Загадай желание

Утро бодрило своей прохладой и свежестью. Туман укрывал город, затягивая все в свою сонную дымку. В теплых мягких постелях еще дремали многие обитатели города, видя сладкие сны, например, как это делала Юля. А в пустом парке, где не было слышно ничего, кроме криков воронов и звуков проезжающих машин, уже оказалась Дарья, которая усердно взялась за утренние физические нагрузки. Девушка разминалась, делая разные упражнения под веселую музыку, которая играла у нее в наушниках. Она ждала Кирилла, который каждое утро составлял ей компанию. Брюнетка сделала очередной наклон вниз, дотягиваясь пальчиками до земли, устремляя свой взгляд вперед, ища глазами своего нового знакомого. Но он пока не показался на горизонте. Только чей-то наглый шлепок по ее пятой точке ладонью заставил девушку перестать витать в своих мыслях. Она не знала, кто это сделал, так как стояла к нему спиной, да и не слышала его шаги из-за музыки. Но все произошло слишком быстро и по рефлексам, от чего брюнетка уже зарядила подошедшему локтем под дых со всей силы. И только после этого соизволила обернуться. — Павел Аркадьевич? — лицо девушки приняло удивленное выражение, а глаза расширились в несколько раз. Уж не думала она, что встретит здесь серба в шесть утра, да еще и почему-то в спортивном костюме. Ну как костюме, парень был одет в свои любимые свободные светлые штаны, такого же цвета толстовку с капюшоном и черную жилетку. Он как обычно был в своем стиле. Молодой человек согнулся пополам, рвано вдыхая воздух. Конечно, получить такой удар. Он явно не ожидал, что за его жест сразу же прилетит в ответ. А ему показалось, что это было вовсе безобидное касание. — Дышите глубже. Через нос. — скомандовала брюнетка, помогая ему разогнуться. Она держала его за локоть, подходя ближе. — Канаева, ты что, убить меня хочешь? — он возмутился, нахмурив брови, уже приводя свое дыхание в норму. Боль потихоньку начала отпускать. — Я, конечно, понимаю, что не подарок. Но зачем же так грубо? — он прищурился, хватая ее за руку, которой она до сих пор его держала. — Не нужно было меня лапать. — грозно ответила девушка, высвобождаясь из его хватки. Она отошла на шаг назад, вновь продолжая разминаться. — И вообще, что Вы здесь делаете? — задала тот вопрос, который сейчас волновал ее больше всего. Ведь обычно в такое время парень только возвращался домой из очередной шумной тусовки. Или уже проводил свое время в объятиях какой-нибудь фигуристой модели. — Решил спортом заняться. — улыбнулся серб, повторяя за ней ее движения. — Давно хотелось. — конечно же соврал, это даже она смогла уличить. — Тем более, что у меня такая соблазнительная напарница. — Откуда Вы знаете, что я здесь бегаю? — спросила, сузив глаза, ожидая услышать ответ. Но он ведь тоже не так прост, чтобы раскрывать свои секреты. — Пусть это будет моя маленькая тайна. — ухмыльнулся, вновь приобретая коварный вид. Ну да, сто процентов рыжий коршун Юля принесла на своих крыльях эту маленькую тайну. Ну и подруга ей попалась. Вот везде же влезет, где не просят. Хотя она старается как лучше. Ведь видит же, что они не равнодушны друг к другу. Сказала бы ей спасибо, а не злилась сейчас, представляя как расправится с ней дома. Канаева уже хотела возмущаться, не понимая, почему он увязался за ней. Да еще и ведет себя так нагло и самоуверенно. Но ей не дал это сделать парень, который присоединился к паре, приобнимая брюнетку сейчас за плечо. И этот жест заставил серба в негодовании нахмурить брови, сжимая руки в кулаки и снова их разжимая. То есть горничная не соврала, когда сказала ему вчера, что бегает здесь не одна. Он-то до последнего надеялся, что это просто ее злая шутка, которая должна была вызвать его ревность. Но оказывается все намного серьезнее. И этот незнакомец, который улыбался сейчас его госпоже горничной просто выводил из себя. — Я вижу у нас новичок. — произнес тот, обращая внимание на Пашу, протягивая ему руку для