Уши и черепа

Глер оказалась в мире зеленовато-золотой дымки, призраков и звуков. А еще рядом с ней стоял Дариус, словно высеченный из глыбы черного обсидиана, смуглая кожа посерела, а глаза, напротив, сияли как два голубых факела. Он смотрел вдаль и не двигался. Посоха при нем не было. Эльфийка осмотрелась, изучая окрестный пейзаж. Все вокруг было такое спокойное, безмятежное, что это чувство передалось и ей, сглаживая воспоминания о первом в ее жизни путешествии как что-то незначительное, возможно, даже привидевшееся. Но стоящий рядом Дариус рассеял это впечатление. - Где мы? - поинтересовалась девушка, с удивлением замечая, что ее голос будто рассеивается и звучит тише, чем обычно. Все вокруг было таким странным и одновременно смутно знакомым. Она видела небольшую деревушку, возможно, одну из тех, которые они прошли на своем пути, и это место не вселяло чувство опасности, которое в последнее время слишком часто преследовало ее. - Все закончилось, Дариус? - Да, все закончилось, - голос его был потусторонне далеким. Он повернулся к Глер и нежно провел пальцами по ее щеке и улыбнулся так мягко и ласково, как, пожалуй, еще ни разу не делал. Он наклонился, целуя ее в губы, невесомо нежно, почти мимолетно - Прости меня, Глер. Прости. Я подвел тебя. И убил нас. Ты нравилась мне. Очень нравилась, маленький отважный эльф. - Он прощался с ней. Вот что это было. Дариус напряженно посмотрел вперед, и его темные одеяния, словно дым, окутывали его фигуру, клубясь и меняя форму. На дорогу, навстречу из молочного тумана, вдруг вышла девочка лет двенадцати. - Эрия... - шепнул Дариус и пошел к ней как зачарованный. Смуглая девочка, в богатом одеянии алого и багряного цвета. Темные блестящие волосы, смуглая кожа, темнее, чем у Дариуса, и ослепительно голубые глаза, что ярким контрастом смотрелись на выразительном лице. Красивый ребенок, хоть и милой не назовешь, очень уж серьезное выражение было на ее детском лице. Магистр замер как громом пораженный, а после... после медленно опустился на колени. - Эрия! - хрипло произнес он хрипло, все еще не веря, и тут произошло невероятное: слеза расчертила его щеку, скрывшись в бороде. Темный магистр плакал. Он звал ее, не в силах подняться, позабыв про Глер и все вокруг - Папа? - девочка подошла к магистру - Папа, ты плачешь?- Ее лицо исказилось испугом ребенка, что не понимает, почему родитель так странно себя ведет - Эрия... - девочка подошла еще ближе и магистр подхватил ее на руки, пряча лицо в кроваво-красных кружевах ее воротника. Лицо магистра осветилось любовью и покоем, пожалуй, преданнейший из жрецов Андарасте не смотрел бы на ее ожившее воплощение так, как это делал магистр глядя на девочку. Он целовал ее руки и в затылок, крепко прижимая к себе, словно не веря, что она здесь. - Я так долго тебя искал... так долго… - Папа, ну я же тут, и всегда буду с тобой. - Девочка посмотрела на Глер, обнимая магистра за шею, и туман скрыл их. Дариуса больше нигде не было. Глер растерялась, она определенно ничего не понимала. Ее тело дрогнуло, когда магистр поцеловал девушку - непроизвольно, словно что-то щелкнуло внутри. И почему-то эту нежность она восприняла как дурной знак. Оказалось - не зря. - Что? О чем ты, Дариус? Я не понимаю тебя... - воровка смотрела на него, пожалуй, самым растерянным взглядом в своей жизни. Ей говорят, что они мертвы... Но как это может быть, если вот они, стоят здесь, вдвоем, и все вокруг такое настоящее, привычное, спокойное. Разве может быть так в ином мире? Сцена, которая дальше предстала перед ней оказалась не только душещипательной, но и... странной. Видимо, это была та самая дочь мага. Та самая, о которой он так переживал. Та самая, о которой не хотел говорить. Вначале Глер не решилась потревожить