Телохранитель Хренов

- В игле верс... - едва различимый шепот рядом вдруг превратится в крик: - Дай мне противоядие... - Почему так больно... Я чувствовал разрывающее кожу лезвие. И я хотел кричать. Орать со всей силой, привлекая внимание всех вокруг. Я хотел хотя бы так избавиться от этого всего. Я хотел пустоты. Перед глазами все плыло и я лишь видел темно-зеленые оттенки мира. Я все еще в лесу? Тогда где же Кайл? Где он, когда мне так плохо? И все ли с ним в порядке? Я моргнул, ощущая, как стекает слезинка, а под мочкой уха раздается пульсирующая боль. Рука тянется к шее, инстинктивно закрывая рану. Под пальцами вязко и липко. Я едва могу понять, что происходит. Но мне хочется смеяться. Вот так и должны заканчиваться счастливые истории? Вот так все стихает? А как же прекрасные картины этого мира? Как же свобода и улыбки любимых людей? Неужели вот так все закончится. Я вытягиваю трясущимися руками тонкую иглу из кожи и со всей оставшейся силы надавливаю ладонью, закрывая рану, закрывая выход крови. Где-то в стороне слышится возня, но я мало обращал на нее внимание. Я был поглощен этим чувством последних минут. Что обычно в такие моменты думают пострадавшие? О том, что не успели сделать? О том, что не очистили свою историю браузера? Или о том, что не успели сказать близким, как сильно их любят? О том, что не успели попросить прощения за все глупости? Каждый был бы увлечен тем же, что делал я. На деле же все оказалось куда проще. Все думают о том, что еще не время. Что еще так многое не касалось их рук, так многое не было увидено, так много не прочитано. Но все же одно объединяло каждого: никто не верил, что это не сон.

***

Осень привносила свои коррективы во все, что я делал. Мое настроение все чаще становилось таким же неустойчивым, как и погода за окном. И я не мог понять, почему так происходит. Я стал чаще гулять по любимым улицам и парку, что был недалеко от моего дома. Меня уже не пугало ни темное время суток, ни то, что могло скрываться во тьме. А я понимал, что не сам. В последнее время я ощущал его присутствие на физическом уровне. Все эти мимолетные прикосновения, ветер дующий по комнате с закрытыми окнами. Все это давало понять, что я не сплю и так просто выкинуть все из головы и души не выйдет. - Прекрати! - вырывается у меня таким отчаявшимся голосом, что я был не в силах поверить в то, что что-то могло измениться. Тем не менее я остался в тишине. Тиканье часов как-то неожиданно стало громким, и я бы мог ощутить облегчение, которое так хотел уже несколько месяцев. Вот только на самом ли деле я его хотел? Я отбросил в сторону книгу с потертыми страницами и прикрыл глаза. Почему я во все это влип?! Неужели я заслужил такую участь? - Почему ты солгал? - мой тихий шепот в пустоту квартиры вновь отдается эхом от стен. - Зачем ты меня спасал? Но мои вопросы всегда оставались без ответа. Вот уже на протяжении нескольких месяцев. Моя боль утихала, злость постепенно исчезала и я понимал, чего он ждет. Я знал, чего хочет ОН. Я вытираю влажные дорожки со щек и успокаиваюсь. Ничего, я в полном порядке. Был и буду. Я со всем справлюсь один. Как всегда делал до этого. Шум за окном уже не пугал меня так сильно, поэтому я даже не повернулся, чтобы убедиться в том, что по стеклу барабанит дождь. Мокрые линии плавно стекают вниз и город преображается. С улиц исчезают люди и все становится похожим на меня. Таким же пустым и грязным. - Почему ты согласился на все это? Ради чего я нужен был тебе? - я чувствовал, что обязан был поделиться своими переживаниями с тишиной. Она бы меня выслушала и я бы смог узнать ее совет. Который, впрочем, знал и так. "Не доверяй никому". Только вот слишком поздно я спохватился. Все утрачено. И сила. И крылья. Поднимаюсь с дивана и шагаю в спальню. Привычно выпиваю несколько таблеток снотворного и ложусь, пытаясь согреться. Говорят, что потеря пары сказывается холодом во всем теле. Но я никогда и подумать не мог, что все так жестоко. Мало я мучаюсь? Мало я страдаю? Но, наверное, заслуженно. - Я бы хотел услышать твой голос... Я едва различаю свое бормотание и проваливаюсь в пустоту с черно-белыми картинками, которые напоминают мне о том, что ничего не вернуть. Я вновь погружаюсь в свой один и тот же сон. Все тот же дом, в который я бегу, пытаясь скрыться от чего-то, что быстрее гонит по телу кровь. Я чувствовал темноту, которая окружала меня и мне было страшно. Я всегда был для всех весельчаком. Пуленепробиваемым мальчиком, который будет смеяться в лицо всему плохому. Но сейчас я боялся. И этот страх, пожалуй, был сильнее любого чувства, которое ощущало мое сердце за всю жизнь. Я дышал. И понимал, что мое дыхание ровное, спокойное и глубокое. Я спал. Однако количество пропущенных часов складывалось в дни. Слишком долго я не видел солнечного света, которое согревало мои ветреные дни. В моей жизни всегда было пусто. Я всегда знал, что буду один. Что буду один на один со всем, что встретится на моем пути, ведь нет среди людей такого человека, которому я бы позволил украсть мою душу, завладеть моим сердцем. И я всегда чувствовал холод. Такой пробирающий и замораживающий нутро. Я был мертв. Внутри. Но сейчас это чувство отступало. Мне было тепло, и этот жар приходил ко мне извне. Я с трудом мог вспомнить что-то хорошее в своей жизни. Все было как-то однотипно, серо, грустно. И эта рутина так завязалась в моей судьбе, что я не мог даже подумать, что это как-то возможно очистить. Но все же все мы ошибаемся. Вот, что свойственно людям. Делать ошибки. Это единственное, в чем мы преуспеваем с завидной регулярностью. Это то, чем мы владеем в совершенстве. Я часто думал, каково это быть счастливым. И все смотрел на папу, который рисовал очередную картину. Он горел этим. И отец всегда поддерживал его. Что бы ни случилось, они всегда держались друг за друга. Они всегда были вместе в горе и в радости. Они улыбались друг другу в самые страшные дни. Они хотели помочь пережить все на свете друг другу. И у них это получалось.

