Roses

      Вечер близился к концу, стрелка часов стремительно двигалась к десяти, а тишина изредка нарушалась звуком приходящего сообщения на телефон Шона:       От Ева: Возьми трубку.       От Ева: Выслушай меня!       От Ева: Я не знаю, что тебе там наговорили, поэтому и хочу поговорить.       Телефон разрывался, но Мендес не слышал, скорее не хотел слышать, поэтому засунул телефон под подушку, чтобы не слышать долгих звонков и частого прихода смс. Последнее, чего ему хотелось, накричать на Еву в порыве злости.       Он сидел на краю кровати, пытаясь понять, почему это происходит с ним. В его голове не укладывалось, как она могла сделать это? Для чего? И почему была с ним и утверждала, что любит? Неужели все полные значимости слова, словно подделка, ничего не стоят?       В голове не укладывалось, и Шон раздражался, издавая гортанный рык и сжимая волосы в кулаке. Он не хочет делить ее ни с кем. Отдать ее кому-то после того, сколько глупостей они натворили, чтобы наконец быть вместе? Нет. Его гложила мысль, что чужие руки обнимали ее маленькое хрупкое тело так же, как и он сам в ее комнате, когда она, глядя в глаза, призналась, что хочет изучать каждый миллиметр его тела. Без капли пошлости. Без капли вранья. С чистыми глазами полными страха и любопытства одновременно. Она же, черт возьми, не могла!       Он не являлся жутким ревнивцем, который лишал бы личного пространства и устраивал скандалы с поводом и без, но мысль о том, что Ева улыбалась не ему, покрывала робкими поцелуями не его тело, щекоча кожу упавшими волосами, вызывала дикую ревность, переходящую в агрессию. Представляя все это, ему хотелось разбивать все, что есть на виду, но он лишь сжимал в кулаках волосы до тех пор, пока не услышал внизу шум, свидетельствующий о приходе родителей. - Миссис Паркер передала твою форму для выпекания, - произнес Шон, равнодушно проходя на кухню, чтобы побыть с родителями и отвлечься. - Кстати о ней, - Мендес не вслушивался, находя интересными новости по телевизору, - Рождество мы отмечаем в компании семьи Паркер. - Что? - он мгновенно отреагировал, пытаясь казаться менее раздраженным, - почему бы не отметить в кругу только нашей семьи? - Они позвали нас, тем более мы часто отмечали праздники вместе. Во-вторых, миссис Паркер хочет одновременно с Рождеством отметить и свой День рождения. Ты имеешь что-то против? - Нет, - произнес парень, уже начиная раздумывать над причиной, по которой останется дома. - Хорошую идею подала Ева, правда же? - проговорил отец, входя на кухню, пытаясь поддержать разговор. - Угу, - промычал Шон, задумываясь о том, для чего ей это, если можно провести такой праздник в компании Райана. Он же крут, лучший в школе. Мысли о нем заставляли сжимать руки в кулаки до такой степени, что ногти резали кожу ладоней.

***

      Стуки в дверь комнаты Евы разбавлялись голосом мамы, которая просила разрешения войти. - Что случилось, милая? - ласково прошептав, миссис Паркер села возле дочери. - Ничего, - отнекивалась девушка, не собираясь рассказывать о происходящем. - Я же вижу. - Оставь меня, пожалуйста.       Она понимала, что так нельзя, однако говорить маме о том, что произошло не собиралась. У них не такие хорошие взаимоотношения из-за всего этого, поэтому ей удастся справиться с этим без чьей-либо помощи. - Ладно, - голос матери заметно поник, - если что я буду на кухне.       Как только дверь закрылась, рыжеволосая подорвалась и встала к зеркалу, оголяя свое плечо. Она чувствовала себя ужасно. Ей стало мерзко от того, что сделал Райан. Но еще хуже было осознание того, что Шон видел это. Ева понимала его целиком и полностью, ведь, увидев метки на его коже, ей бы тоже было невыносимо больно. Когда он целовал Даниэль, ей было тяжело даже поднять глаза, что уж говорить об этом.       Она била ладонями по небольшому комоду, чтобы выпустить гнев. Это было последней каплей, которая позволила сорваться, не обращая внимания на боль, которую приносили удары. Ева обязательно объяснится, обязательно извинится за все, что случилось. Ей невыносимо стыдно за то, что она причинила ему боль.       Ее тошнило от самой себя, осознавая, что к ней грязно приставали. Ей сейчас стало гораздо хуже вспоминать об этом, чем тогда. Она бы справилась с этим сама, но это заставило усомниться в ее преданности, хотя ее вины в этом нет. Ева понимала, что все было преувеличено и накручено. Она подозревала, что та правда была перекроена ложью Кейтлин, ведь кто еще мог поставить в известность Шона?       Ева вздохнула и упала на кровать, пытаясь придумать, что делать дальше. На смс он не отвечал, на звонки тем более. Пятничный бал стоял под вопросом, да и идти на него больше не хотелось. Какой смысл, если нет ни желания, ни Шона рядом? А вот идти и готовить зал, украшать его было нужно и обязательно.

