Who Could Love a Beast?

Жить долго и счастливо… Эти слова всегда звучали красиво, но так ли они правдивы, как хотелось бы верить? Перечитав за свою жизнь столько замечательных книг о приключениях и любви, Белль была уверена, что встретив Чудовище, она нашла то самое счастье, которое искала, которого так жаждало ее сердце. И это было правдой до тех пор, пока проклятье не было снято и Чудовище снова не стало принцем. Казалось бы, что это должно было обрадовать девушку, ведь о такой жизни в прекрасном замке и с прекраснейшим молодым человеком можно только мечтать, и многие отдали бы все, чтобы занять ее место, однако на душе Белль было неспокойно. Ее словно что-то терзало, и юная красавица никак не могла понять, что именно. Их с Адамом свадьба оказалась просто чудесной, и какое-то время невеста парила в облаках, но эйфория ее продлилась недолго, когда она все же осознала причину своей неуверенности. Как выяснилось в дальнейшем, она толком и не знала этого человека, который в итоге стал ее мужем. Да, он был тем самым Чудовищем, и в то же время она совсем не узнавала его в новом облике. И дело было даже не во внешности, а в поведении. Адам вел себя с ней как-то слишком уж нежно, будто берег ее как хрустальную вазу. Он постоянно соглашался с ней во всем, стараясь не спорить, ублажая жену всеми возможными способами, всегда улыбаясь ей. Да, кто-то скажет, что Белль просто капризная девочка, которая не ценит свое счастье, но она ничего не могла с собой поделать, все же сердцу не прикажешь. Смотря на молодого человека, она не испытывала к нему тех же страстных чувств, которые питала к Чудовищу. Ей не хватало его ворчания, некоего недовольства, темперамента. Да, порою он бывал очень страшен в гневе, и все же… она скучала по этому «милому» зверю. Адам оказался его полной противоположностью, и не его вина в том, что он не мог дать жене то, чего она так хотела. Белль ненавидела себя за то, что вынуждена была скрывать от него эту страшную тайну, а хуже всего, что ей приходилось держать это в себе, и это делало ее еще более удрученной и грустной. В их брачную ночь девушка, несмотря на все усилия мужа, не почувствовала ничего, кроме вспышки боли и какой-то всепоглощающей пустоты. Никто из них до этого не имел подобного опыта, а потому все закончилось довольно быстро, и, разумеется, того неземного наслаждения, о котором Белль читала в книгах, она не испытала. Адам нежно поцеловал ее в лоб, пожелал спокойной ночи и отвернулся, почти мгновенно заснув, а девушке только и оставалось, что закутаться в одеяло и тихо расплакаться. Нет, он ни в чем не виноват, все дело в ней. Но как открыться ему? Красавица очень боялась его реакции, но одновременно она гадала, способен ли он еще демонстрировать вспышки гнева? Ведь все то время с момента его обращения в человека, девушка ни разу не слышала дурного слова от него. Это даже раздражало ее. Она не понимала, как он мог настолько отличаться от Чудовища. Белль помнила, как впервые встретилась лицом к лицу с этим, как ей поначалу показалось, ужасным существом. Она помнила то отчаяние и одиночество, что снедали ее первое время, но радостных моментов было гораздо больше. Как она могла позабыть те минуты, часы, дни, что они провели вместе? В конце концов, монстр предстал перед ней совсем в другом свете. Его самым неэгоистичным поступком было отпустить Белль, которой так нужно было повидать отца. Только потом девушка узнала, что Чудовище пожертвовал всем и позволил ей уйти, пусть это и означало, что он останется в таком облике навечно. А когда Гастон ранил его, Красавица так перепугалась, стоило ей только подумать, что он умрет… Но он не только не умер, но и вернулся… вернулся другим. И каким бы чудесным не был Адам, ему не хватало той искры, коей обладал Чудовище, за что она его и полюбила. Она дала клятву у алтаря, но сможет ли она прожить с ним всю жизнь, ощущая себя такой подавленной? Этого Белль не знала.

