Договор

      — Сучка, — прошипела Хван, прижимая меня к кафельной стене школьного туалета, — поступать так со мной — нехорошо, — девушка ударила меня в живот, — решила отомстить мне? Думаешь, раз ты такая скромная, тебе все простится? — Блондинка намотала мои волосы себе на кулак и с размаху ударила о зеркало, разбив то, отчего на левой щеке появился глубокий порез. Я хоть и слабая, но не позволю ей так поступать со мной. Впиваюсь ногтями в руки девушки и та, взвизгнув, отпускает мои волосы. Зажмурившись, махаю кулаками, отчего один прилетел Хван Ти по голове, а другой в осколок от зеркала, что остался висеть на стене. Пока девушка была в замешательстве от удара, я вылетела из туалета и побежала в класс. Хван уже бежала за мной. До класса далеко, а из-за пропусков физ-ры я плохо бегаю, поэтому девушка была уже близко. Забегаю в первый попавшийся класс, откуда доносились голоса. В кабинете сидели учитель по химии и по русскому. Мужчины не сразу обратили на меня внимание.       — Помогите, — чуть ли не плача, говорю я. В душе бушует страх. Неужели мне не дадут нормально выучиться? Я так хочу стать доктором… Учителя посмотрели в мою сторону и, увидев кровь, подскочили со своих мест.       — Что случилось? — Обеспокоенно спрашивает химик.       — Вот ты где, тварь, — в класс врывается Хван, но, завидя учителей, тут же убегает.       Я отсидела уроки и пошла домой, слившись с толпой. Дома как обычно никого не было, поэтому я спокойно дошла до своей комнаты. Раздевшись, беру пачку чипсов, припрятанную на ужасный день, и включаю очередную дораму. Минут через десять чипсы полетели в стену, а я, зареванная выключаю ноутбук и закутываюсь в одеяло. Сон почти опутал меня своими нитями, но внезапное сообщение его развеяло. Не беру телефон, заранее зная кто звонит. После некоторой паузы телефон начал трещать от нескончаемых вызовов. Моя любимая песня на звонке уже начала надоедать, как телефон замолчал, впуская в комнату такую родную тишину. Правда, радость моя длилась недолго. Минут через пять хлопнула входная дверь, после чего в мою комнату, словно ураган, ворвался Хоуп.       — Лин, что-то случилось? — Спросил парень, подходя к кровати. Не хочу, чтобы он видел порезы, поэтому сильнее закутываюсь в одеяло. Хосок тут же почувствовал неладное, из-за чего в мгновение ока, с меня слетело одеяло. Молчание давило, вызывая шум в ушах. А затем парень ушел куда-то, вернувшись с баночкой перекиси и ваткой. Брюнет приложил смоченную вату к моей щеке, отчего порез начал сильно щипать.       — Ащ, — шиплю, зажмурившись. Хоуп тут же убрал ватку и подул на рану. Заботливый… Этот парень такой разный.       — Кто это сделал? — По лицу не скажешь, но по тону голоса было понятно, что Хорс зол.       — Помнишь одноклассницу, которая меня облила водой — это была она.       — Я все-таки научу тебя драться.       Все эти три дня Хосок учил меня драться. Мышцы мои ужасно болели, но в планах на сегодняшний вечер у парня был караоке. Пришлось согласиться, так как он уже давно заказал столик и пригласил друзей. Надев джинсы, свитер и легкую курточку, выхожу из дома. Хосок уже ждёт меня в машине, разговаривая по телефону. Как только я села в салон, парень сбросил вызов.       — Ты сегодня хорошо выглядишь, — сказал Чон, и я начала краснеть, поэтому отвернулась. «Только не улыбайся, только не улыбайся!» — Твердила я себе всю дорогу.       Когда мы подъехали к караоке-клубу на часах было десять вечера. На улице было довольно холодно, поэтому я потеплее укуталась в куртку. Около здания стояло несколько человек. Мы с Хорсом подошли к одним из этих людей. Как только я увидела их, подойдя ближе, моё сердце пропустило несколько ударов. Это были Мин Юнги и Хван Ти. Почему судьба настолько жестока со мной? Почему именно они оказались друзьями Хосока? Ладно Мин Юнги, мне он просто не нравится, но Хван… Вы, в общем-то, и сами понимаете.       — Хосок, — я вцепилась в рукав кожаной куртки друга. Парень развернулся ко мне, а я приподнялась на носочки и прошептал ему на ухо, — мне страшно, может я пойду домой? — парень помахал головой. Только я хотела придумать новую отмазку, как брюнет взял меня за руку, сплел наши пальцы и направился к своим друзьям, таща меня за собой.       — Привет, ребята, познакомьтесь — Лин, — Юнги просто улыбнулся, будто знал, что я приду, а вот Хван Ти была в немом шоке. — Пойдёмте, наш столик седьмой.       Пройдя к столу с двумя мягкими диванами, стоящими напротив друг друга, мы начали решать кто, где сядет.       — Чтобы вы скорее подружились, я посажу вас рядом, — весело пропел Хоуп.       — Но, Хосок... — Произнесли мы с Хван в унисон.       — Никаких «но», — и он посадил нас рядом.       