воссоединившуюся семью, а когда захотела - было уже поздно. Ее единственная зацепка за здравый смысл, единственный спасательный круг в этом мире испарился, словно его и не было. Теперь она осталась одна. - Глер! - девушка обернулась. Перед ней стоял высокий седовласый эльф. Время его явно не пощадило, как обычного человека. Глубокие морщины, усталый вид и только глаза, особенные глаза, с мудрым, живым огоньком. - Глер, как ты изменилась. Стала... совсем другой. Так много времени прошло, верно? - мужчина тепло улыбался ей. - Старейшина? - удивлению девушки не было пределов. - Откуда вы здесь? - Я приехал, как только узнал, что ты вернулась, - отозвался эльф и подошел ближе к Глер, обняв ее за плечи. - Вернулась? Куда? И откуда? Дариус сказал, что мы погибли... - Глупое дитя. Тебе пора возвращаться в эльфинаж. Он стал совсем другим. Мор побежден, Страж даровала нам новую жизнь. - Но... я не хочу возвращаться. Дариус обещал... На этот раз договорить девушке не дали. Лицо старейшины исказилось злостью, и эльфийка невольно отшатнулась от него. Ни разу она не видела этого мужчину в гневе, он был всегда приветлив и добр, пожалуй, в этом и была суть его мудрости. Теперь же казалось, будто перед ней совершенно другой человек. - Дариус лгал тебе! Твои друзья, твоя семья готовы тебе простить предательство! То, что ты связалась с магом, который убивал таких же, как ты, отправлял их в рабство! И вот так ты решила отплатить?! Неблагодарная девчонка! - Я не... Я никого не предавала, - попробовала оправдаться Глер, но внутри больно укололо чувством вины. - Он не такой, как вы думаете... Она думала об этом. Каждое слово, брошенное ей в лицо человеком, который подарил так много тепла в юношестве, словно было взято из закромов ее подсознания. Те слова, что она так старательно уводила как можно дальше от своих мыслей каждый раз, как смотрела на магистра. Но старейшина бил в самое сердце все точнее и от его речей эльфийка чувствовала себя все меньше, беззащитнее и отвратительнее. - Он бросил тебя. Оставил одну, неизвестно где. Лгал тебе, чтобы использовать. Но ты защищаешь этого мерзкого некроманта? И только теперь девушка посмотрела совсем другими на мужчину перед ней. В нем не было непоколебимого спокойствия и мудрости, так присущего их старейшине. Не было тепла. Был лишь незнакомый, жуткий человек, который бил ее по самому больному, делая это словно намеренно, осознанно, целенаправленно. - Старейшина Валендриан. - Тон эльфийки изменился. Теперь она не оправдывалась. Напротив, выпрямив спину, посмотрела прямо в глаза своему видению. - Откуда вы знаете о том, что произошло? Откуда вы знаете, что он некромант? - Ты сама сказала мне об этом, глупышка, - голос эльфа теперь звучал еще более неестественно, хотя кто-то словно опомнился, возвращая марионетке положенную ей роль. - Я не говорила об этом. Старейшина никогда не укорил бы меня за то, что я хочу уйти. И он не стал бы упрекать меня в предательстве. Девушка отошла еще на пару шагов, думая о том, что вообще происходит с ее головой. Теперь она снова отяжелела, думать было невыносимо трудно, а в памяти то и дело проскакивали сцены, до этого забытые. Трактир и она, смеющаяся над тевинтерцем. Его побледневшее лицо после заклинания у озера. Башня магов, залитая кровью. И демон... демон, так старательно пытавшийся их усыпить. - Глупая, глупая девочка. Я хотел дать тебе тот мир, о котором ты мечтала. Так зачем же ты сопротивляешься? - Сгинь! - закричала, окончательно потерявшаяся в пространстве Глер. Ее виски вспыхнули адской болью, а руки... руки задрожали крупной дрожью, создалось ощущение, будто они и вовсе принадлежат не ей, когда из выставленных перед собой в защитном рефлексе, перед шагнувшей к ней иллюзии, ладоней