Золотая молодёжь

Пак Сэми и Пак Чимин родные брат и сестра. Двойняшки. Внешне их ничего не связывало, ну, если только рост, которым не особо гордились дети. Оба ходили в третий класс старшей школы. Парень был очень симпатичен на лицо и сексуален фигурой, частые тренировки давали свои результаты. Мимо него не могла пройти ни одна девушка. От чего не менее симпатичная Сэми являлась неким «мостом» для того, чтобы подобраться ближе к Чимину. Девушка прекрасно знала и ощущала это, из-за чего не подпускала близко к себе ни парней, ни уж тем более девушек, следовательно, подруг у неё не было. Да и парни побаивались позволить себе больше, чем просто поговорить с ней. Находившийся всё время поблизости брат одним лишь взглядом давал понять, что сотрёт кавалера в порошок, если тот позволит себе лишнее. Прилежным характером оба подростка не блистали. Чимин вечно влезал в драки и неприятности, поэтому кабинет директора он посещал чаще, чем класс. Сэми же, пытаясь пресечь попытки очередных «куриц» повиснуть на шее брата, перегибала палку в словах, за что часто лишалась нескольких пучков волос на голове и пары сломанных ногтей на руке. Эта девушка никогда не задумывалась о чувствах других, она сначала говорила, а потом думала. Но в один из обычных дней всё изменилось. — Ну и зачем ты снова полез драться? — оперевшись о холодный кафель в мужском туалете, Сэми наблюдала за тем, как её брат пытается остановить кровь из носа холодной водой. — А чтоб этот самодовольный хер не скалился и не пялился на тебя, истекая слюной так, словно сейчас поимеет на моих глазах, — сквозь зубы прошипел Чимин. — Оппа, пора привыкнуть к такому поведению этих недотраханных извращенцев, — подойдя к брату, Сэми схватила его за волосы и резко отдёрнула голову, заставляя того опрокинуть её назад. Девушка быстро запихнула ватный тампон, смоченный перекисью, в ноздрю брата, откуда не переставала идти кровь. — Через пятнадцать минут вытащишь, — она отпустила горе-защитника и стала собирать свою походную аптечку обратно в школьный рюкзак. — Ты постоянно её носишь? — парень кивнул в сторону аптечки сестры. — Да, мы же вечно во что-то да влезаем, особенно ты, придурок! — И я люблю тебя, сестра, — Чимин набросился на Сэми с объятиями, кривляя голос и делая эгьё. — Фу, меня сейчас стошнит! Отлипни! — отцепив от себя брата, она направилась к выходу. — Твоё сердце и вся ты — сплошной лёд, — слегка надулся брат. — Не неси чепухи! На дополнительные идёшь? — Что за странный вопрос? Нет, конечно. — Действительно, чего я спрашиваю, — девушка пожала плечами. — Я заберу тебя вечером, как обычно, в семь. — Ладно, встретимся у входа. Сэми оставила брата в туалете, а сама направилась в класс. За всё время, пока девушка занималась, Чимин либо гонял по городу на своём синем спортивном байке, либо чинил его в гараже. Когда же настало время встречать сестру, Пак подъехал к воротам школы и, не снимая шлем, ждал её у входа, как они и договаривались. Через несколько минут в дверях показалась женская фигура. Чимин сразу узнал в ней свою сестру. Парень перекинул ногу через байк и завёл мотор в ожидании Сэми. Девушка же, заметив брата, мигом села за его спину, натянула второй шлем и прытко уцепилась за талию парня. — Йа, задушишь, ослабь хватку, — выкрикнул парень. — Прости, ты ведь знаешь, как я этого боюсь. — Да знаю-знаю. Держись крепче, медленно я ездить не умею. Как только Пак произнес последние слова, железный конь с диким шумом рванул с места и помчался по трассе, маневрируя среди автомобилей. Не удивительно, что они быстро добрались до дома. Жили ребята в достатке. Отец занимал хорошую должность в крупной фирме. Он являлся секретарём главного директора самой крупной строительной фирмы в Южной Корее. Мама из-за большого материнского сердца работала хирургом в отделении детской реанимации. Благодаря должностям родителей дети часто оставались одни дома, но спустя столько лет они просто привыкли к этому. И этот вечер не должен был стать исключением, но, войдя в дом и заметив родственников, в их головы закрался страх и непонимание. — Мам, пап, а почему вы дома? — поинтересовалась Сэми, зайдя в дом первой. — Давайте быстрей. У нас для вас хорошие новости, — крикнула