Волчица в плену.

       На следующий день, как и хотела тётя Лиза, к Сансе с утра зашла служанка с миской непонятной черной жижи, больше напоминавшей грязь, и тазом с водой. Девушка тяжко вздохнула, послушно подставляя голову, дабы та делала все, что необходимо для её безопасности. С её прекрасными рыжими длинными локонами… «Это всего лишь волосы, Санса, придется пожертвовать ими ради безопасности.» Спустя несколько часов в Высокий чертог спустилась уже совершенно другая девушка, больше походя на Алейну Стоун, нежели на сбежавшую Сансу Старк. Мариллон, едва завидев девушку, прекратил исполнять для Лизы песню, пожирая Сансу глазами, отчего по её спине прошелся холодок, но взгляда на него она не подняла, гордо вздернув подбородок. Поклонившись тёте, она выпрямилась.        — Вы хотели меня видеть, леди Лиза? — девушка подняла взгляд на женщину, властно восседавшую на троне, буравив взглядом племянницу.        — Да, дитя, — недовольно процедила женщина. — Новый цвет тебе к лицу, это хорошо. Как тебе нравится Орлиное гнездо? Наверняка лучше, чем в Чаячьем городке. — этот спектакль забавлял Сансу, но теперь она Алейна, что всю жизнь прожила под опекой богов.        — Спасибо, миледи, мне здесь очень нравится. Горный ветер освежает голову.        — Очень хорошо. Твой отец скоро приедет?        — Молю богов о его скорейшем возвращении, миледи. — Санса склонила голову. Ей было неуютно находиться в одном замке с похотливым певцом, ведь теперь рядом нет того, кто уберег бы её от домогательств с его стороны.        — Рада слышать. Ступай, почитай Робину, он как раз спрашивал, когда ты зайдешь к нему. — Лиза улыбнулась, махнув рукой Мариллону, чтобы тот продолжил петь. Под звуки домры Санса покинула чертог, направляясь в комнату к её будущему мужу. Было тяжело думать об этом, ведь мальчик был совсем юн, слаб и избалован, а Сансе такая партия была не по нраву, но теперь никого не волнуют её желания.        Проведя добрую половину дня с Робином, девушка очень устала от его постоянных капризов и вернулась в свои покои с больной головой и урчащим от голода желудком. На тумбочке стоял поднос с миской овощного рагу, стаканом виноградного сока, фруктами и несколькими пирожными. Видимо, тётя Лиза пытается задобрить Сансу после того, как накричала и напугала её. Девушка понимает, она не должна злиться на неё, ведь тётя приютила её и по своему оберегает. К тому же, она очень любит Петира и боится его потерять, поэтому и поступает так. «Любовь толкает на необдуманные поступки» Пообедав, Санса вновь принялась за шитье, её платье было почти готово. Черное, украшенное перьями на лифе, плечах и рукавах, оно будет идеально на ней сидеть. «Черные крылья — черные вести, мне всегда так говорила матушка. Я хочу мстить за свою семью, за своих любимых» Осмотрев свою работу, Санса присмотрелась, дабы понять, каких украшений еще не хватает. Хотелось украсить чем-то грудь, чтобы она не смотрелась пустой, может быть, цепочка? Глаза девушки заблестели от прекрасной мысли, посетившей её сознание. Осталось только где-то найти эти самые украшения, но это может и подождать до завтра, ведь уже поздно, к тому же в её дверь постучали, приглашая к ужину. Санса подчинилась, не стоит гневить тётю в отсутствие Петира, что мог защитить её.        