Лёд и пламя. Игра на выживание

POV Анастейша

Не может быть! Откуда он узнал, чего я хотела? Уж вряд ли первородный мог читать мысли. И если мне и хотелось сказать, что он не удивил меня своим подарком, то мои глаза говорили всё за меня саму. Поэтому, сглотнув неприятный ком в горле, я отвернулась от него и, взяв бокал с шампанским, посмотрела в сторону. — Спасибо тебе за подарок. Но как ты догадался? — почти шепотом проговорила я и, повернув голову в его сторону, подняла руку с украшением. — Не поможешь? Совсем недавно, будучи в одном из ювелирных салонов, я буквально влюбилась в одно очаровательное колье. Не помню, по какой причине, но его я так и не купила. А сейчас он принес его в качестве подарка. Конечно, это в какой-то степени уже начало растапливать моё сердце, но снаружи я была такой же холодной, как и всегда. Майклсон аккуратно застегнул свой презент на мне, проведя пальцами по шее. От его прикосновений дух захватывало, а внизу живота завязывался тугой узел, пробуждая во мне что-то очень странное и новое. — Он просто напомнил мне тебя, когда я его увидел. Кажется, в тебе столько же шарма и роскоши, — в тон мне ответит парень, спускаясь руками по груди к талии. На нас смотрело слишком много людей. Поэтому, убрав его руки с себя, я выплеснула на парня содержимое бокала. — Не позволяй себе слишком много! Если я позволила тебе помочь мне с колье — это не дает тебе права распускать руки, — выкрикнула я, отстраняясь от парня и уходя наверх. Рядом с домой, во дворе, был бассейн, около которого также стояла барная стойка, где предлагались напитки. Мне бы хотелось искупаться, да и своего веса и фигуры я никогда не стыдилась. Поэтому, стянув с себя платье и надев купальник, я ушла к бассейну, где встретила свою лучшую подругу-человека.

POV Кол

И всё же она была до ужаса горячей и темпераментной сучкой. Но я знал, что ей нравятся эти прикосновения, игра, что затевалась у нас при виде друг друга. Просто она не собиралась в этом признаваться даже самой себе. Хотя мне нужно было немного времени, чтобы она сказала правду. Тем временем ко мне подошла Сара, одна из семьи Сальваторе, племянница Деймона и Стефана. Однако если её дяди были сверхъестественными существами, то сама девушка оставалась человеком в любой ситуации. — Я смотрю, у нас есть общая знакомая и это Анастейша Грейс. Странно, что она пригласила первородного к себе. По-моему, вампирам нужно приглашение хозяйки-ведьмы, чтобы войти в дом, — усмехнулась брюнетка, остановившись рядом со мной. Я прекрасно понимал, почему они дружат со Стейшей: обе слишком смелые и дерзкие. — Знакомая… Думаю, эта ведьма будет не просто знакомой, а также одной из галочек в моем списке, — ухмыльнулся, посмотрев на смуглое тело темноволосой. — Запомни: я не позволю тебе воспользоваться ею! Ты не затащишь её в постель, чтобы развлечься. Она немного другая, если ты заметил и никогда не прогибается под других. Уж поверь, под тебя она не прогнется никогда, — грубо проговорила она, но я не успел ей что-либо ответить, так как к нам подошла Грейс, и мне по какой-то причине стало стыдно. Хотелось, чтобы она показала хотя бы долю ревности или чего-то другого, но мне было стыдно за то, что я позволил ей видеть меня рядом с этой… девчушкой. — Я вижу, вы уже знакомы. Ну, это плюс. Мне не нужно представлять вас друг другу. Что ж, тогда не буду вам мешать. Хорошо вам отдохнуть, а мне нужно немного поработать. Придется покинуть эти славные покои на какое-то время, — широко улыбаясь, она взяла со стола стакан с соком и гроздь винограда, после чего снова покинула всю эту мишуру. Кажется, ей действительно было плевать. Хотя может это просто маска. Но то, что она уж слишком не любит шумные компании, играло мне только на руку. Но вот как? Чуть позже объясню…

