На сцене и за кулисами...
6 мая 2017 г., 20:00
POV Катя Жданова
Может кто-то и посчитает меня неправой, но я совершенно не собиралась покидать свою диспозицию. Подслушивала? Да, подслушивала! Но с другой стороны, а что мне еще оставалось делать? Войти и попасть под разборку подружек? А с какой стати? Это же не я кувыркалась с женихом подруги, правильно? Так почему огребать должна я? Не должна! Как там у Островского, «Свои собаки грызутся, чужая не приставай»? Вот именно!
Андрюше тоже ничего пока, вроде, не угрожало. Вот если бы угрожало, то я, конечно же, быстренько бы вмешалась. А так… Так что я решила послушать этот спектакль до конца, тем более, что слышно было каждое слово, будто в наушниках, а платить за это представление было не нужно.
— Так может и мне поведаешь, подружка, что ты сказала моему жениху? А то я-то не в курсе! — раздался холодный металлический голос бывшей невесты моего мужа.
— Кира? — Виктория, кажется, растерялась.
— Да, Кира! А ты кого хотела увидеть, Викусенька?
— Никого.
— Я жду!
— Чего ты ждешь?
— Объяснений. Может расскажешь…
— А знаешь что, Кирочка? Расскажу! Давно нужно было тебе рассказать, вернее высказать.
— Что высказать?
— Все! Все высказать до самого донышка. Знаешь, когда я впервые с Андреем переспала? После показа, в тот же вечер, когда ты объявила о вашей помолвке. А знаешь где? Вот здесь, на этом самом столе!
— Андрей! Как ты мог? — вскричала Кира. Этот вопрос и меня интересовал. Я приникла ухом к дверной щели, чтобы ни звука не пропустить.
— Легко и не без удовольствия, Кирочка.
— За что? Почему ты так со мной поступил?
— А ты не помнишь? Вспомни историю с помолвкой, твои заявления в СМИ, твое, якобы, подаренное мной колечко. То, как ты отца накрутила…
— Ты тогда не знал об этом.
— Верно, не знал. Зато я слышал, как ты, спустившись с подиума, торжественно и громко пообещала маме сделать из меня человека. То что при этом присутствуют представители прессы, тебя тоже не остановило. У тебя ничего не вышло, не смогла ты из меня человека сделать. Я ушел сюда, чтобы нажраться, но пришла Вика… Дальнейшее ты знаешь.
— Ну, а ты? Как ты могла? Ты же знала, как я люблю Андрея.
— Что, больно, Кирюшенька? — сладким, издевательским голосом произнесла Вика. — Больно? Я рада. Мне тоже было больно, очень больно, когда ты разрушила мой брак. И я осталась ни с чем, Кирочка. Совсем ни с чем, даже алименты я не смогла выбить! У Кирилла были все козыри на руках. Ты его ими снабдила. Что, не ожидала, что Кирилл мне все расскажет? А он рассказал. Вышвырнул меня на улицу без гроша в кармане и, чтобы уж окончательно добить, рассказал, какая замечательная у меня подружка. Как ты могла, Кира? За что?
— Вика, я же не нарочно. Я просто была пьяна, понимаешь?
— Не понимаю. Если бы ты напилась и переспала с ним, я могла бы это понять. Но показывать ему мои фотографии с другим, обрезав на них дату, не понимаю! Почему ты поехала на пикник с этими фотографиями? Зачем обрезала число? Для чего показала их Кириллу? Он же ничего у тебя не спрашивал, правда? Ты сама! Сама подошла к нему и рассказала, причем соврала, сказав, что я изменяла мужу, хотя эти фото были сделаны за полгода до моей свадьбы. Зачем, Кира? За что?
— Я была пьяна!