вырвалась молния, ударившая в грудь Валендриана. В этот же миг видение сгинуло, а девушка вновь начала озираться по сторонам. Теперь этот мир выглядел жалкой фальшивкой, подобием ее снов, скорее кошмаров, нежели чего-то доброго. - Дариус! Дариус, где ты?! - закричала она, срывая горло и все равно не ощущая свой голос достаточно громким. А затем эльфийка кинулась куда-то вперед, словно с головой проваливаясь в доли секунды в материю, из которой состоял этот сон. Ее крик словно подействовал на окружающий мир и она оказалась в комнате богатого тевинтерского дома - усадьбы. Изящная роспись на стенах, много книг, кушетки и статуи. Колыбель-ладья, а рядом с ней отчаянно паникующая нянька. И кричащий ребенок. Визгливо, отчаянно, даже сипло, ясно, что кричит так давно. - Дариус!- крик женщины. И в комнате сразу стало больше народа, все смазанные, зыбкие. Похоже, тут собрались все домочадцы. - Мне надоело слушать ее визг. Она мешает мне работать! - Из толпы вышел высокий красивый юноша лет девятнадцати на вид. Грива густых волнистых волос, голубые глаза, едва наметившаяся бородка, скорее легкая небритость. - Дариус. Нам нужен этот ребенок. Она просто еще мала. Вырастет и перестанет кричать. - Уходи, - лицо юноши искажено ненавистью и презрением. Няньку, что проснулась и кинулась защищать собой колыбель, откинуло в сторону, без единого движения магистра. Он схватил ребенка, раздраженно, словно провинившегося щенка. Но девочка сразу замолкла. Так быстро, словно это и было то, чего она так долго добивалась. Маг, в руке которого сияла руна сна, которой он намеревался усыпить девочку, стряхнул магию с пальцев, словно надоевшее насекомое. Похоже, он впервые взял на руки собственного ребенка. И его лицо озарилось пониманием, будто он и несчастная кроха вели неслышимый другим разговор. - Столько шума от такого маленького комка плоти. А ты попросту одинока. Как и я. - Он улыбнулся, ребенок трогал подбородок отца изучающе, а после потянул за волнистую прядь так сильно, что Дариус поморщился. - Я сам позабочусь о своей дочери, раз уж целый дом нянек, врачей и её собственная мать на это не способны. - Объявил он домочадцам, и сцена растворилась в тумане. Но все пропало ненадолго. После из тумана начали мелькать сцены, очень быстро. Девочка росла. Дариус занимался ею, домочадцы шептались, что у юного колдуна странная блажь. Вот он оживляет для нее скелет ворона, и девочка, уже лет четырех, смеется, когда птица по пожизненной памяти пытается взлететь, не имея больше перьев, и беззвучно открывая клюв. Вот он с серьезным видом читает ей на ночь историческую книгу "Пришествие тевинтерских магистров". Серьезное чтиво разбавляя типичными для детских книг "А потом они пошли в пещеру и их ждал страшный-страшный дракон". Дариус рос вместе с девочкой, менялся. Вот исчезла шевелюра, довольно быстро. Вот появилась первая татуировка - на голове. Шум моря. Орлей. Полуобнаженный магистр сидит на белой гальке, и сам лишь в белых штанах, лицо его спокойно и умиротворено. Девочке лет семь, и она стоит перед кромкой моря, подняв руки верх. Накатывающая волна вдруг отходит вперед, обнажая дно полное раковин, песка и встревоженных крабов. Гигантская волна взбудораженной воды, морским чудовищем нависает над ними. - Молодец, - хвалит Дариус, - а теперь медленно отпусти. Ты опять взяла слишком много. - Ладно, - хмыкает девчушка и опускает руки. Вода с грохотом устремляется на берег, но обходит отца с ребенком, будто они закрыты волшебным куполом. - Я хорошая колдунья?