Солнце

Мы уже прошли это время пубертатного периода, и, казалось бы, я не должен так реагировать. Но каждый раз, когда я открываю глаза и вижу перед собой копну рыжих волос, с утра напоминающих гнездо, меня прошибает мелкой приятной дрожью, которая где-то глубоко внутри заставляет что-то лопнуть, чтобы в следующую секунду разлиться теплом по всему телу. Ты забавно сипишь во сне, а солнечные лучи облизывают твою скулу, заставляя тебя хмуриться и сводить брови, придавая тебе обычное выражение лица. Когда ты спишь, я частенько наблюдаю за тобой, хоть и не признаюсь в этом никогда, но я не могу оторвать взгляда от твоего умиротворенного такого спокойного сейчас лица. Мы вместе уже несколько лет, за которые прошли очень многое. Было все: драки, ссоры, твои и мои истерики. Я боялся всегда, боялся, что не удержу тебя, что мой эгоизм и жажда тотального контроля над тобой просто выживут тебя с твоим упертым характером, но все обошлось. И вот сейчас я просто лежу, вдыхая тонкий запах твоих волос, пожалуй, по-настоящему счастлив. Я тянусь к тебе руками, обхватываю поперек живота и прижимаюсь к тебе очень и очень осторожно, чтобы не разбудить. С каких пор я начал проявлять заботу? Наверное, ещё с того инцидента с Шэ Ли. Как давно это было. Едва заметно на губах проскальзывает усмешка. Иногда мне нравится вспоминать все эти моменты, они греют мне душу, если она вообще у меня есть после всего, что я делал, а значит если она существует, то однозначно попадет в ад, но я потащу тебя за собой, милый, ведь я обещал быть рядом. Взгляд непроизвольно падает на твои чуть подрагивающие ресницы и я не сдерживая порыва мягко дую тебе в лицо, ты щуришься, но не просыпаешься. Руки стискивают тебя сильнее, отчего с твоих губ слетает шумный выдох, видимо тебе сложно дышать, но мне все равно. Сейчас для меня нет ничего важнее того, что ты теплый и такой родной у меня в руках, не убежишь и никуда не денешься. В памяти всплывают неприятные моменты с твоими демонстративными уходами. Ты любишь иногда позубоскалить и поиграть на моих нервах, но ты возвращаешься, когда понимаешь, что лучше с таким самовлюбленным мудаком, как я, чем без. Зарываюсь носом где-то в основание твоей шеи, чтобы глубоко втянуть твой запах. Он непередаваем. Ты пахнешь солнцем, если вообще можно определить, как оно пахнет, то это будет именно твой аромат, а ещё теплом. Ты вздрагиваешь в моих руках от холодного прикосновения носа к шее, едва касаюсь губами ее основания, это не поцелуй даже, но от него ты буквально вжимаешься в мое тело. Не стоит торопиться, я всегда успею тебя разбудить и услышать твою гневную тираду по поводу внезапного пробуждения, а сейчас я хочу ещё немного понежничать, лежа в кровати. Ты не одобришь, да и вообще в моем стиле скорее вылить на тебя ковш ледяной воды и отпустить пару колких фраз про кухню. Как бы ты ни злился, я уже давно заметил, что это твоя своеобразная зона комфорта, все эти колкости и маты, тебе намного легче скрывать свои истинные чувства. Даже когда мы наедине вот так, ты не любишь лишнее проявление эмоций и «розовые сопли». -Ведешь себя, как девка в дешевом романе, -отпустил ты когда я, человек который в принципе ориентирован на скоротечный план из разряда «валить и трахать», приготовил САМ ужин при свечах. В тот момент едва различимая улыбка на твоих губах, которую способен отличить лишь я, все же дала мне надежду, что я не такое уж говно, а ты не такой уж и черствый чурбан. Собственно, на этом мои жалкие попытки внести в наши отношения немного романтики и закончились. А сейчас мне только и остаются вот такие короткие моменты близости, когда я могу вдоволь потискать тебя и просто покопаться в себе. Отвлекшись от бессвязного