Беги Дэйзи, беги!

Прошло время, много времени, для Дейзи наверное вечность. Она вяло перебирала стертыми за дни странствий лапами. Мало кто бы узнал сейчас в ней прежнюю веселую, сытую и ухоженную домашнюю питомицу. Светлая шерсть стала почти бурой, свалявшись в нескольких местах, само собой вмещая в себя кучу блох и вшей, и имела весьма неприглядный вид. Брюхо почти прилипло к позвоночнику, тощие ноги на этом фоне будто даже вытянулись. Правый глаз так и остался слепым. Но изменилась она не только внешне. Повадки ее стали совершенно другими, если раньше всех людей она считала друзьями, то теперь она их боялась, всех без исключения, иногда она наблюдала за некоторыми издалека, надеясь урвать их объедки. Большую часть дня она проводила в поисках пищи. Не единожды она попадалась небольшим группкам вонючих, но ей всегда чудом удавалось сбежать. Теперь ходячие мертвецы стали для нее обыденностью и если на пути попадался всего один, она обычно всего лишь ускоряла шаг. Вот и в этот раз она обыскивала окраину города, надеясь, что ей наконец попадется хоть что-то съестное. Она не ела уже несколько дней, а все заначки, которые она еще помнила, были уже давно истрачены. Полагаясь больше на свой нюх и уши, она обыскивала сантиметр за сантиметром. Большая надежда была на мусорный бак, за пару кварталов отсюда, конечно же он наверняка был пуст, но голод сам подгонял четвероногую. Уже подходя к баку, Дэйзи почуяла неладное, обойдя парочку вонючих она вышла на главную улицу и повернула к баку. Пахло кровью, нет, не тухлой от вонючих как обычно, а свежей. Инстинкт самосохранения говорил ей бежать отсюда, чем быстрее, тем лучше, но все громче урчащий живот приказывал идти дальше. Повернув к баку Дэйзи остановилась как вкопанная. Прямо перед ней, сбившаяся в стаю, группа ее сородичей пожирала труп белого мужчины. Он лежал раскинув руки, стеклянные глаза были устремлены в небо, а выражение ужаса смертельной маской застыл на его лице. Стая жадно пожирала бедолагу, попеременно рыча и огрызаясь друг на друга. Самый здоровый из всех, большая немецкая овчарка почуяв нежданную гостью, проглотила большой кусок человечины и оскалила свою испачканную в крови жуткую пасть на маленького исхудалого терьера. Мозг Дэйзи парализованный страхом все же мог сообразить, что если эта стая не побрезговала человеком, то в их меня вполне мог сойти и их сородич, а это значило, что ей надо было убираться отсюда, причем срочно. Как только она побежала прочь, та самая большая овчарка тут же ринулась за ней, но вдруг появившиеся на пути преследователя вонючие стали нежданным спасением для четвероногой. Овчарка долго думать не стала, и очевидно посчитав угрозу от вонючих более приоритетной, чем погоня за тощим сородичем повернула обратно к своей стае. Дэйзи остановилась только тогда, когда оказалась далеко за чертой города. Все тело ныло, а в бок как будто вонзили острые ножи, сердце Дэйзи билось как сумасшедшее. Как следует отдышавшись, она побрела дальше. Страх за свою жизнь сошел на нет, и на первое место снова вышел голод. Выход на самом деле был, хоть и не слишком ее привлекал, да и топать до искомого места нужно было немало. На окраине соседнего городка, почти на границе с кладбищем время от времени появлялся какой-то чеканутый старик, пару раз он даже кинул Дэйзи немного еды. Только появлялся он в том доме не всегда, да и за то время, что собака там отсутствовала, многое могло измениться, и в доме ли он в этот раз она не знала. В конце концов, он мог попросту умереть, но выхода не было, Дэйзи чувствовала, если она сегодня не поест, то завтра она возможно и не проснется вовсе. Пока собака дошла до города, прошло немало времени, солнце уже скоро должно было сесть, несколько раз ей пришлось петлять по улицам, чтобы не попасться в голодные челюсти вонючих. Но вот и надгробия, осталось еще чуть-чуть, терьер остановилась, чтобы перевести дух и взглянула на дом, сердце ее так и подпрыгнуло, из окна плотно занавешенного шторами проскользнула чья-то тень. Едва перебирая лапами, она дошла до крыльца. Перед входом была натянута веревка, к которой были привязаны жестяные банки. Собака постаралась пролезть под ней но глазомер подвел ее, правый глаз после того злосчастного удара битой так и не открылся, и банки издали негромкий, но все же шум от которого четвероногая шарахнулась, но убегать не стала. Голод затмил все страхи. Дверь открылась, но это был вовсе не тот седовласый старикашка, который пару раз подкидывал ей что-то съестное. Это был совершенно незнакомый мужчина, небритый с опасным прищуром и не стрижеными волосами, в руках которого была странная штука с острой палкой на конце. Дэйзи не стала ждать, пока этот человек что-то сделает, наверняка выстрелит в нее или побьет. Все одно – хорошего от него вряд ли дождешься. И четвероногая дала стрекача что есть мочи. Остановилась она только когда вышла за пределы города к железнодорожной станции. Нырнув под стоящий на рельсах вагон, собака свалилась на деревянные балки не чувствуя под собой ног. Измотанная, мучимая голодом, Дэйзи погрузилась в тревожный сон. Ей снился тот псих с кучерявыми волосам, что освободил ее от плена бандитов, он все кричал ей бежать, а потом к нему сзади подошел блондин в шапочке и пырнул его ножом. Шарканье ног, проходящих мимо вонючих, разбудил бедную четвероногую, едва успевшую вздремнуть. Неосторожно встрепенувшись, она задела пару бутылок лежащих подле нее. Это ничтожное движение стоило ей жизни. Один из вонючих нагнулся, привлеченный звуком и заметил свернувшуюся под вагоном псину. Издавая хриплое рычание, оно стало подбираться к Дэйзи. Недолго думая, четвероногая вылезла из под вагона с другой стороны, и тут же попала в окружение десятка вонючих тварей, попеременно рычащих и тянущих к ней свои изуродованные руки. Она пыталась вырваться, но тщетно, их было слишком много. Всепоглощающая боль поглотила собаку, когда несколько челюстей сразу и пару тройку рук начали буквально рвать на части ее тощую тушку. Один утихающий визг и терьер умолк. Белый свет заставил Дейзи прищурится, носом она уловила, как к ней подходит до боли знакомый запах, приоткрыв оба здоровых глаза, она увидела хозяина, и радости ее не было границ. Он улыбался ей и звал по имени. Четвероногая немедля приветственно тявкнула и прыгнула на него. Мужчина засмеялся, взял собаку на руки, поцеловал ее в нос, та немедля лизнула его в лицо. Почесав ее за ухом, он встал. Дейзи не могла отвести от него глаз. -Идем скорей, - махнул он ей рукой. И они побежали, светило яркое солнце, легкий ветерок шевелил зеленые листья деревьев и коротко стриженную траву парка. Испачканный кровью собаки, медленно дожевывая кусок плоти, один из вонючих встал и побрел дальше. Из его черных кучерявых волос торчали пару мелких веток, глаза навыкате, затянутые мутной пленкой бессмысленно таращились в пустоту, полосатая запыленная за время скитаний кофта была сплошь в кровавых брызгах, на животе зияла спекшаяся рана от ножа. Ничего не соображая, он все шел и шел по дороге, окруженный десятками точно таких же бездумных ходячих мертвецов. Даже когда внезапно выехавшая машина с белым крестом на заднем стекле, сбила его, он немного погодя поднялся и побрел дальше.