The Falcon and the Dove

Ворочание Ардета разбудило Джонатана. Он открыл глаза — вокруг была кромешная тьма, которую разбавлял лишь редкий проблеск далеких звезд. Мужчина посмотрел на возлюбленного, который не мог вырваться из лап очередного кошмара. — Нет… Слишком много… Так много… — Ардет! — Джонатан осторожно потряс его, но тот лишь заметался сильнее, сжав руку мужчины. — Мне страшно! — прошептал Меджай. — Тшшшш, проснись, — Джонатан склонился над ним, поцеловав в лоб, и увидел, как темные глаза открылись и уставились на него. — Джон? — Все хорошо, тебе снова приснился кошмар, — успокоил его Джонатан. Мужчина медленно выдохнул и вытянулся рядом с Карнаханом, все еще сжимая его руку. Джонатан почувствовал, как тот наконец-то начал расслабляться. — Ардет? Араб мотнул головой, заставляя себя сбросить напряжение. — Все в порядке, это был просто сон. — Расскажешь? — Джонатан отбросил волосы, скрывающие красивое лицо. — Это иногда помогает. Ардета затрясло, и Джонатан притянул его ближе, начиная беспокоиться. — Что ты видел? — Армию Анубиса, — прошептал Бэй, — тысячи и тысячи псоголовых воинов, идущих на нас как смертоносный прилив. Карнахан резко зажмурился, вспоминая, каким неравным был счет его любовника в их безнадежной схватке с мумифицированными воинами. — Я все еще вижу, как песок извивается и подступает как черная смерть — Ардет неосознанно сжал руку сильнее, и Джонатан почувствовал, как его трясет. Англичанин знал, как много ночей провел Ардет, блуждая в кошмарах, не в силах проснуться, и кричал, видя, как его людей снова и снова бездушно убивают. — После того, как мы победили первую волну, я знал, что это было слишком просто. Я чувствовал! И затем тысячи и тысячи из них начали появляться из песков! Джонатан, памятуя о ранах араба, притянул его к своей груди, поцеловав темные волосы, и почувствовал, как тот прижался к нему сильнее. — Я стоял, видя, как смерть приближается ко мне… Уже так много погибших, а те, кто еще были живы… — Все хорошо. Ты жив, — Джонатан крепко обнял мужчину, — Рик вовремя убил Царя Скорпионов. — Да, — Ардета трясло уже не так сильно, но англичанин не торопился выпускать его из объятий. — Мне жаль, что ты потерял так много людей, — мягко произнес Джонатан, поглаживая мягкие волосы воина, — и Гора. Я знаю, что он много значил для тебя. — Да. Мой дорогой, умный друг. Они долго лежали в тишине, и внезапно Джонатан ощутил беспокойство, когда почувствовал влагу у горла — в том месте, куда Ардет уткнулся лицом. О Господи! Его сильный, бесстрашный возлюбленный… плакал! Не стоило напоминать ему о птице! Что же он наделал?.. Джонатан осторожно поглаживал спину араба, не выпуская его из своих рук. — Самым ужасным было то, что я знал, что умру ни за что, — еле слышно продолжил Меджай, его голос подрагивал. — Анубис бы восстал, и, кто бы ни контролировал его армию, он бы уничтожил человечество. И я ничего не мог поделать! — Ты — один человек, — осторожно напомнил ему Джонатан, — несомненно, выдающийся, но все же… — Я знаю, — Ардет на мгновение замолчал, — но знаешь, что самое страшное? Не ужас схватки, ни ее безнадежность… Я боялся, что больше никогда тебя не увижу. Что больше никогда не смогу сказать, как я тебя люблю. Что умру, больше не почувствовав твоих объятий. Он задрожал вновь, и Джонатан притянул его ближе, покрывая поцелуями лицо, пока руки гладили везде, куда могли дотянуться, пытаясь придать мужчине уверенности в том, что он в безопасности. Они все в безопасности. — Прости, — пробормотал Ардет, пытаясь успокоиться, — я думал, что сумел справиться с этими воспоминаниями, но, видимо, я ошибся. — Это нормально. У меня потом несколько недель были кошмары. — У тебя? — Ардет поднял на него заплаканное лицо. — Вообще-то вся эта веселость и дурачество — всего лишь напускное, — Джонатан усмехнулся, — на самом деле я глубокая и трезво мыслящая личность. — Я знаю, — Ардет нежно провел рукой по щеке возлюбленного. — Да шучу я! — рассмеялся Джонатан. — А я нет. Ты не настолько поверхностен, — Меджай коснулся груди мужчины, почувствовав, как под его ладонью бьется сердце, — насколько позволяешь другим