— Врешь! Ты все врешь, подруга! Просто накануне Андрей в очередной раз тебе изменил, ну, или ты решила, что он изменил. Мы с ним потом по датам сверили его «измену» и твою подлость — все совпало. Ты же совершенно не переносишь, если плохо тебе одной. Тебе сразу необходимо, чтобы всем вокруг стало плохо. Если я и жалею, то только об одном. О том, что не довела все до конца.
— До какого конца? — плачущим голосом спросила Кира.
— Андрюша, ты прости, я ведь не просто так поставила тебе условие, чтобы о нашей связи никто не знал.
— Очень интересно, а почему?
— Я хотела Кире подарок на вашу свадьбу сделать. Такой же, как она мне. Запустить видео, где ты ей изменяешь и со мной, и не только со мной, прямо на банкете запустить. Это уж потом я от своей идеи отказалась, когда поняла, что ты такая же жертва этой суки, как и я. Хочешь, уволь меня, хочешь, оставь… Твое право.
— Пошла вон! Подстилка, шлюха, мразь, — завизжала Кира. — Андрей, я требую ее немедленно уволить! Немедленно! В моей компании не будет работать эта бл@дь! Ты уволена.
— Кира, ты ничего не перепутала? Ты не имеешь права ни увольнять людей, ни принимать их на работу, — совершенно спокойно сказал Андрюша.
— Если ты ее не уволишь, я не выйду за тебя замуж. И голоса моего ты не получишь. И Павел Олегович за тебя тоже не проголосует. Понял?
Раздался такой заливистый хохот Вики, что я невольно заулыбалась и сама. Ему вторил Андюшин веселый смех. Я-то поняла, почему они смеются, а вот Кира — нет. Видно до нее еще не дошли слухи, что она в любом случае не сможет осчастливить Жданова. По крайней мере до тех пор, пока я не дам ему развода.
— Что вас так развеселило? Что смешного я сказала? — недоумевала Кира.
— Так ты еще ничего не знаешь, подруга? Андрей, ну, пожалуйста, прошу тебя, разреши мне лично сообщить эту новость Кирюше.
— Хватит Вика! Кире и так несладко.
— Несладко? Ей, по крайней мере, есть где жить. И что жрать, ей тоже есть. У меня этого не было. Она меня лишила и этого. Так что дай-ка мне насладиться триумфом!
— Какую еще новость?
— Дорогая Кира, — торжественно начала Вика. — Ты больше не можешь пугать Андрея!
— Не могу? П-п-почему? — она спросила это так жалобно, что даже мне стало не по себе.
— Потому что вчера Андрей Павлович Жданов женился!
— Что? Как женился? На ком? На тебе? — а в голосе ужас и боль.
— Увы, но нет. Андрей Павлович, если я вам больше не нужна, я в приемной. По крайней мере до тех пор, пока вы меня не уволили.
Послышался звук открывающейся, а затем закрывающейся двери.
— Андрюша, это был розыгрыш, да? Ты ведь не спал с Викой? Правда?
— Странный ты человек, Кирюша. Там, где ничего нет и не было, ты подозреваешь и скандалишь, а когда тебе говорят правду, пытаешься спрятаться за мифический розыгрыш.
— Ты что, ты действительно спал с Клочковой?
— Прости, но ты так часто подозревала меня в изменах, что я решил быть грешным, а не слыть.
— Значит, ты с ней спал? — завизжала Кира. — Спал? У меня под носом?
Послышался звук пощечины, и мне стало так больно, как будто это мне влепили оплеуху. Я даже хотела войти в кабинет, но, к счастью, сдержалась.
— Тебе стало легче? Тогда я тебя больше не задерживаю. Мне надо работать.
— Нет, дорогой, ты мне вначале ответь, как ты мог спать с этой шлюхой?
— Вика не шлюха. И, знаешь, я ее понимаю. То, что ты сделала…
— Не тебе меня судить!
— Хорошо, не мне, — согласился Андрей.
— Вот именно… — Кира помолчала. — А где ты вчера был, я не могла до тебя дозвониться весь вечер? Что опять с кем-нибудь кувыркался?