знакомства. — Кирилл. — Павел. — крепким рукопожатием ответил ему серб, притягивая чуть ближе к себе. Таким образом новому знакомому все-таки пришлось освободить Канаеву от своих дружеских объятий. И Даше от этого заметно полегчало. Но она не показала виду, только хитро улыбнулась, замечая как ее начальник скоро пустит пар из ушей от возмущения. — Все познакомились, как я вижу. Может, побежим? — обратилась к парням девушка, проходя вперед. Она старалась побыстрее закончить разговор между ними, чтобы он медленно не перетек в драку. Ведь глаза хозяина отеля начали потихоньку наливаться кровью, как у разъяренного быка. Он бросал на нее свои возмущенные взгляды, хмуря брови. Поэтому она старалась отвлечь их внимание на себя и уже буквально через миг набрала темп, потихоньку отдаляясь от них. — Догоняйте. — скомандовала она, вновь разворачиваясь к ним спиной. И предоставляя прекрасный вид ее упругой пятой точки. И Паша заметил, что не только он сейчас исследовал ее тело глазами. — А с чего возникло желание спортом заняться? — спросил Кирилл у серба, наконец переводя свой взгляд на его недовольное лицо. — Для поддержания формы? — Нет. — скривил губы парень, сузив глаза. — Решил составить компанию своей девушке. Чтобы ей не так одиноко было. — выпалил он, расплываясь в коварной улыбке. Конечно, это был обман. Но ведь это было известно только им с Канаевой. — Даша — твоя девушка? — вскинул брови вверх собеседник, явно не ожидая такого поворота. — Она мне не рассказывала о том, что у нее есть молодой человек. — А она у меня вообще скрытная. — развел руками, делая ехидный тон. — Не любит чужим людям душу открывать. — в каждом его слове чувствовалась нотка ненависти, которую он уже начал испытывать к этому человеку. — Надо же. — усмехнулся Кирилл. — Я не знал… — он хотел было добавить что-то еще, но девушка, которая уже изрядно от них оторвалась, перебила его реплику. — Вы скоро? — она возмущенно крикнула, на минуту останавливаясь и приподнимая одну бровь вверх, выказывая свое негодование. — Бегу, любимая. — махнул ей рукой серб, улыбнувшись. Она, конечно же, услышала его фразу, но ничего не ответила, просто продолжая свое движение. Хотя это ее немного смутило. Вновь проявление его собственнической натуры? Или она ему слишком сильно зарядила по селезенке, от чего желчь к мозгам прилила? Брюнетка только хмыкнула, стараясь не морочить себе голову его очередными выходками. Что-то парень слишком уверенно себя ведет. Будто бы считает, что она не может достаться никому другому. Ну… это они еще проверят. Молодые люди бежали по дорожке уже, наверное, совершая четвертый круг. Серб из последних сил перебирал ногами, пытаясь не отставать, чтобы не оставить наедине этих двух. Хотя он и ходил в спортивный зал, но алкоголь, который он так часто употреблял, сказывался на его спортивной форме. И эта столь ранняя нагрузка заставляла сейчас кружиться его голову от недостатка воздуха. Наконец Канаева остановилась на одном месте, приводя дыхание в норму, с помощью специальных упражнений, что делал Кирилл. А серб просто согнулся пополам, опираясь ладонями на свои колени, закашлявшись. Брюнетка только выдала смешок, глядя на его попытки стать спортсменом. Новый знакомый отошел в сторону, так как на его мобильный телефон кто-то позвонил, оставляя парня и девушку наедине. — Даша, я умираю. — он прохрипел, опираясь на ее плечо своей рукой. От его веса Канаева даже чуть пошатнулась назад, но все-таки устояла на ногах. — Мне кажется, что я сейчас выплюну свои легкие. — он пытался отдышаться, тяжело хрипя. — Павел Аркадьевич, дышите через нос. — она наглядно показала как нужно делать. Но парень только опустился коленями на снег, что-то недовольно бормоча на сербском себе под нос. — На какие жертвы я иду ради тебя. — протянул молодой человек, набирая в легкие больше воздуха и чувствуя, как Дарья встала у него за спиной, взяв его руки, поднимая их вверх и снова опуская вниз. — После