***

Я видел его лицо в прохожих. Я видел его губы у парня, который раздавал газеты, я видел его шрам на шее у паренька в кафе. Я видел все это так часто, что уже был готов поверить в то, что я выдумал себе его образ, просто сложив какие-то черты от других в одно. И я не мог остановиться, разыскивая его в толпе. И иногда находил. Он стоял, засунув руки в карманы, и так смотрел на меня. Так печально и одиноко, словно ему тоже было холодно. Его глаза были тусклыми, а сам он выглядел уставшим. И только я начинал подходить, как он исчезал. Словно его и не было. Я прикрываю глаза, шагая по небольшой тропинке, и вскоре присаживаюсь на лавочке. Город живет, и я осознаю, что тоже должен начинать жить, должен как-то отходить от всего этого. "Может, стоит выбухать из себя все плохое?" - в голове резко всплывают слова моего коллеги, которому я ляпнул что-то о несчастной любви. В каком-то смысле он прав. Вдруг мне это поможет? Вдруг мне полегчает? Я встаю и быстрым шагом направляюсь к магазину с алкоголем. Я вхожу с тихим звуком колокольчиков, беру корзину и бездумно шагаю между полок, выбирая бутылки, которые часто видел у отца в кабинете. - Вечеринку устраиваете? - приветливо спрашивает на кассе продавец. - А, да, небольшую разве что,- улыбаюсь впервые с тех пор, давая себе установку, что с этого момента я не буду хмуриться. - Приятного вечера, приходите еще! - я беру в руки пакет с фирменным логотипом и выхожу, подставляя уставшее лицо поднявшемуся ветру. Я вряд ли сюда еще загляну.