увидеть. — Возможно, — Джонатан замялся. — О чем были твои кошмары? — спросил Бэй. — В основном о том, что Алекса сожрал Царь Скорпионов, — скорчил рожу Джонатан, — и иногда — что он сожрал тебя. — Кто, Алекс? — Ардет попытался вызвать у возлюбленного улыбку, — Прости, я не хотел высмеивать твои страхи. — Нет, все нормально. Я тогда ужасно боялся за тебя. Не знал, жив ты или нет, а если жив, то ранен или захвачен в плен… Теперь уже Джонатана передернуло, стоило ему вспомнить тот животный ужас, который он ощутил. — Даже когда мы пытались спасти Иви, помогали Рику прикончить Имхотепа и того ублюдка с клешнями, мысль о тебе всегда маячила в моей голове. Раненом или мертвом. — Прости, что заставил тебя беспокоиться, — Ардет притянул его ближе, поцеловав в макушку. — Даже когда псоглавые воины шли на нас, я боялся за твою жизнь. Твою и О`Коннелов. Я слишком сильно привязался к вам четырем. И не хочу, чтобы что-то случилось с вами, даже если мне придется заплатить своей жизнью, чтобы предотвратить это. — Так, мой дорогой друг, это просто неприемлемо, — выдал Джонатан, садясь и всем видом показывая, что пора заканчивать этот депрессивный разговор, — никто не будет жертвовать свой жизнью. Не сегодня. Давай попытаемся забыть прошлое и сконцентрируемся на будущем. Ардет осторожно лег на спину, стараясь не потревожить перетягивающие его бинты. — Хорошо. Но что ты подразумеваешь под будущим? — Ну… — Джонатан сморщил брови, взглянув на мужчину, — как только мы покинем эту вечеринку, — он кивнул в сторону спящих поодаль О`Коннеллов, — я намерен зацеловать тебя до беспамятства и заняться с тобой безумной и страстной любовью, — он коснулся рукой импровизированной повязки, — в разумных пределах. — Вот как? — Ардет облизнул губы, чувствуя, как от слов Джонатана по его телу разливается тепло, — и что останавливает тебя от «зацеловать меня до беспамятства» прямо сейчас? — Ну… — Джонатан быстро осмотрелся вокруг, — в основном боязнь быть застуканным своей сестрой и дальнейшего развращения моего племянника, — добавил он. — Джонатан. Они застыли и с виноватым видом обернулись на голос. — Если вам от этого будет лучше…. и крепче спаться… поцелуй его уже наконец. Я замужем, если ты помнишь, и, думаю, ты уже и так достаточно развратил Алекса. — Не-а, — сонно возразил тот, — они всегда выгоняют меня из комнаты, прежде чем заняться всякими взрослыми делами. — Ну хоть какое-то облегчение, — произнесла Иви, покачав головой в притворном недовольстве. — О Боже… - Джонатан драматично закатил глаза, — видишь? Никакого покоя от этого семейства.  — Джонатан, просто замолчи уже и поцелуй его, потом замолчите оба и дайте нам, наконец, поспать! — раздалось ворчание О`Коннелла, который пытался уснуть рядом с Иви. — Выезжаем на рассвете, и меня не заботит, в каком состоянии будет наш ручной Меджай. Все понятно? — Так точно, сэр! — Джонатан выбросил руку в шутовском салюте и увидел, как Ардет смеется над ним. — Отлично, — Рик повернулся на бок, обнимая жену, — а теперь — спать. Алекс, тебя это тоже касается. — Да-да, — пробормотал мальчик, заворачиваясь в одеяло. *** Следующее утро выдалось ясным и теплым, и Иви проснулась раньше остальных. Тихо она подошла к месту, где спали Ардет и ее брат. Руки англичанина даже во сне не отпустили воина из хватки. Она осторожно коснулась его плеча, дождавшись, пока голубые глаза не откроются и не посмотрят на нее. — Доброе утро, — мягко улыбнулась женщина, прикоснувшись ко лбу Ардета, — похоже, что лихорадка прошла. — Хорошо, — Джонатан высвободился из рук воина и сел. — Когда он проснется, посмотрим, как он. — Я уже не сплю, — пробормотал Ардет, открывая темные глаза, — и могу ехать. — Ну, думаю, ты не возражаешь, чтобы я убедилась лично? — Иви отодвинула одеяло и проверила повязки на его груди. — Да, намного лучше, — улыбка коснулась ее губ, — думаю, мы можем рискнуть и поехать. — Чертовски хорошая мысль. Они обернулись на голос приближающегося к ним Рика. — Рик, — предупреждающе начала Иви. — Чем раньше мы вернемся в город, тем раньше Ардет сможет получить нормальную медицинскую помощь, — ответил ей О`Коннелл, — так что завтракаем и