Quite like you

– Я дома! – хлопок двери, а после Джен показывается в гостиной, слегка запыхавшаяся, но улыбающаяся. Только улыбка у неё какая-то виноватая. – Тут такое дело... – она стягивает платок с шеи, сталкиваясь взглядом со Стайлзом. – Меня отправляют ненадолго в командировку. Думаю, пару дней, хотя, возможно, удастся решить все и за один, что было бы совсем замечательно...! Так вот, Стайлз, ничего страшного? Это никак не повлияет на результаты программы? Стилински ничего не отвечает, лишь качает головой и слегка утешительно улыбается. – Отлично! – девушка искренне облегченно выдыхает, а после подходит к Дереку и целует его в щеку. – Привет, милый! А я побежала собираться тогда. Вылет сегодня вечером, я даже не успею попить чай, какой ужас! Но, быть может, я могу немного поболтать с Энни, пока буду собирать вещи? – Она спит, – Стайлз говорит тихо, но старается не показывать напряжения. Девушка слегка расстраивается, но спустя мгновение возвращает улыбку на место: – Что ж, тогда как вернусь, затискаю её, и мы с ней так наиграемся, ух! Стилински дежурно улыбается, а Дерек не говорит ни слова – просто смотрит неотрывно на парня, наблюдая за его движениями и эмоциями. Дженифер поднимается в спальню, а Стилински поворачивается к Дереку. Они оба молчат, лишь просто смотрят друг на друга. Но Стайлз сдаётся – вздыхает, снова трёт глаза и уходит в сторону кухни. Дерек остаётся в гостиной.

***

Когда Энни просыпается снова, она кажется абсолютно спокойной. Будто бы и не было этого кошмара. Зато Стилински по-прежнему чернее тучи. Он старается улыбаться Энни, даже пытается участвовать в разговоре, но постоянно отвлекается и витает где-то в облаках. Дерек замечает это и понимает, что не может просто не обращать внимания. Впрочем, он берёт Энни на себя, играет с ней, смотрит мультфильм, даже соглашается на целую Красавицу и чудовище. Малышка говорит, что эта история её любимая, и на её лице неподдельное счастье. У Дерека перед глазами до сих пор рыдающее лицо девочки и напряженная спина Стилински. Мультфильм самую малость помогает отвлечься. Эта история у него тоже самая любимая.

***

– Стайлз. Стилински вздрагивает от тихого голоса, и аккуратным прикосновением Дерек слегка отодвигает его от плиты и выключает газ. Стайлз заторможенно кивает и садится за стол. Дерек проводит рукой по лицу, отходит в сторону, оборачивается и, складывая руки на груди, опирается на столешницу. – Что происходит, Стайлз? Стилински качает головой и будто бы просит – не сейчас. Дерек молчит, кивает, а после уходит за Энни. Девочку пора покормить. Ужинают они будто бы вдвоем – малышка болтает, Хейл участливо кивает и периодически вставляет реплики. Стайлз ковыряется вилкой в салате и не обращает на них никакого внимания.