потока мыслей, я вновь всматриваюсь в твое лицо, кончиками пальцев очерчиваю скулу, и мне хочется провести весь этот путь губами, но я останавливаюсь. Ты меня по головке не погладишь, если снова разбужу. Спишь ты забавно, свернувшись калачиком и, что меня не перестает удивлять так это то, что ты зарываешься в одеяло полностью, но твой очаровательный зад всегда вылезает из-под него, это кстати придает пикантности моему пробуждению с утра. Осмелев, чуть приподнимаюсь на локте, и дыхание сбивается, когда я замечаю, что мой стояк упирается тебе точно в поясницу. Никак не могу привыкнуть к тому, насколько твоя близость меня заводит. Иногда мне кажется, что тебе однозначно пришлось призвать самого сатану, чтобы я так на тебе помешался. Тихо выругиваюсь себе под нос, когда чувствую, как плотная ткань обтягивает чувствительную плоть и это причиняет небольшой дискомфорт. Мои демоны сейчас пляшут ритуальные танцы с бубнами в моей голове, ибо я полностью осознавая, чем это чревато, точными движениями очерчиваю твои бока, лаская кожу. К чертям все это, сбрасываю одеяло и чуть ли не рычу, пересчитывая пальцами твои ребра, надавливаю на особо чувствительные точки рядом с солнечным сплетением, тебе это нравится. Поднимаюсь ладонью вдоль твоего торса, изучаю дразнящими прикосновениями пресс, краем глаза замечаю, как ты напрягаешься и дыхание уже не такое ровное. Неосознанно веду руками к груди, задеваю соски кончиками пальцев, пощипываю и чуть оттягиваю, ни на секунду не отводя взгляда от твоего сонного лица, ты чуть двигаешь бедрами и я замечаю, что ты к процессу неравнодушен, а значит удача на моей стороне, хотя я знаю, что при любом раскладе я был бы на коне. Ехидно хихикаю, накрывая твой пах рукой, член под моей ладонью начинает медленно напрягаться, давая понять, что он очень даже заинтересован в продолжении. Всматриваюсь в твои плечи: на них россыпь веснушек и солнечные блики. Меня всегда приводило в шок насколько ты противоречивый. Ты стеснялся их поначалу, но тебя абсолютно не вводила в краску собственная нагота, мог часами разгуливать в чем мать родила, тряся передо мной причиндалами, ну, естественно, заканчивалось это одинаково. Вообще в этом плане ты меня удивил. Я никогда бы не смог поверить в то, что Рыжий гопник с мерзким характером, который к тому же сквернословит, не застенчив в делах любовных от слова «вообще». -Бля, а чего стесняться, мы же парни, -а то, что я в тот момент нагло норовил нагнуть тебя прямо на кухонном столе, тебя вообще не волновало. В широких пижамных штанах вдруг стало невыносимо тесно, когда взгляд упал на подоконник, залитый солнечным светом. Не вовремя в голове пронеслись картины всех наших приключений. От воспоминаний о том, как уже ты настойчиво имел меня на этом самом подоконнике за то, что я реально провинился. О да, это было грязно и черт подери крыше сносно. Несдержанно и слишком шумно выдыхаю тебе куда-то в плечо, сейчас у меня такой пожар в трусах, что мне похуй уже на твою реакцию и в принципе на возражения, когда ты поймешь, что я с самого утра пристаю к тебе. Губы сами рисуют изгибы твоей шеи, ловко проходятся по тем самым веснушками, усыпая их беспорядочными поцелуями. Не ведая никакого страха, должен заметить это чувство мне неведомо, ныряю ладонью под резинку от твоих трусов. Раз уж пошла такая пьянка, и я признаюсь себе в своих самых сокровенных желаниях и чувствах, готов признать, что мне нравится твой член. Вот я блять прям готов его сосать вечно и наверное сдохнуть с ним во рту. Ты бы наверное вшатал мне, скажи я это вслух, но я убийственно серьёзен. От простых физиологических реакций с утра, да, именно от них, а не от того, что я уже полчаса мучаю себя воспоминаниями, полными