***

Я не знал, с чего начинать, поэтому раскупорил бутылку вина, что была сверху. Я сидел на полу в темной комнате, которая не видела света уже очень давно. Я не мог открыть шторы и посмотреть на что-то хорошее днем. Первый глоток обжег горло. Я никогда не пил так много, как собирался сегодня. И никогда не выбирал крепкий алкоголь. Однако сегодня я просто хотел напиться, как те омеги в каком-то популярном сериале. Я очень быстро пьянел и начинал улыбаться. Для меня это было ново. Мне так нравилось это состояние, что я уже начинал жалеть, что никогда раньше не соглашался с друзьями напиваться до чертиков. Все было таким хорошим. Я обводил взглядом комнату, подползая к шторе и одергивая ее. Карниз сорвался с петель и меня накрыло тяжелой пыльной тканью. Я засмеялся. Это было так удивительно. Кое-как выполз из-под синей ткани и двинулся обратно к дивану возле которого устроил вечеринку. А ведь и не соврал никому, у меня тут, действительно, маленькая туса. - Опять ты! - кидаю пустую бутылку в темный силуэт передо мной. Теперь уже не только в снах мне видится этот идиот. А и в алкогольном бреду. Ну ничего, я отыграюсь на нем сполна! Мужчина словно был реален и стоял передо мной с сердитым лицом, скрестив руки на груди. Он-то сердится! Я единственный, кто имеет право злиться в этой ситуации! Это не его заказали как чертову утку на гриле! Это не его все время водили за нос и обхаживали со всех сторон! - Уйди,- машу руками, когда образ Кайла стал приближаться, отпихивая от меня пакет с вином и текилой. - Я тут отдыхаю, не видишь! Но мужчина передо мной казалось разозлился еще больше. Ну и что опять не так! Чего его снова не устраивает! Сам же меня продал! Сам же меня предал! - Пошел ты к черту, собака, - прикрываю глаза, начиная хихикать. - Ну ты понял, да, оборотень это же по сути собака. Я смеялся как не в себе и сам не заметил, когда все перешло в истерику, я плакал, бил кулаками по полу и кричал. Я старался выместить всю злобу, что сидела внутри, оставить всю боль, которая копилась годами. - Я тебя ненавижу! Зачем ты только появился в моей жизни! - я без сил упал на ковер и просто лежал, наблюдая за тем, как силуэт приближается. Чем ближе он подходил, тем теплее мне было. Я закрыл глаза и просто продолжал говорить, стараясь добиться какой-то реакции от Кайла. - Знаешь, я же вроде и не дурак, а такой фигни и не приметил, надо же было так. Дротик в шею, меня в багажник, пока близкие и не подозревают, в какую историю ты меня втянул. Ты же плел, что я твоя пара, все дела, а сам приволок меня этому шаману, будь он неладен. На органы меня сдавал? Сознайся! - Единственное, что я хотел - спасти тебя, - до боли знакомый голос отдавался эхом от стен. Сильные руки начали гладить меня по голове, пока я скрутился в клубочек и до боли прикусил кулак. Почему так произошло?.. - Я не причинял тебе вреда,- шепот сливался со звуком дождя, и я уже не мог отличить реальность от бреда. - И никогда бы не причинил. Тебя ранили и я просто хотел чтобы ты выжил, чтобы мы были вместе. Эгоистично? Да. - Тогда почему он сказал, что ты отдал меня в дар?

***

В тот день, вечер, а может и ночь, я очнулся в стареньком доме. Надо мной склонился какой-то мужичок с веничком из сухой травы. Он рассматривал меня. Заглядывал в уши, рот, вырвал несколько волосинок с моей головы и ушел прочь. И я чувствовал себя какой-то купленной лошадью. - Можешь уходить, вожак, я принимаю твой дар,- я с паникой в глазах смотрел на удаляющуюся спину Кайла и не мог поверить в происходящее. Альфа так и не посмотрел мне в глаза. даже просто не повернулся. Неужели... все это была ложь... Я хотел позвать его, окликнуть, но не мог произнести и звука. Я был слишком слаб, чтобы сделать хоть что-то. Однако я помнил, как протянул руку, пытаясь схватить черный уходящий силуэт. И вновь провалился в темноту. Но даже она не давала моему разбитому сердцу облегчения. Во второй раз очнулся я уже дома, в своей кровати. Я долго смотрел перед собой и все не мог прийти в чувства. В голове крутился один вопрос: "Что произошло?". Но я так и не нашел на него ответ. Рядом сидел папа и дремал в мягком кресле. В его руках была моя любимая книга и я был уверен, что он читал мне ее, пока я был без сознания.И я хотел уже его позвать, как, словно заметив на себе взгляд, родитель проснулся. Папа смотрел на меня в легком замешательстве, а после резко вскочил с кресла и взял меня за руку. Я улыбнулся ему и сам не почувствовал слезы. Я быстро восстанавливался и вскоре мог бы вернуться к прежней жизни, мог бы вновь заниматься своими любимыми повседневными делами, вот только одно беспокоило постоянно. Я потерял Кайла. Тогда я присел в мастерской папы и хотел с ним поговорить. Возможно получить совет, поддержку. Но то, что я услышал, выбило почву из-под ног. Именно папа мне и рассказал, что нашли меня через несколько дней в заброшенном домике лесника в глубине леса. Я был в ужасном состоянии, и немало времени пролежал в коме. Но это было не единственное, что в тот момент вонзило в мое сердце нож и заставило через несколько дней собрать вещи и убежать. Но единственного, кого бы я хотел услышать, кто бы мог что-то исправить, так и не пришел. Кайла никто не видел больше.

