Я тебе не верю.

      Василиса вышла из залы последней, затворив за собой массивные двери, которые были в несколько раз выше её самой. В голове неприятно покалывало. Это ощущение не нравилось девушке. С каждым разом голова становилась все тяжелее.       Неловко потерев виски, она поежилась. Раскисать от болезни было очень нежелательно. Как бы плохо ей ни было, она все равно должна была появиться на уроке.       Помявшись в холле ещё несколько секунд, Василиса решила подняться в свою комнату и заказать через серебряное блюдо чашку чая с малиной и обезболивающее. С её точки зрения это был наиболее правильный выбор, нежели мучать себя до отключки, имея при этом вид как минимум тухлого овоща.

***

      Диана уже лежала на своей кровати с небольшой книгой в красивом переплёте, когда в комнату вошла соседка по комнате. Оторвавшись от желтоватых листов, фея стала наблюдать за рыжеволосой.       Огневу немного штормило. Она шла, держась за голову и периодически чихая. Пошарившись в шкафу, Василиса достала пыльное серебряное блюдо. Аккуратно потерев его, она присела на пол у окна и что-то прошептала. Фея безуспешно пыталась отвести взгляд от Василисы, выглядевшей болезненно. Спустя пару минут, Фрезер, попытавшись сделать свой тон обыденным спросила: -Ты в порядке, Василиса?       Дремавшая на кулаке, подложенном под щеку, Василиса обратила на фею свой усталый взгляд. Она была не в том настроении, чтобы острить в ответ, но некое удивление все же дало повод для размышлений над ответом. Василиса несколько секунд просто смотрела на Диану, та в свою очередь, стойко держала взор синих глаз. — Да… Да. Я думаю всё вполне сносно. — Василиса вновь закрыла глаза. Ей хотелось бы сейчас задать ещё один вопрос, но он был бы лишним.       Фея немного расслабилась, встряхнув головой. — Не подумай, что я беспокоюсь. Просто ты выглядишь вяло, да и количество учеников среднего круга вполне внушающее. Каждый на счету. Будет очень затруднительно если ты не придёшь. Девушка закусила губу. Нервничая, она расположила книгу на согнутых коленях, поменяв позу. — Я знаю. Не хотелось бы доставлять вам неудобств в этом плане. Вам попросту не хватит сил… — Черноключница замолчала. Серебряное блюдце звякнуло, оповещая о готовности заказа. С умиротворением прикрыв глаза, Огнева обхватила чашку из белоснежного фарфора. Она была тёплая, от горячего темно-коричневого, источающего приятный горьковато-сладкий запах напитка внутри неё. Тёплой волной он растерялся по её телу. Даже в ледяных, чуть розоватых кончиках пальцев начали покалывать тонкие и острые, но тёплые иголочки. Прилив сил Василиса не ощутила, а скорее наоборот. Силы медленно покидали её, наполняя веки свинцом, расслабляя каждый миллиметр худощавого тела. Предварительно заведя будильник за час до назначенного времени, Василиса прилегла на кровать. Тело растворялось в простынях и жестковатом матрасе, сливаясь в единое целое. Сон накрыл рыжеволосую с головой, стоило лишь затылку коснуться подушки.       Время будто замедлило свой ход. Минуты тянулись как дни, а день все никак не мог сменить день. Часики на стреле стали отбивать секунды монотонной дробью. Ощущение тревоги не покидало Огневу. Кровь бешено стучала в висках, шумно перекачиваемая горячим сердцем.       Василиса очнулась на своей кровати. Небо заволокло тяжелыми тучами, отказывающимися пропускать лучи света в одинокую башенку девушки. От слабости и головной боли не осталось и следа. Тело обрело легкость, но тревога и ожидание чего-то страшного не покидало Огневу.       Теплые ступни коснулись холодного пола. Холодок пробежал по телу девушки, заставив кожу покрыться мелким горохом мурашек. Рыжие локоны рассыпались огненным дождем по спине. Оглядевшись, Огнева пошатнулась. Она в луночасе. Вероятно сейчас протекает её последний день. От мыслей в таком ключе, Василису бросало то в жар, то в холод. Она знала что это произойдет скоро, но даже не догадывалась что именно сегодня. Дрожащими пальцами она слегка похлопала себя по щекам. В любом случае сдаваться уже поздно. Василиса в последний раз хлопнула себя по щекам оставив две красные ладони на бледной коже лица, которые спустя несколько секунд исчезли. ***Can You Hold Me — NF (возможно эта песня поможет глубже понять настроение этой части главы. не старайтесь вдумываться в слова которые здесь поются — используйте как фон)*** Дверь ведущая из спальни выглядела не так как обычно. Кованые узоры складывали собой совершенно другие узоры, нежели обычно. Это не вызывало доверия, но иного пути не было.        За дверью открывался длинный коридор которого явно не было раньше. Из его глубины веяло холодом и влагой. Внезапно украшение на шее Василисы тихонько завибрировал, потеплел и стал излучать холодный, синеватый свет. Василиса сняла его с шеи. Обмотав вокруг кисти цепочку, она осветила себе путь вперед. Тихие шаги босых ног и шелест одежды эхом отражались от стен коридора. Синие глаза Черноключницы сияли в приглушенном свете. Холод пробирался все глубже и глубже. Перемешиваясь с беспокойством он затягивался в тугой узел в груди. Василиса не знала что она делает. Не знала куда идет и почему не осталась в комнате. Она лишь брела по пустынному коридору рассматривая поблескивающие узоры паутины. Будто что-то тянуло её вглубь этого жуткого места. Манит с невероятной силой. Василиса не знала что она ищет. Сейчас она под властью судьбы и амулета мерцающего на цепи. <       Воздух порезали нарастающие звуки хлопков тяжелых кожаных крыльев. Десяток пар сверкающих глаз — последнее, что увидела девушка прежде чем зажмуриться и начать размахивать руками, получая по голове и плечам больные удары когтями и мясистами крыльями. Летучие мыши поспешили покинуть место в котором их весьма бесцеремонно побеспокоили. Очнувшись от ужаса и разомкнув глаза, Огнева сделала пару выдохов чтобы успокоиться. -Летучие мыши… Всего лишь кучка летучих мышей.- бормотала она себе под нос, уперевшись в колени ладонями. Это длилось несколько минут, пока сердце не восстановило свой темп. Протянув вперёд руку с единственным источником света в коридоре, Черноключница с удивлением обнаружила дверь, похожую на ту, что была в комнате. Василиса толкнула тяжелую дверь, после чего та, неохотно и со скрипом отъехала перед ней.       Яркий свет ударил в глаза ученицы лишь только появилась первая щель. Зимний сад предстал во всей своей красе. Цветущие вишни сыпали розоватые лепестки на белый мрамор. Античные колонны с простыми, но мастерски выточенными арками очерчивали границы сада. Высокий бордюр из такого-же белого мрамора как и плиты пола отделял кусты гортензий от вишен. Все сияло чистотой и белизной. Даже трава была неестественно светлой и только красные ягоды ландышей выделялись на её фоне. Напротив двери, которая захлопнулась сразу за спиной вошедшей в неё Василисы возвышалась высокая арка к которой вела все такая же белоснежная лестница из низких, но широких ступеней. На небольшой площадке под этой аркой стоял человек в белом костюме. Услышав звук закрывшейся двери, он медленно развернулся, блеснув льдом глаз, он поправил кроваво-красную рубашку и наприавился к Черноключнице с надменной улыбкой.