Вскоре принесли еду, что мы заказали. Я взяла меньше всех, потому что платил Хосок. Он ведь самостоятельно зарабатывает, мне не хочется, чтобы Хоуп тратил на меня слишком много денег. Съев свой салат и выпив сок, сижу и смотрю на смеющуюся Хван, что «в стельку» пьяна. Юнги открыл бутылку, сделал три больших глотка. Я удивленно посмотрела на него. Плохой день? Зачем столько пить? Сделав еще пару глотков, он посмотрел на меня и засунул в мои руки бутылку вина. Хосок был не против: «Если хочешь — пей, только не много». Я никогда не пила, поэтому не знаю, как буду чувствовать себя в состоянии алкогольного опьянения. Но эта неделя была слишком сложной, много проблем у меня появилось, поэтому выдохнув, начинаю делать глоток за глотком. Слишком резко закружилась голова, слишком резко прилили храбрость и безумие. Мне захотелось хотя бы раз сделать что-то, что мне будет по душе, чтобы ни говорили окружающие. Сделав последний глоток, иду к диджею, прошу поставить какую-нибудь веселенькую песенку и залезаю на сцену. Музыка — быстрая и знакомая вынесла меня окончательно. Пою, словно тюлень и хлопаю в ладоши. Хван начала кричать, что у меня ужасный голос, но мне было наплевать. Я слезла со сцены и, подойдя к барной стойке, залезаю на нее, танцую под другую, медленную песню. Не понимаю, что творю. Мозг прощально машет ручкой и улетает в далекие края. Когда я начала снимать с себя свитер, уже оголив животик, ко мне подошел Хоуп и, закинув к себе на плечо, поплелся к выходу.       — Ой, Хоуп, у тебя попа такая упругая, — потискав «булочки» друга, обращаюсь к нему, — буду теперь называть тебя Жопастиком.       — Только попробуй, — с угрозой в голосе проговорил брюнет.       — Ой мороз, морооооз, — начинаю петь размахивая руками и ногами.       — Если ты не перестанешь брыкаться, то я уроню тебя, — для достоверности парень слегка покинул меня. Я и так боюсь высоты, а тут меня еще и в горизонтальном положении подкидывают. Крепко вцепившись пальцами в куртку друга, замираю, чтобы не упасть. Так мы дошли до машины… А дальше, я ничего не помню.       Утро встретило меня головной болью, тошнотой и целым графином воды, который я наполовину осушила, запив таблетку от головы. На тумбочке лежала записка от Хоупа. Красивыми, ровными буковками было написано: «С добрым утром, солнце, еще раз столько выпьешь — будешь самостоятельно отмывать мою машину от всего съеденного тобой. Больше никогда не прикасайся к моей пятой точке и забудь о вчерашнем поцелуе ;)»       — Чего?! О каком таком поцелуе? Ничего не было! — Верещала я на весь дом, хотя почти не помнила вчерашний вечер.       — Конечно не было, — Хоуп зашел ко мне в комнату босиком, в шортах и майке. — Просто я хотел проучить тебя. В моей машине до сих пор остался этот ужасный запах.       — Извини, — потупив взгляд в пол и покраснев, говорю я.       — Вчера вечером я вымотался, пока тащил тебя до машины, поэтому «День Катаний» отменяется. И еще сегодня мы смотрим фильм. Я уже выбрал — «Карантин», — парень криво усмехнулся, видя мой испуганный взгляд. — Готовься, сегодня ночью ты будешь визжать.       — Нет, нет, нет, мне нельзя его смотреть! У меня… С психикой не все в порядке, — так говорит мой психолог. Он постоянно об этом твердит, поэтому я понемногу начинаю верить в его слова.       Хоуп немного помолчал, а затем предложил позавтракать. Спустившись вниз, мы застали мою мать, которая готовила яичницу. Подхожу и целую ее в щеку. Отец читает газету, попивая кофе. Сев за стол принимаюсь уплетать тост с джемом. Мама дала всем тарелки с приготовленной пищей и мы все начали завтракать, болтая о повседневных вещах. Для меня это так непривычно… раньше я даже завтракала у себя в комнате. С родными почти не разговаривала. Это все Хоуп. Он, словно солнце, действует на меня положительно, заставляет оживиться.       Весь день мы с Хосоком провели за домашкой. Как только мы закончили, часы пробили девять и Хоуп, с насмешкой, повел меня на кровать. Включив фильм и выключив свет, укрываю ножки одеялом и опираюсь на стену. Специально сажусь ближе к Хоупу, чтобы было не так страшно. В начале фильма все было очень даже позитивно и немного пошло, но потом, откуда ни возьмись, начали появляться люди, похожие на зомби. Они прыгали и кусали нормальных людей. Каждый раз я вздрагивала, пытаясь не показаться Хорсу слабой. Но под конец я не выдержала и громко завизжала, когда на кровать рядом со мной приземлился соседский кот, что иногда заходит к нам домой, чтобы полакомиться рыбой. Крепко обняв Хосока за шею, пытаюсь унять страх.       — Ладно, я понял, что ты испугалась. Пойдём спать, — и на этом моменте моё сердце ухнуло вниз. Все случилось слишком быстро…       Вот я уже в постели, свет выключен, вокруг темнота и Хосок, что спит на полу. Сначала все было тихо, но через пару минут, после того, как мое сердцебиение пришло в норму, я услышала какой-то скрежет. В комнате было слишком темно, поэтому я подумала, что Хоупа здесь нет. Шуршание и скрежет становились громче и громче, а страх и паника все нарастали и нарастали. Не выдержав, всхлипываю. А вдруг чудище услышит?       — Лин, ты плачешь? — Раздается снизу, отчего я вздрагиваю. — Тебе до сих пор страшно? — Парень говорит слишком громко, и мне кажется, что какой-нибудь монстр, услышав брюнета, выползет из шкафа и съест нас.       — Да.       — Почему ты шепчешь? — Только я начала объяснять причину, как совсем рядом снова что-то заскрежетало, отчего я замолчала. Парень перебрался ко мне на кровать и обнял, утешая. Хосок начал шепотом петь колыбельную. Так мы и уснули — обнявшись.