- спрашивает его девочка, с тем взвешенным спокойствием, которое редко встречается у детей ее лет. - Ты очень сильная колдунья, - улыбается Дариус. - Даже слишком сильная. - И лицо его омрачается. Снова дымка. И вот он, такой как сейчас. Сидит в кресле, на столе кипа бумаг. Между бровями наметилась морщинка. Девочка тут же, в кресле читает книгу. Стены все той же комнаты, детской, почернели, покрылись гарью. Слышится едва уловимый треск - похоже на это помещение наложено столько заклинаний, что даже воздух густой от магии. Эльфийка смотрела за сменяющими друг друга картинками и почему-то никак не могла найти на них того, что искала. Причины, почему Дариус так тревожится. Причины, почему он увидел именно ее в этом кошмаре. Но семейство сидело такое непоколебимое, что невольно заставляло усомниться во взвешенности ее решения. "А может не стоит? Может демон прав и так он будет счастливее?" - пронеслось у нее в голове за доли секунд, в то время как она уже подошла к мужчине, теперь глядя на него сверху вниз. А потом решила: надо. Он просто не понимает. И если бы понял, то непременно прогнал бы демона. - Дариус? - позвала она, наклонившись. То, как ей придется объяснять ему, что происходящее вокруг - ложь Глер продумать не успела. И теперь вспоминая, как себя вел магистр прежде, при упоминании ее дочери, становилось страшно, что он не позволит ей стоять между ними. А на что способен разъяренный маг девушка уже видела. - Дариус, посмотри на меня, - снова обратилась к нему эльфийка. - Это все не взаправду, ты же понимаешь? Магистр не реагировал, он сидел, разбирая бумаги. А вот девочка положила книгу на колени, и посмотрела на Глер. - Он тебя не слышит. Это ведь даже не воспоминание, а его фантазия. И он не хочет никого слушать, вот и не слышит. Зачем ты его тревожишь? Разве не видишь, как он счастлив? - Эрия, как расшифровывается знак "треугольник в круге, пересеченный зигзагом". - Стигма боли, папа. Это эльфийский символ, - жизнерадостно ответила девочка. - Правильно. - Дариус улыбнулся. - Сейчас я закончу с делами, и выберемся отсюда. Хватит держать тебя в клетке как дикого зверя. - Хорошо, папа, как скажешь. - Эрия вновь посмотрела на Глер. - Не бойся меня. Я не демон. И ты сама уже свободна от ловушки, просыпайся, оставь его мне. Глер вздрогнула, когда услышала ответ не оттуда, откуда ожидала. Пожалуй, она рассчитывала на все: что Дариус ей не поверит, что он попытается ее прогнать, а может и убьет на месте. Но того, что ее могут не услышать, в ее планах точно не было. Эльфийка обернулась к девочке, словно могла бы рассчитывать на ее помощь, наблюдая за тем, как они разговаривают, будто ничего не происходит, будто ее тут и вовсе нет. - Я не боюсь тебя, - отрезала девушка, пожалуй, впервые в жизни говоря полную правду. - Но и его тут не оставлю. Присев на корточки, Глер вцепилась пальцами в плечи магистра, встряхнув его, словно тот спал и не слышал, как его пытаются разбудить. И в чем-то была ироничность данного движения. - Дариус, проснись, пожалуйста! Нам надо уходить! - эльфийка попыталась заглянуть в глаза мага и, нерешительно, но потянулась к его губам, коснувшись их своими всего на мгновение, а потом вновь подняв крик. - Дариус, чтоб тебя! Да посмотри же ты на меня! Видишь, я тут?! Живая! Это всего лишь видение, слышишь?! Это неправда! У нас впереди так много всего, очнись же ты! Нам еще надо в Тевинтер! Ты должен достать из меня чертов амулет! Я должна познакомиться с парой твоей жены! И... прислать через двадцать лет тебе в подарок гребень, - на глаза Глер навернулись слезы от бессилия, и она вновь встряхнула мужчину. - Это сон, понимаешь? - Он не нужен тебе больше. Отец зачаровал артефакт, теперь ты не умрешь от него и можешь быть свободна. Прожить долгую жизнь с тевинтерским артефактом в груди, и никто и никогда не узнает о нем. А ты сама быстро перестанешь вспоминать о нем. Зачем ты хочешь его вернуть?