***

      Вечер вторника прошел так же, как и прошлый. Телефон изредка разрывался от приходящих смс. Шон пытался посмотреть фильм, почитать книгу или уснуть, лишь бы подумать о чем-то другом, но бесполезно. Все заканчивалось тем, что смысл книги, суть фильма не улавливались, а сон категорически отказывался приходить, мучительно доводя Мендеса до раздражения.       В школе Шон ходил один, избегая Лили и всех остальных. В столовой сидел один, выпивая давно остывший чай, который уже невозможно было пить. Да он и не пил, просто сделал глоток, а после мешал в чашке сахар, понимая, что тот давно размешан. Но его это не волновало, он убивал время. На уроках так же старался сесть подальше от всех, лишь бы никто не трогал его, иначе это плохо закончится. В итоге единственным произнесенным словом за весь день было только "здесь" во время переклички. - Завтра всем быть в школе. Будем украшать зал для бала.       Мендес цокнул и, сложив на парте руки, положил голову, думая, как бы откосить от этого занятия. Хотя Евы скорее всего там не будет, ведь она так и не выздоровела. Он подорвался к телефону, чтобы по привычке спросить о ее самочувствии, но, увидев на экране ее сообщения, вспомнил, что они поругались. Кинув телефон обратно в рюкзак, Шон попытался сосредоточиться на том, что говорил преподаватель.       А Ева выздоравливала, что несомненно радовало, особенно на фоне того, что произошло вчера. Ее смс так и не были даже прочитаны, что уж говорить о том, ответили ли на них или нет. Она писала Лили, выясняя, как дела в школе и у Шона.       От Лили: он не разговаривает со мной. Что случилось?       От Ева: долгая история, расскажу завтра в школе.       От Лили: так ты придешь? Ну наконец-то, я помираю со скуки.

***

      Утро среды у Евы началось рано. Она плохо спала и встала раньше, чем было нужно, а все из-за осознания того, что встречи с Шоном сегодня не избежать. В животе завязывался узел от волнения, от одной только мысли, что же будет дальше. Кажется, будто они в один миг стали чужими, и их встреча, как первое свидание - ты не знаешь, чего ожидать, поэтому волнуешься так, что не можешь сосредоточиться ни на чем, кроме как думать о том, как начать разговор и не провалиться.       Она старалась привести себя в порядок: скрыть недосып, усталость и красные от слез глаза, но никакая косметика не скроет этого. Улыбка, которую Ева пыталась выдавить перед зеркалом, выглядела неестественно и раздражала еще больше. В итоге она плюнула на безнадежные попытки выглядеть лучше и вышла из комнаты, чтобы позавтракать и подождать Шона возле его дома, чтобы поговорить. Девушка была не уверена, что сможет это сделать, но должна была. Не знала, что говорить и как вообще смотреть ему в глаза, но настойчиво решила, что это нужно сделать.       Ева ждала его уже около десяти минут, но из дома вышла только мама Шона. - Здравствуйте! А Шон дома? - Доброе утро, Ева, - миссис Мендес закрыла дверь и подошла к рыжеволосой с улыбкой на лице, - он уже давно ушел. - Хорошо, - Ева расстроилась, - тогда я пойду, а то опаздываю.       Мягко улыбнувшись, девушка махнула рукой на прощание и побежала, надеясь догнать Мендеса, ну, и не опоздать конечно, иначе директор не одобрит того, что она пришла не вовремя.       Ева добралась до школы, но Шона так и не встретила. Это одновременно расстраивало и радовало, ведь найти подходящих слов ей так и не удалось. Зато ее уже ждала Лили, которая явно была на взводе. - Привет, подруга, - брюнетка заключила ее в свои объятия, - идём, надо говорить.