бега нельзя останавливаться. Нужно восстановить сердечный ритм с помощью специальных движений. — объяснила она, продолжая свои действия. — Как это вы еще в обморок не свалились. — Мне кажется, я в коме. — произнес серб, от чего брюнетка только засмеялась, подходя ближе так, что он чувствовал своей спиной ее теплое тело. — Это дается в знаки ваша тяга к алкоголю. — строго подметила, указывая на его плохие привычки. Говорила в таком поучительном тоне, будто бы его мама. — Кто-то тоже иногда грешит. — он повернулся к ней лицом, вновь вспоминая про тот случай на Новый Год. Канаева только насупилась, отпуская его руки. Она хотела отступить шаг назад, но не успела это сделать, так как серб рывком повалил ее на снег. Девушка даже вздрогнула от такого неожиданного поворота событий, не успев ничего предпринять. И это было на руку молодому человеку. Он навис над ней, хитро улыбаясь, уже восстановив свое дыхание. Теперь-то ему стало заметно получше, чем он и пользовался. Парень довольно быстро приник к ее губам, чтобы она даже не смогла среагировать на его наглые действия. В этот момент рядом с ними оказался Кирилл, который закончил разговаривать по телефону, но заметив довольно-таки пикантный момент, промолчал, всего лишь пожав плечами. Молодой человек решил не прерывать пару, поверив в то, что между ними действительно есть отношения. И галантно удалился, не проронив ни слова. Их поцелуй не продлился долго, так как Паше прилетело холодным снегом прямо в ухо. Канаева тоже не решилась уступать, пытаясь заставить его сейчас отпрянуть от нее. И сразу же наткнулась на его недовольный взгляд. — Госпожа горничная. — со своим невероятным акцентом хрипло протянул парень. — Держите себя в руках. — он коварно улыбнулся, крепко обхватив ее запястья своими ладонями, и прижал их к земле. Хотя Даша и была спортсменкой, но молодой человек был физически сильнее в силу того, что он мужчина. И это не давало ей возможности как-то выбраться с его хватки. — Не мешайте мне наслаждаться моментом. — Если Вы сейчас с меня не слезете. — она проговорила ему прямо в губы, когда он оказался от нее на самом минимальном и допустимом расстоянии, обжигая своим дыханием ее лицо. — То Вам будет очень больно. — девушка приподняла колено, которое уткнулось ему прямо между ног в самое уязвимое место. Серб нервно сглотнул, возмущенно хмыкнув. — Э-э-эй. — протянул, цокнув языком, но все так же не исполняя ее просьбу. — Ты что, хочешь лишить меня наследников? — задал вопрос, нахмурив брови. — И себя заодно. — эта его фраза заставила девушку залиться румянцем, так как совершенно не ожидала от него таких слов. Она, конечно же, понимала, что это очередная его шутка, так как он выдал смешок, хитро прищурившись. — Не заговаривайте мне зубы. — она прыснула, подняв колено еще выше, от чего серб понял, что она действительно не шутит. Хотя брюнетка и была настроена решительно, но понимание того, что сейчас так близко находится своей ногой с его… кхм… достоинством и ощущает его своим коленом, заставляло ее чувствовать себя весьма неловко и краснеть еще больше. Благо, что на улице мороз, и все можно спихнуть на холод. — Ладно, сдаюсь. — он поднял руки вверх, все еще не слезая с девушки, приподнимаясь над ней. Но напоследок все-таки успел хотя бы на несколько секунд запечатлеть на ее губах свой влажный поцелуй, за что сейчас вновь получил от нее снегом в лицо. — Ты сама напросилась. — он набрал в ладони как можно больше снега, осыпая им брюнетку. Они вели себя, словно малые дети, не обращая внимание на то, что в парке уже начинали появляться люди, спеша на работу. И девушка как-то совсем не задумывалась о том, что через сорок минут ей уже нужно быть на своей смене. Иначе Валентина просто отвернет ей голову. Но серб сейчас явно был в приоритете, от чего Канаева так и не бросила с ним свои игры, задерживаясь еще на десять минут. А потом, сломя голову, летела домой, чтобы привести себя в порядок перед работой.

