Метаморфы

воздух и поднимаю на него глаза. Что он сказал? Сердце ухает, но как-то не уверенно. Ему нужно подтверждение этих слов, чтобы забиться как сумасшедшему. — Что?.. Что ты сказал?.. Саймон улыбается мне такой улыбкой, что я понимаю, что кажется, я не ослышалась. Он улыбается мне тепло и как-то совсем как тогда. — Я сказал, что нашёл тебя, моё золотце и моё сокровище. Ты ведь так мне сказала, там в темнице? Что найдёшь моё сокровище? Он лишь имел мой оборот речи, я выдохнула… не узнал… было обидно немного, но как-то легче. Хотя зачем ему тогда искать меня или?.. Все же не оборот речи? Я бросила на него неуверенный взгляд. Объяснись же, Саймон. — Послушай, я не понимаю, о чём ты, Саймон… честное слово… — я сделала самый невидный вид, на который была способна, но замерла, видя, как вытягивается его лицо, на нём появляется победная ухмылка. Он торжествовал. Что за? … Саймон… — Черт. — Именно, — он приблизился ко мне. — Хотя ты хорошо маскировалась, ни разу бы не догадался, что за образом грозной и хитрой госпожи Сэлл скрывается моё хрупкое сокровище, что я безуспешно искал столько лет. И, признаюсь, ни за что бы не понял, если бы не эта твоя фраза про сокровище. Я ведь так тебя называл тогда — моё сокровище. И да… Саймон. Меня никто так не называет, ни Рэйн, ни Лейла — никто. Потому что с тех пор… — он растянулся на кровати, глядя в балдахин кровати, — потому что с тех пор как одна девчонка пропала, я взял себе совсем другое имя, и все знают меня уже под ним. Я соскочила с кровати одним слитным движением и метнула в Саймона вазу с цветами, покоившуюся у меня на прикроватной тумбочке. Ваза разбилась о его голову и залила кровать водой. Пока он с руганью вставал с кровати, я метнулась к двери, замок щёлкнул, но дверь открывалась во внутрь. Я только успела её приоткрыть, а потом… он успел прижать её с такой силой, что мне ни за что не открыть. Я так и стояла, держась на за ручку и слушала биение своего сердца, слышался звук капель воды, капающих на пол. Он навис надо мной и с громким стуком припечатал две огромные ладони по бокам от меня прямо в дверь. Он него пахло цветами, моими любимыми, аллеями. Я ждала его гнева и злости, и как минимум что со мной произойдёт что-то плохое. На меня с него капала вода, пропитывая тонкий халатик и сорочку. Затем на рукав упала красная капля. Потом ещё одна. Я сглотнула. Кровь… я поранила его… Мы молчали, меня начало трясти от этого ожидания беды и от того, что я все же смогла причинить боль ему. Главное, не разрыдаться, мысленно дала я себе установку, только не это. — За что ты так меня? Разве сделал я тебе что-то плохое? — Его голос бы тускл. — Ты предал меня. — Я выбрал правильную сторону. — Вот и оставайся на ней, — слезы все же прорвались сквозь мои убеждения. Я прижалась лбом к деревянной двери. — Только без меня… — Сокровище, ну это же я… и я рядом сейчас… Меня попытались обнять. Я вывернулась и вперила в него гневный взгляд. — И что с того, что ты сейчас тут? А где ты был все эти пять лет? — Он молчал, грустно поглядывая на меня. — Ты — не Саймон! Ты Ирбис! Ты — не тот, которого любила я. Ты жёсткий и… — Я потерялась от его странного пронизывающего взгляда, он смотрел на меня очень печально… он просил прощения. Я выдохнула. Его волосы были мокрыми и прилипли к лицу, а по щеке стекала кровь. — Я тоже тебя люблю. Это стало последней каплей. Да как он мог говорить мне такое сейчас? После стольких лет? После всего что было тут, в этом доме, в этой комнате? Я почувствовала, как моей терпение покидает меня, я почти упала на пол и разрыдалась. Я спрятала руки в ладони и плакала. Потому что если это была правда, то это было даже хуже, чем если бы сейчас он сказал, что ему плевать на меня и он убьёт меня. Потому что мы не могли быть вместе никогда. Саймон присел рядом и попытался меня обнять, Я взвыла, сбрасывая его руки и впечатала ему кулаком в плечо, потом ещё раз. — Это ты виноват! Зачем? Зачем ты появился в моей жизни! Он сгрёб меня в охапку и прижал к себе, поглаживая по волосам и спине. В этих крепких и таких родных объятиях я успокоилась так быстро. Сначала я правда пыталась брыкаться, но выбраться самостоятельно из его объятий было невозможно. — Сокровище моё… Аселия, — моё собственное имя звучала из его уст так красиво, с такой нежностью и лаской, что у меня помимо воли потекли слёзы из глаз, — я скучал по тебе. Я искал тебя все эти годы. Я возглавил отряды по зачистке тёмных и каждый раз обходя трупы тёмных, я боялся, что найду тебя там… — Тогда зачем? Зачем ты всё это