создавая видимость порядка. Так что кто-то регион все же держит под контролем, но не афиширует этого, — добавил Мол. — Значит, почти нейтральная территория? — Насколько это возможно. С вашего позволения, я привлек «Когтей» к охране места встречи. Лишь снаружи, разумеется, и на случай необходимости прикрыть наш отход. Реван благосклонно кивнул. — Транспорт готов к отлету, — указал на один из спидеров на парковке возле дока забрак. — Отлично. Залетим ненадолго к «Когтям», после чего двинемся к месту встречи.

***

Дежурная «инспекция» ничем примечательным не отметилась в памяти Ревана и была призвана лишь скоротать время перед встречей. Ран Февро с энтузиазмом рассказывал об успехах его организации, разумеется, служащей лишь на благо их благодетелю. На контрасте с ним немногословная Пана Дек отчиталась о ситуации с военной мощью «Когтей» и, соответственно, службы безопасности «Обсидиана»… вернее, теперь уже Корусантского отделения «Кузницы Звезд». Реван помнил, как эта женщина с небольшим флотом кораблей компании помогла с отражением атаки на Мандалор и с интересом выслушал доклад. Ощущался дефицит кораблей. Людей, способных ими управлять, оказалось в избытке, а вот техники у торговой компании пока не хватало. Проблему Реван пообещал решить в скором будущем. За разговорами с «Когтями» незаметно подошло и время встречи, так что, проверив в очередной раз броню и оружие, Реван в сопровождении Мола отправился в условленное место. У входа в здание их уже ждал тот самый новый ученик Сидиуса, о котором Ревана предупредил Мол. Реван, увидев закутанную в черный балахон фигуру, лишь коротко хмыкнул, подавив смешок. Театральщина. Легким воздействием через Силу бывший джедай дуновением ветра заставил капюшон, прикрывавший лицо незнакомца чуть отодвинуться. — Ну, здравствуй, Тал-Нар-Пал, — с усмешкой произнес Реван, узнав ученика Ронара Кима, которого Джинн, по-видимому, все же не добил на Мандалоре. Цереанин зло поправил капюшон и дернул руку к оружию, но резко остановился, будто получил чей-то приказ. Мол уже был готов к бою, но так же замер, повинуясь короткому жесту наставника. — Если не хочешь открывать лица, носи маску, — щелкнув пальцем по защите, прикрывавшей его собственное лицо, посоветовал Реван. Судя по оскалу забрака, он оценил издевку над новым учеником своего бывшего наставника. Сам он никогда лица не прятал, предпочитая скрываться от чужого внимания полностью, а тех, кто все же его заметил, устранять. — Вас ждут, — скрипнув зубами, произнес цереанин. — Веди, — коротко дернул головой в сторону входа в здание Реван. Далеко идти не пришлось. Для переговоров подготовили чью-то уютную столовую, восстановив мебель и даже подготовив небольшой поднос с парой графинов, наполненных вином. — Дружеская встреча за бокалом перед сном? — осведомился Реван, оценив обстановку. Сидиус, а по ощущениям в Силе это был именно он, сидел во главе стола, покручивая в руке один из бокалов, наполненных бордовой жидкостью. — «Набуанский Рассвет» на ночь еще никому не вредил. Да и урожай, собранный тридцать лет назад, был на диво хорош, — отозвался хриплым голосом собеседник. — Увы, в этот раз не оценю, — провел пальцем по краю маски Реван. — Как знаешь, — пожал плечами Сидиус и поднес бокал к непроглядной черноте своего капюшона, чтобы пригубить напиток. Трюк, что открыл лицо его «ученика», в чьем статусе Реван сильно сомневался, с подготовленным одаренным не сработает. Ситх окружал себя Силой, готовый к бою в любой момент, и Реван это прекрасно чувствовал. Да и сам поступал точно также. — Прошу, присаживайся. И могу я опустить формальности и титулы? — обратился к Ревану Сидиус. Тон беседы был странным. Если в прошлый раз собеседник не верил в то, что Реван действительно тот, за кого себя выдает, то в этот раз все было с точностью до наоборот. Он верил в то, что перед ним могущественный одаренный, но не испытывал и толики страха… или же умело его маскировал за столь фамильярным отношением. Было ясно, что он желает вести диалог как с равным, отбросив титулы и своеобразный этикет ситхов, что через боль ему прививал его наставник. Что ж, Реван всегда был против излишних формальностей. Почему бы и не сыграть по таким правилам? — Твое приглашение было неожиданным, учитывая прошлый опыт нашего знакомства, — заняв место напротив собеседника по другую сторону стола, произнес Реван. Мол молчаливой статуей замер за правым плечом наставника. Цереанин зеркально отразил его позицию, встав рядом с Сидиусом. — Все совершают ошибки, — взмахнув рукой, словно отмахивался от назойливой мухи, отозвался ситх. — И все же, в чем причина? И чья это инициатива? Твоя или твоего хозяина? — намеренно сделав акцент на последнем слове, спросил Реван. Собеседник быстро подавил вспыхнувший на мгновение гнев. — Плэгас является одной из причин нашей встречи, но не ее инициатором. Эта постановка фразы уже многое говорила Ревану. Похоже, именно Дарт Плэгас был замешан в событиях на Коррибане. Причем своего ученика он в них не посвящал, что явно обеспокоило последнего. — Ученик становится учителем? — предположил Реван, намекая на то, что Сидиус решил выйти из-под влияния наставника. — Увы, не так, как планировалось, — ответил собеседник. Выходило, что попытка