сцен горячего и страстного нашего секса, меня ведет, и я уже давно потерял контроль над своим телом. Мягко обволакиваю твой член ладонью, тянусь через твое плечо, чтобы посмотреть. Вид шикарный: моя собственная ладонь, плотно сжимающая ровный и гладкий член, в твоих трусах. Осознание этого в очередной раз ударяет в голову не хуже текилы и мне настолько тяжело и легко одновременно. Внизу живота разливается тянущее удовольствие, но оно не приносит удовлетворения, это как зуд, тебе так хочется вцепиться ногтями в саднящее место, чтобы получить долгожданное удовлетворение, но ты не можешь: руки связаны. Сейчас я испытываю то же самое. Меня трясет, но я продолжаю пытку для себя, да и для тебя тоже, на головке виднеется маленькая капелька смазки, я облизываю губы машинально, мне очень хочется сейчас собрать ее языком, но я держусь, какой я стойкий, позволяю себе растереть ее большим пальцем. Не отвлекаюсь ни на секунду и продолжаю водить по возбужденному органу ладонью, задерживаясь иногда в легкомысленной ласке, и обвожу контуры набухших вен пальцами. Голова пустая, в ней сейчас густой обволакивающий свет. Не время предаваться лирике, но с тех пор, как мы вместе, всю мою блядскую чернь внутри заменил твой свет, это я должен был тебя поглотить, окунуть в свою темную душу, но все пошло не по плану. С тобой всегда так, не по плану. Хоть я и не сторонник системного подхода, но осознание насколько я реально в тебе увяз, пугает и будоражит одновременно. Я уже не замечаю как нагло потираюсь своим членом о твои ягодицы, а рука продолжает настойчиво ласкать тебя. В сознании мелькают отблески нашего вчерашнего родео-драйв, и меня прошибает очередная волна возбуждения. Вот то, что я делаю сейчас это уже несусветная наглость, руку, мирно лежащую поперёк твоей груди, плавно завожу за твою спину. Напряжение повисло в комнате, я готов поспорить, что оно осязаемо и давит сейчас не только на меня. Ты тяжело дышишь и мотаешь головой, пытаешься отогнать это наваждения. Но нет, Рыжик, не сегодня. Бесцеремонно приспускаю, твои боксеры и настойчиво поглаживаю ложбинку между ягодиц. Сейчас ты расслаблен, лежишь, сопишь и даже не подозреваешь, что ещё чуть-чуть, и я просто разорву твою бренную тушку. Мои догадки подтвердились, когда пальцы очертили в незамысловатой ласке плотно сжатое колечко мышц. Вновь жадно втягиваю твою запах за ухом и чуть покусываю мочку, здесь ты пахнешь особо остро, и от этого меня потряхивает, желание вгрызться в шею почти невыносимо, но нельзя. Пальцы чуть надавливают на анус и тут же погружаются в податливое и горячее нутро. Ты не сопротивляешься, а лишь сипло и тяжело дышишь, чуть приоткрываешь губы в немом стоне и жмуришься. Твое лицо, кстати, просто прекрасный индикатор эмоций. Я уверен, что сейчас тебе снится очень пошлый сон, хоть это и не удивительно при таких «толстых» обстоятельствах, упирающихся в твое обнаженное бедро. С собственных губ рвется несдержанный глухой стон, я не могу это контролировать, меня просто с ума сводит то как внутри тебя горячо и туго, как ты чуть подаешься назад, насаживаясь сильнее на мои пальцы. Черт, — сквозь стиснутые зубы. Твои боксеры летят в неизвестном направлении. Как можно тише сажусь на кровать, убирая в сторону твои ноги. О да, им у меня припасена отдельная ода. Длинные, стройные и крепкие. Их ни за что нельзя спутать с женскими, но для меня в них шарма будет больше, чем даже в самой горячей красотки из фильма эротического жанра. Неконтролируемым порывом, склоняюсь к твоим бедрам, целую внешнюю поверхность и прохожусь ласкающими движениями ладоней вдоль до колен, задерживаюсь на пару секунд, чтобы дотронуться до особо чувствительного места под коленом. Бляять, -это