— Кира, это не твое дело. Со вчерашнего дня мои измены могут волновать только мою жену.
— Какую жену? Хватит смеяться надо мной! Можно подумать, что я поверю такому бреду.
— Это не бред, Кирочка. Ты вчера ее видела, и даже успела оскорбить.
— Ты о чем, Андрей? Кого я вчера оскорбляла?
— Помнишь девушку в приемной, которую ты так любезно назвала пугалом?
— А! Такой крокодил в очках? Ну помню и что?
— Если ты еще хоть раз позволишь себе открыть свой грязный рот, чтобы оскорбить мою жену, я не посмотрю, что ты женщина — огребешь по полной.
— Твою жену? Ты хочешь сказать, что женился? На… на… эа э-э-этой?
— Совершенно верно, Кирюша. Представляешь, как мне повезло? Первой встречной оказалась женщина, которую я по-настоящему люблю и которая ждет от меня ребенка.
Хохот первой части «Марлезонского балета», когда смеялись Виктория и Андрей, был просто детской забавой, по сравнению с тем гоготом, который сейчас раздался из кабинета.
— Ой, не могу! — ха-хаха. — Ой, насмешил! — ха-хаха. —Жена! — ха-хаха, — Женщина которую ты любишь! — ха-ха-ха. — Ждет ребенка. — ха-ха-ха, -ха-ха-ха. — Ой! Ничего смешнее не слышала.
— Кира! Я не собираюсь ни в чем тебя убеждать. И доказывать я тебе ничего не собираюсь. Хотя, проще всего было бы показать тебе сейчас наше свидетельство о браке, и ты захлебнулась бы собственным смехом. Мне все равно веришь ты мне, или нет.
Смех прекратился так же внезапно, как начался.
— Ты что? Ты спал с этой? С этой…
— Кира, не смей! — взревел Андрюша и мне это очень понравилось.
— Хорошо, не буду. Ты хочешь меня уверить, что ты с ней спал, — она выделила это «с ней» такой брезгливой интонацией, что я не выдержала.
— Нет! Кира Юрьевна, мы не спали, — сказала я входя.
— Фу, слава Богу, — бывшая еще не поняла, откуда доносится голос и кому она отвечает.
— Разве с ним уснешь? Не знаю, как вам, а мне он никогда ни одной минутки поспать не давал.
POV Андрей Жданов.
Я так и знал, что Катюха задержалась никак не по причине поноса, а исключительно потому, что подслушивала. Значит по поводу Вики она уже в курсе. Интересна ее реакция. Просто очень интересна. Если я ей небезразличен, обязательно хоть чуть-чуть, но приревнует.
— Катенька, почему ты так задержалась? — нежно спросил я, радуясь, что она появилась так вовремя.
— Тошнит потому что. Сам вначале маленького сделает, а сам потом спрашивает, почему я задержалась в туалете. Какие же они глупые, эти мужчины. Правда, Кира Юрьевна? — Катя подошла и прижалась ко мне. Я обнял ее за талию.
Ермолова! Нет! Алиса Фрейндлих и та не смогла бы сыграть такую наивную и чистую простоту. Кира только переводила безумный взгляд с Кати на меня и не понимала, что здесь происходит. Она даже головой потрясла, стараясь прогнать мираж. Но ничего не помогало. Ни я, ни Катюша не исчезали, а все так же стояли обнявшись.
— Что здесь происходит? Ты кто? Почему ты к нему приклеилась?
— Андрюшенька. Это и есть твоя бывшая? Да? Ой, какая хамка. Бедненький мой. Она даже «вы» не умеет говорить. Ты не расстраивайся, мой хороший. Это же все в прошлом.
Какой кайф был наблюдать за Катькиной игрой и полной прострацией Кирюши, вам не передать.
— Тварь! — рванулась к Катеньке Кира, и мой цыпленок так не вовремя зажмурился…