Flashback

      Шагая в школу под ритмичную музыку, я порой забывалась, что нахожусь на улице, и не сдерживала свои движения в такт песни, которые со стороны явно выглядели странно. Подняв голову, я обратила внимание на знакомую фигуру, идущую впереди. Высокий парень немного сутулый шел, держа руки в карманах. Из-под шапки, небрежно надетой наспех, торчали темные волосы. Рюкзак свисал с плеча. Я прибавила шаг, чтобы догнать друга. - Привет, - снимая наушники, произнесла я. - Привет - равнодушное приветствие не сулило ничего хорошего. - Ева разве не собиралась идти в школу? Она говорила, что будет. - Значит будет. - Тогда почему ты один? - я пыталась уловить его взгляд, который прожигал дыру в кедах. - Надо идти быстрее иначе опоздаем, - проговорил Шон и ускорил шаг настолько, что мне приходилось почти бежать чтобы только успевать за ним. - Где Ева? С ней что-то случилось? - Спроси у нее сама. - Перестань дерзить. Ты ее парень. - Ага. - Ты можешь разговаривать нормально? - О, Шон! - услышали мы позади. Нас догнала Кейтлин, поздоровавшаяся только с Мендесом, делая вид, что меня не существует. - Привет. - Ты сегодня не в духе. Весь какой-то лохматый и невыспавшийся, - проговорила она, убирая челку с его глаз. - Неважно.       В следующую секунду происходит то, что просто выводит из себя. Кейтлин спотыкается и теряет равновесие, но Шон успевает вовремя удержать ее на весу, вынув руки из кармана и схватив ее. Она взялась за его плечи, чтобы убедиться, что твердо стоит на ногах, и поцеловала его в щеку, крепко обняв. - Дурдом какой-то, - произнесла я и пошла быстрее отрываясь от них.

