Судьба?

По коридору в сторону карцера стремительно направляются несколько человек. Впереди - советник, он раздает указания по рации для подготовки лазарета и еще одной камеры. Бессознательное тело Блейка старшего под руки тащат двое стражей, они, ехидно перешептываясь, спорят кто получит больше бонусов за изувеченное тело. За ними идут Кларк и Октавия. Гриффин знает: это Уэллс приказал убить Беллами. Она все докажет и сына канцлера вышвырнут за борт. Этому ничтожеству нельзя жить с людьми. Но это потом, а сейчас... Сейчас все повторяется: она теряет близкого человека и совершенно не в силах что-либо сделать. Почему все так? Кларк смотрит строго вперед, внутри горит желание перебить этих подонков. Она не верит, что среди населения есть такие жестокие люди. Всех с отклонениями должны отслеживать, ведь спокойствие - залог процветания и долгой жизни всего Ковчега. Мимолетный взгляд на Блейка и девушка чувствует облегчение - он дышит, а значит не все потеряно. Гриффин уверена - Беллами поправится, уверена,что он снова встанет на ноги и даст отпор, снова обнимет ее и... Словно в подтверждение ее мыслей Блейк шумно выдохнул и прохрипел что-то невнятное. Сердце девушки пропустило удар.  Кларк сделала глубокий вдох отгоняя мысли, которые ей сейчас никак не помогут, и решительно направила свое внимание на Кейджа. Она планирует не побег, но способ освобождения. Октавия же стеклянными глазами наблюдала за своим братом, девушка ловит каждый его вздох и молится всем богам лишь бы он был жив. Замыкают колонну двое стражей что раньше держали девушек.    Ковчег гудит изнутри: жители высыпали в коридор и следят за происходящим. До сего дня никто из них не видел столь откровенной жестокости на корабле.  - Парень - не жилец, - прошептал кто-то из зевак.  - Жаль, а ведь такой молодой был, - в тон емуответила старушка.    Никто из колонны не слышал чужих разговоров, каждый был погружен в свои мысли: кто-то о награде, кто-то о мести, кто-то о жизни и смерти. Тем временем они уже добрались до тюремного отсека.   - Этого в лазарет, - Уоллес махнул рукой на обмякшее тело, словно уже списав со счета Беллами, - этих двоих в камеру, с ними я позже побеседую. Больше советник не проронил ни слова. Он так же быстро исчез как и появился. Октавию и Кларк повели в сторону неприветливых "апартаментов".Когда девушки проходили одну из камер, раздался знакомый для Гриффин голос:   - Кларк! Это Кларк! - Эмори прилипла к решетке, она внимательно следила за тем как уводят ее подругу вместе с незнакомкой.Остальные ребята тоже припали к прутьям. Гриффин бросила взгляд в сторону звука и увидела своих товарищей: все были изрядно помяты, но держались бодро. И еще она увидела старого знакомого отца. Роан? Он что здесь делает? Мысли прервались, когда ее втолкнули в камеру. За ней последовала Октавия. Брякнула связка ключей и руки у девушек были освобождены.  - Сидеть тихо, - страж наклонился и взял в руку прядь белокурых волос, - а то мы вернемся.  Кларк могла поклясться, что этот подонок скалился под маской во все тридцать два. Как бы ей не хотелось врезать по этой паршивой роже - здравый смысл советовал держать себя в руках, поэтому Гриффин лишь скривила лицо. Стражи покинули камеру и пленницы смогли остаться в относительном покое, насколько это было возможно за решеткой. Сейчас главное выждать и придумать как всем выбраться. Через две камеры от них сидели друзья Гриффин в полном составе и старый знакомый семьи. Если верить словам Октавии где-то здесь же сидела Лекса, девушка, чей дом был разворошен. Кларк присела на край кровати и потерла запястья. На них красовались алые следы от наручников: их затянули слишком сильно. Но это было меньшей из бед. Обеих пленниц мучали мысли о Беллами.   Вечером того же дня в кабинете канцлера собрался совет.  - Кейдж, когда должны были вернуться твои отряды? - Теллониус сидел за столом скрестив руки в замок. - Первый отряд перестал выходить на связь почти шесть часов назад. От второго отряда последний файл мы получили два часа назад, больше никто на связь не выходил. - Уоллес стоял, уперевшись руками о спинку стула.  - Снарядить еще одну поисковую группу. Мы должны забрать препарат из лаборатории и вывести всех оттуда.  - Канцлер, - Уоллес слегка тряхнул головой, - со всем уважением, я бы не хотел отправлять на смерть людей, обеспечивающих порядок на Ковчеге. Чем меньше охраны у нас остается - тем выше шанс что в скором времени начнутся бунты и нам их нечем будет давить. Люди и так на взводе из-за лаборатории, нам нельзя допустить еще больших волнений.  - Я все сказал, - отчеканил Джаха так, что в кабинете раздалось эхо. - Теллониус, будь благоразумен, - Макрус Кейн стоял по левую сторону от стола, скрестив руки на груди, - Нам следует послушаться совета Джейка Гриффин, он последний кто выходил с нами на связь из сотрудников.   - Отставить! - Джаха резко поднялся со своего места, - Ты хоть понимаешь, что вопрос о будущем всего Ковчега!  - Я-то как раз понимаю! - Маркус медленно подошел к канцеру и понизив тон добавил, - ты видел тех тварей, думаешь они оставят хоть кого-то в живых если выберутся?  - У нас нет выбора! - Джаха медленно перевел взгляд на советника, - я видел тех тварей так же отчетливо как видел протоколы: радиация убьёт нас в течении года. А там, - канцлер указал пальцем вниз, в сторону лаборатории, - там единственный шанс на спасение. В кабинете повисла тишина. С одной стороны - Солнце, чьи волны вот-вот начнут разрушать людей изнутри. С другой стороны – эксперимент, который вышел из-под контроля.  - Нам нужны добровольцы, - Кейн был мрачнее тучи.  - У вас есть двое суток на подготовку. Кейдж, сразу сообщите если ваши подчиненные выйдут на связь. Нам нужна любая информация.   Для заключенных следующие сутки прошли как в тумане. Стражи и охрана носились по коридорам мимо камер, совершенно не обращая внимания ни на кого из заключенных. Все суетились, ругались и перетаскивали огромные коробки. Октавия наблюдала за происходящим сквозь решетку. На некоторых коробках, что тащили мимо их камеры, были надписи на незнакомом языке. Это очень странно, ей всегда казалось, что на есть только один язык – «общий». Видимо это осталось еще с Земли.    Весь день на них не обращали внимания, даже не принесли еды! Казалось, про людей в камерахсовершенно забыли. Хотя скорее было просто не до них. Копошение и топот стихли только в глубокой ночи.   Утро следующего дня встретило задержанных громким щелчком замка.  - Пошли, - раздалось в конце коридора. Из камеры кого-то вывели.  - Сволочи! Конченые мрази! Если вы думаете, что так все и останется - вы сильно ошибаетесь! - знакомый голос отчитывал всех вокруг, - то, что творится в лаборатории вырвется! Вас разорвут на части! Ваши же товарищи! Одумайтесь! Не открывайте двери! Отсоедините блоки, отсоедините если жизнь дорога! Мы найдем выход! Изменим курс корабля, перейдем на другую орбиту… - голос прервался шипением стража. - Ты забыла как мы успокоили тебя в прошлый раз? Так нравится лежать без сознания?  - Если вы сейчас же не отсоедините лабораторию мы все здесь умрем! Так что мне плевать в каком состоянии я встречу свой конец! Хлопнула очередная дверь и шум прекратился.    Кларк и Октавия переглянулись. Это точно был голос Лексы.  - Твари? - Блейк младшая задумчиво сидела на койке. - Перестройка генома о котором писала эта девушка, нападение на доктора Роуз, те... "твари", которых я видела на видео с родителями, вся эта военная подготовка. Дела на ковчеге совсем плохо. Друзья Кларк тоже пристально следили за происходящим.  - Ковчег с ума сходит, а мы тут заперты! – негодовал по обыкновению Мерфи. - Ты тоже с ума сходишь. И нас всех нервируешь, - Эмори не отставала от товарища. Остальные сидели молча, стараясь по обрывкам слов понять что происходит вокруг.  В тишине коридора отчетливо слышался звук шагов. В их камере приблизились два человека и дверь открылась.  - Нии, на выход, - пробормотал страж, внимательно следя за сокамерниками. Роан спорить не стал, медленно поднялся и вышел. Он догадывался что вслед за Лексойзаберут и его. - Увидимся, - бросил он на прощание ребятам и дверь снова захлопнулась.   В лазарете находилось всего трое врачей, их коллеги сейчас заняты пострадавшими из-за сбоев, а остальные заперты в лаборатории. Благо пациентов в лечебнице охраны немного: не считая Беллами, который пролежал сутки без сознания, был всего один человек. Последний потянул запястье и в пристальном внимании не нуждался. Чего не скажешь про Блейка. Рентген показал что у мужчины треснуло ребро и сломаны два пальца на левой руке. Ему вставили спицы для фиксации фаланг и наложили гипс.  - Вам очень повезло, легкие не задеты, - медбрат ставил капельницу и как бы невзначай говорил то, что следовало уяснить Блейку. - И как только вы умудрились так упасть, ума не приложу. Беллами в ответ закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Обезболивающее действовало потому он смог немного расслабиться.  - Кости будут срастаться месяц, может быть два. Вам следует быть осторожнее: не все в человеческом организме поддается лечению. Есть травмы несовместимые с жизнью и лучше на них не нарываться. Блейк прекрасно понимал к чему ведет врач. Возможно его добьет капельница, мало ли что ему сейчас вводят. А может этой ночью к нему вернутся те мордовороты и закончат начатое. Надо бежать. Из лазарета путь заказан. Оставалось дождаться пока внимание к нему хоть немного спадет и... и что? Куда идти? Сестру схватили, ей тоже не светит ничего хорошего. Кларк... она, возможно, продержится дольше остальных, но сынок канцлера не даст ей покоя.  - Черт, - Блейк тихо выругался и осмотрелся вокруг.  Как и ожидалось в лазарете не было ничего полезного. Одно радовало - его не приковали к койке, следовательно, считают, что он не в состоянии двигаться. Значит шанс есть. А как быть потом - потом и решит. Дождавшись отбоя,Беллами встал с кушетки крепко сцепив зубы. Двигаться он мог, но не так проворно как раньше. Мужчина медленно направился к выходу, он оглядел коридор через окошко палаты и вышел, тихонько закрыв за собой дверь.   - У тебя с головой проблемы?  Блейк моментально развернулся в сторону звука от чего все тело пронзила резкая боль. Мужчина зашипел и схватился за ушибленный бок. Перед ним стоял медбрат, что ставил капельницу несколькими часами ранее.  - Я спрашиваю: с головой все хорошо? Тебе же было четко сказано: вести себя тихо. Или жить надоело? - парень изогнул бровь с некой жалостью смотря на своего пациента. - Если я тут останусь - до завтра не доживу, - прохрипел Беллами выпрямляясь во весь рост. - А если поймают – ты не доживешь и до утра, - спокойно проговорил парень. - Им сейчас не до тебя. Канцлер собирает "добровольцев" в лабораторию и все силы охраны задействованы в подавлении бунтов. Возвращайся, отлежись, тебе все равно не сбежать. Да и некуда. Если вдруг забыл, то мы болтаемся в открытом космосе в закрытом пространстве. - Парень свел пальцы ладоней вместе составляя их них шар. - Уж не знаю, что ты натворил, но участь у тебя незавидная. Не усугубляй положение.  С этими словами медбрат открыл дверь в палату Блейка и жестом пригласил его пройти внутрь. Блейк решил последовать совету мальчишки. Возможно, в дальнейшем он сможет заручиться его поддержкой.   