Дежавю

*** - Нарушение периметра! Тревога! - Танк! Та-а-анк! - Звезда Смерти приземлилась! - Караул! База повстанцев, притаившаяся в огромном заброшенном строении древнего храма, напоминала растревоженный пчелиный улей. Или прогулочный катер в шторм. В Альянс шли люди с крепкими нервами, готовые к сражениям с Империей, а то и уже закаленные в боях. Но такого никто даже и представить не мог. Ночные часовые утверждали, что незадолго до рассвета прямо перед входом в храм появился голубой сияющий круг, и прежде, чем кто-либо успел что-либо сообразить, из круга выполз огромный шарообразный танк и тут же принялся палить во все стороны из множества пушек. Несколько башенных турелей разнесло в клочья сразу же, еще пару вышек танк просто свалил, наехав на них. Часовые теперь сидели в углу медблока базы и тряслись с вытаращенными глазами несмотря на большие дозы успокоительных. Это все казалось бы бредом, если бы слова часовых не подтверждали камеры наблюдения. Круглая махина на гусеницах, палящая изо всех орудий, надвигалась на базу. От пальбы загорелись деревья, огонь быстро перекидывался с ветви на ветвь, окружая храм. Поднялась паника. Пожалуй, даже высадка нескольких дивизий имперцев не произвела бы такого эффекта. - Сохранять спокойствие! - кричал генерал Джан Додонна, перекрывая общий гул и жестами призывая всех успокоиться. - По машинам! Стрелкам занять позиции! Генерал в который раз пожалел, что не удалось раздобыть генератор силового поля для базы. Тогда имперский танк мог бы стрелять сколько угодно, никто бы не пострадал... - Вывести танки и опустить защитную стену! - распорядился Додонна. Кто-то побежал передавать послание, кто-то бросился к пультам. Сам генерал болезненно вглядывался в развернувшуюся на одном из схематических экранов сцену боя. Репульсорные танки окружили чужеродный объект, поливая его огнем со всех сторон. Мощные залпы гасли у самой поверхности круглой машины, отдаваясь едва заметными вспышками. Конечно, такую громадину не оставят без щита. Щит с легкостью выдерживал выстрелы повстанческих машин - однако нельзя было сказать о противоположном. Противник быстро вычислил уязвимые места танков - боковые охладители - и целился в них. Лучевые орудия повстанцев замолчали очень быстро - незащищенных стрелков на крышах танков отстреливали, как детенышей фелинкса. Противник как будто знал наперед каждый шаг, ловил каждую неудачную мысль. Обычному человеку такое не под силу. Додонна побледнел, осознав, кто может стоять во главе такой операции. Генерал сгорбился над большим округлым столом, проецировавшим картину сражения. Освещенное снизу, лицо Додонны казалось еще более осунувшимся, черты заострились. - Ситх побери... - пробормотал генерал. Вот именно. Ситх. Бежать некуда - кольцо пылающего леса почти замкнулось. Из полутора дюжин танков уцелело всего три единицы, и тем оставалось жить считанные минуты. Генерал обернулся, почти затравленно глядя в сторону ангара. Истребители. Можно выпустить их, они маневреннее, лучше увернутся от выстрелов. И - эвакуироваться на всех доступных кораблях, срочно... Если имперский флот на орбите пропустит. В том, что флот уже стоит на орбите или выйдет из похожего портала в любую минуту, Додонна не сомневался. Генерал прочистил горло. - Эвакуи... - звучная команда оборвалась на неожиданно визгливой ноте. Стена храма, благодаря подъемнику служившая защитной дверью базы, рухнула. Ангар заволокло облаком пыли, пыль рванулась даже на наблюдательный пост, заставив Додонну закашляться. Генерал поднял бороду и прижал к лицу, дыша через нее как через фильтр. - Надеть приборы ночного