***

Однако выяснилось, что Адам был не таким уж ненаблюдательным, как могло показаться на первый взгляд. Закончив с ужином, Белль пошла искать своего мужа по всему замку, обнаружив его в западном крыле среди обломков и разбросанных повсюду старых предметов. Он не заходил сюда с тех самых пор, как она покинула его, отправившись на поиски отца, и его возвращение в эту комнату сильно насторожило девушку. Она вообще удивилась тому, что он не замуровал дверь, что вела сюда, беря во внимание то, что связано с этим местом. — Дорогой, ты в порядке? Ты так быстро исчез после ужина, что я начала волноваться, не случилось ли чего-то. Ответом ей послужило молчание, а сам муж так и не повернулся к ней и даже не двинулся с места. — Адам, что происходит? — спросила Белль, подходя ближе, кладя руку на плечо принцу, пытаясь хоть как-то растормошить его. — Я могу спросить тебя о том же. Я чувствую, что ты что-то скрываешь от меня, но я не могу понять, что… Ты ведешь себя странно, избегаешь меня, мы почти не разговариваем. Совсем не так, как было… тогда. Я понимаю, что изменился, и для тебя это непривычно, но я думал, что ты все еще любишь меня. — Я люблю, — прошептала Белль, хоть сердце ее и обливалось кровью. На данный момент она относилась к нему больше как к другу, чем как к любимому человеку. Но как она может разбить еще и его сердце? — Ты никогда не была хорошей лгуньей, Белль, — строго отрезал молодой человек, все-таки обернувшись, чтобы посмотреть ей в глаза. — Почему ты не доверяешь мне? Я верил в то, что между нами нет секретов, однако теперь я вижу, что ошибался. Ты убиваешь меня своим молчанием. Прошу, скажи, что я делаю не так. Я слишком груб с тобой или невежествен? — Нет, совсем нет… — поспешила успокоить его шатенка, но она более не могла нести эту ношу в одиночестве, а потому добавила: — И в этом вся проблема. — О чем ты? — немного пораженно выпалил Адам, хватая любимую за руку, с нетерпением ожидая ее разъяснений. — Понимаешь… Это словно не ты… Не ты прежний. Да, я знаю, что ты не всегда был таким, но… Я будто бы надеялась на один подарок, а развернув его, получила другой. Я действительно не хочу врать тебе, прости. Я не узнаю в тебе того, кого полюбила, и мне горько осознавать, что ничего не поменяется. Пойми, я рада, что ты вновь стал человеком, ведь я видела, как для тебя это важно, но я не была знакома с тобой до проклятья, а потому сейчас мне тяжело принять все это… Вы словно два разных человека и… — И другой «я» нравится тебе гораздо больше, я понял, — едва слышно промолвил Адам, отпуская ее руку и отворачиваясь от жены. — Я не это хотела сказать… — Но ты об этом подумала. Значит, мои самые худшие опасения оправдались. Оставь меня, — тон его голоса стал таким холодным, что Белль ни на шутку испугалась. — Адам, я… — Убирайся! — закричал он, и девушка, вздрогнув, побежала к выходу, чувствуя, как слезы застилают ее глаза. Да, это совсем не та супружеская жизнь, о которой она мечтала.

***

Прошло уже больше недели, а ее муж всячески старался не пересекаться с Белль и уж тем более не спать с ней в одной постели. Ужинала она также одна, и единственное, что хоть как-то спасало положение — это чтение книг в библиотеке. В свое время именно этот добрый жест со стороны Чудовища стал первым шагом к покорению ее сердца, а сейчас она сидит здесь одна и пытается отвлечься от своего горя, с головой погрязнув в рассказах, но получалось у девушки из рук вон плохо… Все истории постоянно заканчивались хэппи эндом, что никак не радовало саму шатенку. Даже слугам не удавалось достучаться до хозяина, который никого не желал видеть в своих покоях. Лишь однажды Белль решила навестить своего суженного, но он даже не пустил ее на порог, игнорируя ее просьбы поговорить по душам. Отчаявшись, она бросила все попытки, вновь расплакавшись, виня себя во всем, что творилось сейчас между ними. Возможно, ей стоит дать Адаму еще один шанс? Но как ей донести до него эту мысль? Белль удивляло то, как резко поменялся ее муж, учитывая то, что до этого он вел себя исключительно порядочно, никоим образом не расстраивая жену, точнее, делая все, что в его силах. Теперь же