"Тайная переписка" или " - Останься со мной навсегда..."

       — Хорошие маленькие девочки не играют в такие игры, как покер, — игриво сказал Агрест, снова закрывая свои очи.        — Это я маленькая?! — начала было возмущаться девушка. — Кто бы говорил.        — Эй, голубки, обсуждаете свою горячую ночь? — сказала подошедшая Алья. — Бросайте это дело и идём играть в «Правду или действие».        — Вот, Дюпен-Ченг, как раз игра для тебя. Иди, развлекаяйся, — Агрест отвернулся к окну. Сейчас ему не хотелось спорить... Не хотелось играть в тупые игры. Ему просто хотелось побыть в одиночестве.        — Ну и сиди здесь один. Я тут с ним сюсюкаюсь, пытаюсь вытянуть из депрессии, развлекаю его играми, как клоун! А он... Тьфу на тебя! — девушка ушла, оставив его наедине со своими мыслями.       В наушниках играл приятный рингтон, хорошо сказываясь на внутреннем состоянии, а по телу разливалось тепло, которое невольно заставляло улыбнуться. Как приятно, расслабившись в мягком кресле, наслаждаться чудесной мелодией. Особенно, когда вокруг тебя почти все погрузились в тишину. И только несколько «стальных» ребят, которые не спали целую ночь и как-то умудряются стоять на ногах, сейчас развлекаются, играя в сложную игру «Правда или действие». В этой игре на «выживание» всегда побеждал самый хитрый, да и сейчас ничего не изменилось...        — Маринетт, правда или действие? — задала первый вопрос Хлоя, пристольно смотря на подругу.        — Правда, — твёрдо сказала девушка, закидывая ногу на ногу.        — Что случилось с тобой?        — В каком смысле? — не поняла Маринетт, вопросительно поднимая бровь.        — Почему ты стала так часто общаться с Адрианом Агрестом? — усмехнулась девушка и тоже закинула ногу на ногу.        — У нас с ним договор. Всё, я ответила на твой вопрос? — раздражалась девушка, отводя взгляд от подруги.        — Какой? — не унималась Хлоя, пытаясь разгадать тайну Агреста и Дюпен-Ченг. Вот, что ей сказать? Что она проиграла в карты бездушному блондину-садисту и теперь вынуждена выполнять все его дурацкие прихоти ещё целых пять дней? Нет, этого нельзя делать...        — Я уже ответила на твой вопрос, — отрезала Маринетт, скрещивая руки на груди.       Так и прошёл этот перелёт. Кто-то спал, кто-то слушал музыку, а кому-то надо было выкручиваться от тупых вопросов одноклассников, которые никак не хотели успокоиться и посидеть на попе ровно.

***

Аэропорт Шарль-де-Голь. Париж. 15:46        — Домой, горилла, — твёрдо сказал Адриан своему водителю, откидываясь на спинку сидения. В ответ водитель лишь что-то пробурчал, чего Агрест совершенно не понял, да и не хотел понимать.       Как же ему не хочется возвращаться в родительский дом... Там так тяжело, что просто невыносимо. Будь его воля, он бы вообще остался в Лос-Анджелессе, но Адриан уже очень давно не волен выбирать сам... А ведь когда-то в доме было тепло, уютно... Туда правда хотелось возвращаться. Хотя бы из-за того, что там была мама... Вот уже год, как её не стало. Вот уже год, как на сердце появилась рана, которую не залатать никакими нитками, даже золотыми.