- удивилась Эрия, магистр все еще не реагировал. Девочка подошла и положила ладонь на его смуглую руку, магистр не глядя улыбнулся, и погладил большим пальцем маленькие детские пальчики, не прекращая писать и не реагируя на все крики Глер. - Видишь? Даже я не уверена, что могу его разбудить. Он настолько силен, что подчинил меня своей воле. Я даже выгляжу так как он хочет. - На мгновение лицо девочки покрылось жуткими струпьями, глаза стали белыми как вареный белок. А потом она вновь стала обычной красивой и серьезной девочкой. - В нем столько вины и боли… как он до сих пор выдерживает эту боль? Он же винит себя за то, что со мной случилось каждый день. Девушка слушала ребенка, не отводя взгляда от магистра. И ей было страшно. Пожалуй, даже больше, чем когда обнаружилось, что Валендриан - лишь видение. Глер невольно вздрогнула, увидев, как изменилась рука девочки и подняв на нее взгляд. Какие-то секунды эльфийка снова сомневалась. Потому что она не знала как поступить, как будет правильнее. Но хотел бы маг остаться в объятиях демона? Он слишком горд для этого. - Я не отдам его тебе, - отозвалась девушка, вновь глядя на Дариуса. - Не отдам, потому что он дорог мне. И дело не в амулете. Я не отдам его, потому что он мой. И потому что он не отдал бы меня. Вытерев рукой слезы со своих щек, девушка поднялась и выпрямилась. Развернувшись полностью к порождению разума магистра, она девушка судорожно вдохнула, словно готовясь нырнуть в воду, и вновь вскинула перед собой руку, отправив в полет к иллюзии такую же молнию как та, которой она рассеяла собственное видение. В этот раз она творила магию произвольно и почти легко, внутри словно что-то улеглось и встало на свое место после того, первого заклинания. Летящая грозная шаровая молния вызвала у девочки смешок. Она протянула ладонь, и молния треща и сверкая зависла над ней. - Я же сказала, я - не демон. И стихийная магия - то из чего я состою на большую часть, она не нанесет мне вреда. И я не хочу вредить тебе, ты нужна ему, теперь я это чувствую. - Девочка смотрела на эльфийку пытливо, словно взвешенно пытаясь принять какое-то очень важное решение. - Он твой? - не поняла её Эрия, а потом догадалась. - Ты любишь моего отца? Это правда? Искренне, всем сердцем? И никогда-никогда не предашь и не отпустишь? - Похоже, это и впрямь была не демоница. Только вот кто или что? Эльфийка замерла. Она надеялась, что это такое же видение, как ее собственное и рассеять его будет так же просто к подобному повороту она не была готова. Также, как и к вопросам, которые ей задал ребенок. Ей все еще не казалось опасным это существо, но что с ним делать Глер не представляла. Пожалуй, повторить то заклинание с молнией сейчас было пределом ее возможностей и то лишь потому, что она уже почувствовала как его творить. - Я... я не знаю, - наконец, честно ответила девушка. - Я не знаю каково любить кого-то. Но он мне дорог. И я не предам его, иначе бы меня здесь уже не было. Позволь мне забрать его. Нам надо уходить. Тут ему не место. Она окончательно потерялась. Кажется, ей приходилось о чем-то уговаривать демона, но еще смешнее было то, что эльфийка искренне надеялась, что им дадут уйти. Эльфийка замерла. Она надеялась, что это такое же видение, как ее собственное и рассеять его будет так же просто, к подобному повороту она не была готова. Так же, как и к вопросам, которые ей задал ребенок. Ей все еще не казалось опасным это существо, но что с ним делать Глер не представляла. Пожалуй, повторить то заклинание с молнией сейчас было пределом ее возможностей и то лишь потому, что она уже почувствовала, как его творить. Ее собственные мысли улеглись после разговора с лже-старейшиной. Но что говорить девочке девушка не представляла. И тогда решила сказать правду. - Люблю, - отозвалась она после секундной паузы. - Правда, люблю. И