***

- У каждого есть свои требования взамен на помощь. Кто-то хочет денег, а кто-то - ученика. И я согласился, чтобы спасти тебя. Мне пришлось остаться там! Я должен был сдержать слово! У меня не было другого выбора, как ты не поймешь! - Кайл присел рядом со мной и я только смотрел в грустные мокрые глаза. Это все, что я хотел услышать. Это все, что я хотел бы знать. - Я простил тебя, пара, каким бы идиотом ты не был... Теперь я мог начинать все сначала, теперь я мог свободно дышать. Чтобы не стало с человеком, которого я любил, надеюсь он счастлив.

***

Мне всегда хотелось понять, как это быть важным для кого-то, как это, когда тебя держат в крепких объятиях и не отпускают. И если ради этого мне нужно было напиться, то, думаю, я сделал это не зря. Кайл сжимал меня так сильно, что я мог почувствовать каждую его клеточку тела. - Только попробуй снова сбежать, упрямец. Пообещай, что больше не сбежишь, - тихо говорит альфа, и я так же легко даю ему это обещание. Я уже и сам начинал жалеть, что тогда убежал ото всех подальше. Но что мне было делать, когда я узнал, что все, что у меня есть - всего лишь отличный план отца и папы? Что я мог поделать, если узнал, что человек, в которого я влюбился вовсе не человек? Что я мог придумать, если даже Кайл оказался просто сосватанным кандидатом. А ведь я с самого начала так думал и все равно не хотел в это верить. - Я больше никогда тебя не оставлю, - я поднимаю глаза на альфу и чувствую короткие поцелуи в щеки, нос, лоб. Альфа старается не упускать ничего и в тот же миг упускает самое главное. То, чего бы я хотел больше всего. Я сам тянусь к его губам и замираю, не находя места рукам. Но сам Кайл приходит мне на помощь, перенимая инициативу. Он улыбается сквозь поцелуй и тянет меня вверх, заставляя переместиться на диван. Его руки быстро начинают раздевать меня, а я теряюсь в неправильных чувствах. Так не должно быть. - Кайл, погоди, Кайл... - альфа отрывается от моей шеи и смотрит затуманенным взглядом. Его грудь широко вздымается, будто он только что бежал, а темная рубашка уже давно отброшена куда-то на пол. Я позволяю себе смотреть на него, нависшего надо мной и всего на секунду закрываю глаза. Всего лишь перевести дыхание. Звонок будильника возвращает меня в реальность. - Черт возьми, это всего лишь сон, - выдыхаю, зажмуриваясь от пронизывающей боли в голове. - Что снилось? - тихий голос рядом пугает меня и я едва не подскакиваю, но тут же падаю обратно, держась за пульсирующие виски. Я в непонимании смотрю несколько минут на такое знакомое лицо и не сразу могу сложить все в кучу. Если это все правда... Слезы наворачиваются на глаза и я всхлипываю, протягивая руки к альфе. Кайл быстро откидывает одеяло и я прижимаюсь к нему, чувствуя себя самым защищенным на свете. Может, ради этого стоило так мучиться? Сейчас он со мной и мне больше ничего не нужно.

***

- Не сиди на холодном, простудишься, - мне на плечи накидывают небольшое одеяло, и я с благодарностью улыбаюсь мужчине за своей спиной. - Хорошо, альфа, - наблюдаю за скривившимся лицом Кайла и не сдерживаю смех. - Засранец, - беззлобно отвечает мужчина и присаживается рядом на холодные ступеньки. - Еще какой,- выдыхаю, наблюдая за прораставшей травой на земле. В последнее время все как-то быстро происходит. Я не успел оглянуться, как пришла весна, и я бросил свою работу, перебираясь на природу. Я развязал все серые узлы, которые только мог найти.Я оставил почти все, что было в моей жизни, посвящая все одному единственному человеку. Хотя вот тут-то можно было бы поспорить. Я косо посмотрел на альфу и в который раз подумал о его звериной сущности. Я все никак не мог полностью принять то, что мой любимый может в любой момент обернуться волком и покусать докучающих мне личностей. Даже некоторых из собственной стаи он пытался не подпускать ко мне. И если сперва я был уверен в том, что те могли мне навредить, то позже я просто рассмеялся. Меня никто еще никогда не ревновал. - А ты реально Хренов? - я кошусь на мужчину, едва сдерживая смешок. - Я подумал, что это фамилия, когда папа бурно отреагировал на мою выходку с телохранителем. Клянусь, у тебя будет нормальная фамилия. - Смотри мне,- я удовлетворенно выдохнул, сильнее укутываясь в одеяло. Кайл, заметив мой взгляд, обернулся, прищурившись. Словно знал, о чем я думаю. Я хмыкнул и понимал, что он точно знает.