Утром следующего дня всех заключенных заковали в наручники и, ничего не объясняя,вывели из камер. С одной стороны- компания воссоединилась, и это было хорошо. Но вот повели их в противоположную сторону от жилых отсеков. Все шли молча, можно было почувствовать как в воздухе звенело напряжение. Каждый догадывался куда их ведут, но все как один отгоняли от себя эти мысли и только встав на против отсека для сброса –  убедились в своих догадках. Почти всем только стукнуло 18, никто и в страшном сне не мог представить что после отбора им уготована не долгая жизнь. Следом в комнату ожидания ввели Лексу и Роана. Мужчина был помят, с губ стекала кровь.  Лекса стояла рядом гордо подняв голову. Она просто ждала, больше не ругалась и не кричала, не пыталась вразумить людей. Девушка была даже рада такому исходу ведь будущее Ковчега ей виднелось куда страшнее смерти. Еще через несколько минут ввели Беллами. Кларк улыбнулась: он выглядел лучше, чем в последнюю их встречу. Мужчина стоял спокойно и лишь слегка сбившееся дыхание говорило о его дискомфорте.    Всех выстроили у стены. Никто не смирился, но и не протестовал. Двенадцать человек стояли и ждали, просто жали. Время тянулось неистово, минуты ощущались как часы. В комнате ожидания полноправно царила тишина, нарушаемая лишь легким гулом ламп.   Маркус Кейн обладал свойством за которое его можно было посчитать чертовым магом. Он появлялся всегда так тихо и незаметно, словно материализовывался из воздуха.   - Перечислять все ваши прегрешения у меня нет времени: Вы обвиняетесь в саботаже и приговариваетесь к казни. Открыть шлюз камеры сброса, - приказал он стражам.  - Отставить, - громогласное заявление Канцлера заставило не особо внимательных вздрогнуть, - Кейдж, у нас и так не хватает людей, а ты решил еще больше сократить население?  - Я лишь…  - Причины обсудим позже, - Джаха торопился, ему было некогда выслушивать и разбираться во всем, а потому выставил вперед руку пресекая любые попытки советника завязать разговор, затем повернулся к заключенным и вскинул брови от удивления. Он не ожидал увидеть Кларк среди осужденных. Он окинул взглядом остальных и помрачнел. За его спиной Кейн творит черти что, а он не в курсе. Куда только смотрит его личная охрана… Теллониус задумался: а его ли это охрана? Или уже нет? Но с этим канцлер разберется позже, сейчас основная задача выжить, со склоками внутри правления он разберется потом. – Вернуть в камеры до выяснения ситуации, - коротко сказал он, намереваясь уйти в другое крыло чтобы успокоить население. На лице советника появилась странная ухмылка.  - Канцлер Джаха, подойдут ли нам осужденные для добровольцев в лабораторию? – Уоллес знал,что глава Ковчега скоро догадается обо всех его делах, следовало притормозить этот процесс. А ещеон знал чем это грозит. Он не мог оставить в живых никого из присутствующих ведь их жизнь стояла на противоположной чаще весов с его собственной.  Будучи прекрасным интриганом Кейдж Уоллес идеально предугадал результат своей реплики. Родители Кларк заперты в лаборатории – девушка просто не может себе позволить отсиживаться в камере. За ней однозначно выскажет согласие Беллами Блейк, здесь даже гадать не стоит – мужчина влюблен и не оставит избранницу одну. Затем подтянется Роан, он достаточно хорошо осведомлен о лаборатории и приложит силы к успешной вылазке. К тому же он давно связан с семьей Гриффин. Вероятность того, что остальная молодежь подтянется, не так высока, и все же они должны понимать что это выбор без выбора. Неизвестный элемент составляла лишь темноволосая девушка, сведений о которой у Кейджа не было, однако она высказалась почти сразу после Беллами. Их отношения не до конца понятны Уоллесу, но избавиться и от нее было хорошо. За девушкой сразу откликнулся темнокожий охранник. Тоже не сильно ожидаемый поворот, о связи этих двоих ничего не известно, хотя советник быстро осмыслил происходящее: все же чувства – мощная движущая сила. Остался только один человек – Лекса.  - Мисс Траст, - Уоллес был готов рассуждать на тему знания лаборатории, ведь девушка - старший научный сотрудник, да и препарат с ней будет гораздо проще отыскать. - Я тоже пойду, - что творилось в ее голове знала только она сама, лишь огонек негодования промелькнул во взгляде.  Уоллес одобрительно кивнул, все прошло даже лучше чем он предполагал. По лицу Канцлера было понятно, что он не одобряет такой расклад, однако лезть он не стал. Возможно, сотрудники лаборатории, которые будут сопровождать эту странную импровизированную группу, окажут положительное влияние на исход вылазки.  - Выступаете через два часа, - советник раздал необходимые указания стражам и удалился. Бывших заключенных сопроводили в общую комнату, послышался лязг ключей и наручники были сняты. Толика свободы внушала спокойствие, и одновременно с этим ощущалась как затишье перед бурей. Все служащие покинули помещение, только двое остались за дверью чтобы предотвратить побег. Как только ушли стражи, Кларк с Октавиейподбежали к Беллами.  - Живой, - Гриффин не сдерживая эмоций обняла мужчину и тут же отпрянула, слегка залившись румянцем, - Извини, тебе больно, наверное. Беллами лишь рассмеялся в ответ. В душе было тепло от мыслей что принцесса наконец-то приняла его, что она беспокоится о нем. Видеть сестру в полном порядке было не менее радостно.  - Мы за тебя чертовски испугались! - Октавия последовала примеру подруги, она заключила брата в объятия, - Больше никогда так не делай! Следом подошел Линкольн, он сел около Октавии, сцепив руки в замок и облокотившись на колени. За ним подтянулась и остальная группа. Неприятности сплочают, казалось, от былых недомолвок и подозрений не осталось и следа.  Кларк сидела по правую сторону от Блейка, сейчас ей хотелось вернуться в ту ночь, остаться вдвоем, чтобы не было ничего кроме них, чтобы тьма прятала всю грязь происходящего. Словно уловив ее мысли, Беллами аккуратно взял девушку за руку и легонько сжал. Он был рядом. Кларк подняла небесно-голубые глаза, в голове снова стало тихо. Улегся тайфун мыслей. Все казалось таким правильным: сплетённые пальцы рук и его бережный взгляд. Хотелось замереть в этом моменте спокойствия.  По левую сторону от брата сидела Октавия, ей впервые довелось находиться в такой большой, шумной и дружной компании, она завороженно наблюдала за разговорами и взаимодействием ребят. Все вокруг было живым, естественным, а она… Она не знала что делать… - Ты как? – послышалось слева от нее, Линкольн смотрел на темноволосую красавицу с легким беспокойством. - Все отлично, - девушка повернулась к нему и вздохнула, - Просто так много людей я видела только когда брат украдкой выводил меня на вечеринки. И то ненадолго, опасно было. А сейчас я не скрываюсь, - она мягко улыбнулась. От ее улыбки внутри что-то приятно потянуло. Линкольн был удивлен ее открытости, тому, как легко она делилась своими чувствами.  - Когда это все закончится у тебя будет много подобных моментов, - он достал из кармана небольшой платочек, который носил с собой по велению матери, скрутил из него цветочек и вручил Октавии. – Пусть это будет знамением начала новой жизни.  Блейк младшая зарделась и приняла белую розочку.  Лекса сидела поодаль от бушующей компании, она наблюдала за воодушевленными разговорами, не решаясь нарушить эту мимолетную идиллию своими мыслями. Она решила пойти с ними чтобы своими глазами увидеть что стало с лабораторией. И она хотела помочь. Она не смогла спасти своих сестер, но этим ребятам она поможет. Хотя бы просто информацией и, если они выживут, то цель ее будет достигнута: весь Ковчег узнает правду о лаборатории, о Церере, и обо всем что творилось за закрытыми дверями лаборатории последние сто лет. Единственный, кого знала Лекса - Роан. Пусть даже они и не виделись уже несколько лет, девушка ему по-прежнему доверяла.  - Можно тебя на пару слов, - она подошла к мужчине и вытащила его из толпы. – Нам нужно рассказать им. Рассказать обо всем что их ждет за дверью лаборатории. - Ты, как всегда, - Роан слегка усмехнулся, положив руку на голову Лексы.  - Прекрати, нужно… - Нужно быть более серьезным, да? – Ниирасплылся в широкой улыбке. – А ты совсем не изменилась, - в этой фразе радость смешалась с толикой грусти.  - Роан, нам всем грозит опасность, ты должен знать про эксперименты, мистер Гриффин должен был тебе передать жесткий диск. - Так это ты связной? – Роан удивленно вскинул брови. - Ты не знал? Я ведь передала данные, там были и мои записи и общая база данных, ты должен был видеть… - за секунду девушкапоменялась в лице, от былой улыбки не осталось и следа, – Где он? Где диск? Где данные? – Лекса сосредоточенно наблюдала за мужчиной. - Мы не смогли вынести ничего из лаборатории, в день передачи произошел сбой и меня не пустили внутрь. Когда я попытался пройти –арестовали.  - Черт! – Траст нахмурилась и погрузилась в свои мысли, - нужно было быстрее, - бубнила она себе под нос, - нужно было сразу выносить, придумать.. Роан увидев знакомую картину расхохотался, лицо озарил слегка нелепый детский восторг. Лекса завороженно наблюдала за ним, будто бы сама проваливаясь в детство. Он всегда умел создать вокруг себя спокойную, умиротворенную атмосферу. Поддавшись моменту, мужчина наклонился и легонько поцеловал девушку в лоб.Так по-домашнему, невесомо и обыденно, что со стороны казалось – так правильно.  - Извини, не знаю, что на меня нашло, - Роан опешил от своей выходки.  - Давай не будем усложнять, - Лекса опустила голову прикрывая небольшой румянец щек, затем быстро выпрямилась, словно возвращаясь в настоящее, - Пойдем к остальным, расскажем все что знаем. Нам нужно продумать план действий.  - Хорошо, - сказал он, а в груди больно кольнуло. Все снова вернулось на круги своя. – Но ты немного опоздала с рассказом, все что мне было известно я уже рассказал им. Дополнишь мой рассказ своими словами?  Лекса медленно кивнула, стараясь не пересекаться глазами с коллегой и они присоединились к общему обсуждению.  Общий гомон поутих и присутствующие стаи постепенно обмениваться доступной информацией, каждый понемногу добавлял от себя все что знал. Наконец, более-менее скомпоновалась картина происходящего. Продумать план времени не осталось, за ними пришли стражи.   Добровольцев снарядили бронежилетами охраны, выдали каждому электрическую жезл и на всю команду три пистолета. При выдаче огнестрельного оружия был проведен краткий инструктаж. Шансов прострелить несущую конструкцию Ковчега или его оболочку не было, но вот нанести повреждения системе фильтров или двигателей вполне возможно. К броникам прицепили рации, транслирующие волну для связи с командным пунктом, а на руки надели маячки.  - На случай если рации не будут ловить – мы сможем отслеживать ваши передвижения, - Маркус Кейн сочувственно оглядел собранный отряд, ему претила мысль об отправке молодого поколения в столь опасную зону. В назначенное время компания добровольцев стояла в полном обмундировании перед лифтом ведущим в лабораторию. К ним присоединились еще трое человек: Найтан Миллер, тот самый парнишка из лазарета охраны, который помог Блейку дожить до этого момента; Кайл Вик, его определили сюда из-за самовольной попытки настроить связь с лабораторией; и Пьер, парень вызвался сам, за дверями исследовательского центра была его жена.    Под противный гудок сирены двери лифта распахнулись и отряд вошел внутрь. Двери закрылись…