Глава 97.
26 ноября 2017 г., 10:21
Нажимаю на кнопку дверного звонка, нервно кусая губу. Надеюсь, он дома.
Нет, конечно, прийти к Булаткину в одиннадцать утра идея плохая, но у меня нет выхода. Может, если я поговорю с ним, то у меня получится разобраться с некоторыми моментами?
За дверью раздаются тяжёлые шаги. Мгновение и преграда распахивается. Передо мной появляется Егор, от которого несёт спиртом и дымом сигарет.
— Вы уже вернулись? Как тур? — его голос хрипит и не понятно от чего: либо он не доспал, либо чересчур напился.
— Где Маша? — нагло проходя в коридор, спрашиваю я.
— Спит, — отвечает парень, а после прочищает горло.
— Вот и ладно. Пока в себя не придёшь, Маша будет у меня, ясно? — строго произношу я, заходя в комнату, где обычно Наташа играла с малюткой.
Её здесь не хватает. Очень не хватает.
Мне плевать, что по этому поводу думает Егор, потому что я ему сейчас не доверяю.
— Ты не можешь её забрать! — упрекает Булаткин, а я обнаруживаю Машу, сидящей в кровати и грызущей какую-то погремушку.
Её любопытные глаза тут же приклеиваются ко мне. Она, наверное, меня не помнит.
— Могу, иначе это сделают органы опеки. Кстати, у тебя появится прекрасная возможность понять все плюсы и минусы ковалёвской банды, взвешивай всё «за» и «против», — отчеканиваю, вытаскивая девочку, которая рефлекторно проводит рукой по моей щеке.
— А ты чего такая самоуверенная сюда заявилась? — он повышает голос. — Думаешь, тур удался и всё, ты теперь героиня?
— Мне помогли приобрести то, чего раньше не хватало, — шиплю сквозь зубы я, доставая из-под кроватки Маши сумку, в которую быстро начинаю складывать вещи первой необходимости.
Девочка, видимо, поняв, что я делаю, ползёт куда-то и приближается ко мне с несколькими погремушками в маленьких ручках.
— Маша останется здесь! — срывается на крик, а я только усмехаюсь ему в лицо.
Я должна убедиться в том, что жизнь девочки в безопасности… в полной безопасности. Не могу я допустить её страданий.
— Помогите! Пожалуйста! — кричит кто-то слабым голосом.
Я поднимаю взгляд, смотря в глаза Егору, молча спрашивая, что это значит?
Но Булаткин лишь опускает свои глаза.
Неужели он когда-то веселил меня по пути в библиотеку? Это правда один и тот же человек?
Я быстро одеваю Машу в первые попавшиеся штаны, подходящие по погоде, футболку и кофту, аккуратно расчёсываю волосы и поражаюсь тому, что она ни разу не пискнула, завязываю ей хвостик.
Девочка сама тянется ко мне на руки, поэтому я поднимаю её, отправляясь к двери в одну из комнат.
Дёргаю ручку, но она не поддаётся. Молча даю понять Егору, что ему лучше открыть. Он издаёт тяжёлый вздох, лениво вставляет ключ и поворачивает его.
Девять девушек. Девять светловолосых девушек с голубыми глазами, прижавших колени к груди.
Одна из них точно Алиса Титова — наша однокурсница, но её тело в побоях до такой степени, что саму её узнать почти невозможно. Другая кого-то напоминает, и кажется, это одна из врачей. Точно, она объявила о смерти Мироновой. Как мир тесен!
— Отпусти их, — требую, но он только усмехается.
— Если я это сделаю, они меня сдадут копам, а так… винят только Владимира. Знаешь, Юля, когда ты узнаешь, кто ты на самом деле, ты будешь себя ненавидеть. Я тебе это обещаю.
— Надеюсь, больше не увидимся, — выдаю я, отправляясь к выходу.
Покидаю квартиру, обув ножки малышки и схватив собранную наспех сумку. Закрываю дверь. Слышу щелчок и мощный удар по ней.
Куда делась тётя Нюра? Она же не могла допустить такого!
— Папа? — произносит Маша, когда я усаживаю её в коляску.
— Папе сейчас нужно полечиться. Он поправится и обязательно заберёт тебя, хорошо? — застёгиваю несколько ремней и выхожу из подъезда.
Бедная девочка… Сколько же она тут уже повидала?
Девять невинных девушек, похожих на меня.
Может, Егор маньяк? Для этого ведь не обязательно вступать в Ковалёву. Что же происходит?
Я виновата в этом или нет?
На мой телефон поступает звонок, и я тут же, не смотря на экран, принимаю вызов.
— Юля, дочка, у нас с папой разговор есть. Ты сегодня свободна? — тараторит мама.
— Конечно. Кстати, я надеюсь услышать хорошие оправдания по поводу приезда без предупреждения, — сообщаю я.
— Как скажешь, — мама начинает хохотать. — Тогда в семь вечера в кафешке у нашего дома. Адрес скину позже, ладно?
— Жду! До вечера! — сбрасываю и обращаюсь к Маше, — Ну, а теперь домой к тёте Юле и дяде Глебу, — улыбаюсь ей, а она хлопает своими маленькими ладошками, заливаясь ответной улыбкой, выражая одобрение.