шатенке казалось, что принц просто возненавидел ее, и, пожалуй, это было заслуженно. И вот, однажды, когда на улице стояла ужасная погода, сверкали молнии и гремел гром, Белль подумала о том, чтобы уединиться в библиотеке, дабы перечитать уже в который раз одну из своих любимых книг — «Ромео и Джульетта». Счастливая концовка точно не грозила ей сейчас, поэтому она с полной уверенностью, что ей никто не помешает, отправилась туда. Однако девушка ошиблась и, по прибытии в библиотеку, обнаружила там Адама, что рассматривал корешок одной из старых книг. Незадолго до их свадьбы Белль успела закончить их обучение чтению, и, скорее всего, принц решил потренироваться. Но заметив свою жену, он сразу же выпрямился, демонстрируя свою гордую осанку (совсем не как Чудовище), после чего поспешил удалиться, не сказав ни слова. — Адам, постой! — закричала шатенка, догоняя молодого человека, и с силой развернула его к себе. На лице его читалось недоумение, но потом его сменила раздражительность. Белль не дала ему шанса высказаться и начала первая: — Может ты перестанешь вести себя как маленький ребенок и поговоришь со мной? — Я думал, что ты отлично объяснила мне свою позицию. — Нет, это не так, ты знаешь, что не так… — вздохнула Белль, дотрагиваясь до его щеки, и поначалу Адам хотел было отпрянуть, но в последнюю секунду не стал этого делать, сосредоточив свой взгляд на жене. — Ты действительно дорог мне, и я не хочу, чтобы ты мучился из-за меня. — Мучился? Разве не я источник твоих мучений, Белль? — Ты все еще не понял, что главное не то, что снаружи, а то, что внутри? Если ты полагаешь, что мне не хватает самого лика Чудовища, то ты не прав. Дело не в том, что я думаю, будто ты сам не свой, но и ты тоже так думаешь, нет? У меня такое чувство, что ты словно притворяешься тем, кем не являешься на самом деле. Я полюбила тебя не за облик, а за то, что в тебе томился тот пыл, та страсть, с которой ты жил все это время. Не могу поверить, что говорю это, но я скучаю по тому, как ты злился, как крушил вещи, а не соглашался со мной во всем! — Белль даже перешла на крик, надеясь, что до молодого человека все же дойдет то, что она хочет донести. — Перестань притворяться! — руки девушки обхватили его щеки, удерживая его голову на месте, а ее карие глаза нашли его голубые, не желая отпускать их. — Ты не знаешь, о чем говоришь, — гаркнул принц, все-таки освобождаясь от ее хватки, но Белль была не намерена сдаваться так просто, и пусть ей было неприятно заводить эту тему, но выхода у нее не осталось. — Возможно, Гастон был тем еще ублюдком, но он хотя бы не скрывал своих мыслей и своей сущности, как это делаешь ты! Это оказался удар ниже пояса, на что Адам резко развернулся на каблуках, больно вцепившись в руку жены, смеряя ее гневным взглядом. — Не смей сравнивать меня с ним! Белль скривилась, но руку не вырвала, довольная, что наконец смогла привлечь внимание молодого человека, а потому продолжила: — Он был ужасным человеком, который наивно полагал, что сможет женить меня на себе. Он унижал меня, не считал равной себе, думал, что все женщины способны только на то, чтобы рожать детей да сидеть себе и помалкивать. Но ты… — шатенка перехватила его руку, сомкнув на ней свои пальцы, — ты дал мне возможность развиваться, даже когда я была твоей пленницей, я не сидела под замком. Ты показал мне эту великолепную библиотеку, в которой я готова была просидеть часами. Ты позволил мне читать и учить тебя, в то время как Гастон считал это недостойным для меня занятием. Я не могла бы иметь собственного мнения, если бы вышла за него, но с тобой все по-другому, Адам, — нежно закончила Белль, проводя рукой по его волосам. — Я лишь прошу тебя открыться мне… Выпусти на волю то, что ты заточил в клетке… — Я не могу! — взревел принц, и впервые девушка увидела его в таком состоянии, даже попятившись назад. От злости и обиды на самого себя молодой человек пнул полку, которая пошатнулась, после чего из нее на пол посыпались книги. Он ударил уже по другой полке, сбивая еще несколько фолиантов, а затем принялся безжалостно вырывать из них страницы, приговаривая: — Счастливый конец, ха! Все