Неудавшийся самоубийца.

Ранним утром доставщик всё же покидает палату, так и не дождавшись пробуждения Чона. А сам Хо просыпается только в обед и долго пытается понять, почему он в больнице и самое главное — почему он всё еще живой? Парень встает с постели, лохматит свои волосы и, окинув взглядом палату, замечает на тумбочке какую-то записку. Хосок торопливо берет ее в руки и начинает читать следующие строки: Прекращай себя так вести. Это ни к чему хорошему не приведет. Не знаю, почему ты хочешь умереть, но, пожалуйста, прекрати делать такие глупые вещи. Чон Чонгук. (Я тот, кто помешал тебе на мосту.) Если что, вот мой номер: 010 1234 56 78 — Этот парень, — злобно шипит Чон, дочитав. — Кем он себя возомнил?! Супергероем, что ли?! Айщ, вот же ж! Вдруг в палату входит врач и, немного улыбаясь, спрашивает: — Как самочувствие? Всё хорошо? — Да, — растерявшись от чужого присутствия, Хо сразу отпускает взгляд. — Замечательно, тогда сегодня и выпишем! — бодрым тоном выдает мужчина и присматривается по сторонам, словно кого-то ищет. — А что, ваш друг уже ушел? — Мой друг? — переспрашивает юноша, совершенно не понимая, о каком друге идет речь. — Да, молодой человек, который возле вас всю ночь просидел, разве не ваш друг? Хо остается в полном недоумении от услышанного и невольно приоткрывает рот. «Он был со мной всю ночь?» Всё былое возмущение и злость в мгновение ока испаряются в воздухе, и парень даже хочет позвонить Чонгуку и извиниться. Ведь его вины в том, что Хосок 'слишком непутевый', нет совершенно. Парень дожидается, пока доктор закончит осмотр, и начинает собираться домой, засунув ту записку себе в карман. Через три дня он наконец-то набирается смелости и пишет Гуку: *Спасибо…* Хо просто не знает, что еще можно написать, чтобы это не выглядело по-идиотски, хотя и это «спасибо» для него уже слишком странное. Тем более Чон не написал своё имя, и доставщик явно не узнает, от кого было это смс. Всю последующую неделю Хо перечитывает записку, оставленную Чонгуком, и задумывается о том, что может быть самоубийство — это не выход и надо что-то менять в жизни? Его по-настоящему удивляет смелость и доброта незнакомого юноши, а факт того, что его жалкая жизнь кому-то не безразлична, вовсе заставляет улыбнуться. Но проходит еще одна неделя, и серые ненавистные будни вновь затягивают Хосока в тугие сети, возвращая всё на круги своя… Над ним опять издеваются одноклассники, опять обливают грязью с ног до головы и бьют ногами, куда попало. Домой Чон возвращается с разбитой губой и кучей синяков по всему телу. Парень сбрасывает с плеч портфель и усталой походкой идет в свою комнату. Дома как всегда холодно и темно. И кажется, что люстра, которая висит в гостиной, совершенно бесполезна. Хо ходит вокруг нее около получаса и, взяв старенькие ножницы в руки, без всяких сожалений, разрезает покрывало дивана на части, чтобы использовать его как верёвку. За то время, что он пялился на фиолетовую пыльную люстру, в затуманенных мозгах пролетело более сотен мыслей, и одна из них была — 'А что, если мне сейчас повеситься? Меня здесь все равно никто не найдет, разве что соседи на запах мертвечины придут через пару дней или не придут вообще…' Парень намыливает самодельную верёвку и, встав на черный деревянный стул, крепко закрепляет ее на люстре, а после завязывает плотную ткань вокруг своей шеи и готовится скинуть стул ногой. — Теперь я точно умру, — кидает он напоследок и шепотом отчитывает секунду до собственной смерти. — 1…2...3… — Здравствуйте! Вы пиццу заказывали? — вдруг слышится мужской голос из гостиной. Хо, испугавшись, минуту тормозит и глядит в сторону двери, а потом видит перед собой Чонгука и тут же застывает на месте, уставившись на юношу растерянным и ничего не понимающим взглядом. — Ох, черт! — грубо вырывается с чужих уст. Брюнет подбегает к Чону и спешит убрать с него туго привязанную верёвку. Внутри Чонгука всё быстро закипает, и по венам, кажется, не кровь течет, а самый настоящий гнев. Злость дурманит его голову, и Гук, испепеляя Хо разъяренным взглядом, кричит. — Ты псих! Полный псих! А если бы я не пришел?! Ты понимаешь вообще, что творишь, а?! А Хосок в ответ молчит, съеживается и разочарованно опускает взгляд в пол. Он не знает, что сказать Гуку, не знает начать ли оправдываться или послать, ибо 'какого лешего этот парень делает здесь?! Как он попал в квартиру, черт возьми?! И почему, блять, именно сейчас?! ' — Эй! Отвечай, ну! Ты так хочешь умереть?! Скажи мне, зачем ты совершаешь такое?! Совсем больной, совсем мозгов нет?! — схватив Чона за грудки, рычит брюнет. — Да, я больной, да, я так хочу умереть, и что? Твое-то какое дело? — вдруг осмелев, кидает дерзко Хосок. Он пытается скинуть с себя чужие руки, но даже через несколько минут ничего не получается, и парень просто сдается и ждет поучительного удара в лицо. Чонгук долго смотрит в затуманенные глаза напротив, желая без слов объяснить Хо, какую он ошибку мог только что совершить, но всё безуспешно… — Я правда тебя не понимаю, — шепотом произносит Гук и отпускает старшего из своей мертвой хватки. Он наконец-то замечает кровавую рану на губе Хосока, а потом и синяк над бровью, который сам бросается в глаза. Брюнет машинально проводит пальцем по небольшой гематоме, чтобы удостовериться в том, что она настоящая, а Чон машинально уклоняется, думая, что сейчас будет тот самый поучительный удар. — Тебя избили? — Мы даже не знакомы, так почему ты до меня докапываешься? Пожалуйста, покинь мою квартиру и забудь про то, что видел. Атмосфера между парнями начинает накаляться, и молчание, что появляется сразу же после сказанного старшим, кажется вечным и действует на нервы обоих. — Ты прав, мне лучше уйти. Но скажи мне, пожалуйста, кое-что? — Что? — устало выдыхает Хо. — Зачем ты заказал пиццу, если собирался совершить самоубийство? — Я не заказывал никакую пиццу. — Что? Разве это не 345 квартира? — недоумевающе спрашивает Чонгук, на что Хосок едва не закатывает глаза. — Нет. — Ой, — неловко чешет затылок юноша, пересматривая свой блокнотик с адресами. «Вот я дебил! Снова облажался… Господин Бо меня убьет, на этот раз точно!» — Может, ты уже уйдешь? — указывая взглядом на дверь, говорит Чон. — А? Да…сейчас, — растерянно бормочет доставщик, опомнившись. Хо уже облегченно выдыхает, когда брюнет открывает входную дверь, но перед самой дверью тот внезапно останавливается и, повернувшись к Чону, просит. — Обещай, больше такого не делать. «Уф, задолбал!» — Нет, — коротко и громко отвечает старший, а после толкает юношу в коридор и быстро захлопывает дверь. — Айщ, придурок! — сердится Чонгук, глядя на закрытую железную дверь и поражаясь нахальству Хосока. — Наверное, поэтому тебя и избили!