если бы я могла предать его - то меня бы тут не было. Я не оставлю его, обещаю. Только дай нам уйти. Даже так Дариус едва ли услышал бы ее слова. Она окончательно потерялась. Кажется, ей приходилось о чем-то уговаривать демона, но еще смешнее было то, что эльфийка искренне надеялась, что им дадут уйти. - Хорошо. Ты еще не уверенна, любишь папу или нет. Я это чувствую. Зато честная, - решилась Эрия, и шаровая молния улетела прочь, сквозь призрачную стену, сорвавшись с ее руки. - Я попробую его разбудить. И пожалуйста, скажи маме: я поняла про колокольчик. И прощаю ее. Она тоже должна перестать мучить себя. Обещаешь? - Эрия подошла к эльфийке, кивнула ей, обошла магистра и позвала его - Папа? - Да Эрия? - Папа помнишь снег? Как он падал тогда? Мне было девять лет, я убежала из дома, поссорившись с мамой, и заблудилась на площади в праздники? Ты нашел меня через десять минут, так испугался, а я тебя не узнала? Помнишь, как я перестала играть в игрушки и начала бояться их? И как кричала по ночам? Как подожгла собаку? А потом убила всех наших почтовых воронов, заживо заморозив их кровь? Как разучилась видеть слезы и понимать чужую боль? Как меня изнутри убивала магия, которой оказалось слишком много во мне, и я не могла справиться с ней и сходила с ума? Как мама на коленях умоляла тебя позволить ей отдать меня наставнику? А ты тогда накричал на нее и сказал, что никому и никогда не позволишь причинить мне боль? Ты верил в меня, а сейчас считаешь себя виноватым, считаешь, что наставник мог сдержать во мне это рвущееся безумие, это могущество, чудовищную разрушительную магию? - Дариус продолжал писать, будто не слыша, но руки его начали дрожать, он поставил кляксу пером. Магистр сжал губы, и смотрел в одну точку, а в глазах его плескалась боль. - Но это не так, папа. Никто не справился бы с ней. Даже ты. Я - несчастный случай. Я - ошибка. Ни один маг не должен рождаться настолько сильным. Человеческое тело не выдерживает такого напора. - Ты не ошибка, нет, -прошептал Дариус, лихорадочно, и продолжил бормотать на тевинтерском, горячно, безумно. - Помнишь тот день? Когда я сожгла наш дом, и всех кто был в нем? Мне было десять. Ты пришел и достал меня из кучи пепла, что раньше была человеком? Сгорели все слуги, мгновенно. И ты замял это. И не отдал меня, не дал забрать. Закрыл ото всех, заключил в тюрьму из заклятий и приходил только сам, зная, что любого другого я испепелю в прах. Только ты мог справиться со мной. Ты искал выход, но не находил его. А когда мое могущество усилилось настолько, что я сама стала прорывом завесы, заживо переходя в тень, ты всеми силами старался меня спасти, до последней секунды и чуть не перешел в тень вслед за мной. Перешел бы, но мама успела вытащить тебя, рискнув стать одержимой, прибегнув к магии крови, потому что другого выхода не было. И ты не смог смотреть на нее больше, простить ее за это и многое другое, в чем винил из-за моей смерти. И уехал в Ферелден? Прости меня, что тебе пришлось столько пережить. И отпусти. Тебе пора, иначе ты не проснешься. - Я не хочу просыпаться, хороший мой, - Дариус обнял ребенка, крепко прижимая к себе. - Не хочу. - Она тоже не проснется. Эльфийка. И я не смогу защитить от демонов вас двоих, у меня нет связи с ней. Они съедят ее. Пожалуйста, иди. Сейчас. - Девочка стала мерцать, будто кожа ее светилась изнутри. И тут Дариус увидел Глер, будто впервые, встал и резко рванул ее за плечо к себе - Просыпайся! - Просыпайся! - Магистр тряс спящую эльфийку уже в реальности. - Давай, Глер, - Он нависал над ней, и взгляд его был обеспокоен. Глер кивнула, запомнив каждое слово, что ее просили передать жене магистра. Она едва ли верила в свое счастье, но так надеялась, что ее не обманут, даже