делал? Почему ты тогда не ушёл со мной? — Тихо переспросила, тоже обнимая его, прижимаясь крепче, вдыхая терпкий мужской аромат, слушая стук его взволнованного сердца и наслаждаясь теплом его тела. На душе несмотря ни на что было спокойно. Я верила ему и его словам, меня больше не терзала боль, так лёгкие недомогание на тему того, что мы как в какой-то сказке про любовь никогда не сможем быть вместе. Но сейчас-то мы были тут, и мы были вместе. — Я был глуп. Тогда я не смог пойти против друзей, надеясь, что моё увлечение тобой растает как дым на следующий день. Но этого не произошло, как видишь. — Он заглянул мне в глаза, я робко улыбнулась ему. В его глазах снова плескалось тёплое летнее небо. Саймон наклонился и коснулся моих губ, его губы были сильнее, властнее, чем тогда, а поцелуй слаще. Он захватил меня полностью. Сквозь дымку сладостного счастья я услышала шум за дверью. — Ирбис? Ты тут? — Раздался где-то рядом зычный мужской голос. — Черт, — Саймон подскочил на месте, — Садись на кровать. Я поднялась с пола и перебралась на кровать, он же, вмиг став из тёплого домашнего Саймона жёстким и собранным Ирбисом, вышел за дверь и закрыл её за собой. Изнывая от любопытства, я на цыпочках подошла ближе и прислушалась. — Что с домом? — Это Саймон. — Он наш. Слуги в камерах. — Отлично. У меня есть артефакт, так что собирай людей, через минут десять будет выдвигаться. — А эта… Сэлл? — Она тут, я ей займусь. Сюда не подниматься никому, ясно? Они закончили говорить, и я метнулась снова на кровать, изображая, что я тут и сидела. Саймон зашёл внутрь и закрыл дверь. У него был озабоченный вид. — Уже уходите? Как бы я не хотела, в моем голосе слышала какая-то детская обида. Он снова собирался бросить меня… — Не переживай, — он подошёл ближе, погладив по щеке, — я обязательно за тобой вернусь. — Зачем тебе артефакт? — Саймон нахмурился. — Да, я подслушивала. Ты вообще-то ворвался в мой дом и устроил тут черте что. Кстати, как ты это сделал? Кажется, его это повеселило: и моё признание в подслушивании, и все остальное. — А ты не догадываешься? Я развела руками: — Там везде охранные амулеты, любая бы ваша попытка сразу была замечена. — Фокус в том, что нас было не пятеро, а шестеро. — Что?.. — Не все метаморфы превращаются в зверей, есть те, кто в людей, и могут корректировать свою вторую ипостась. И ещё твой универсальный ключ. Значит тот шум в спальне, пока я мылась, не показался мне, кто-то проник и забрал мой ключ. Ну что ж, я и правда была не готова к такому. — Хитро… — Тебе лучше сидеть тут тихо, пока мы пойдём по делам. Я сказал своим людям, чтобы они сюда не совались, но если и ты не будешь шуметь, никто не пойдет проверить, что за дела, ясно? — Не указывай мне, что делать, — отмахнулась я от него, он развернул меня к себе. — Я серьёзно. Я и так подставляю себя, прикрывая твою спину и то только из большой любви к тебе, а иначе бы ты была уже мертва. — Вы были тут не случайно, да? — Вдруг мелькнула такая мысль, — тебе нужен был этот артефакт, вы искали его! Ты меня используешь? — Да, то есть нет… — Саймон всплеснул руками. Я почувствовала, как начинает темнеть в глаза от злости, я только начала ему верить. — Да, мы искали артефакт и нам посоветовали поискать тут, но я то уж точно не мог предугадать нашу встречу тут. Так что не заводись. Я протянула руку к ближайшей тумбочке и хмуро ухватилась на статуэтку кажется. — Сокровище моё, прекрати это. Статуэтка полетела над его головой. Он успел присесть. Одним рывком он, словно зверь, выпрыгнул на меня снизу, и не успела я опомниться, как он уже поставил меня посреди ванной, а сам, прикрываясь дверью, счастливо улыбался мне: — Сиди тут, — он начал закрывать дверь, я схватила ближайшую склянку и зарядила в дверь. — Не указывай мне! Я не твоя! Саймон стер кровь с щеки оцарапанной осколком. — Моя. Моя пленница. Так что не бузи, любимая. Я зарычала и оглянулась в поисках чего-нибудь ещё. — Щас я покажу тебе любимая. С любимыми так не обращаются! Не держат пленниками в собственном доме! Я снова зарядила в него склянку, но в этот раз он вовремя прикрыл дверь. — Попробуешь сбежать в окно, тебе несдобровать. — Да как ты смеешь! — Ах да, — Саймон закрыл дверь, но потом вернулся и задумчиво поглядел на меня и потом произнёс, — у тебя прекрасный вкус, дом просто потрясающий. — Ах ты… Я начала озираться в поисках баночки, но он уже закрыл дверь и судя по всему чем-то придвинул её. Выхода отсюда больше не было. Только через спальню… вот же…, а я только подумала, что все может наладиться.