ложь! Вранье! Кто может полюбить Чудовище? Даже, если оно будет в образе человека… ему никогда не видать счастья… это его проклятье навеки! — в довершении всего Адам в отчаянии швырнул книгу в стену, а потом еще одну, недовольно рыча. Белль, до этого стоявшая как вкопанная, пораженная резкой сменой поведения мужа, подбежала к нему, чтобы остановить, но в порыве ярости молодой человек не отдавал отчет своим действиям, а потому просто махнул рукой, не рассчитав силу, так что девушку откинуло назад, и она упала на спину, ударившись копчиком о пол. Только тогда Адам пришел в себя, подорвавшись с места, устремившись на помощь своей любимой. — Белль, господи, прости меня! — тараторил принц, подавая ей руку и помогая подняться. — Что я наделал? Я просто ужасен… Я пойму, если ты больше не захочешь видеть меня… Но ее ответная реакция поразила молодого человека, который буквально опешил, когда Белль обвилась руками вокруг его шеи, сладко целуя. Правда из-за шока он так и не разомкнул свои уста, а потому поцелуй получился однобоким и смазанным. — Но… я не понимаю, ты не обижаешься на меня? — За то, что толкнул меня? Да. Но, Адам… — она улыбнулась, кладя руки ему на плечи, — я так долго ждала, когда ты все-таки покажешь мне свою другую сторону. Я боялась, что в тебе не осталось ни капельки от Чудовища, и, может, это прозвучит странно, но я так рада, что ошибалась. Значит, я была права, когда сказала, что ты подавляешь это в себе? Расскажи мне… — Белль… — опустив глаза, Адам крепко сжал ее запястье, не решаясь признаться, но набрав воздуха в легкие, он снова заговорил: — Разве ты не знаешь, почему я был проклят? За свое собственное высокомерие и гордыню. Я всегда был избалованным, глупым, грубым и в какой-то мере даже жестоким человеком. Если так подумать, то кто знает, был ли я лучше Гастона, — угрюмо добавил принц, не смея смотреть в глаза возлюбленной, стыдясь самого себя. — Тогда я не ценил всего, что у меня было. Но я поклялся себе, что если все изменится, то изменюсь и я. И когда я нашел тебя и проклятье разрушилось, то я остался верен своему обещанию, приложив все усилия, чтобы забыть прежнего себя. Я старался сделать так, чтобы ты не чувствовала себя хоть как-то оскорбленной моим невежеством или гневом. Мне была неприятна мысль о том, что я ненароком могу снова стать тем, что так сильно ненавидел. Поэтому я прилагал все усилия, скрывая от тебя все негативные стороны моего характера, боясь спугнуть тебя. Ведь я так тебя люблю, Белль, — на последних словах Адам все же не сдержался, и одинокая слеза покатилась по его гладкой щеке. — Я хотел быть лучшим человеком для тебя… быть человеком. Но, как оказалось, тебе больше нравится Чудовище. — Но ты он и есть, — парировала жена, обнимая его. Его слова тронули Белль до глубины души, и ей стало совсем стыдно из-за того, какую боль она ему причиняла. — Это все еще ты, там, внутри. Ты только что это доказал, — она кивнула на книги, что так и валялись на полу в груде разорванной бумаги. — Я не могу жить в притворстве и не хочу… Адам, прошу тебя… Не прячься от меня. Мы в состоянии все изменить, просто… попытайся… вместе со мной. — Я не знаю, смогу ли я контролировать себя. — По большей части тебе это и не нужно, — девушка ободряюще улыбнулась, запуская пальцы в его шелковистые волосы. — Перестань быть вычурным принцем и покажи мне того самого внутреннего монстра, — Белль подарила ему ехидную усмешку, вставая на цыпочки и запечатляя на его губах нежный поцелуй. Шатенка охнула, когда поцелуй из нежного перерос в глубокий и страстный, стоило мужу перехватить инициативу, а затем его язык вторгся в ее рот так нагло, что у нее перехватило дыхание. Прежние чувства, которые Красавица испытывала рядом с Чудовищем, охватили ее снова, и в животе запорхали бабочки, когда любимый прижал ее спиной к книжной полке, не прекращая жадно целовать ее припухшие губы, изредка издавая что-то наподобие рыка. Такая смена курса не оставила ее равнодушной, и Белль сама притянула его ближе, наслаждаясь близостью желанного тела. Адам как можно мягче отдернул ее за волосы, кусая беззащитную шею, отчего девушка застонала, покраснев от собственного