костяшки побелели от крепко сжатых кулаков, в которых она будто надеялась удержать свое душевное равновесие при себе. Девушка следила за нитью повествования ребенка очень тщательно, боясь упустить хоть слово из него. Теперь все окончательно прояснилось, подтверждая правоту эльфийки. Все было куда страшнее и совсем иначе, чем она могла себе представить, но в одном девушка была права: Дариус потерял своего ребенка. Закрыв глаза на какой-то момент, Глер тяжело вздохнула. Тогда... насколько эгоистично было вырывать его из этого сна? Пожалуй, где-то настолько же, насколько и правильно. К концу монолога девочки эльфийка и сама не заметила, как снова начала плакать, поджимая и кусая губы, надеясь, что маг поймет. Поймет сейчас, что надо вставать. И поймет потом, что это было необходимо. - Спасибо, - произнесла она почти одними губами, когда девочка попросила отца проснуться и почти подалась навстречу заметившему ее мужчине, но через секунду все заволокло мраком. А потом Глер открыла глаза. На этот раз все вокруг выглядело иначе. Похоже, она снова была в привычном мире, который теперь казался в сто раз ярче, чем обычно, после плывущего дымчатого сна. А девушка чувствовала себя, будто сто лет не была здесь. - Дариус? - выдохнула она, едва заметив над собой обеспокоенное лицо мага, и дернула его к себе, крепко обняв. - Ну, все, все не плачь, девочка. Я тут, с тобой. А демон праздности не с нами, что очень радует. Похоже, его что-то отвлекло. Ты не сильно испугалась, Глер? - В Дариусе что то изменилось. Нет, внешне он остался таким же, но в его голосе, когда он обращался к эльфийке, появилась мягкая бархатная нотка, вместо обычной равнодушной стали. - Давай, нам пора идти. - Он встал, поднимая эльфийку на ноги. – Проклятье! - У Дариуса болела голова. Да и сил осталось совсем каплю. Он на чистом упрямстве заставлял себя двигаться и переставлять ноги. - Я прибрал к рукам свиток портала до Денерима. Похоже, придется им воспользоваться. - Сильно, - честно призналась девушка, поднимаясь и вновь утирая слезы. Кажется, в последнее время она стала плакать часто. - В тени у меня получилось первое заклинание. Случайно. Может, если ты мне объяснишь я смогу сама создать портал? Или хотя бы помогу? Ты итак устал. Девушка осторожно держалась за руку мужчины, словно боялась, что он снова пропадет и ей придется искать его заново. - Хочешь испытать свои силы, эльф? - Магистр честно выдавил из себя улыбку, хоть она и получилось вымученной. Он только хотел сказать "я видел", но потом решил, что не стоит признаваться, что помнит увиденное в тени. Пока раны слишком открыты, и они слишком устали, не стоит бередить такое. - В тени бывают разные иллюзии и галлюцинации. Но если ты смогла это сделать там, то и в реальности, скорее всего, сможешь. Пока мы здесь, нужно подобрать тебе посох. Другой возможности может не быть. Идем. - Он повел ее осторожно, тихо, почти бесшумно, и открыл дверь сокровищницы, точнее склада ферелденских магов. - Выбирай быстрее. Свиток я прочту сам. - Зачем вообще нужен посох, если я справилась и без него? - удивилась Глер, но спорить не стала. Пройдя в хранилище следом за тевинтерцем, она осмотрелась. Как оказалось, круг магов не отличался разнообразием магического оружия, но эльфийка итак ничего в этом не понимала, поэтому разницы ей не было. Взяв тот, что приглянулся внешне и, обнаружив, что эта штука довольно тяжелая, девушка вновь подошла к магистру, подняв на него глаза. - Пускай будет этот, он мне нравится. Можешь читать. Возвращаться в Денерим после стольких недель в пути было страшно. И в то же время не терпелось, чтобы увидеть вновь, возможно в последний раз, оставшийся навсегда за ее плечами город. Теперь Глер не сомневалась. Больше она туда не вернется.