***

— Тетя Эля, чем моя скромная персона обязана твоему визиту? — парень коронно улыбнулся, подходя к своей родственнице, которая стояла у стойки рецепции и беседовала с Михаилом Джековичем. — Явился! — строго произнесла женщина, обращая все свое внимание на племянника. — Скажи мне, пожалуйста, почему очередная сделка с инвестором была сорвана? — она теряла спокойствие, переходя на более высокий тон. — Почему как только я пытаюсь наладить дела отеля, ты сразу же все портишь? — Да я здесь причем? — серб возмутился, складывая руки на груди. — Ну не веришь ты мне, Миша тебе подтвердит, что этот старый хрен вообще не собирался вкладывать деньги в гостиницу. — Джекович, который находился рядом, кивнул головой. — Ему здесь задницу целовали, окружили заботой и лаской, а он по-тихому свалил. — Значит мало целовали. — сурово оборвала женщина. — Я тебе отдала «Элеон» не для того, чтобы ты бухал целыми днями и баб водил в свой номер. Ты когда-нибудь начнешь взрослеть? — Элеонора была очень зла, замечая, что ее слова никак не влияют на поведение молодого человека. Да он никогда ее и не слушался, только усмирялся на некоторое время, после того, как получал от нее новую сумму денежных средств. Еще с юношеского возраста делал всякие глупости, совершенно не думая о последствиях. — Давай, начинай свою старую песню. — парень махнул рукой, закатывая глаза. И эти двое совершенно не обращали внимание на то, что в холле отеля уже собралось достаточное количество персонала, который наблюдал за их ссорой. — А я ее не заканчивала! — женщина прикрикнула, сверля его своими голубыми глазами, которые сейчас выражали только возмущение. — Ты ведешь себя, как ребенок! Тебе почти тридцать лет, а ты еще ничего не добился. Только сидишь у меня на шее. — рукой она стучала по стойке рецепции, чтобы как-то обратить его внимание на себя. — Да твои родители в твоем возрасте уже тебя воспитывали. — серб заметно поменялся в лице, услышав, что она задела его самую больную тему. — Хорош. — он оборвал ее, смягчив тон, потому что совершенно не хотел, и главное — не мог вновь слушать о них. Каждое упоминание о маме с папой отдавалось слишком больно внутри, заставляя вспоминать тот страшный день, который навсегда изменил его жизнь. — Ты всегда так говоришь. — отчеканила его тетушка. — Всегда пропускаешь мимо ушей мои слова. — она была зла, что заставляло ее говорить довольно обидные вещи. — Твой отец был таким ответственным и серьезным человеком. Он всегда держал все под контролем, шел вперед, чтобы у его семьи была хорошая жизнь. А ты в кого пошел? — она придвинулась к нему ближе. — Ты думаешь, что он бы гордился сейчас тобой? — ее совершенно не волновало то, что они находятся здесь не одни, и не стоило бы упоминать столь личные вещи при таком большом количестве людей. — Я не думаю, что твои родители хотели, чтоб их сын вырос таким. — парень ничего не ответил, только до боли сцепил зубы, стараясь сейчас не сорваться. Он со злостью перевернул кресло, стоящее рядом, после этого пнув его ногой. Он, не оглядываясь, зашагал в сторону лифта в слишком быстром темпе. Его глаза сверкали молниями, казалось, что он убил бы каждого, кто подошел бы сейчас к нему. Тетя сказала правду, его родители вряд ли бы гордились им. И Павел знал, что он плохой сын, он корил себя в том, что тогда наговорил им столько гадостей, что совершенно не слушал их, думая, что знает лучше. Он даже не предполагал в тот момент, что все эти пятнадцать лет будет настолько сильно об этом жалеть. И всю оставшуюся жизнь эта тяжелая ноша будет на его плечах. Молодой человек не мог простить себе свое поведение, не мог простить то, что так мало говорил им, что любит. И каждая такая мысль потихоньку убивала его изнутри, вновь и вновь изранивая ножом его душу. Да что Элеонора знает о нем? Она никогда не интересовалась тем, что у него внутри. Ее заботило то, чтобы он был одет, обут, сыт и обеспечен деньгами. А то, что подросток находился в глубокой депрессии после их смерти, то, что плакал ночами, несмотря на то, что ему уже было тринадцать лет. И то, что пить начал еще в старших классах именно потому, что никак не мог утихомирить свою боль. Разве знает она, что парень каждый раз, прилетая на могилу родителей, стоит на коленях на сырой земле, вымаливая