POV Автор

Прошла практически неделя с того самого дня рождения. Сара улетел в Сан-Франциско на учебу, Анастейша — в Лос-Анджелес, а Кол всё это время пробыл в Вирджинии. С ним всё было слишком скучно и однообразно: он убивал и завтракал, обедал, ужинал обычными девушками, которые остались без защиты, пока Грейс была за пределами этого города. А вот сама Ана погрузилась в работу: отснялась во многих проектах и фотосессиях. Наступила ночь. Именно это время суток Стейша любила больше всего. Так же ведьма была без ума от воды, поэтому каждую ночь приходила к озеру, перед тем как уснуть. Но сегодня там она встретила совсем не того, кого хотелось бы. Кол всегда приходил к озеру, когда нужно было обдумать тот или иной поступок. Сегодня он очень хотел понять, что же всё-таки он испытывает к новой, очаровательной знакомой, весьма смелой ведьме. Подойдя к самому краю, где берег и вода пересекались, первородный сел на зеленую траву. Он будто отключился от всего мира, от того, что его окружало. Даже вампирский слух по началу не помог услышать шаги той самой сексуальной брюнетки. Анастейша увидела знакомый силуэт и, остановившись в нескольких метрах от него, задумалась. Она не знала, что делать дальше: остаться или уйти? И, взвесив все «за» и «против», девушка собиралась уходить. Вот только если бы Майклсон не отвлекся, то даже не знал бы, что она приходила. — Уже уходишь? И даже не поздороваешься? — ухмыльнулся он и, снова переместившись с одного места на другое, встал перед ней, будто возвращаясь из своего мира. — Не хотела отвлекать тебя от твоих же мыслей. Да и мне уже пора, — сдвинув брови, проговорила ведьмочка. Сегодня она была больше похожа на обычного человека, чем на фотомодель, ведь на ней была просторная светлая футболка, такие же светлые короткие шортики и светлые кроссовки. Волосы на этот раз были идеально ровные и распущенные. Главой спокойного, едва заметного образа было то самое колье, его подарок, который она постоянно носила на себе. — Я смотрю, с моим презентом ты не разлучаешься? Рад, что угодил, — сделав шаг ей навстречу, он всё так же смотрел ей в глаза. Казалось, что древний ведёт совсем другую игру, о которой они не договаривались. — Я его просто очень сильно хотела. А ты, будь так добр, не проявляй рядом со мной своего высокомерие. Ты же знаешь, я и ответить могу, — съязвила она и, будто под гипнозом, подошла к нему слишком близко. Взгляд друг другу в глаза, и этим двоим вдруг стало невыносимо жарко. Сердца забились чаще и в унисон друг другу, дыхание тщетно сбилось, и выровнять его уже было просто невозможно. Счёт времени уже давно прервался вокруг этих двух. Оба понимали, что такого неожиданного наплыва страсти им не избежать, это уж точно. Момент — и он сам делает первый шаг, жадно впиваясь в пухлые губы темноволосой горячим и страстным поцелуем, что так и испепелял собой все сомнения, имеющиеся ещё несколько минут назад. Она же, в свою очередь, прижимаясь к нему всем телом, с тем же посылом отвечала на вызов его губ. Кислорода в легких становилось чертовски мало, но прерываться не хотелось и вовсе. Однако это нужно было сделать кому-то из них, и первой отстранилась Стейша. Ей хотелось извиниться за свою глупость, уйти и больше не искать с ним встречи, но желание внутри снова побеждало разум. — Только не здесь. Пойдем ко мне, там и продолжим, — отключив мозг окончательно, проговорила она, а Кол, победно усмехнувшись, подхватил девушку на руки. С вампирской скоростью они оказались в её особняке. Уже начиная с прихожей вещи по одной спадали на пол с рук партнёров, пока они, не прерывая сладкого и того же горячего поцелуя, поднимались на второй этаж в спальню хозяйки. Казалось, что вот-вот от той страсти, что накапливалась в них, загорятся не только они сами, но и всё, что вокруг. И вот заветная дверь. Прижавшись к ней спиной, ведьма притянула к себе вампира, снова заключая их губы в поцелуе. Парень же, в свою очередь, прижав её своим телом к двери сильнее, приподнял ягодицы девушки, будто заставляя обвить ногами его бёдра. Удивительно, но Ана подчинялась ему, потому что понимала, что ему хватило нескольких взглядов, пары слов и уйму харизмы для