Настроение

      Это было обычное январское утро, практически ничем не отличавшееся от большинства остальных. Вдоль по периметру парка, из разных концов улицы неторопливо брели школьники, сбиваясь временами в группы и весело обсуждая последние новости на районе. Яркие солнечные лучи время от времени проскальзывали сквозь густую пелену серого неба. Ребятам, что заходили в здание школы было неимоверно весело и приятно общаться друг с другом. Они с сияющими физиономиями расходились по классам и исчезали из виду на время уроков.       Так начинался день. Это начало было до скуки обыденным и банальным. После первого урока всё у всех было по-прежнему "найс", после второго как в армии говорят "хорошо", но приходит третий урок - начинается скука, с четвертого все норовят свалить куда-то далеко и надолго, а дальше просто приходит полнейшая ЖОПА. Под её влиянием дети теряют контроль над собой. Один на весь коридор прославляет Аллаха, другой плюет на все с высокой колокольни и валит домой, у третьего начинается серьезный приступ словесного паноса и так далее по шкале Менделеева. Все катится к тяжелым металлам...       - Дуб дубом, а береза березой! Скажите, кто ничерта не понял из всего простого, что я щас сказал?! - учитель стоял у доски с маркером в руках. Ребята из восьмого класса безэмоционально пялились по большей части на него чем на доску. Никто и звука не проронил.       - Простите, Иван Валентиныч! Я не понял как таблицу писать, - потянувшись на стуле невовремя встрял молодой человек с первой парты. У химика задергался глаз, он прокашлялся и страшно засмеялся. Ученики переглянулись между собой, кто-то на задней парте негромко прокомментировал тяжелый случай, что только что приключился.       - Смотри сюда, - мужчина ткнул маркером в запись, - Вот эти вещества делятся на... , - синим цветом он обвел слово "оксиды", - Получившиеся еще на..., - стрелка к металлам, - Потом ты разлагаешь их на, и вы все идете на! - и на этой счастливой ноте в коридоре раздается столь долгожданный звонок. Оживившиеся ученики молниеносно покидают кабинет, не считая необходимым дослушать слова преподавателя. А что, урок ведь уже позади!       - Дз выставлю в электронке, - ровно произносит Иван Валентинович, подойдя к окну и смотря пофигистичным взглядом на небо. Аудитория пустеет, оставляя предметника на едине со своими мыслями и притензиями. Эх, если бы он хоть чуть-чуть верил в Бога, то спросил бы наверняка, за какой такой грех эти затупки свалились на его голову!? Вот только учитель не верил во всю эту чушь и не загружал и без того кипевшие мозги. Он знал только одно - через час нужно будет переться на совещание, где придется выслушивать надоевшие до безнадеги вопросы. Ну вот на что ему работа школьной столовой, нет, ну серьезно? Какая нафиг разница, что за хулиган разбил окно в туалете? Зачем все это вообще?       Перед этим не помешает кабинет привести в приличное состояние, ведь после разбора лабораторной на столе был полнейший разгром. А завтра всё по новому, или, скорее даже "по-старому" будет усеяно хламом и мусором, и снова дурацкое совещание! До нового года триста пятьдесят два дня...       - Черт! - мужчина вышел из класса, плюнув на всё и напоследок пнув деревянную дверь, что не торопилась закрываться ключом. После долгой минуты мучений Иван Валентинович со звоном вытащил связку ключей, развернулся и громко затопал по коридору, направляясь на первый этаж. Он преодолел пролет, лестницу и уже было направился в концелярию, как его взгляд неожиданно упал на преоткрытую дверь самого крайнего кабинета.       Это было довольно странным. ОБЖ ведь сегодня преподавалось лишь до шестого урока, или снова попутали расписание? В любом случае, химик решил заглянуть в незапертую комнату и убедиться, что всё хорошо. Так он и сделал.       В кабинете были плотно задернуты жалюзи. На самом переднем столе с книгой в руках сидел мужчина, всматриваясь в мелкие буквы. В нем Иван Валентинович узнал своего коллегу и решил было пойти дальше, но по непонятным причинам резко передумал и решился остаться.       - Григорий Дмитриевич, здравия желаю! - русоволосый мужчина отвлекся от чтения, взглянув на вошедшего. В его глазах промелькнули яркие искры, он вскочил с парты, задев какую-то папку бумаг, что в следующую секунду разлетелись по полу.       - Вань, чем обязан? - не замечая упавших документов, мужчина подошел к химику и воодушевленно пожал ему руку.       - Да я просто мимо проходил, вот чего-то потянуло зайти, - усталым голосом процедил Иван Валентинович, расправляя отекшие плечи.       - Ты это, присаживайся, - Гриша добродушно выдвинул один стул из-за парты, - На тебе лица нет, в чем дело? - учитель со второго этажа сел на стул, положив ногу на ногу и скрустив руки в районе груди.       - Ничего особенного, - он почесал затылок, - Обычные дела, тупорылые подростки, скучные бумаги и дебильные совещания, - на лице химика засияла улыбка, он поджал губы и негромко цокнул. - Жизнь удалась! - с этими словами мужчина развел руки в стороны, демонстрируя Григорию все свои эмоции, что и так были написаны фломастером на лице.       ОБЖшник вздохнул, изогнув дугой густые брови. Он внимательно и серьезно посмотрел на Ивана.       - Нет, ну ты представляешь, что они сегодня сотворили! До этого ж додуматься было надо сначала, где мозг то купили?! В кредит в ипотеку?! Знаете, что я вам скажу! Черта с два, опилки у них всех в башке, а как нам знания туда вдолбить, очередная загадка природы, - предметник слегка выпучил глаза, дергая головой из стороны в сторону.       - Прошу прощения, - Григорий Дмитриевич в полной тишине продолжил смотреть на своего "гостя". Мужчина прокашлялся и под сопровождение пары удивленных глаз подошел к входной двери, запирая её изнутри. После этого он положил ключ в карман брюк и скрылся в подсобке, копошась и доставая что-то с полок.       - Вы чего? - смутился Иван Валентинович, когда его коллега вышел из соседнего помещения с бутылкой коньяка в руках.       - Знаешь, - Гриша достал из тумбы пару одноразовых стаканчиков для куллера и, - Я считаю, что тебе лучше не держать этого в себе, - голубые глаза всматривались в ярко-синие. Двое мужчин сели напротив друг друга, задаваясь вопросами.       - А я то думал, почему в твоем кабинете никогда не бывает стаканов, - усмехнулся Иван Валентинович, принимая коньяк из рук Григория Дмитриевича.