Огненные чувства

Последнее, что я помню - ужасная боль в правом плече. Боль расползлась по всему телу, заставляя слезы литься из глаз. Попытавшись пошевелиться, я вскрикнула и потеряла сознание от невыносимой боли... Я попыталась открыть глаза, но у меня не получилось. Я чувствовала слабость в теле, неприятные, ноющие ощущения в плече. - Кажется, очнулась, - послышался незнакомый мне голос, - спокойно, не напрягайся, - надо мной склонилась фигура. Я жадно сглотнула и медленно открыла глаза. Свет от лампы ярко освещал больничную палату, рядом со мной стоял пожилой мужчина в белом халате; когда наши взгляды встретились, он улыбнулся и сказал: - Наконец-то вы очнулись, - он поправил спадающие очки и обратился к девушке, стоящей рядом с ним. Я не расслышала, что сказал врач, до меня пока не доходил весь смысл происходящего. Моя голова была как в тумане и немного кружилась. Я попыталась сказать что-то, но у меня не вышло, горло, будто засохло. Но я не сдавалась, я хотела немного приподняться, но резкая боль в животе, заставила меня простонать, я вновь от бессилия провалилась в сон. Снова я очнулась, в палате темнота, ничего нет, не слышно ни единого звука. Я не чувствовала тело, я не могла двигаться. На секунду я подумала, что умерла. Но свет в палате, резко зажегся и я, зажмурившись, отвернулась от лампы. - Доброго вам вечера, - все тот же голос пожилого врача. Я почувствовала, как он взял мою руку и ввел иглу в вену. Я еле-поморщилась от неприятного действия. - Долго же вы пробыли в коме, - врач присел на стул, рядом с моей кроватью, - я рад, что с вами все обошлось. Я взяла свои мысли под контроль и тихо прошептала: - Сколько я... - мои легкие наполнились воздухом, - ...пролежала в больнице? - Немалых две недели. Я вообще-то очень рад, что вы потрудились обезопасить себя шлемом в дороге, если бы не он, ваша голова бы лишилась половины черепа. Вы не чувствуете правую руку, да и весь правый бок. Можно так сказать, вы проехались по асфальту всем своим телом. Он еще что-то говорил, но я не вникала в его речь, я потихоньку начинала вспоминать события того вечера. И вдруг, я вспомнила о Катерине. Я подумала, что чертовски здорово напугала ее своим падением, ох и доигралась я. - Доктор, как вас... - мой голос становился все четче. - Максим Васильевич. - А ко мне приходила девушка, брюнетка, двадцати пяти лет, Катей зовут? - Ах, вы же не знаете, - он вдруг привстал со стула и подошел к окну. На черном небе виднелась полная луна, освещая ночной город, - тут один случай неприятный произошел. После него мы не видели Катерину. - Что произошло? – так она все же навещала меня. - Я не знаю подробностей. - Говорите что знаете, - грубо сказала я. - Я проходил мимо вашей палаты и заметил, как Катерина спорила о чем-то с вашими родителями. - Что? – вырвалось у меня. Неужели кто-то доложил им об аварии? - Я не знаю, о чем они кричали, но девушка с грустным видом выбежала из палаты, - Максим Васильевич, снова присел на стул, - а вы знаете? - Нет. - Ну что ж, отдыхайте. Завтра встретитесь с родителями и уточните, что произошло. - он направился к дверям, а я еще несколько минут всматривалась в черную даль неба. Сейчас я не хотела ни о чем думать. В моей голове была пустота, я закрыла глаза и провалилась в сон. - Здравствуй, Настя. Я открыла глаза и молчаливо уставилась на свою мать. Отец стоял у окна, а она сидела на стуле. Господи, как же она постарела. Я все время держала в мыслях ее юный образ, образ молодой мамы, которая гневно учила меня культурному поведению. Ну почему я ничего не чувствую? Ни радости, ни счастья. - Ну, как ты здесь? Все с тобой хорошо? Мы так волновались за тебя, как же ты так могла? – в ее голосе читались нотки гнева за непослушную дочь. - Успокойся, - сказал отец. - Что? Я чуть дочь не потеряла, хотя, - она посмотрела на меня, - она давно умерла для меня! - Да как ты смеешь? – отец подошел к ней и нервно посмотрел ей в глаза, - ты совсем с ума сошла? Я просто молчала и наблюдала за ними, а они, кажется, забыли, что здесь не одни. - Я не могу поверить, что она лесбиянка. Как это унизительно, я же говорила тебе, что она ущербна, - мама перешла на крик. После таких слов, мне было сложно назвать ее "мамой". По моей щеке покатилась слеза, мне стало обидно, что родной человек не принимает тебя такой, какая ты есть. -Ты просто невыносима. Как