бурного проявления эмоций. Его язык путешествовал то вверх, то вниз, а ее руки легли на его ребра, пока шатенка с удовольствием принимала все ласки, которыми одаривал ее супруг. Он потянул ленту на ее волосах, распуская их, и жена последовала его примеру, тут же запустив в его шелковую шевелюру свои пальчики, вновь сминая его губы своими. — Ты знаешь, что у меня столько же опыта в этих делах, как и у тебя, — выдохнул молодой человек, взволнованно глядя на Белль. — Я не хочу снова сделать что-то не так. — Тогда просто будь собой, настоящим. Прошу, — шепнула она, и этого было достаточно, чтобы принц с нетерпеливым стоном вовлек ее в более грубый поцелуй, чем прежде. Красавица вцепилась руками в полку позади себя, ощущая, как руки супруга бродят по ее тонкой талии, будто бы не решаясь зайти дальше. Но затем Адам схватился за ворот ее платья, что есть силы надорвав его, а шатенка лишь вскрикнула, задыхаясь от возбуждения. — Я могу порвать его, если хочешь, — шепнул он в районе ее уха, и ноги девушки подкосились, когда она прикусила нижнюю губу, сумев только кивнуть. Через несколько секунд от ее платья остались одни тряпки, но это уже совсем не заботило Белль, которая отчаянно жаждала большего. — Не бойся, все хорошо, мне нравится то, что ты делаешь. Не сдерживайся, Адам, пожалуйста, мне это нужно… — Как скажешь, — ответил муж, кусая ее в шею, вынудив взвизгнуть от неожиданности. Красавица хваталась за него, как утопающий хватается за последнюю ветку, чтобы не пойти ко дну. — Я не… — Просто следуй инстинктам, — успокоила его девушка, нежно улыбнувшись. Тогда принц сделал то, чего так давно хотел, и, когда его губы настигли один из ее сосков, Белль непроизвольно впилась ногтями в его предплечья, еще ни разу не испытывав подобного удовольствия. — Продолжай… — простонала она, поощряя его поглаживаниями по голове. С нетерпеливым рыком Адам вобрал сосок в рот, прикусывая его зубами, а после, зажав его в тиски подобным образом, он стал быстро теребить его языком, отчего глаза его жены закатились, а сама она даже не заметила, как умудрилась стянуть рубашку со своего возлюбленного. Ей было приятно ощущать под своими ладонями горячее тело супруга, который так жадно ласкал ее, что она готова была умереть в ту же секунду. Подразнив обе груди поочередно, молодой человек прошелся губами ниже, оставляя влажный след от своих поцелуев, пока не добрался до ее пупка. — Мне нравится твой аромат… здесь, — хрипло произнес он, заставив Белль зардеться и отвести взгляд. — Если бы я все еще был… в том облике, то могу поспорить, что его было бы слышно за несколько метров, — дерзкая усмешка вдруг исказила губы Адама, и он не стал медлить, а просто прильнул к промежности шатенки, издавая нечеловеческие звуки, упиваясь ее вкусом. Девушка не знала, куда себя деть, легонько сдавив пальцами его волосы, ахая, когда принц закинул одну ее ногу себе на плечо для удобства. Он зашипел, стоило ноготкам жены впиться в его скальп, но это лишь подзадорило обоих партнеров, и Адам усерднее стал водить языком между ног Белль, вырывая все более похотливые стоны из ее груди. Когда он ускорился, Красавица не выдержала и вскрикнула, распластавшись вдоль книжной полки, чувствуя, что готова взорваться от переизбытка эмоций. — Адам, подожди… — Почему? — искренне удивился молодой человек, подымаясь с колен и вытирая рот, что смутило шатенку еще больше. — Я хочу, чтобы мы были едины, когда… наступит тот самый момент, — скромно пробормотала она, исподлобья поглядывая на мужа. Он улыбнулся ей, целуя, и Белль ощутила странный привкус на своих губах, поздно осознав, что он принадлежал ей. Ее щеки опять покраснели, особенно когда рука Адама обхватила ее руку, чтобы приложить ладонью к своему паху. — Я так сильно желаю тебя, любовь моя, что не могу больше ждать… — он внезапно зарычал, в один миг сорвав с себя всю оставшуюся одежду, чтобы между ними точно больше не было никаких преград. Не успела девушка охнуть, как ее супруг с легкостью поднял ее, придерживая одной рукой за талию, прижимая к полке, а другой обхватывая свой затвердевший орган, медленно погружаясь в самые недра своей возлюбленной. Тихий