выдвигаемся. Спустя два часа на их пути к Каиру, Алекс ехал вместе с отцом, в то время как Ардет занял его лошадь. К тому времени, как они достигли города, было практически темно, и Меджай едва держался в седле. Джонатан ехал рядом с ним, время от времени помогая ему сесть ровнее, но Ардет отказывался пересесть на его лошадь, настаивая, что с ним все в порядке. Когда же они прибыли в дом О`Коннелов, Ардет, едва спешившись, внезапно осел на землю. — Ардет! — Джонатан тотчас оказался рядом, а за ним — Рик и Иви. Алекс крутился рядом, с тревогой поглядывая на взрослых. — Я в порядке, — настаивал Бэй, — дайте мне минуту. — Еще чего! — отрезал Джонатан, помогаю зятю поднять Меджая на ноги, — мы немедленно идем в больницу! — Нет! — резко запротестовал Ардет и, почувствовав, как закружилась голова, вцепился в руку Джонатана, — только не в больницу. — Ох, Ардет, — начала была Иви, но Рик прервал ее. — Так, мы поступим следующим образом, — он встретился взглядом с Бэем, — на ночь ты останешься тут. Утром мы осмотрим тебя и решим насчет больницы. Двое других участником обсуждения открыли было рты, но Рик вскинул ладонь в протестующем жесте. — На этом закончили, — он подхватил Меджая с одной стороны, Джонатан — с другой. — Давай доберемся до комнаты. Иви смотрела на то, как трое мужчин медленно идут к дому, и посмотрела на сына. — Алекс? — Да, мам? — Как ты? — Иви присела перед ним, отбросив светлую челку со лба мальчика. Алекс кивнул. — С ним же все будет в порядке? Она обняла сына. — Да, я уверена в этом, — она поднялась и взяла Алекса за руку, — идем в дом. Ужасно хочется спать. *** Оказавшись в своей комнате, Джонатан помог Ардету раздеться и осторожно уложил его в постель. — Вот так, а теперь спи. Больницу обсудим утром, — он провел пальцами по татуированной щеке, и поднялся, чтобы приготовиться ко сну. Сняв пиджак, англичанин повесил его на спинку стула. — Я уже понял, что это у тебя в крови — быть упрямым и мужественным, но не стоит ставить под удар собственное здоровье. Он снял туфли и брюки, которые повесил поверх пиджака. — Знаешь, тебе действительно стоит показаться врачу, — он принялся расстегивать рубашку, — Ты меня слышишь? Не получив ответа, Джонатан обернулся и увидел, что мужчина уже спит. Англичанин сел на кровать рядом с ним. Отбросив темные волосы с лица воина, он нежно коснулся поцелуем полных губ. — Спи, любовь моя, ты заслужил это. Стараясь не шуметь, насколько это возможно, он разделся и заполз под одеяло рядом с возлюбленным. Даже во сне, Ардет прижался к Джонатану в поисках тепла, и мужчина обнял его, благодаря всех богов, что они выбрались живыми из очередной заварушки. *** О`Коннелл открыл глаза и замер, прислушиваясь к разбудившему его звуку. Это были… чьи-то шаги. Он посмотрел на Иви… Она спала рядом, уткнувшись в его плечо. Так, значит это не она. Осторожно, чтобы не разбудить супругу, Рик поднялся и двинулся к двери, не забыв прихватить пистолет. Оказавшись в коридоре, он остановился и прислушался. Звук шел снизу. Мужчина бесшумно спустился по ступеням в ничем не освещенную гостиную. И увидел их. Высокого темнокожего мужчину, которого, как он считал, он убил в храме, и двоих арабов в белых одеждах. Рик вздохнул. Он хотел просто послать этих парней куда подальше от своего дома и своей жены. Решительным шагом он направился вперед и приставил ствол к голове одного из арабов. — Какого черта вы забыли в моем доме? — тихо спросил он, в раздражении скрипнув зубами. — Я пришел за кинжалом, — обернулся к нему темнокожий. Его глаза блеснули в лунном свете. — И ты скажешь мне, где найти Ардета Бэя. — Бэй в больнице, — Рик рассматривал мужчину, — ты едва его не убил. — Хорошо, — тот улыбнулся. — А кинжал? — Какой кинжал? — Я теряю терпение. Церемониальный кинжал… — Которым ты пытался разделать моего друга? — спросил Рик. — Думаю, ты забыл его в той комнате пыток. — Не тот кинжал, ты, идиот! — прошипел мужчина. Некоторое время он пристально разглядывал Рика. — Ты ведь не понимаешь, о чем я говорю, так? — чернокожий склонил голову набок. — Я тебе это уже говорил, — Рик взвел курок, — а теперь вон из моего дома. — Рик… Отвлекшись, Рик