того, чтобы покорить её холодное сердце. Убрав руку с его шеи, девушка направила свою ладонь на деревянную стену и, нащупав ручку, резко нажала, а парень рефлекторно, вместе с ней отошел от двери, чтобы поскорее распахнуть дверь и войти в спальню. Приглушенный свет, полумрак и оба изнемогают от желания заполучить друг друга. Уложив партнёршу на прохладный шёлк, первородный навис над ней, всем своим весом вдавливая Анастейшу в постель. Как только она снова потянулась к его губам, он не позволил подарить себе и ей ещё один танец в поцелуе. Наоборот, склонив голову на бок и, обжигая горячим дыханием шею Грейс, Майклсон прижался губами к ароматной коже ведьмы. У вампира практически сразу начали проявляться клыки, медленно ему начинало сносить крышу, но, взяв себя в руки, он не позволил себе причинить ей хоть малейшее неудобство, желая испробовать её крови. Юноша, оставляя влажную дорожку от поцелуев на её шее, сперва покусывал бархатную кожу, а потом вел по укусам кончиком языка, будто сглаживая их. Внизу живота у Стейши всё так же завязывался тугой узел, бросая девушку в жар от удовольствия и страсти. Кажется с каждым невесомым прикосновением его губ к её телу, с этих пухлых губ срывался протяжный стон. Вероятно, Колу нравилось то, как реагирует её тело на все его действия, поэтому и не спешил переходить к самому сладкому моменту этой ночи. Он слишком медленно опускался лёгкими поцелуями вниз, будто оставляя ожоги на её коже от своего горячего и прерывистого дыхания. Дойдя к своей цели — её пышному бюсту — он провёл языком по одному из сосков, впоследствии чего — очередной стон с её губ. Складывалось впечатление, что он пытает её, доставляя своей пыткой массу удовольствия. Снова-таки покусывая поочередно соски, он заставлял вздыматься её грудь, а каждый сосок — затвердевать… Проведя рукой вниз, по плоскому животику, он добрался до её лона. Не церемонясь, он буквально сорвал с неё дорогое белье и, раздвинув пальцами половые губы, вошёл во влагалище пальцами, затыкая её поцелуем. Темноволосая прогнулась в спине, запрокидывая голову назад. На этот раз стон был куда громче и искренней. — Пожалуйста… — молила о пощаде она, понимая, что не в силах сдержать своих эмоций и желаний, страсти и нежности, что так и накапливались в ней все эти годы. Конечно и Майклсону хотелось ощутить её влажность, острые ноготки у себя на спине. Не медля, он наконец-то вошёл в неё, практически сразу набирая ритм своих движений. Шатен получал неведомое удовольствие, двигаясь в ней резко и быстро, но в то же время нежно и ласково, с проявлением каких-то чувств. А она, прижимаясь к нему, кусала губы и, царапая его спину, рассыпалась на мелкие кусочки. — Господи, Кол, ты великолепен! — выкрикнула ведьма, содрогаясь на пике своего удовольствия. Получив оргазм, она слишком тяжело дышала, будто хватаясь за воздух, как за спасение, спасательный круг для утопающего. Вместе, утопая в объятиях друг друга, они уснули посреди ночи, когда до рассвета оставалось несколько часов. Оба уже успели осознать, что по отношению к ней/нему испытывают что-то больше, чем просто страсть. И если сама девушка была готова в этом признаться, то юноша не хотел связывать с кем-то свою жизнь. Наверное, потому что знал, что рядом со своей семьей любая девушка, неважно, Грейс это или ещё кто-то будет в опасности, ведь врагов у семьи Майклсонов немало. Но отказать в удовольствии себе и ей он не мог и, по большому счёту, не имел на это права. Отбросив эти мысли, парень поцеловал в висок спящую стерву и, прижав её к себе как можно ближе, тоже погрузился в сон. Их ожидало, наверное, одно из самых жарких утр в жизни. Ведь «либо вместе, либо никак»! Именно по этому принципу и жила модель, не ища себе удовольствия на одну лишь ночь. Однако вампир хотел, чтобы она почувствовала себя пешкой в чьих-то руках и поняла, как себя чувствуют те, кто её окружает. Но никто не знал, что на самом деле причинит боль, насколько сильной она будет, и кому из них двоих утром будет принадлежать последний удар. Кто победит, а кто останется ни с чем, собирая по осколкам разбитое сердце и вспоминая, что эта ночь — лучшая ночь любви и огня. Пламени и льда…