прощение. И ему не стыдно ронять слезы из своих глаз в тот момент. Она хотя бы раз видела то, как он бережно хранит во внутреннем кармане их фото? Элеонора никогда не понимала его и даже не могла представить насколько сложно ему было все это время. Да и сейчас совершенно не легче. И он не видит смысла в том, чтобы что-то исправить. Он не достоин любви других людей. И не был достоин любви своих родителей. Но они, несмотря ни на что, никогда не бросали его. И мама всегда прощала ему его выходки, каждый раз нежно целуя в висок, крепко обнимая. И Павел остался совершенно один. У него нет семьи. И все его друзья — это алкоголь и та невыносимая боль, которая все время заставляет вспоминать самый ужасный день в его жизни. — Перебесится и вернется. — махнула рукой Галанова, поворачиваясь к Михаилу Джековичу, которому даже стало не по себе от такого разговора родственников. — А вы чего встали? Работу никто не отменял! — она обратилась к персоналу, который все еще стоял в холле, тихонько перешептываясь после увиденного. Дарья тоже наблюдала всю эту сцену, и слова Элеоноры задели ее так же больно, как и самого парня. Она успела заметить в его глазах ту обиду, которую она нанесла ему своей речью. Да разве можно говорить такое человеку, который потерял своих родителей? Разве можно убеждать, что они стыдились бы такого сына? Неужели у нее нет ни капли любви к своему племяннику, которого она воспитывала с юных лет? Канаева сама знает какого это, когда ты остаешься один. И она не пожелала бы никому такой участи. Даже своему самому злейшему врагу. Девушка уже собиралась уходить домой, так как ее рабочее время закончилось, она сегодня была всего лишь до обеда, и была рада, что так быстро могла отправиться домой. Но сейчас… брюнетка неуверенно переминалась с ноги на ногу, так и поглядывая на лифт, в котором недавно скрылся серб. Она в сомнениях закусила нижнюю губу, раздумывая у себя в голове, как лучше поступить. Разум убеждал ее забыть все, что она слышала, и идти домой. Какая ей разница до увиденного. Это просто ссора двух близких людей, и не больше. Она совершенно к этому никак не причастна и не нужно совать туда свой нос. Но сердце заставляло ее сейчас развернуться к лестнице и нерешительно зашагать к его номеру. Как она ни пыталась себя остановить, но сама не заметила, как уже оказалась этажами выше, около его двери. Дарья знала ведь, что он сейчас снова напьется, закроется у себя и никого не пустит ближайшие дни. Но ей очень не хотелось, чтобы он добивал себя услышанным от тети. Поэтому она, до сих пор не будучи до конца уверенной, провела ключом-картой по магнитному замку и медленно прошла внутрь. Девушка огляделась по сторонам, не замечая нигде парня. Она прошла в спальню, расстегивая свою курточку, так как от волнения становилось жарче. Брюнетка сразу заметила его, сидящего на полу у кровати. Он прикрыл глаза, запрокинув голову назад. Рядом стояла бутылка виски, которую еще не успел начать. — Я не хочу никого видеть. — молодой человек молвил, все так же не зная, кто зашел в номер. — Идите вон! — его акцент проявлялся все больше и больше. Он был безумно злой и поникший. Брюнетка не послушалась, а только подошла ближе, тихонько присаживаясь рядом. Она робко обхватила его руку своими, обнимая. Совершенно не знала, что сейчас говорить, и нужно ли это вообще. Но не могла просто уйти, зная, как ему больно. Парень удивленно открыл глаза, поворачивая к ней голову. Он уловил запах ее духов еще с самого начала, но никак не мог поверить, что она пришла. А сейчас, чувствуя тепло ее тела, он просто не понимал, что происходит. Девушка видела это некое замешательство в его глазах, но всего лишь легонько улыбнулась, касаясь пальчиками его ладони. — Павел Аркадьевич, не стоит воспринимать эти слова так близко к сердцу. — она начала говорить, ее голос дрожал от волнения, а глаза обеспокоенно бегали по его лицу. — Эти слова — самая настоящая правда. — он горестно произнес, переводя взгляд на окно. — Здесь хоть принимай, хоть не принимай — все равно не поможет. Брюнетка понимала, что не сможет его убедить в своей правоте, потому что в этой ситуации нет того, кто прав, и того, кто заблуждается. Это не тот случай, где можно просто забыть, будто бы о чем-то не существенном. — Я не