You never can tell

— Давай поженимся завтра. Ньют отвлёкся от созерцания голубей, которые плотной гурьбой окружили их столик и с удовольствием подбирали крошки от круассана, которые щедро кидал им Скамандер. Он взглянул на Персиваля, тот сидел за столиком напротив него, подперев голову рукой, и улыбался, неотрывно глядя на магозоолога. — А давай, — с задорной усмешкой согласился Ньют. — Только кто нас поженит?.. — Не волнуйся. Думаю, с моими связями я смогу договориться. Когда мужчине уже слегка за сорок — и неважно, маг он или нет, — от него ожидают вполне определённого образа жизни, принятий определённых решений и некоего постоянства. Когда мужчине слегка за сорок, ожидается, что он уже остепенился и у него есть красавица-жена, которая с годами лишь хорошеет, небольшой домик с садиком и дружелюбными соседями и, может быть, собака или дети. Персивалю Грейвсу было слегка за сорок, но всё это было не про него. Решение пожениться прямо завтра пришло к нему спонтанно. Наверное, это было влияние атмосферы Парижа, куда они с Ньютом приехали каждый по своим делам: Грейвс — в командировку, Ньют — изучать своих тварей. С тех пор, как Грейвс сделал ему предложение и подарил кольцо, прошло довольно много времени, но свадьбу они даже не планировали. И вот, они оказались в Париже, в маленьком уютном кафе, Персиваль пил крепкий чёрный кофе, а Ньют кормил голубей круассаном, и предложение пожениться прямо завтра пришло как-то само собой. Когда тебе за сорок и ты мужчина, от тебя ожидают обдуманные и взвешенные решения, но рядом с Ньютом Грейвс чувствовал себя мальчишкой, к тому же по уши влюблённым, его тянуло на авантюры и романтику, и хотелось, чтобы Ньют всегда оставался рядом. Персиваль действительно нашёл человека, который мог их обручить, впрочем, это было совсем несложно. Более того, во французском министерстве уже давно поняли, что многие пары ездят в Париж, чтобы справить свадьбу, и даже облюбовали очень живописный уголок на Марсовом поле и наложили на него защитные чары, чтобы маглы проходили мимо; поэтому на следующий день Ньют и Персиваль уже стояли у импровизированного алтаря, улыбаясь и держась за руки, как подростки. Кроме них и чиновника из министерства никого не было. Они решили никому не говорить о свадьбе, и Персиваль договорился, чтобы новость об этом не просочилась из министерства в прессу. Поэтому они стояли вдвоём, счастливые и влюблённые, Персиваль в чёрном костюме и пальто, Ньют — в белом смокинге с чёрной бабочкой. У его ног стоял его извечный спутник, коричневый волшебный чемодан, сейчас украшенный светлыми цветами и лентами. В одной руке Ньют держал небольшой букетик белых и жёлтых роз, который Персиваль купил ему по пути сюда. — Можно без церемонии, — сказал Персиваль мадам Ливи́. — Мы согласны. — Да, — Ньют очаровательно улыбнулся, глядя на Грейвса. — И кольца мы уже носим, — добавил он с тихим смешком. — Charmant, charmant, — мадам Ливи кивнула и раскрыла книгу. — Тогда, прошу… — Подождите секунду, — Персиваль прервал её и достал свою волшебную палочку. — Нас же никто не видит? — Нет, мсье Грейвс. Он взмахнул волшебной палочкой, и лепестки роз, срываемые ветром с букета, превратились в белую прозрачную фату и лёгкой тканью легли Ньюту на голову. Скамандер смущённо зарделся и опустил взгляд, не переставая счастливо улыбаться. — Прошу, поставьте ваши подписи, — в голосе мадам Ливи была слышна улыбка. Она протянула Персивалю перо, и тот аккуратно расписался в раскрытой книге и передал перо Ньюту. Тот поставил свою подпись, и перо и книга исчезли. — Поздравляю, — мадам Ливи улыбнулась. Ньют повернулся к Персивалю, и Грейвс подхватил его на руки, закружив на месте; ветер трепал ленты на букете и фату, от порывов воздуха развевалось чёрное пальто с белой подкладкой. Он поцеловал Ньюта, всё ещё держа его на руках, а в воздух взвились, шумно хлопая крыльями, голуби, которых спугнул какой-то мальчик-магл. — И что теперь? — Ньют обнял Грейвса за шею. — Не знаю, — со счастливой улыбкой ответил Персиваль. — Может быть, поедем в свадебное путешествие? — Мне нравится эта идея. Лишь они вдвоём и один чемодан, в любой момент готовые сорваться и отправиться куда угодно. Ведь строить планы — это не про них.