Душа убийцы/Killer's soul

POV Егор — И всё же, Егор, ты должен был вернуться ещё три часа назад, — утверждает мама угрожающим тоном. Вернее, её голос не столько угрожающий, сколько… заинтересованный? — Где ты был? — спрашивает Полина с широкой улыбкой на лице, а я закатываю глаза, снимая промокшую практически насквозь жилетку. Подумать только, теперь она пахнет ей, а я ведь всего лишь накинул агрегат одежды на её хрупкие плечи, пока провожал до дома, выдумывая нелепые анекдоты, чтобы увидеть вновь её улыбку. — И чёрту понятно, влюбился парень! Отстаньте от него! — ворчит папа, а я замираю. Влюбился? — Егор, давай свою жилетку, я повешу её сушиться, — командует мама. — Нет, я сам с этим справлюсь, — с неким испугом произношу я. Существуют аж две причины этого испуга: первая — жилетка пахнет той девушкой, чью улыбку я хочу видеть круглосуточно; а вторая причина — это спрятанные в кармане сигареты и вейп. Не хочу, чтобы мама разочаровывалась во мне настолько. Она с трудом пережила мои проколотые уши и пирсинг на моём лице. — И кто она? — спрашивает сестрица, хитро прищуриваясь. Ненавижу, когда она так делает. — Никто, — отвечаю я, не выдавая своих истинных чувств. Как же мне хочется рассказать всё о ней моим самым близким людям, но я знаю их совет: убрать пирсинг, серёжки и стать хорошим мальчиком. Не хочу. Мне так нравится. Плохие парни тоже могут быть хорошими. Мама выхватывает жилетку из моих рук, которую я почему-то всё ещё держал в руках. Мои глаза увеличиваются, когда я замечаю, что мама залезает рукой в карман. В следующую минуту она извлекает электронную сигарету, пачку сигарет и зажигалку. — Сынок, что это? — спрашивает мама, кивая в сторону своей руки. — Вейп, сигареты и зажигалка, — на автомате отвечаю я, а Полина хлопает себя по лицу, намекая на то, что я полный идиот. В прочем, я это и так знаю. Нужно было убрать всё это дерьмо в джинсы. — Это я и без тебя вижу. Ты куришь? — задаёт мама вопрос, а я улавливаю в её глазах разочарование. Как бы она меня к бабушке на каторгу не отправила. — Нет, — вру я, пытаясь на ходу придумать какую-нибудь отмазку. Чёрт! — Ещё и врёт! Егор, ты совесть вообще имеешь? Что это такое? Сначала татуировка, потом серёжки, пирсинг, теперь сигареты, а дальше что? Алкоголь? Наркотики? Знаешь, плохим парнем можно быть и без этого всего! Ты меня разочаровал! Разве так я тебя воспитывала? Тебе уже в университет через год поступать, тем более на медицинский, а ты… так беспощадно убиваешь своё здоровье. Так не делается, Егор. Возьмись за ум. — Марина, хватит, — раздаётся голос отца. — Егор — это Егор, его не исправить. И я понимаю, что в какой-то степени папа прав, но она заставляет меня меняться. Вместо свойственного для меня стёба, я пытаюсь подбирать нормальные шутки, которым она смеётся, скорее всего, искренне. — Егор, я знаю, что уже поздно пороть тебя ремнём, но всё же меры я приму, — продолжает мама, а я закусываю колечко в губе, опуская глаза вниз. — Неделя домашнего ареста. Попробуешь сбежать, добавится ещё неделя. И так до отправки в лагерь. Если срок останется, будешь сидеть в четырёх стенах после возвращения. Иди в комнату, видеть тебя не хочу. Неделя домашнего ареста… Чёрт, я же обещал Юле встретиться! Завтра, с утра в парке. Чёрт! Позвонить ей, извиниться и сказать, что не смогу прийти? Но я обещал… Получается, я курю, вру и свои слова пускаю на ветер. Что обо мне будет думать эта чертовка Бестужева? И дрожащей рукой я набираю номер, переписывая его с руки. Ещё не стёрся, но уже плохо видно. Прикладываю телефон к уху. Гудок первый… Гудок второй… Гудок третий… Гудок четвёртый… Гудок пятый… Не берёт. Сбрасываю, набирая номер заново. «Набранный Вами абонент выключен или находиться вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезвоните позже или…» — говорит автоматический и занудный голос. Дальше нет смысла слушать. Надеюсь, у неё всё в порядке. Перезвоню позже. Усевшись на кровать и взяв в руки гитару, я начал подбирать аккорды любимой песни Юли. One Direction — What makes you beautiful. Но что заставляет меня делать это? Хочу узнать больше об этой девчонке. Вернее, хочу знать её всю: вдоль и поперёк. А как папа заявил, что я влюбился? И ведь не докажешь, что… Нет, я, конечно, не вижу в Юле подругу и вижу лишь прекрасную девушку, но… Этого не может быть. Кажется, я действительно влюбился. Мой телефон подпрыгивает от вибрации, и моя рука тянется к нему. Именно она… та, которая сводит меня с ума.