Конец flashback'а

- А он? - с волнением в голосе спросила Ева. - Я не знаю, я ушла. - Ясно.       Лили посмотрела назад и увидела этих двоих. Кейтлин бесконечно что-то говорила, когда как Шон не произнес ни слова. Подняв голову и увидев копну рыжих волос, которые торчали из-под шапки, его будто током ударило. Он остановился и не знал, что делать дальше. - Шон, - сообщила она Еве, которая вмиг побелела.       Рыжеволосая обернулась, со страхом посмотрев на него. Он выглядел ужасно. Полный пустоты и злости взгляд. Его глаза были красными. Очевидно, что Шон не спал или плакал. А возможно и оба варианта. Он не знает куда деть руки и поправляет шапку, из-за чего открывается вид на его разбитые руки. На ее глазах наворачиваются слезы. Она вспоминает моменты последней их встречи, которая так поменяла все. Тот же умоляющий взгляд, наполненный болью. Казалось, что ему сейчас даже больнее смотреть на нее. Шон поджимает губы не в силах спустить с нее глаз. Ему кажется, что Ева исчезнет, как только он отвернется. Шатен мечется между обнять ее до боли внутри и пройти мимо, делая вид, что они никогда не были знакомы. Услышав смех Райана, он напряг челюсть и равнодушно прошел мимо нее. - Что это было? - Лили была зла, как никогда. - Мы больше никто друг другу, - прошептала Ева и молча ушла в школу. Если до этого она была обижена на него за то, что он выгнал и не выслушал ее, то сейчас ее злило то, что Шон так близко общается с Кейтлин.       POV Шон       Я прошел мимо Евы, опустив глаза, не желая говорить с ней ни о чем. Я понимал, что когда-то, но поговорить придется. А пока я не мог пересилить себя, чтобы элементарно решиться подойти к той, которая предала меня. И я до сих пор не могу поверить, что она поступила так со мной. Зная ее лучше чем кто-либо, я просто не мог связать образ, который знал буквально с пеленок и тот, который мне навязали. Джереми. Райан. Слишком много всего, чтобы так спокойно реагировать на всю ситуацию. Во мне не угасал огонь злости и разъедающей душу ревности. Нет, я не буду говорить с ней настолько долго, насколько это вообще возможно. А ведь нам еще отмечать Рождество. Чувствую, это будет худшим Рождеством, которое только могло быть. - Ты не разговариваешь с ней? - Кейтлин все не отставала от меня, не понимает, что я не хочу говорить ни с кем, и меня лучше оставить в покое. - Кейтлин, - я остановился посреди коридора, - я хочу побыть один. - Ладно, - недовольно произнесла девушка, - я просто предупредила тебя о том, что Ева и Джереми все также общаются. И дарят друг другу подарки. - Я все понял, - я пропустил слова мимо ушей, но потом вдруг понял, что она только что скзала, - Что? А кому Райан дарил подарки? - Причем тут Райан? Он встречается с моей сестрой вообще-то, - Кейтлин взъерошила волосы, сняв шапку, - или ты хочешь сказать, что Ева увела у моей сестры парня?! - Нет! - впервые за эти дни я повысил голос, - ты сказала, чтобы Еве дарят подарки. И я думал, что это Райан, потому что он сказал мне, что был с Евой. Я ничего не понимаю. - Ну и мудак же он, - она кинулась к мужскому туалету, зная, что Райан снова курит там. - Эй, Кейтлин, тебе туда, - я опоздал, девушка уже вошла в уборную, - нельзя.       Я выдохнул и прошел за ней. - Ты придурок? Какого хрена ты помимо моей сестры встречаешься еще и с этой рыжей идиоткой? - Что? - парень вытащил изо рта сигарету и вылупился на девушку, которая не задумавшись, зашла в мужской туалет и ни капли не стеснялась. - Он сказал, - она ткнула пальцем в меня. - Я просто прикалывался, остынь, - Райан вскинул руками вверх, сдаваясь. - Если ты обидишь Эмму, я тебя прикончу, придурок, - Кейтлин вышла из уборной, громко хлопнув дверью.       Я стоял и прожигал взглядом Райана. Его взгляд снова стал наглым, а самоуверенный вид бесил снова и снова. Я складывал в голове паззл, но одной детали мне не доставало. А именно ответа на вопрос: откуда у Евы засос на плече? - Что вылупился? - Ты прикасался к Еве?       Его наглая ухмылка была ответом на вопрос. Я чувствовал, что еще немного и я просто размажу его по стенке. Он будет тем, на ком я сорвусь и выпущу всю злость, ревность и обиду. - Ты не ответил. - Ты такой смешной, бро. - Блять, - я толкнул его к стене, - спрашиваю последний раз. Ты прикасался к Еве? - Да, - Райан приподнял бровь и ожидал моих дальнейших действий, - и что ты мне сделаешь? - Засос твоих рук дело?       Он громко засмеялся. Его улыбка выдавала победу. - Если бы Ева не сопротивлялась, то все было бы нежно. - Мудак, - я толкнул его сильнее, отчего парень поежился и перестал смеяться.       Пока он пытался претерпеть ту боль, которая появилась в его спине, я понял, что Ева сопротивлялась. Она не хотела этого. И подарок Джереми, это не Райан. Подарок. Это же мог быть подарок ее маме. - Черт, - я выбежал из туалета и двинулся в сторону зала, в котором были все и помогали украшать помещение.       