так можно говорить? - кажется, мой отец был на стороне добра и не отворачивался от меня. - А о чем вы с Катей спорили? – все-таки, я решила вмешаться в их беседу. - В моем присутствии прошу не обсуждать эту тварь, - она нервно глянула на меня. Я не выдержала и крикнула: - Ну и уходи тогда! В душе я понадеялась, что она останется и извинится, но я услышала лишь хлопнувшую дверь. - Катя к тебе каждый день приходила, - начал отец, - но однажды она с нами повстречалась. Сначала Катя представилась, как подруга. Но позже, не знаю почему, она сказала нам о том, что уже давно с тобой встречается. Да, был шок, не каждый раз понимаешь, что твой ребенок, мало того, что катается по ночам с мужиками на байках, так и с девушкой, извини, спит. Я вдруг покраснела от осознания, что отец представил картину нашей с Катей любви. - Пап, спасибо, что не дал мне почувствовать ничтожность. Я ведь виновата... - Нет, ты не виновата, я поговорю с матерью. Ты же знаешь, она у нас вспыльчивая. - он улыбнулся мне, и в душе я почувствовала легкую радость. - А Катя приходит? - Нет, она боится, неженка она какая-то. Разные вы. - Противоположности притягиваются, - с полуулыбкой протянула я. - Мне нужно идти, Настя, - отец помахал мне рукой и вышел из палаты. Ну вот, я одна. Во мне начали пробуждаться эмоции. Сейчас я то радовалась, что не калека, то грустно вздыхала о ссоре между матерью и Катей. Это просто ужасно. Вот кто мне сейчас нужен, так это Катя. Я хочу с ней поговорить. Но это вряд ли... она может уже и не моя и давно потеряла интерес ко мне. Несколько дней меня пытала тишина и одиночество. Никто, кроме врачей, сюда не заходили. Все бросили меня, я никому не нужна. И это все из-за гонок. Адреналин, адреналин! Ну что же я за идиотка?! Я променяла обычную жизнь на какую то езду. Мне действительно стало стыдно за те мысли до аварии. Как я могла! Нет, мне нужно успокоиться и направить свой "адреналин" в другое русло. Да хоть с Катей рисовать начать! Но как-то однажды меня посетил мой старый друг Лайм. - Привет, - он уселся рядом со мной, - как себя чувствуешь? Да, дела у меня за эти дни пошли куда лучше, я уже могу двигаться, но плечо болит, и синяков на теле немерено... Да уж... Они идеально подходят к моей татуировке. - Иду на поправку, - заявила я, мое настроение улучшилось, хоть с кем-то поговорить можно, а то сижу, как в тюрьме. - А я вот попрощаться с тобой пришел. - Не пугай меня, Лайм, - я посмотрела на него и вдруг заметила, что этот парень одет, в прямом смысле, стильно и деловито. Рубашка и брюки! Вот это да, никогда не видела его в таком виде. - Я теперь не Лайм, у меня, знаешь ли, имя есть. Ты ведь Настя?! - Да, но что же с тобой такое произошло? – я уже и испугалась за друга. Может, с ума сошел? - Тогда на гонках я понял, что играю со смертью. И она чуть не забрала тебя. Я очень испугался за тебя. И понял, что со мной может произойти такая же ситуация. А мне нельзя умирать, у меня семья, - он усмехнулся, но вновь стал серьезным, - надеюсь, ты поняла меня. Сейчас я просто умоляю тебя прекратить погони за счастьем. - Да, знаю, я решила прекратить это. - А еще нам тогда здорово от полиции влетело! Каждую ночь у них проверки по дорогам. И еще одно, я переезжаю в другой город с Викой. - То есть мы больше не увидимся? – грустно спросила я. - Шансы есть, - он собрался уходить, - Может еще и увидимся, Настя. - Совершенно изменившийся парень подмигнул мне и скрылся в дверях больницы. Через неделю меня выписали из больницы, и в совершенном одиночестве я поплелась в свою квартиру. Там меня никто не встретил. Только пустота, не единой души, даже Марса не было рядом. Вероятно, его забрала Катя. Что ж, мне придется ночевать в холодной квартире в полном одиночестве. Я еще никогда не чувствовала себя так сопливо и ничтожно. Мою душу будто вывернули наизнанку. А что? Заслужила! Утром я сразу же направилась в квартиру Кати. Ужас, как хотела ее видеть! Я так соскучилась по ней. Забыв про завтрак, я пулей направилась к моей машине. О да, вот она, моя безопасная прелесть, ее-то и одобряет Катерина. На улице было солнечно, и люди просто в огромном количестве заполонили город. Из кафе раздавалась веселая музыка, что настраивала людей на хорошее настроение. Немного подзарядившись им, я все же дошла до двери квартиры моей девушки. Плечо немного ныло, от усталости и с