уже не смешно, я чувствую себя маньяком, у меня ни с кем не было ТАК. Сумасшедше, дико, необузданно и невыносимо. Ни одна девушка не заводила меня настолько сильно, что у меня пальцы ног сводит от напряжения. Сил терпеть больше нет, я просто приспускаю пижамные штаны и приставляю почти алую головку собственного члена к тугому подрагивающему входу. Придавливаю твои ноги к кровати, не переворачивая и оставляя тебя на боку, я понимаю, что ты точно проснешься, но все же пытаюсь сохранить иллюзия контроля над ситуацией. Подаваясь очередному порыву, плавно вхожу в расслабленное тело. Закусываю губу скорее от неожиданности, ведь ты внутри настолько податлив, как подтаявшее масло. Мм, — неразборчиво мычишь, а в следующий момент разлепляешь ресницы и являешь мне полный непонимания взор янтарных глаз, иногда мне кажется, что на их дне плещутся пузырьки, словно от шампанского, но не время вдаваться в подробности твоего образа, ибо в меня уже летит четко поставленный удар с ноги. -Какого хуя? Ты совсем оху.Ах! -ты сжимаешься, а я перехватываю твою ногу. Нет времени, действовать надо быстро, а иначе я останусь без члена и с расписанным ярко синими красками лицом. Разворачиваю тебя на живот и подминаю под себя, не выхожу, это сейчас чревато. Просто седлаю твои бедра, опираясь коленями по обе стороны от твоих бедер, в тисках рук фиксирую запястья у тебя над головой и опускаюсь точно к твоему уху. -Доброе утро, малыш, -горячий шепот опаляет тебя и я всем телом ощущаю твою дрожь. Видимо твой член от твоих ерзаний подо мной касается чувствительной плотью грубой ткани. Ты всхлипываешь и на секунду натягиваешься как струна в моих руках. Сдавленный стон срывается с твоих губ, ты пытаешься удушить его в недрах легких, но не получается, а я тем временем нагло вторгаюсь в твое тело несдержанным толчком на всю длину. -Ммм, черт, -ты кусаешь губы, нет ты их терзаешь укусами, я понимаю, что сопротивляться ты не будешь и отпускаю запястья, чтобы выпрямиться. Быстро облизываю губы в несдержанном жесте, толкаясь глубже в раскаленное нутро. -Ты прекрасен, -на одном дыхании выдаю я, потому что потом меня накрывает. Я развожу в сторону твои ягодицы и вижу как плотно ты обхватываешь мой член, как плавно он скользит внутрь и насколько туго стенки разработанного поблескивающего ануса стискивают его. Я не выхожу. Тебе нравится именно так, давящее томящее ощущение наполненности, и твой тихий скулеж и пальцы нервно стискивающие мертвой хваткой простынь, тому подтверждение. Ты поворачиваешь голову в бок и смотришь на меня. От этого взгляда сердце совершает кульбит, а из легких рывком вышибает весь воздух. Горячий, полон немой ярости и дикого желания одновременно, твой рот искажается, когда я вхожу слишком глубоко. Чуть надавливаю на стенки, так мягко засасывающие меня. Не отводя ни на миг испытывающего взгляда от твоего лица, чуть меняю угол проникновения и попадаю головкой точно в простату. Ты выгибаешься и кричишь уже в голос, широко открыв глаза, смотришь на меня, задыхаясь от очередного немого крика удовольствия. Меня так ведет, что я не соображаю что делаю, вбираю в рот свой средний палец и с пошлым звуком засасываю его, а ты не отрываешь взгляда, сейчас ты не в этом мире, ты далеко, но по-прежнему со мной. Вынимаю палец изо рта и продолжая оттягивать правую ягодицу проталкиваю его в жарко изнывающий от трения анус. Благо вчера мы отлично покувыркались и можно не бояться, что беру тебя «на сухую». От этого по твоему телу прокатывается волна удовольствия и я изнутри чувствую каждое движение твоего тела и дрожь, прошибающую тебя от кончиков пальцев ног до макушки, ты прогибаешься в спине и почти плюхаешься на подушку. -Хмпф, ну как? — ты