потерял концентрацию, и один из арабов повалил его на пол. Чернокожий приблизился, замахиваясь кинжалом с намерением всадить его в грудь американца. Когда Рик поднялся, Джонатан уже успел отбросить в сторону второго нападавшего. Резким ударом в лицо Рик дезориентировал одного из арабов, в то время как Джонатан сцепился с братом Лок-На, повалив того на пол и не давая подняться. Джонатан использовал все боевые приемы, какие помнил, но его противник был умелым воином, так что один сильный и точный удар заставил англичанина отлететь к стене. Иви, чувствуя вину за то, что перед этим отвлекла мужа, обрушила вазу на голову второго араба, оглушая его. — Довольно! — чернокожий вскочил, обнажив клинок и отступая к двери, — Я все равно найду то, что мне нужно, — его губы исказила хищная улыбка. — Начиная с больницы, — он кивнул Рику и исчез за дверью. — Ну… И что нам делать с этими двумя? — вздохнул Джонатан, пнув одного из арабов. — На улицу их, — устало ответил Рик, наклонившись и хватая одного из мужчин, чтобы оттащить к двери, — они всего лишь прислужники. Так, пешки. Пока мужчины вытаскивали арабов прочь, Иви увидела Ардета, который стоял на лестнице, вцепившись в перила. — Ардет! — её глаза сузились от негодования, когда она поспешила к нему, — почему ты не в постели? — Они знают, что я здесь, — произнес он, морщась от каждого вздоха. — Не думаю. Посмотрев вниз, они увидели Рика и Джонатана, стоящих у подножия лестницы. — Ты почему не в постели? — потребовал Джонатан, нервно посмотрев на мужчину. — Ох, давай полегче с ним, — сказал Рик, поднявшись и помогая Ардету спуститься вниз. Усадив Меджая в одно из кресел, Рик рухнул на диван. — Как я уже говорил, я так не думаю. Я сказал ему, что ты в больнице, и он явно направился туда. — Значит, скоро он узнает, что ты солгал, — Ардет сделал попытку подняться, но застыл под тремя резкими взглядами. — Неважно. Так же он искал кинжал. — Кинжал? — переспросил Бэй, — какой кинжал? — Ну, не тот, которым он разукрасил тебя. Это мы выяснили наверняка. — Эм… — Джонатан направился к лестнице, — сейчас вернусь. Три недоуменных взгляда проследили, как Джонатан поднялся на второй этаж и исчез в свой комнате. Через несколько минут он вернулся и протянул Рику искусно украшенный кинжал, которым он сражался в катакомбах. — Я подобрал его в схватке, и пришлось пустить его в ход, когда на меня кинулся один из арабов, а потом хотел отдать его тебе… — он обернулся к Ардету, — но забыл. И из головы совсем вылетело, что я сунул его в карман, после того, как разрезал веревки. Бэй протянул руку и Рик передал ему кинжал. — Ты просто чудо, — вздохнув, Ардет посмотрел на Джонатана и покачал головой. — Я? — изумленно переспросил Джонатан, удивленно подняв брови. — Ты всегда умудряешься подобрать самые важные вещи. — Я? — Джонатан пристально уставился на него, — и чем же, стесняюсь просить, этот кинжал настолько важен? — Это священный церемониальный кинжал. Он используется для жертвоприношений, после которых мумию можно вернуть к жизни. — Или, в твоем случае, — вставила Иви, — мертвого брата твоего друга. — Без него невозможно завершить церемонию, — кивнул Ардет, — так что, боюсь, он еще вернется за ним, — он на мгновение замолчал. — И за мной. Когда он обнаружит, что я не в больнице… — К тому времени мы будем готовы к встрече с ним, — оборвал его Рик. — Я буду первым на карауле. — Не… — Меджай собрался было возразить. Сказать, что он покинет дом О`Коннеллов до того, как принесет еще больше проблем. Чтобы защитить свою новую семью. Но глава семейства одним своим видом показал, что даже начинать этот спор нет смысла. — Ты, — американец указал на Ардета, — назад в постель. Ты, — он обернулся к Джонатану, — убедись, что он там и останется. — А я? — блеснули зеленые глаза Иви. — А ты… Займись тем, чем и всегда, — пожал плечами О`Коннелл, усмехаясь. — Что ж, раз ты в карауле, тогда я просто пойду спать, — она поднялась. Одарив брата резким взглядом, она добавила, — и, думаю, вам двоим стоит сделать то же самое. — Не имею возражений, — Джонатан встал, помогая Ардету подняться, и они медленно побрели к комнате.