мама с кухни, откуда пахло вкусным ужином. Когда все собрались за большим обеденным столом, что случалось очень редко, отец взял слово. — Итак, Сэми, Чимин. Вы больше не будете учиться в этой школе. Я перевожу вас в Кихёк — элитную школу компании, где я работаю. Там вы получите хорошие знания и оценки, ну и конечно, сможете поступить после её окончания в престижный университет без каких-либо трудностей. И я надеюсь, Чимин, что там твоё поведение улучшится и мне больше не придётся краснеть, стоя в кабинете директора. — А когда ты был там последний раз? — с некой злобой в голосе сказал парень. — Чимин, не надо, — прошептала сестра и взяла его за руку. — Да, в силу моей занятости вместо меня туда приходит господин Чхве, но я же не могу отрываться от работы из-за… — Из-за такой мелочи, которая не принесёт тебе денег, — мальчик продолжил слова отца. — Я эти самые деньги трачу на вас и зарабатываю их для вас, для твоего будущего, Чимин, — начал срываться господин Пак. — А мне не нужна такая семья, где родители даже не знают, что творится с их детьми, где всё решают деньги! Сколько школ нам ещё придётся сменить, чтобы я не позорил твоё имя? — не выдержал Пак младший. — Молодой человек, ты откровенно нарываешься на наказание, — снизив тон в голосе, произнёс глава семейства. — Да мне плевать! — Чимин сорвался с места и вышел из столовой, сильно хлопнув за собой дверью. — Что за несносный мальчишка! — крикнул в след отец. — Я поговорю с ним. Кажется, ужина не будет, — спокойным голосом сказала Сэми, привыкшая к всплескам эмоций брата. Девушка покинула столовую, оставляя родителей в одиночестве. Она знала, что брат сейчас направился на задний двор и кидает баскетбольный мяч в кольцо. Выйдя из дома, она не ошиблась в своих догадках. — Зачем ты так, Чимин? — Как так? — Не притворяйся, ты прекрасно знаешь, о чём я. — А тебе разве самой не надоело это всё? — Прекрати. Они любят нас. — Но больше они любят деньги. — Перестань! — крикнула девушка. — Не говори о них так. Они родили и воспитали нас. Любили, любят и будут любить. Как можно ненавидеть своих родителей? Чимин, прошу… Парень просто стоял и держал в руках мяч. Он не смотрел на сестру и явно о чём-то думал. — Здесь ведь никого нет? — неожиданно задал вопрос парень. — Нет. — Можно? — он слегка повернул голову в сторону девушки. — Иди сюда, — Сэми раскинула руки в стороны, как бы призывая его к объятиям. Чимин бросил мяч и резко подлетел к сестре. Он уткнулся лицом в ключицу девушки и крепко сжал свои руки на её талии. Сэми знала, что сейчас будет делать Чимин, поэтому стала гладить ладонью по его волосам. Парень очень тихо и практически беззвучно стал всхлипывать. Его глаза намокли и по щекам потекли слёзы, которые он часто сдерживал. Привычка плакать так, чтобы никто не видел, появилась у Пака ещё с детства. С самого начала сестра была его утешением и прятала слёзы от окружающих. Она знала, что Чимин принимает всё близко к сердцу, поэтому часто попадает в неприятности, когда сама Сэми старалась нести всё в себе, не показывая своих эмоций. С ней тоже случались срывы, но об этом знала лишь она, даже Чимин считал её более мужественной и устойчивой к стрессам, чем он сам. Её тяжело было заставить плакать. Видимо, ещё в утробе матери характеры близнецов поменялись местами. Отпустив сестру и быстро шмыгнув носом, Пак младший вытер влажные щёки руками и вернулся к мячу. Он молча продолжил кидать его в кольцо. Сэми присела на асфальтированную поверхность и стала молча наблюдать за действиями брата. — Не хочешь сыграть? — через время, сильно вспотев, Чимин подошёл к сестре и протянул мяч. — Ты же знаешь, что я не умею. Смысл? — передёрнула плечами девушка. — Это неслабо отвлекает от мыслей. — Нет, не хочу. Я лучше пойду спать. Завтра рано вставать и идти в новую школу, — она вздохнула и, встав, стала отряхивать одежду. — Ладно. Иди, а я ещё покидаю мяч, — Мин развернулся и стал стучать мячом по площадке, направляясь к кольцу. — Не засиживайся долго, — бросила через плечо напоследок девушка. На что брат лишь тихо промычал и сделал очередной бросок. Когда Сэми вернулась в дом, то застала лишь мать, которая прибирала со стола. Она подошла к ней и стала