видения! Выпустить истребители! Не дайте им попасть на базу! Эвакуируйте раненых! Инфракрасный визор не помешал бы и самому Додонне - пыли на пост попало немного, но разглядеть голограмму уже не представлялось возможным. А любое промедление могло стоить того, что незачем и некому станет смотреть на голограмму... "Надо было установить турели в ангаре..." - мрачно подумал генерал. Один за другим из ангара вырывались верткие крестокрылы, поливая исполинский вражеский танк огнем. Y-крылые бомбардировщики не отставали. Кроме того, на выходе из ангара артиллеристы уже пристраивали свои ракетницы и переносные турели. Уж против одного-то танка должно сработать! Не могут же щиты этого монстра выдерживать удары до бесконечности? Додонна ссутулился, наклонился к голограмме, щурясь сквозь пыль. В круглом танке что-то менялось, и старику пришлось почти уткнуться носом в призрачную проекцию. Только сейчас генерал рассмотрел огромный круглый глаз, венчавший купол монструозной боевой машины. И этот глаз открывался. Шире и шире. И поворачивался к пробоине в стене храма. Додонна пошатнулся и побледнел. - В укрытие! Все в укрытие! - заорал он нечеловеческим голосом. - Все в ук... Удар, вспышка. И тишина. Упавший грудью на голограмму Додонна с трудом приподнял голову. Перед глазами все плыло, он не разбирал ни звука, голова казалась огромной, пустой и гулкой. Из ушей струилось, стекало по шее что-то теплое. Кое-как генерал выпрямился и, цепляясь за растрескавшуюся стену ватными пальцами, добрался до выхода из наблюдательного пункта. Воздух наполняла светло-желтая муть. Старик даже не мог понять - у него мутится в глазах от контузии, или же концентрация пыли в воздухе после нового удара достигла пика. Возможно, и то, и другое. Часто моргая, кашляя и не соображая почти ничего, Додонна прошел вперед. Ноги ткнулись во что-то мягкое, и, не удержав равновесия, генерал споткнулся и упал на четвереньки. Додонна обернулся. Мир перед глазами продолжал покачиваться из стороны в сторону; старик протянул руку, чтобы пощупать, обо что споткнулся. Пальцы тряслись, руку водило. Додонна сцепил зубы. Ладонь упала во что-то липкое. Генерал проморгался, постарался сфокусировать зрение. Из мутного бреда выплыло окровавленное лицо. Пухлые детские губы, маленький носик, большие глаза широко раскрыты - но не видно, куда они смотрят, как смотрят, удивленно или испуганно. Они тусклые, серые от пыли, не различить ни радужку, ни зрачки. Девчушка-снайпер. Лет пятнадцать, не больше. Сирота. Только позавчера прилетела... Безвольная рука Додонны лежала на окровавленном лбу ребенка. Хрипло выдохнув, старик отдернул руку. Кто-то тормошил его за плечо. Додонна не слышал. И хотя зрение все еще было с ним, генерал не отводил взгляда от огромных засыпанных пылью глаз девочки. Сильные руки вздернули Додонну на ноги, приводя в чувство, потащили куда-то вглубь базы. Генерал обернулся. Пыль осела, и из желтого ангар окрасился в красно-черный. Разбитые, обгоревшие остовы истребителей и грузовиков, которые так и не успели вылететь в космос. Некоторые пылали, оттуда выбегали люди в горящей одежде - и падали. А пол... ближе к выходу пол превратился в красно-серую кашу из крови, пыли и трупов, между которыми торчали обугленные, искореженные ракетницы. Ангар устилали разбросанные конечности, изуродованные до неузнаваемости. Редеющая пыль танцевала в лучах рассветного солнца. А еще минуты назад это было Восстанием. Видавшего виды генерала скрутило в приступе неконтролируемой рвоты, в глазах потемнело, и старик не увидел, как, сминая тела и обломки в единую кашу, в ангар вплыл круглый механический монстр.