***

Часы показывают одиннадцать, когда Дерек ставит перед Стилински стакан и заставляет выпить янтарную жидкость залпом. Стайлз морщится, но даже не спрашивает зачем. – Знаешь, это ведь всё чушь, – тихо произносит парень, когда Хейл наливает ему еще, доставая стакан и себе. – Алкоголь не спасает ни от какой боли. Даже наоборот. Если у тебя хорошее настроение, он сделает его еще лучше, но если тебе херово, то после бутылки ты будешь не только блевать над унитазом, но и отчетливо понимать, какое ты ничтожество. Дерек никак не комментирует, лишь пожимает плечами, и Стайлз фыркает. – Однако в чувства иногда приводит. – Тут не поспоришь, – кивает Стилински, опираясь на локоть и слегка наклоняя голову, задумчиво смотря на Дерека. – Спасибо. Хейл пожимает плечами и делает еще один глоток. Некоторое время они молчат. – Он погиб, – говорит Стайлз, смотря куда-то в стену, а Дерек замирает. – Её отец. Ну и мой отец. В общем-то, Энни моя младшая сестренка. А папа и его жена погибли в пожаре, который случился в доме. Малышка не пострадала, потому что тогда с ней сидела Мелисса. Жена отца захотела добавить романтики и сказала, что им нужно побыть вдвоем. Стилински замолкает на время, а после ядовито усмехается: – Надо же, эта сука, сама того не зная, сделала доброе дело, – качает головой, жмурится и сжимает стакан в руке с такой силой, что Дерек боится за его сохранность. – Давай выпьем за случайности, – поднимает он бокал, заглядывая в глаза Хейла, и тот просто подчиняется. Они делают по глотку, но Стилински жмурится – он не любит пить, но слишком устал, чтобы бороться. Самостоятельно со своими мыслями он уже не справляется. – Давно? – Пару лет, да, наверное, уже приличный срок, только чувство, будто бы это было все вчера, – Стилински кивает и смотрит на Дерека, бегая взглядом по его лицу. – Я тогда был не в городе, не общался с ними на тот момент – разругался в пух и прах, но стал достаточно самостоятелен, чтобы свалить. Интересно, а если бы все было иначе, я бы тоже там сдох? – Стайлз, – Дерек хмурится и сжимает его ладонь, умоляя прекратить этот разговор. – Боишься смерти? – Нет, – Хейл качает головой. – Своей – нет. Стилински приоткрывает рот, внезапно чувствуя нечто столь странное, что он отводит глаза и делает еще глоток. Руку он не выдирает. – Я понимаю, что это звучит глупо, но тебе надо отпустить эти мысли, потому что... – Дерек замолкает, когда Стилински делает рывок и касается его губ своими. Хейл думает ровно секунду, прежде чем ответить, жестко сжимая его губы. Он чувствует горечь алкоголя, а после какую-то сладость, отдающую лесным орехом, и зарывается ладонью в его волосах, сжимая их и притягивая Стайлза ближе. Они поднимаются из-за стола одновременно, не переставая целоваться, но отрываясь друг от друга на мгновение, чтобы глотнуть немного воздуха. А после Дерек прижимает его еще ближе, впечатывая Стилински в себя. Они врезаются в стол, и Хейл буквально опрокидывает Стайлза, опускаясь ниже и покрывая поцелуями шею. Стилински стонет и обвивает его ногами, зарываясь ладонями в волосы и притягивая Дерека обратно, чтобы поцеловать его снова. На пол летит чей-то стакан, разбиваясь вдребезги и разливая по полу алкоголь. Стайлз вздрагивает от звука, но Хейл не позволяет отстраниться. Стилински откидывается назад, стукаясь головой о стену, когда Дерек рвет на нем рубашку, а Стайлз судорожно пытается стянуть с него футболку. Хейл отстраняется на секунду, чтобы после прижаться грудью к Стилински и поцеловать с такой силой, что у обоих перед глазами пролетают звезды. Стайлз стонет Дереку в рот, когда тот двигает бедрами, и подается ему навстречу. Хейл безжалостно расправляется с ремнем на джинсах, когда Стилински внезапно начинает соображать: – Стой-стой, – он шепчет ему на ухо, но Дерек не обращает на него внимания, стягивая джинсы и запуская руку под белье. Стилински стонет и выгибается дугой, чувствуя крепкую ладонь на своем члене. Дерек проводит ею вверх, когда Стайлз дергается и притягивает его к себе, чтобы жестко поцеловать. Но через мгновение после он отталкивает его со всей возможной силой, садясь на стол. Дерек смотрит на него ошалевшими глазами, пытаясь отдышаться, и Стайлз видит, как в них постепенно показывается понимание. Стилински дрожащими руками поправляет штаны, не слезая со стола, но отводя взгляд. Хейл зажмуривается и прикрывает глаза, чтобы после повернуться к Стайлзу спиной. Он открывает кран с холодной водой и опускает под струю голову, пытаясь привести себя в чувство. Он не понимает, что творится в его голове – все мысли спутались, там творится самый настоящий хаос, оставляя главной лишь одну мысль. Стайлз, Стайлз, Стайлз, Стайлз. – У тебя есть девушка, – говорит он, не смотря ему в глаза. – И ты хочешь от неё ребенка. Стилински говорит это так, словно напоминает самому себе, убеждает себя, что все это неправильно. Это действительно так. – Я-я... – Дерек открывает рот, но Стайлз умоляюще смотрит на него и качает головой. Хейл сжимает кулаки, чувствуя иррациональную злость. Хватает ближайшую чашку и со всей дури запускает её в стену, чтобы после стремительным шагом покинуть кухню. Стайлз остается сидеть на столе, смотря ему вслед. Тишина оглушает.