рычишь, но только до того момента пока я не начинаю движения внутри тебя вновь. Тебя выгибает дугой, ты ерзаешь и сжимаешься, а ещё стонешь очень горячо и невыносимо сладко, мне кажется, что эта сладость сейчас у меня на губах и в порыве страсти я облизываю их, но к сожалению чувствую только сухость, во рту пересохло и, кажется, я забыл как дышать. -Помоги мне, — я не узнаю свой голос, сейчас он низкий, с хрипотцой. Ты понимаешь меня с полуслова и разводишь свои ягодицы, а я наслаждаюсь нереальным видом. Во мне все бурлит и клокочет, у меня ощущение, что это происходит не со мной, настолько хорошо не может быть. Все, хватит. Вынимаю палец, ты вновь вскрикиваешь от неожиданности, развожу твои бедра и впиваюсь в них пальцами, притягиваю к себе. Ты послушно встаешь на колени, насколько вообще слово «послушно» применимо к тебе, но ты все же это делаешь, и я с глухим рыком поднимаю тебя за запястье к себе, перехватывая поперек груди, стискиваю в объятиях. Сейчас единственное чего мне не хватает, чтобы улететь в космос это кожей чувствовать твою близость. Ты прижимаешься к моей груди спиной, и стоны нескончаемым потоком вырываются из твоей тяжело вздымающейся груди. Пытаясь уйти от твоего взгляда, прячусь в изгиб шеи и необдуманно впиваюсь зубами в нежную кожу. Ты мне дашь пизды за отметины, но правила для того, чтобы их нарушать. Да, я плохой мальчик и уже с самого утра шалю. Нет сил. Я срываюсь на бешеный темп, обхватываю твой истекающий смазкой член и надрачиваю, пытаясь подстроиться под ритм толчков, но получается плохо, не могу сейчас вообще скоординировать свои движения. -Посмотри на меня, -твой голос выводит меня из плена наслаждения, я не подчиняюсь, не хочу сейчас, чтобы ты видел это лицо. Не потому что меня смущает выражение моего лица когда я кончаю, а потому что на нем сейчас много, слишком много красноречивых чувств, а я не готов открыть тебе всю их глубину. Я сам не могу с ними совладать и не хочу, чтобы сейчас ты увидел эту слабость во мне. Ведь здесь я весь такой сильный и властный мачо, заставляющий течь телок только при одном взгляде на меня, я. Тебя видно подзаебала эта гонка и ты просто рывком притягиваешь меня за волосы к себе, впиваешься грубым поцелуем, он полон жажды, которую ты утоляешь мной. Голова кружится, будто ты не целуешь меня, а высасываешь всю энергию. Наши языки переплетаются и в пресловутой схватке за первенство, нет ни капли целомудренной нежности, с которой я всматривался в черты твоего лица с самого начала. В нем есть желание, страсть и похоть. Это ты, твоя стихия. Ты как огонь, выжигаешь и вылизываешь языками пламени, оставляя после себя лишь пепелище. А я тону в этом потоке лавы, мне нравится, я остервенело отвечаю тебе, а в следующую секунду ты сжимаешь меня в себе особенно сильно и мелко дрожишь, топя громкий стон в моем горле. Меня прошибает волной острого почти болезненного удовольствия спустя пару толчков. Ты бессильно плюхаешься на кровать, а я следом за тобой, накрывая твое тело собой. Не могу оторвать взгляда от тебя. На удивление ты сейчас выглядишь таким изнеженным и мягким, податливым и теплым, тянусь рукой к твоим волосам, провожу по ним осторожно, будто боясь спугнуть, а ты… Ты лишь улыбаешься так, как ты это делаешь только для меня. -Давай никуда сегодня не пойдем? — твой шепот сейчас спасение. Иначе, я бы задохнулся, задохнулся собственными эмоциями. Но я заталкиваю свою долбанную нежность в дальний угол своего сознания и тянусь к тебе, увлекаемый бархатистым раскатистым звуком твоего голоса, разрушающим невидимый барьер между нами, который воздвиг ты сам. Когда-нибудь я признаюсь тебе, насколько действительно сильно зависим от тебя, но это уже другая история.