помогать. — Чимин снова бросает мяч на заднем дворе? — тихо поинтересовалась женщина. — Да. Ты же знаешь, его это всегда успокаивало. — Твой отец поступал так же раньше, но сейчас он отвлекается иначе. — Снова заперся в рабочем кабинете? — поинтересовалась дочь. — Да. Попросил не беспокоить его и взял с собой стакан виски, — вздохнула она. — Как всегда, — пожала плечами девушка. — Сэми, мне уже пора на ночное дежурство. Помоешь посуду вместо меня? Или же оставь всё, ведь вам завтра рано в школу вставать, — укладывая грязные тарелки в мойку, попросила женщина. — Почему ты так переживаешь? Я не маленькая, тем более у нас посудомоечная машина, а уж разложить всё по местам я смогу. Мне не десять лет, мам. — Извини, я всё никак не привыкну, что вы у меня уже такие взрослые, — вздыхает госпожа Пак и тянется к дочери, крепко обнимая ту. — Береги Чимина и присматривай за ним, хорошо? У него такой же характер, как у отца. Он по молодости очень много чудил, — улыбнулась своим воспоминаниям женщина. — Обязательно, — пообещала дочь. — Но и я не проста, как кажусь на первый взгляд. — Ох, у вас у обоих характер вашего отца. И угораздило же меня родить на свою голову сразу двоих на смену Мунсику, — обе залились смехом и, обнявшись ещё раз, разошлись по разным комнатам. Сэми пошла дальше убираться на кухне, а её мама направилась в спальню за вещами, чтобы покинуть дом и отправиться на ночное дежурство в больницу, на свою любимую работу, о которой она так долго мечтала. Закончив с делами на кухне, Сэми отправилась проверить брата. Выйдя во двор, она обнаружила его лежащего на асфальте под баскетбольным кольцом. Он лежал на спине, раскинув руки в стороны и смотрел вверх. Ночной воздух стал прохладным и, слегка поёжившись, девушка обхватила себя руками и направилась в сторону Мина. — Смотри, а то пипку застудишь и она больше не встанет ни на кого, — съязвила сестра, подойдя к Паку и нависая над ним, сурово покачала указательным пальцем. — А ты что, переживаешь за мою личную жизнь? — улыбнулся Чимин, переводя свой взгляд на сестру. Его отпустило и он снова стал тем самым Чимином, которого любила сестра. — Да не особо. Просто мне хотелось бы понянчиться с племянниками… — Мне стоит об этом задуматься? — Ага, лет так через двадцать, — подмигнула сестра и протянула ему руку. — Я бы тоже не отказался от племянников, — парень поднялся на ноги, но всё так же сжимал руку сестры. — Только после тебя, — засмеялась Сэми. — Нет уж, сестрёнка, дамы вперёд, — Мин ухватил её за талию и стал толкать вперёд. Подростки весело засмеялись и начали пинать друг друга. Переводя дыхание, Пак продолжил: — Эмми, — так ласково её называл лишь он, особенно, если ему что-то требовалось от неё, — давай переночуем сегодня вместе? — Чимин, мы уже не маленькие, — взбрыкнула девушка. — Но Эмми-и, — протянул брат, мило улыбаясь и строя глазки. — Нет! Я девушка, у меня должно быть личное пространство. — Да что, я твоих трусов не видел что ли? Или лифчики не помогал тебе ни разу складывать? — усмехнулся брат. — Когда такое было? Это обычно я твои трусы после стирки складываю в шкаф, да и до стирки складываю в стиральную машину. Знаешь, как это неприятно — касаться твоих грязных трусов, — девушка сморщила лицо и заткнула двумя пальцами нос, изображая вселенскую жуть, которую она испытывает каждый раз при стирке белья. — Эй! Это ещё что такое? Прекрати нести чушь! Я каждый день принимаю душ по два раза и меняю бельё, — возмутился брат, хорошенько шлёпнув её по заднице. — Эй, а вот это уже инцестом попахивает. — Чем? — не понял Чимин. — Забудь, — отмахнулась она, — идём, так уж и быть, переночуем вместе. Только ты сначала примешь душ и сменишь свои труханы! И спим мы в твоей комнате, — крикнула девушка, убегая от брата. — Что за? Эй! Думаешь, я не знаю, какими тампонами ты пользуешься? Это же так отвратительно! Вы девушки… Но Сэми его уже не слушала, а лишь уточнила, что тампонами, в основном, пользуются девушки, у которых уже был секс, а она чиста и невинна, в отличие от него, поэтому в её гардеробе только прокладки. Подростки внеслись в дом и разбежались по комнатам, встречаясь после в комнате Чимина для совместной ночёвки, как раньше это было в детстве.