рык перемешался с ее томным стоном, когда принц, наконец, вошел в нее до конца, давая им обоим возможность перевести дух. В этот раз в его глазах почти не осталось нежности, как успела заметить Белль — ей на смену пришла жгучая страсть, о которой Красавица и мечтала все это время. Обняв мужа за шею, шатенка аккуратно обвилась вокруг его торса ногами, давая ему понять, что она готова продолжать. Но Адам и сам уже не был в состоянии сдержаться, а потому резко толкнулся вперед, вынудив Белль застонать и уткнуться лицом ему в плечо. Как она и просила, молодой человек выпустил на волю все, что накопилось, демонстрируя ей свое истинное обличие. Стиснув зубы, принц взвыл, прикусывая мочку ее уха, вколачиваясь в ее податливое тело мощными толчками, отчего ягодицы Красавицы врезались в стоящие на полке книги, которые падали вниз, но сейчас ничто не могло испортить момент их близости, и от любого действия мужа она возбуждалась пуще прежнего. Не имея возможности двигаться так быстро, как ему хочется, Адам зашипел, повалив возлюбленную на груду разбросанных им книг, не выходя из ее тела, упираясь руками в пол, чувствуя, как маленькие ручки жены скользят по его спине, а глаза устремлены прямо на него. — Я люблю тебя, — одними губами прошептала девушка, мило улыбнувшись, тут же застонав, когда он задел внутри нее что-то приятное, совершая неконтролируемые толчки, которые сводили ее с ума. — Как и я тебя, моя прекрасная Белль, — прошептал молодой человек, немного нагнувшись, чтобы наградить ее пылким поцелуем. Чтобы подарить супруге еще больше удовольствия, что он должен был сделать уже давно, Адам решил коснуться ее, где соединялись их тела, вспомнив о том, как приятно постанывала девушка, стоило ему приласкать ее там. — Адам! — воскликнула она, хватая ртом воздух, которого критически не хватало. — У тебя самый прекрасный голос, Белль, особенно, когда ты так непристойно стонешь, — усмехнулся принц, надавливая на сосредоточение ее желания сильнее, поглаживая эту розовую горошину. — Ох, это уже слишком, — голова шатенки заметалась, и никто из них ни разу не задумался о том, что в библиотеку мог кто-то войти. Молодожены были очень заняты друг другом, и Адам чувствовал, что довольно скоро достигнет пика, но сначала он хотел ублажить жену. — Давай, милая, — он специально понизил тембр, отчего получилось так, будто бы он почти прорычал эту фразу, а его ногти вцепились в ее запястье, когда он совершил очередной размашистый толчок в ее лоно. — Сделай это для меня… Для своего дорогого Чудовища, — застонал он, из последних сил сдерживаясь, чтобы не кончить первым. И его слова подействовали на Белль именно так, как он и предполагал. Ее веки затрепетали, и горячая волна прошлась от носочков и до макушки, погрузив ее в пучину наслаждения. Губы Адама заглушили ее громкий стон, когда девушка, наконец, получила долгожданную разрядку, что послужило сигналом для ее супруга, который последовал за ней через несколько секунд, с облегчением выдыхая ее имя и находя освобождение глубоко внутри нее. Когда к Белль вернулась способность двигаться, она крепко обняла молодого человека, чувствуя, что по щекам бегут слезы. — Белль, я все-таки навредил тебе? — испугался Адам, но жена поспешила пресечь на корню его волнения, улыбаясь сквозь слезы. — Это от радости, дурачок, — она погладила его по слегка взъерошенным волосам. — Спасибо, мне было очень хорошо. — Белль, — теперь уже принц сам не выдержал и уткнулся носом в ее шею, стискивая девушку в своих объятиях. — Я не заслужил такую, как ты… — Это неправда, и ты это знаешь, — утешила его шатенка, нежно целуя в щеку. — Просто пообещай мне, что останешься собой — таким, как сейчас. — Обещаю, если это то, чего ты хочешь. — Да, — просто ответила Белль, только сейчас осознав, что ее и его одежда разорвана на кусочки. Она обратила на нее свой взгляд, и Адам это заметил. — Как же нам теперь выйти отсюда незамеченными? Нам ведь даже одеться не во что. — Тогда давай останемся здесь навечно, — сказал муж, проведя большим пальцем по ее губам. — Это заманчивое предложение, ваше высочество, — хихикнула Белль, немного краснея и сладко целуя его.