Я понимал, что Ева действительно не виновата. Она любит меня. Я всегда был уверен в этом, Ева никогда не предала бы меня, а я придурок накричал на нее. Полнейший идиот. - Ева! - забежав в зал, я словил на себе десятки взглядов учеников, которые обернулись на мой громкий возглас. Впрочем это волновало меньше всего. Я искал взглядом ту, что нужна была мне в эту самую секунду. - Ева, - я подбежал к ней и Лили, которые стоя на стульях, вешали шарики.       Рыжеволосая замерла с красным шаром в руках. Казалось, что она даже не моргала, смотря на меня, точно так же, как и полчаса назад. Только теперь в ее глазах тешилась надежда, а не обида за мои чертовы слова, которые я ей наговорил. Я понимал, как скучал по ней, ведь в связи с моим отъездом, ее болезнью и ссорой мы даже не были вместе. Казалось, что еще чуть-чуть, и я просто накинусь на нее с объятиями. Мне было бы плевать кричала бы она, била меня руками, прося о том, чтобы я отпустил ее. Я бы не отпустил никогда. - Могу я поговорить с тобой? - в моем голосе была слышна неуверенность и мольба.       Ева перевела взгляд на Лили, которая стояла за мной. Вновь на меня. Она хмурилась и старалась не смотреть мне в глаза. Обиделась. - Я занята, извини, - равнодушно произнеса Ева. Теперь я понимал, как ее это раздражало во мне. Это просто невыносимо слышать безэмоциональный тон, который не сулил ничего хорошего. Никогда. - Пожалуйста, - более уверенно и громко сказал я. Она сглотнула, не ожидав, что я буду так настойчив. - Я все сделаю и тогда мы, возможно, поговорим, - произнесла Ева и принялась вешать шарик рядом с другими. - Ева, я не отстану, пока ты не согласишься.       Она сглотнула, понимая, что я все равно добьюсь своего так или иначе. - Я сказала тебе, что я занята.       Я начинал злиться и сжал кулаки, пытаясь сдержать себя. Пару секунд постояв с опущенной головой, я принял решение, что просто так она не отделается от меня.       В следующую секунду я встаю на ее стул, на котором Ева стоит на носочках, пытаясь дотянуться до нужного места. Взяв ее руки в свои, я выхватываю шарик и вешаю его туда, куда она тянулась бы еще очень долго в неудачных попытках. Я коснулся своей грудью ее спины и, казалось, что она замерла на несколько секунд. Я опустил руки, кладя их на ее талию. Это вышло так рефлекторно и непроизвольно, что я сам не ожидал, что так произойдет. Она не дышала. Ее тело тряслось, а мои руки не пытались даже ослабить хватку, наоборот усилили. Ева сделала шаг вперед, надеясь, что избежит прикосновений наших тел, но стул был слишком мал для нас двоих. Я улыбнулся не в силах сдержаться. Как никогда было приятно держать ее в своих руках.       Я аккуратно спустился со стула, не отпуская Еву из рук. Когда я уже уверенно стоял на ногах, отпустил и подал ей руку в ожидании того, что она сделает то же самое. Ева молчала, не зная, что сказать. - Пожалуйста. - Это не может подождать? - Если ты сейчас не пойдешь добровольно, я просто утащу тебя отсюда. - Не устраивай цирк, - произнесла она и спустилась со стула, проигнорировав поданную мной руку.       Я побежал за Евой, которая стремительно выходила из зала, пытаясь не попасться на глаза нашему учителю, который все тщательно контролировал. Я следовал за ней в самый дальний кабинет, который был на этом этаже. Ей, как и мне, хотелось быть наедине и не выставлять наш разговор на всеобщее обозрение. - Ева, - я прикрыл дверь, поворачиваясь к девушке. Она волновалась, хотя пыталась скрыть это за маской равнодушия ко мне. Но я же понимал, что это только игра. - Я прошу тебя не перебивать, я хочу сказать все, чтобы ничего не упустить. Выслушай меня. - Ты меня слушать не стал. - Пожалуйста, - я взял ее руки в свои, пытаясь получить ее расположение. Она скорее боялась прикосновений и взглядов, атмосфера была некомфортная. Пожалуй, впервые я чувствую себя с Евой, будто не в своей тарелке. - Ладно, - она подняла на меня свой взгляд, наблюдая, как я пытаюсь сосредоточиться и подумать с чего начать. В этот момент Ева показалась мне очень уверенной. Уверенней, чем я сейчас. - Я все не так понял. Мне наговорили столько информации, я сложил неправильное представление в голове и в итоге выставил тебя не в лучшем свете. Мне жаль, что я обидел тебя и даже не попытался разобраться в этой ситуации. Я не выслушал тебя, потому что во мне кипело столько чувств, что я просто боялся, что сорвусь на тебе и то, что я сделаю, не отмотаешь назад. Я всегда отмалчиваюсь, чтобы не наговорить глупостей, которые потом становятся камнем преткновения в отношениях. Я поверил, что ты была с Райаном. Столько фактов сошлось, поэтому я и правда был уверен в том, что ты ходила с ним на свидание, что он возможно целовал тебя и... - я начинал злиться. Ее рука сжимала мою сильнее с каждым словом и это возвращало меня к ней, - я просто не контролировал свои мысли, ревновал. Я хочу выслушать тебя, чтобы узнать, как было на самом деле. Но только после того, как ты скажешь, что простила меня.       