могу видеть Вас таким. — она сказала правду. Но не договорила самого главного, что не может видеть его таким разбитым, потому что самой становится больно. Она вспоминает своих родителей, вспоминает свою утрату, от чего внутри все начинает трескаться и ломаться на кусочки, больно впиваясь осколками в душу. — Даш… тебе лучше уйти. — он говорил совершенно серьезно, понимая, что не хочет быть перед ней в таком состоянии. Все привыкли видеть Павла-весельчака, который умеет только пить, шутить и спать с девушками. Никто ни разу не наблюдал его поникшим, грустным и сломленным. Она сама пришла к нему, переступая через все свои сомнения и проявления гордости, чтобы помочь и хотя бы как-нибудь утешить. А он говорит, чтобы она убиралась? Канаева начинала негодовать внутри, но снаружи выглядела все также. Она все-таки понимала, что ее возмущение сейчас ему абсолютно не нужно. И ничего она не добьется очередным выяснением отношений. Девушка смягчилась, шумно выдохнула, но все также осталась на месте. Не будет она сейчас уходить и бросать его здесь одного. Брюнетка знала, как тяжело оставаться наедине с горькими воспоминаниями и не хочет, чтобы он сейчас мучился. — Никуда я не уйду. — Дарья была настроена решительно, сверля его своим взглядом. — Как видишь, собеседник из меня сейчас никакой. — он так и не поворачивался к ней лицом, но чувствовал то, как она прожигает его своими темными глазами. — А давайте я Вас развеселю. — произнесла, немного приободрилась, начиная думать в голове, чем же его отвлечь. — Где-то я это уже слышал. — парень усмехнулся, вспоминая ту ночь, проведенную вместе. И именно с этой фразы девушки все и началось. — Я тебя правильно понял? — он наконец-то повернулся к ней лицом, задавая вопрос. И хотя уже знал в голове, что она намекала совершенно не на это, но почему-то все-таки сейчас смотрел на нее, немного сузив глаза. — Я не это имела в виду. — девушка также усмехнулась, пытаясь вновь не покрыться румянцем от того, что до сих пор было неловко за тот случай. Хотя взрослая же девочка вроде, но все равно начинает краснеть, как пугливая школьница. — И что же тогда должно поднять мне настроение? — Пойдемте на каток. — сама не знала почему, но ляпнула первое, что пришло ей в голове. Что за идея такая? Ну хотя бы что-то да предложила. — Я все равно уже закончила работу. — Каток? — парень удивился, сделав недовольное лицо. — Я надеялся на другое. — вот, уже вновь начинает шутить. Хотя голос все такой же поникший, как и пару минут назад. И глаза… слишком грустные. — Это весело. — Должен открыть тебе страшную тайну. Но я и коньки — это не совместимые вещи. — он ничего не приукрасил, рассказав еще немножко о настоящем себе. О парне, который не любит лед только потому, что всегда падает на нем, ударяясь лицом о твердую поверхность, каждый раз разбивая то ли нос, то ли губу. — Я Вас научу. — а эта идея прямо-таки загорелась у нее внутри, а губы растянулись в улыбке, предвкушая эту сцену. Брюнетка давно хотела развеяться, просто отдохнуть и расслабиться. И ничего страшного, если сделает это в компании молодого человека. Сейчас ей хотелось помочь ему стать хотя бы немного веселее. — Последний раз, когда меня пытались этому научить — все закончилось в травмпункте моей сломанной рукой. — и парень вновь не врал. Именно так все и было. Всего пять лет назад. Когда он еще питал надежды стать на коньки. Потому что с детства боялся это сделать. И только, когда вырос решил перебороть страх. — Значит у Вас был плохой учитель. — Сейчас моя сестра отвернула бы тебе голову за такие слова. — он усмехнулся, вспоминая Катю. — Именно она была в роли моего педагога. — и молодой человек до сих пор помнил то, как блондинка потом извинялась перед ним еще две недели за то, что он получил травму. А ему это было только на руку. Она же исполняла любую его просьбу. Хотя ей это и не особо приходилось по душе. — Я постараюсь, чтобы сегодня мы обошлись без сломанных рук и ног. — ему понравилось слово «мы», которое прозвучало из ее уст в их адрес. Это как-то мимолетно согрело душу, заставляя немножко улыбнуться. Может, она и права. Стоит хотя бы немного отвлечься, отбрасывая все свои надоедливые мысли в сторону. Нужно ценить то, что есть хотя бы один человек, которому на него не все равно.