провалилась. Вернее, «учитель» пережил эту попытку и теперь знал о намерении «ученика» сбросить с себя ошейник с поводком. Хорошо знакомая ситуация. — И как это относится ко мне? — поинтересовался Реван. — Мой… наставник решил списать меня со счетов и даже завел себе парочку игрушек среди джедаев, чтобы компенсировать возможные потери, но основной интерес он проявляет к тебе… Реван. — Эта новость устарела, — хмыкнул Реван. — Возможно, но Плэгас так просто от своего не отступится. Поверь, у него достаточно средств и влияния для того, чтобы выловить тебя в любом уголке галактики. И каким бы ты ни был могущественным, всегда найдется средство, чтобы захватить или убить тебя. В словах собеседника была истина, хоть и подавалась она под выгодным ему углом. Убить или схватить действительно можно было любого одаренного. Особенно когда летаешь на фрахтовике, а не на боевом крейсере. Залп тяжелого турболазера, и все — одаренный станет причудливым облаком космической пыли. А уж с экспериментами Плэгаса, уже умудрившегося раз вытащить Ревана из единения с Силой после смерти, то и на покой в посмертии рассчитывать не приходилось. Такого противника не следовало оставлять без внимания. — Это я знаю и без твоего предупреждения. Переходи к той части, где тебе что-то нужно от меня, — спокойно ответил Реван. — Зависит от того, насколько четко ты видишь ситуацию в галактике. — Ты о предстоящей войне? Сидиус кивнул. — Галактический конфликт, что затронет все известные нам регионы вплоть до Дальнего рубежа. — Надо полагать, что в этом и состоял план ситхов, верно? Устроить хаос, сжечь старый порядок в огне войны, а на его месте выстроить новый. Очень старая, но надежная схема, — хмыкнул под конец Реван. — Грубо, но в целом верно. — Исходя из того, что сейчас происходит, Республику планировалось разорвать на части и сосредоточить миры у двух полюсов. Первым, разумеется, станет Корусант и официальная власть Республики во главе с Сенатом и Канцлером. Здесь же поддержка джедаев, которых можно будет закинуть в самое пекло под предлогом защиты демократии, где от отвыкших от крупных войн «рыцарей справедливости» и следа не останется. Вторым же полюсом выступит некое объединение несогласных с политикой Республики. Уже сейчас резко выделяется Торговая Федерация, за которой потянется и Техносоюз, а это даже без участия прочих миров — сильная армия и технологическая база. Знай поставляй ресурсы для штамповки дроидов и кораблей. И их, скорее всего, будут поддерживать уже адепты Темной Стороны. Так сказать, чтобы создать классический образ «средоточия зла» для обывателей и лишний раз подразнить джедаев. Сидиус в ответ на догадки Ревана заинтересованно хмыкнул. — Но у Республики нет армии… «Корпус юстиции» не в счет — они даже пиратов уже не отпугивают. Ополчение быстро не собрать, значит, будет заранее готовиться. Но и так у противоборствующей стороны будет явное преимущество в силах… Хм, если только обе стороны не будут под контролем у одного игрока. Кукловод, что будет дергать за ниточки, подыгрывая то одной, то другой стороне, пока не будут достигнуты настоящие цели всего конфликта. А это, скорее всего, установление власти ситхов и уничтожение Ордена Джедаев. Я верно оцениваю ситуацию? — закончил Реван. — Удивительно точно, учитывая, что вы лишь недавно присоединились к этой партии. Решение выйти с вами на контакт было верным, — отвесил комплимент Сидиус. Грубая попытка манипуляции, выставленная напоказ, дабы расслабить собеседника. — Опустим лесть. Этой встречи бы не состоялось, если бы все шло по плану, верно? Значит, все изменилось? — предположил Реван. Собеседник молчал почти минуту, явно оценивая угрозу от открытой игры и решая, стоит ли вскрывать часть карт уже на этом этапе. Не каждая карта для игры в пазаак могла менять свое значение. Такие стоило приберечь. — Не все, но многое. В частности, воевать теперь предстоит по-честному, — наконец, произнес Сидиус. — И кем же выпала честь командовать тебе? — Сенатом и Республикой. Заведомо проигрышный расклад, если ничего не предпринять уже сейчас. Пусть все еще лишь на этапе подготовки, и, даже форсировав события, Плэгас не сможет быстро развязать полномасштабную войну, но времени на подготовку крайне мало. Не более десятка лет. Да, это вполне реальный срок для сбора сил… — Но не в масштабах галактики, — закончил за собеседника Реван. Бывший генерал и правитель Империи знал на своем опыте, как тяжело выстраивать оборону в условиях нехватки времени и ресурсов. В мирное время особенно. Попробуй убеди Сенат в необходимости действовать, дождись согласования бюджета, отыщи ресурсы для возведения укреплений… Нет, в масштабах планеты — все реально. В масштабах сектора уже трудновыполнимо. Галактика… не в условиях существования Республики и ее демократического строя. Слишком много споров и мало действия. Даже Хатты быстрее среагируют на угрозу, нежели Сенат. А ведь Реван сам собирался собрать собственную армию. И даже начал идти к этой цели путем объединения миров с целью создания коалиции, что станет фундаментом будущей силы. Но десять лет… тут нужно чудо. И чудо существовало… но его требовалось еще отыскать. — И потому я предлагаю союз, — вырвал Ревана из размышлений голос Сидиуса.