Забери.

Телефонный звонок. Нарастающее хныкание малыша. Шевеления рядом. Быстро открыв глаза, я прижал к себе маленького, поцеловал в лобик. -Чщщ, малыш, спи. Я дотянулся до телефона и сбросил разбудивший нас звонок. Я ни капли не сомневался, что это был Миша. Вероятно, когда он не обнаружил меня дома, начал бить тревогу. Действительно, Лазарев же пропал. Я тихо усмехнулся своим мыслям, сняв тем самым яростный порыв оторвать ему голову за то, что разбудил, и напечатал смс, в котором была информация о том, что со мной все в порядке и о том, где я нахожусь. В ответ я получил сообщение написанное исключительно заглавными буквами. Миша разразился из-за того, что я его не предупредил, да как я мог вообще, да что я о себе возомнил, ничего что он переживает и места себе не находит, что обзвонил уже все больницы и морги, а я, значит, в Нью-Йорке сплю. Я лишь широко улыбнулся и не стал отвечать. Через пару минут Миша прислал «выдыхающий» смайлик. Я сообщил ему о том, что поеду сегодня на студию, он ответил, что скоро прилетит. На этом наш диалог закончился, я заблокировал телефон и опустил глаза на своего спящего малыша. Тот тихонько посапывал, прижавшись ко мне. Укрыв его получше, я осторожно встал, потянулся, посмотрел в окно на пробуждающийся город. Хотя судя по пробке из сигналящих машин, топ народа, шагающих по улицам, я смекнул, что время уже к полудню. Взглянув на часы, я подтвердил свою догадку, ухмыльнулся, взъерошил волосы, надел майку и шорты и удалился из спальни на кухню. Пока я готовил нам завтрак, сынок проснулся, потеряв меня, захныкал и прибежал на кухню на грани слезок. Услышав приближающийся бег маленьких ножек, я оставил готовку и повернулся к двери. Оттуда прямиком ко мне на руки влетел малыш. Обняв его, я тепло улыбнулся, подтер накатившиеся слезки и расцеловал нежное личико. Маленький сонно улыбнулся мне в ответ, потер кулачком глазик и сладко зевнул. Отключив плиту, я направился с ним в ванну, умыл его, переодел, и после мы вернулись на кухню. Вкусно позавтракав, мы вскоре собрались и покинули квартиру. По довольному лицу Миши, стоявшему около большой черной машины с распростертыми объятиями, я понял, что наша утренняя возня слегка затянулась. Малыш радостно запищал, увидев Дворецкого, и потянулся к нему. Подойдя ближе, я протянул ему руку, мы поздоровались. Пока он нацеловывал маленького, я отошел в сторону, надел тёмные очки и набрал маму. В ожидании вызова, я оглядывался по сторонам, смотрел на прохожих. -Здравствуй, сынок, - сказала мама в трубку с улыбкой в голосе. -Привет, - ответил я, улыбнувшись от родного голоса. -Как вы добрались, как малыш? -Долетели хорошо, сегодня впервые так долго проспали, - смущенно признался я. -Перелет всегда нагрузка на организм, очень хорошо, что вы выспались. Мама говорила что-то еще, советовала что-то по поводу сына, я внимательно слушал ее и тут в очередной раз поднял взгляд с асфальта вперед и увидел силуэт девушки. У меня отвисла челюсть от ее красоты. Я поверить не мог своим глазам. Этого не могло быть… -Сынок, ты меня слышишь? Сынок? -Да-да, мам, извини, я перезвоню. Пока. я сбросил звонок и метнулся в ту сторону, где видел ее. Прибежав, я отчаянно оглядывался по сторонам, но ее нигде не было. Выдохнув, с легким осадком внутри, я еще раз осмотрелся и вернулся назад. Миша вопросительно уставился на меня. -С тобой все нормально? – поинтересовался он. -Вполне, - сухо ответил я, взяв у него малыша, - поехали на студию, после я планировал погулять с сыном. Миша лишь согласно кивнул и ушел за руль, мы же разместились на заднем сидении. Всю дорогу я обнимал сына, сидящего у меня на коленях, и иступленно пялился в пол. В глазах застыл ее образ. Этого не может быть, не может. Мозг активно протестовал картинкам, увиденным глазами. Сердце билось с бешеной скоростью, когда я пытался рассмотреть этот женский силуэт у себя в памяти.