Она лишь громко вздыхала, внимательно вслушиваясь в мои слова. Она злилась. - Как ты вообще мог подумать о том, что я могу обмануть тебя? - Я не знаю. - Почему я не высказываю тебе о том, что Кейтлин слишком много времени проводит рядом с тобой? - повысив голос, Ева вырвала свои руки из моих и отошла дальше, чтобы получить каплю личного пространства. - Потому что у меня нет засоса на плече! - мы были в шаге от скандала. - Он приставал ко мне! - она уже кричала, и я боялся что нас услышат, - я вырывалась и оттолкнула его. И получилось так, что его поцелуи оставили след на моем плече.       Я сжимал челюсть, пытаясь сдержать себя и не пойти и не набить ему морду. Но меня останавливали эти зеленые глаза, обрамленные красным, наполненные слезами, которые вот-вот пробегут по щекам. Я обвинил ее в том, чего она не совершила. Близкий человек, который знает ее лучше, чем кто-либо другой, усомнился в ней. Мне было стыдно за то, что я вообще мог подумать о таком. - Прости меня, - я смотрел в сторону, пытаясь не видеть этих глаз. С каких пор я начал причинять боль, а не оберегать от нее? - Ты помнишь, что я говорила тебе? - Я люблю тебя. - Именно, - она прошла к окну, чтобы спрятать свои слезы от меня. - Нет, - я прошел к ней, встав позади, - это я говорю тебе.       Ева повернулась, чтобы посмотреть на меня. На ее лице было явное непонимание. Слезы остановились, застыли на щеках. Губы тряслись. - Я не говорил тебе этого. Говорю сейчас. - Тогда почему ты подумал, что я могла предать тебя? Ты поверил кому угодно, но не мне. - Я не знаю. Я правда не понимаю. Во мне будто бы боролись две личности. Одна была за тебя, другая - против. Я понимаю, что Райан гораздо лучше меня. И это было бы вполне очевидно, если бы ты ушла к нему.       Она смотрела на меня с вылупленными глазами. Ее шокировало то, что я сказал. Через секунду она дала пощечину за мои слова. Я ощущал жжение на лице. Ева не ожидала, что сделает это, и поначалу испугалась. - Идиот.       В один момент я начал смеяться, чем опять же удивил Еву. Она смотрела на меня, как на придурка, который смеется, одновеременно щурясь от удара по лицу. Я притянул ее к себе, стараясь как можно сильнее сжимать ее в своих руках. Она обняла меня в ответ, безнадежно выдыхая. Ева, наверное, думает, какой же достался ей идиот, а я в то же время лыблюсь и не собираюсь отпускать ее. - Ты простила меня? - А ты как думаешь? - произнесла она, взглянув на меня. Это было нелегко, ведь я даже не отпустил ее, поэтому ей пришлось потрудиться, чтобы посмотреть на меня. По одному взгляду все было ясно, поэтому я прижал ее еще сильнее, отчего она заскулила, но уткнулась лицом в грудь. Ева крепко обнимала меня, а я гладил ее по волосам. И как я дурак мог вообще поверить кому-то кроме нее? - Нужно идти, - девушка высвободилась из моих рук, - иначе нам придется торчать тут до самого вечера.       Я потянул ее за собой, и мы вышли из кабинета, прикрыв дверь. Навстречу нам шел Райан. Его наглая ухмылка взбесила, и я уже хотел ускорить шаг и набить ему морду, чтобы наказать за то, что он сделал с моей девушкой, но она напомнила о себе, крепко взяв меня за руку. Райан свернул по коридору налево. Я пытался вырваться, чтобы догнать и отомстить ему, но Ева лишь притянула меня к себе. И, черт, как легко можно оказывается манипулировать мной. Она держала мое лицо руками, а я не в силах был даже оторвать взгляда от этих умоляющих глаз. Ее короткое "успокойся" мгновенно потушило мое желание придушить его. Я мгновенно забыл о нем, перемещая свои руки на ее затылок. Мои губы очень медленно и с осторожностью коснулись ее. Будто мы делаем это впервые. Я не целовал ее, казалось, вечность и теперь не мог насытиться ей даже после пары таких прекрасных минут, которые мы провели, рискуя оказаться на виду директора или учителей. Я лишь ближе прижимал ее к себе, углубляя поцелуй, пытаясь передать весь колорит своих чувств в прикосновение губ, которое металось от медленных и нежных к резким и рваным. - Я... - она пыталась оторваться, но я не поддавался, - нам надо.       Я не слушал, не хотел. Я просто наслаждался тем, что я касаюсь ее губ, я обнимаю ее и глажу по волосам. Я тот, кому позволено все. Я, а не кто-то другой. Не Райан. Не Джереми. - Шон, - настойчиво прошептала она, - нам нужно идти.       Я кивнул и, поцеловав ее в лоб, поплелся в зал. Словив недовольный взгляд учителя, я опустил голову, но не мог сдержать улыбки, которая расплывалась на лице от осознания того, что все вернулось на круги своя. Хотя в моей голове еще хранилась парочка вопросов, но в целом теперь я убедился в том, что Ева не обманывала меня. - Мне нужно помочь Лили с шариками, присоединишься? - шептала Ева, стоя за мной, касаясь своей ладонью моего плеча, чтобы дотянуться. - Конечно, - повернувшись к ней, проговорил я и улыбнулся в ответ.