Третейский судья

Последний предпраздничный ужин в Хогвартсе проходил вполне мирно. Щебетали первокурсники, дурачились дети чуть постарше, выпускные курсы обсуждали прошедшие экзамены. За слизеринским столом все происходило с неким достоинством, младшие вели себя воспитанно, старшие с уже отточенной аристократичностью; гриффиндорцы как всегда шумели и кричали на весь зал; пуффендуйцы от них не отставали; ровенкловцы в большинстве своем скрипели перьями или диспутировали друг с другом. В воздухе порхали записки в виде птиц, совы разносили почту, близнецы Уизли снова изводили первокурсников своими шуточками. Перси пытался их образумить, естественно, безуспешно. Кубок школы выиграл Гриффиндор, поэтому зал был в красно-желтом оформлении. После того памятного ужина отношения между факультетами обострились еще больше. Но, кажется, учителям было не до этого. Они с блаженными лицами отсчитывали последние дни до окончания года. Лишь профессор Снейп сидел с обычным мрачным лицом, да директор Дамблдор со своей вселенской покровительственной улыбкой. Гарри был на первом курсе, и только что он стал не просто Мальчиком–который–выжил, а настоящим Героем. Ведь он не дал возродиться черному магу, он Герой, спаситель! Ему хотелось смеяться и плакать одновременно: одиннадцатилетний мальчик, как он может быть Героем, когда его сейчас может уделать любой старшекурсник. Да, конец года, все его восхваляли и поздравляли (кроме слизеринцев), но Гарри было не по себе. Он верил в то, что он сын героев, правда, сомнения так и остались в его сердце. Тем более скоро возвращаться к тем, кто с каждым годом подтачивал эту уверенность — к Дурслям. Рядом сидели его друзья: Гермиона и Рон. Лохматая девочка втолковывала рыжему мальчику очередную лекцию, от чего тот только морщился, а Гарри морщился от них двоих. Его взгляд невольно дернулся на стол Слизерина, где, словно островок спокойствия, восседал Слизеринский Принц. Друг, которого он потерял. Мальчик сам не мог объяснить, почему не подал руку, ведь Гарри намеревался дружить со всеми. Увещевания Хагрида и Рона его насторожили. Что же это за хитрые и коварные слизеринцы, если они все общество настроили против себя? Где их знаменитая изворотливость и ловкость в интригах? И чем больше он окунался в магический мир, тем больше понимал, что что-то не так с этими магами… - ОДИН… — пронесся по залу сильный молодой женский голос, ему хотелось подчиниться, душу наполняла некая справедливость и предвещание неотразимой кары. Последовал глухой стук о каменный пол, по стенам прошлась волна сильной магии. Гарри удивленно озирался, пока не увидел девочку около стола Ровенкло. Маленькое тело девочки светилось серебряным светом, глаза полностью были белыми, по каштановым волосам проскальзывали искорки магии. В тонких изящных пальцах был крепко зажат белый посох, который словно венами был обтянут изумрудными и черными линиями. Герой не понимал, что делает девочка. После ее странного поступка в зале стояла тишина, а она застыла словно статуя. Гарри краем глаза увидел замерших в диком ужасе учителей, даже Снейп потерял свое хладнокровие. Лишь профессор Трелони вела себя, как и всегда. Такая же картина ужаса наблюдалась у некоторых учеников. Дальнейшие события просто не помещались в голове мальчика: факультет Слизерина дружно встал и низко поклонился, за ними последовали многие ученики и учителя, по залу прошелся гул голосов: - Приветствуем Третейского судью, да прибудет справедливость в этот мир. Странные реплики, странное поведение, странная девочка… Еще странней было то, что рядом сидящие Рон и Гермиона глупо озирались, не понимая ситуации; они теребили Гарри и шепотом спрашивали - что происходит; так же себя вели все семейство Уизли и маглорожденные. Тем временем директор решил вмешаться: - Как это понимать, мисс Сауран? — недавний шок уже прошел, но нервозность в голосе чувствовалась. Это Гарри подмечал на раз; ему с годами приходилось чутко улавливать любые изменения в голосе или лице не только у Дурслей, а сейчас даже у такого прожженого интригана, как величайшего светлого мага. — Сядьте на свое место и не нарушайте покой других учеников. - Первое предупреждение, мистер Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, представитель первой стороны, — прогремел ее холодный голос над залом. — Первое предупреждение, Том Марволо Рэддл, наследник Мракс, представитель второй стороны, — последовал резкий поворот в сторону Гарри. Ее взгляд впился в его лицо, постепенно сменяя пугающий цвет на темно-карие живые глаза. Тело девочки дернулось, посох растаял в воздухе. Невозмутимо тряхнув своими шоколадными волосами, мисс Сауран села на свое место, правда, соседи резко от нее отодвинулись. - Всем занять свои места, — дал распоряжение Дамблдор. — Это просто глупая шутка. Мисс Сауран получит заслуженное наказание. - Дамблдор, при всем моем уважении, — прервал его профессор Флитвик, — Третейского судью нельзя наказывать, да и вообще трогать. Это карается самой Магией. - Профессор Флитвик… - Я вам не позволю! — повысил голос маленький учитель. - Поговорим позже. Суматоха в зале не прекращалась, ученики рассаживались, Слизерин шумел (что было удивительно), многие начали строчить письма родителям. Все еще удивленный Гарри сел за стол, хотя сам не понял, когда успел встать. - Гарри, что происходит? — начала требовать Гермиона. — Почему все начали ей кланяться и что за Третейский судья? - Гарри, Гарри, почему эти слизни начали кланяться? — теребил его уже Рон. У Героя не было сил отвечать, он и так сдерживал всю свою неприязнь к ним, поэтому просто ушел собирать вещи; завтра надо было уже возвращаться домой, к Дурслям…

***

- Это катастрофа, Дамблдор, теперь всем воздастся, и мне в том числе! - Одетый во все черное и тревожно мечущийся человек, которым был, естественно, профессор Снейп, обегал кабинет директора уже не в первый раз. Появление Третейского судьи в Хогвартсе встревожило, безусловно, всех. - Мальчик мой, успокойся, потеря хладнокровия тебе не свойственна, я уверен, что это чья-то глупая шутка или козни Тома. Тебе нужно сходить и узнать - его ли это рук дело. Северус из-под опущенных ресниц посмотрел на старика: впервые на его памяти директор нервничал и находился в таком нервном состоянии. Для себя Снейп уже все решил: он знал, что означает приход судьи, и он примет любое наказание от него. Сейчас просто пытался узнать, что по этому поводу думает Дамблдор. «Вот оно — невежество нового поколения! - мысленно вздохнул профессор. - Незнание законов и традиций магов не освобождает от наказания судьи. И только что Дамблдор подписал себе приговор. Думаю, полукровка Том недалеко ушел от старого маразматика." Сам-то Северус знал о судье от матери и Малфоев, тем более он чтил традиции, в отличие от маглолюба и маглоненавистника.