непривычки, я целых десять минут напрягала руку ведя машину. Постучав в дверь, я услышала знакомый лай, о да, это был Марс. Вскоре дверь мне открыла Катя и на ее лице отразилась то ли печаль, то ли радость. - Заходи, - сказала она. - Я смотрю, Марсик растет не по дням, а по часам, - стараясь передать Кате свое хорошее настроение, произнесла я. Марс сиял от счастья и прыгал вокруг меня, виляя своим хвостиком. Я погладила его, и он немного успокоился. - Я скучала, - Катя не смела подойти ко мне, она стояла и смотрела на меня. - Я тоже. Катя, я знаю, что ты сказала моим родителям, но, - я подошла к ней ближе, а она сделала шаг назад, - перестань шарахаться от меня! – я удивилась ее реакции. Что же она школьницу включает? - Твои родители уже подыскали тебе женишка, - язвительно сказала Катя. - Бред, - я еще больше улыбнулась. Неужели она боится меня? - Я не хочу, чтобы ты лишилась их из-за меня, - она сделала еще один шаг назад, но я не сдавалась и снова приблизилась к ней. - Мне плевать, что обо мне думают, я буду делать то, что хочу! - Да, ты характером пошла в свою мать, - Катя вдруг подошла ко мне ближе, - такая же взвинченная и бойкая. Ты знаешь, что она меня чуть не ударила? - Ух ты, - я смотрела на Катю и медленно приближалась к ее лицу, - и в правду. Ее руки обвили мою талию, и я уже прильнула к ее губам. Такие родные и нежные. Я все с большей грубостью целовала ее, еще немного и контроль потеряю. Мои руки зарылись в копне ее распущенных волос, тело не слушалось. Я целовала ее, забыв о том, что нужно дышать. Лишь изредка я отрывалась от ее губ, чтобы отдышаться. - Но все же, - она, тяжело дыша, произнесла, - ты только моя. - Да, и еще. Может, в комнату пройдем? Она взяла меня за руку и провела в гостиную. Катя толкнула меня к дивану, и я, не удержавшись, упала прямо на него. - Я так испугалась тогда, на гонках, я думала, что не увижу тебя, - она склонилась надо мной, - ты меня не пугай, - ее лицо так близко, я чувствую, как бьется ее сердце. Она села на мои колени, медленно расстегивая мою рубашку, - я соскучилась. - Твою мать, - вскрикнула я от боли в плече. Катя неосторожно задела его, когда попыталась снять с меня одежду. - Прости, - виновато прошептала она и легонько поцеловала плечо, и мне стало намного лучше. Я осторожно обняла ее и снова впилась в ее губы. Как же я люблю ее... Я проснулась самой первой. Катя еще посапывала в теплой кровати, мне было так лень вставать, что я просто закрыла глаза, обняв ее и принявшись думать о жизни. Да, частенько я это стала делать. Ну а что? Если мне нравится. Вот Катя, к примеру, тихая и нежная девушка, в ней есть что-то такое таинственное, она никогда не показывает свой настоящий характер, все ее эмоции я могу пронаблюдать в ее же картинах. Скажу, что у Кати фантазия бьет ключом и на полотнах, я могу видеть, как и жестокость, так и настоящую романтику. Больше всего мне понравилась картина, где Катя изобразила забившуюся в угол девочку, ее преследовали языки пламени. Это и пугало, и одновременно захватывало. Смотря на картину, я чувствовала, что очень похожа на ту девочку. Я так же, как и она, расплачиваюсь за свою глупость. Катерина сказала, что девочка играла со спичками и доигралась. Так и я. Доигралась с адреналином. Почему-то сейчас мне нет нужды в этом теперь уже чуждом наркотике. Он не нужен мне, мне нужна она, мой ангел – Катя. А что, если бы у меня не было ничего этого? Ни Марсика, ни Катюши. Я бы и дальше жила одиночкой и, в конце концов, закончила жизнь, так же как и тогда на гонках, но я бы не выжила, потому что в этой жизни я никому была бы не нужна. Никто бы не молился за мое здоровье, никто бы не ждал меня с работы. Я бы никогда не узнала, что такое счастье. И я благодарна Кате за то, что она вошла в мою жизнь. Я больше ее не отпущу и сама никуда не уйду от нее. - Верно, - вдруг вслух сказала я. - Что? – сонным голосом пробурчала Катя. - Я вдруг поняла, что ты мой ангел. - Приятно слышать, - она улыбнулась, - Настя, кто первый проснулся, тот идет гулять с Марсом. - Эй, - я поцеловала ее в щеку, такому ангелочку я могу дать возможность понежиться в постели еще несколько минут, - хорошо. Я встала с постели и направилась искать свою одежду. Помню, что в порыве страсти мои брюки улетели в сторону шкафа... - Но ты готовишь завтрак, - победно крикнула я. Эх, все же я люблю тебя, Катя!