Ужин прошел как обычно — небольшие капризы Робина, которым потакала мать, пение Мариллона, что ходил вокруг да около Сансы, похотливо облизывая губы, с каждым разом от этого становилось лишь противнее и страшнее — он чувствует свою вседозволенность, ведь тётя Лиза любит его и наказывает непокорных. Спросив дозволения уйти, девушка вышла из залы, судя по звукам арфы и пения, Мариллон остался там, что очень обрадовало Сансу, отчего она поскорее забралась по лестнице, а после быстрым шагом дошла до своих покоев, заперев дверь на засов. Теперь она делает так каждую ночь, чтобы чужие люди не тронули её. Сменив одежду, Санса юркнула под одеяло, натянув его почти по самую макушку, стараясь заснуть. Вместо сна к девушке пришло далекое воспоминание, когда они, будучи еще малыми детьми, играли в снежки в Винтерфелле вместе с Арьей и Браном — эти маленькие наглецы подкараулили её при выходе из замка и закидали снежками с ног до головы. Бран не был бы Браном, если бы Сансе удалось его поймать, однако Арью она сумела изловить, схватившись за её ногу, и возила по снегу головой, пока их не разнял Джори, едва плача от смеха. Слеза скатилась по щеке девушки, ведь Джори давно мёртв, Бран тоже, о судьбе Арье ничего не известно уже год. Шмыгнув носом, Санса все же уснула.        Поежившись от холода, девушка открыла глаза, сонно оглядываясь. Она надеялась увидеть сестру рядом, но её встретила лишь полупустая темная комната, и ветер, завывающий в открытое окно. Санса встала, чтобы прикрыть его и обомлела. «Снег!» Внутренний сад, на который выходили окна спальни девушки, был полностью усыпан снегом, походя на огромное белое полотно. Она закрыла окно и поспешила одеться, чтобы выйти на улицу, она не видела снега уже очень давно, последний раз это было еще дома, в день их уезда, тогда он шел очень медленно, маленькими хлопьями, оседая на макушках людей, быстро тая, сейчас же снег валил огромными хлопьями, вызывая внутренний восторг у девушки. Санса натянула всю теплую одежду, что была в её шкафу — чулки, плотную сорочку, теплое платье из мягкой шерсти, кожаные перчатки, сапожки со шнуровкой и меховой плащ. Девушка скорее выбежала во внутренний двор, сразу же утопая в снегу по щиколотки. Затаив дыхание, она двигалась вглубь сада, что предназначался под Богорощу, тётя как-то сказала ей об этом за ужином, но ни одно дерево не прижилось из-за местной почвы. От этого Сансе стало уныло, ведь в Богороще она чувствовала себя ближе к дому, к Северу. Снег падал девушке на лицо, тая на щеках и губах, Санса остановилась и подняла голову к небу, зажмурив глаза, наслаждаясь тем, как снежинки оседали на ней. Выдохнув, она присела, зачерпнув рукой горсть снега, и попробовала его смять — он хорошо лепился, ведь был мокрым. Слепив снежок, девушка посмотрела на него, улыбнувшись. В Винтерфелле всегда играли в снежки, это была любимая забава детей, но здесь Сансе даже прогуляться не с кем. Робину запрещается долго быть на улице, ведь у него хрупкое здоровье, а всех более-менее ровесниц Сансы отослали в Лунные врата, дабы они не соблазняли Мариллона своей распутностью. Вспомнив певца, девушка поморщилась, выронив снежок, что аккуратной лункой упал в сугроб. Лицо её погрустнело буквально на минуту, потом на нем сияла улыбка, и Санса принялась снова лепить.        Она слепила три снежка, а после поставила друг на друга, приглаживая, чтобы получился цилиндр, сверху положила небольшую горсть снега, сотворив из неё зубцы, и небольшая башенка готова. Довольно осмотревшись, она принялась воздвигать стены своей будущей крепости. Спустя время были готовы еще несколько башен, внутренняя и наружная стена, небольшие постройки различной формы и размеров. Девушка чувствовала сердцем — она строит Винтерфелл. Под снегом отыскались и прочие материалы, веточки, что послужили деревьями для Богорощи, и кусочки коры, для исполнения надгробий. Санса воздвигала замок, не обращая ни на кого внимания. Пару раз её звала служанка, на что девушка мотала головой, другие слуги просто выходили смотреть на неё, а после возвращались в тепло. Даже тётя Лиза наблюдала за ней с балкона, но тоже вскоре ушла. А работа все кипела, пусть некоторые детали замка и было сложно вспомнить, а вся одежда девочки промокла насквозь. Её проблемой стали мосты, что постоянно рушились, как бы девушка не пыталась их укрепить, когда они в очередной раз рассыпались, Санса устало плюхнулась на спину.        — Седьмое пекло! — буркнула она, раздраженно выдыхая. «Любимая фраза Сандора» Девушка слегка улыбнулась, принимая сидячее положение.        — Облепи снегом палочку, Санса. — она дрогнула, оборачиваясь на голос. Когда Мизинец успел вернуться из Долины и давно ли следит за её развлечением.        — Простите? — мужчина подошел к ней со спины.        — Вы позволите, миледи? — рукой он указал на снежный замок.        — Только осторожно… — с трепетом произнесла девушка.        — Думаю, Винтерфелл видал более свирепых врагов, чем я. Ведь это он, не так ли? — Санса кивнула, поднимаясь на ноги. — Так вот, если облепить палочку снегом, это укрепит её. — Петир, ступив через стены, сел посреди пустого двора и взял несколько деревяшек, облепив их снегом, соорудив из них мост на месте старого, что обвалился. Девушка хлопнула в ладоши, счастливо улыбаясь. — Эх, Винтерфелл. Он снился мне в те годы, когда Кэт уехала на север с Эддардом Старком. — с грустью произнес мужчина, вставая. — Он всегда казался мне холодным и мрачным.        — Нет, это не так. Там всегда было тепло, даже в снегопады, потому что в стенах замка были проложены трубы, по которым шла вода из горячих источников. — на минутку девушка вернулась на пару лет назад, когда её жизнь была легка и беззаботна, а все близкие рядом. Она грустно осмотрела сооружение, кинув взгляд на недостроенное здание. — Вы не знаете, как можно сделать стеклянную кровлю для теплицы? — Мизинец потер подбородок, он часто так делал, когда думал о чем-то.        — Думаю, сюда так же прекрасно подойдут прутики, ведь стекло вставляется в раму. Найдите мне несколько прутиков и кору, я покажу как можно сделать. — Санса, подобно дитю, побежала искать, радостно бегая по снегу. Вручив пару прутиков и несколько кусочков коры, она вручила это все Мизинцу, наблюдая за тем, как он ловкими движениями соорудил решетку. — Стекло, конечно, придется вообразить.        — Это замечательно. — Санса улыбнулась, садясь на корточки около стены.        — Как и это. — мужчина провел рукой по щеке девушки, заставив её вздрогнуть. Санса быстро отпрыгнула, оглядываясь по сторонам, убедившись, что их никто не видел.        — Нужно продолжить. — улыбнувшись уголками губ, девушка села обратно, возводя стены теплицы, пытаясь игнорировать навязчивую близость с Мизинцем.        — Для меня нет большего удовольствия, чем помочь вам в этом деле. — мужчина с трепетом принялся за постройку снежного замка.        Санса вспоминала все, что было дома — все твердыни, башни, дворы, мостики. С любовью она складывала каждый ком снега в нечто красивое и родное. Уже появились башенки с холмиками, под которыми дома скрывались горгульи, когда в Винтерфелле выпадал снег. Щечки девушки покраснели от мороза, а с каждым новым возвышением улыбка не сходила с лица. Когда мужчина вновь приблизился неприлично близко, Санса зачерпнула горсть снега и кинула в Бейлиша, и, видимо снег попал ему за воротник, ведь мужчина заверещал.        — Чем я заслужил столь подлый удар?        — Потому что вы хитрец, лорд Бейлиш. — девушка закачала головой. — Вы не говорили, что я выйду замуж за Робина.        — Да, я обманул вас в этом… И еще кое в чем. — Санса изогнула одну бровь, поднимаясь на ноги.        — В чем же? — в голосе заскрежетали нервные нотки, а кулаки слегка сжались.        — Я сказал вам, что нет ничего приятнее, чем помочь вам строить ваш замок. Я солгал вам. Есть вещи намного приятнее. Как, например, это. — мужчина прильнул к девушке, обхватив её за щеки, и принялся целовать её своими тонкими губами. Санса положила ладони ему на грудь, пытаясь оттолкнуть, но Мизинец лишь ближе прижимал ее к себе. От него пахло мятой, из-за чего девушке сделалось слегка тошно. Она резко повернула голову в сторону, касаясь пальцами места, где только что были чужие губы.        — Что это вы делаете? — слегка дрожа прошептала Санса. На глаза навернулись слезы, она вспомнила Сандора, их последний поцелуй.        — Целую снежную деву. — девушка помотала головой, бросая мимолетный взгляд на пустой балкон тёти Лизы.        — Вы не меня должны целовать, а свою леди-жену.        — Я и так это делаю, Лизе не на что жаловаться. Жаль, что вы не видите себя со стороны, миледи. Вся в снегу, пылающие щеки, вы едва переводите дух от радости. Давно ли вы здесь? Должно быть, ваши руки совсем замерзли, а тело продрогло. Позвольте согреть вас. — мужчина вновь приблизился, но Санса отпрянула. В голове возникла ночь свадьбы Петира и Лизы, когда к ней пристал Мариллион, но сейчас уже никто не придет ей на выручку.        — Прошу вас, не нужно. Вы не должны меня целовать, я же могла быть вашей дочерью. — эти слова отрезвляюще подействовали на Мизинца, и он грустно улыбнулся.        — Да, могла бы, но этого не случилось. Вы дочь Эддарда Старка и дорогой Кэт. Осмелюсь признать, вы еще красивее, чем ваша мать в таком же возрасте. — Санса ступила еще на шаг назад, моля, чтобы кто-то остановил его.        — Замок! — послышался тонкий ребячий голос, на который обернулся Мизинец, и Санса тяжело выдохнула, закатывая глаза.        — Лорд Робин! — Петир поспешил к мальчику, слегка склонившись. — Почему вы без рукавичек, вы простудитесь.        — Это вы построили замок?        — По большей части это работы Алейны. — на этот моменте Санса слегка поклонилась мальчику.        — Я хотела, чтобы он походил на Винтерфелл.        — Винтерфелл? — Робин с интересом посмотрел на Сансу, подходя ближе к постройке. Рядом с ней он тоже казался крохотным, из-за постоянных болезней. В тонких ручках он сжимал тряпичную куклу, с которой редко расставался.        — Винтерфелл — это родовой замок Старков, Великая твердыня Севера. — с нотками гордости пояснила Санса своему будущему мужу.        — Подумаешь твердыня. Сейчас придет великан и сломает ее! — Робин плюхнулся в снег, ставя свою куклу туда же. — Хо-хо, я великан! Открывайте дверь, не то умрете, хо-хо-хо! — двигая куклой, мальчик задевал элементы постройки, ломая их.        — Робин, перестаньте. — орудуя игрушкой, он сломал уже часть стены.        Санса хотела чтобы он прекратил, поэтому попыталась схватить его за руку, но вместо этого ухватилась за голову куклы и, потянув на себя, оторвала её, а Робин упал на зад. Его губы задрожали, и он завыл, обвиняя Сансу, что она убила его великана. Мальчик резко вскочил, пнув башню, а потом упал на замок, судорожно дергая конечностями. Санса с ужасом смотрела на то, как рушатся мостики, что она так усердно лепила, башенки и твердыни. Вместо этого непонятная гора снега и её будущий муж, дергающийся в конвульсиях на руках у Петира, который звал мейстера. Со всех концов сбежалась прислуга, это тётя Лиза их надрессировала, вскоре появился и мейстер Колемон, напоив мальчика сонным вином, и распорядился, чтобы его отнесли к нему.        — Пиявки помогут ему успокоиться. Что произошло? — Санса показала порванную куклу.        — Это все из-за меня. Я случайно испортила его куклу.        — Милорд ломал её замок. — вставил Петир в защиту своей басстардки. — Обычная детская ссора.        — Это не я ломал! Это все великан! А она его убила! Я ненавижу её! Незаконная дочь! Из-за тебя мне пиявок ставить будут! Я не хочу пиявок! — не унимался мальчик, рыдая.        — Надо сделать вашу кровь пожиже, милорд. Дурная кровь заставляет вас гневаться, пойдемте, пойдемте.        Слуги унесли мальчика в замок, Санса и Петир остались стоять посреди двора. Девушка грустно взглянула на руины своего замка, резко снег перестал и похолодало. «Мой будущий лорд-муж… В пекло!» Девушка схватила ветку и принялась протыкать треклятую куклу, а потом затолкала ногой в снег, злобно фыркнув. Злоба на себя и на место вокруг нее одолели Сансу настолько, что захотелось плакать. Мизинец тихо посмеивался, потирая бородку.        — В сказках говорят, что это не первый великан сложивший свою голову у ворот Винтерфелла.        — Я не верю в сказки. — девушка пошла к себе.        Уже в своей комнате, она сняла мокрую одежду, сев у огня, который разожгли слуги. Было ясно, что тётя заставит её держать ответ за случившееся, и не потерпит никаких оправданий. Если повезет, то она может выслать Сансу в Лунные ворота к лорду Ройсу. Пусть он и показался Сансе хмурым и суровым мужчиной, но там хозяйничает его дочь — Миранда, о которой все отзываются как о веселушке. Насчет мнимого незаконного происхождения там внизу также можно не волноваться, у Ройсов служит одна из незаконных дочерей почившего короля Роберта, которая дружна с леди Мирандой как сестра. Девушка решила, что скажет тётя все, как есть. Она не выйдет замуж за её сына, у нее уже есть любимый мужчина, которому она будет верна до конца своих дней. Она попросится жить в Лунных воротах, чтобы не мешать Лизе, что сгорает от ревности ко всему. За столь короткий срок девушка уже устала от трясучки и слез Робина, от пошлых взглядов Мариллона, от прикосновений Петира, лучше быть подальше от всего этого. Набравшись решимости, Санса стала ждать, когда за ней пришлют, но в её дверь постучали лишь к вечеру. Когда на пороге своей комнаты она увидела Мариллона, вся решимость, копившаяся весь день, улетучилась в одно мгновение. Певец жадно раздевал глазами девушку, отчего она шумно выдохнула.        — Леди Лиза требует вас в Высокий Чертог.        — Благодарю. — отчеканила Санса. — Я знаю дорогу.        — Я должен вас сопровождать, миледи.        — Разве вы стражник? — девушка держалась гордо, стараясь не смотреть в сторону наглого певца, что так и норовил прижаться ближе на винтовых лестницах.        — А вы разве под стражей? — бросил певец, прижав к себе инструмент, слегка касаясь струн. — Я сочиняю новую песню, назову ее «Роза у дороги». Это будет чудесная песня о незаконнорожденной девушке, что покоряет любого мужчину, взглянувшего на нее.        Девушка поняла, что он намекает на нее, и чуть не выпалила, что она никакая не роза, а Старк из Винтерфелла. Как же это все надоело! Но она лишь смиренно шла по мостику, ведущему в чертог. У дверей стояли двое гвардейцев с копьями в небесно-голубых плащах, Мариллон что-то сказал им, и те открыли двери. Едва они зашли, певец заперся изнутри, задвинув длинную и тонкую палку, похожую на копья стражников. Холодок пробежал по спине девушки, но она не подала виду, лишь нерешительно ступила вперед к возвышению, где сидела тётя. Женщина в кремовых одеждах казалось очень холодной и отчужденной, только красный цвет лица придавал ей жизни. Девушка, дойдя до помоста, присела, кланяясь леди Лизе, что гневно смотрела на нее, властно возвышаясь на стуле со спинкой в виде чардрева.        — Вы хотели меня видеть, миледи? — краем уха Санса услышала, как Мариллон тихо наигрывает печальные аккорды, стало еще неуютнее.        — Я все видела. — процедила женщина, корча лицо. Санса опустила взгляд, собираясь с мыслями.        — Надеюсь лорду Робину стало лучше. Я не хотела рвать его куклу, просто он стал ломать мой снежный замок и я…        — Не разыгрывай передо мной саму невинность! Я все видела! Я видела, как ты целовала Петира. — в зале резко похолодало, по телу девушки прошла дрожь. Она закачала головой.        — Нет, миледи, это он меня целовал.        — С чего бы ему вздумалось? — ноздри женщины гневно раздулись. — У него есть прекрасная любящая жена, взрослая женщина, а не какая-то дрянная девчонка. Признайся, что ты сама к нему приставала.        — Это не правда. — девушка сделала шаг назад.        — Куда это ты? Боишься? — тетя хмыкнула. — За такое распутное поведение следует наказывать. У Робина есть мальчик для порки, как заведено в Вольных городах, потому что здоровье моего лорда-сына не позволяет прибегать к телесным наказаниям. Вместо тебя тоже высекут какую-нибудь простолюдинку, но сперва ты должна сознаться в содеянном. Лжи я не потерплю, Алейна. — Лиза сделала акцент на её новом имени, насмехаясь над плачевным положением племянницы, упиваясь своей властью над ней.        — Я стоила снежный замок, потом пришел лорд Петир и стал помогать мне, а после поцеловал. Это все, что вы видели. — женщина стукнула кулаком по подлокотнику, вскакивая с места.        — Ты думаешь, что я непроходимая дура?! Ну конечно… Ты так уверенна, что можешь получить любого мужчину, оттого что ты молода и красива? Я вижу какие распутные взгляды ты бросаешь на Мариллона. Такие как ты уже бывали здесь, но никто не задерживался надолго. Я знаю все, что творится в Гнезде! Я вижу все! Ты глубоко ошибаешься, думая, что сможешь завоевать Петира, — женщина криво улыбнулась, — он мой. — тётя стала спускаться по лестнице, придерживаясь за перила. — Они все пытались отнять его у меня. Мой лорд-отец, мой муж, моя сестра… Кейтилин больше всех старалась. Ей тоже нравилось целовать моего Петира. — Санса отступила еще назад.        — Моей матери это нравилось? — девушка наблюдала, как тётя все приближается ступенька за ступенькой, пытаясь унять дрожь в голосе.        — Да, твоей матери, моей милой сестрице Кэт. Нечего прикидываться невинной, маленькая лгунья. В Риверране она обходилась с ним как с игрушкой, завлекала его улыбками и нежными словами, обрекая на ночные муки.        — Неправда. Она этого не делала!        — Откуда тебе знать? — женщина сошла с помоста, надвигаясь на племянницу. — Разве ты была там? Ты была там в тот день, когда лорд Бракен и лорд Блэквуд приехали присягать на верность моему отцу? Певец играл нам, и Кейтилин протанцевала с Петиром шесть раз! Я считала, целых шесть! Лорды начали спорить, и отец увел их в приемную палату, так что нам никто не мешал. Эдмар, еще мальчишка, напился вдрызг, а моему Петиру заблагорассудилось поцеловать твою мать, но она не позволила, нет… Она лишь посмеялась над ним! Он так расстроился, что больно было смотреть, как Петир напился до того, что свалился под стол. Дядя Бринден отнес его в постель, чтобы отец не видел его пьяным. Но ты этого не помнишь, не так ли? — Лиза подошла к Сансе вплотную, цепляясь в её руку, быстро дыша. От неё пахло вином, а лицо стало еще багровее. «Пекло, да она пьяна… И безумна»        — Я тогда еще не родилась, миледи.        — Верно. Тебя тогда еще не было, так вот поэтому и не перечь мне, я знаю, что было, а что нет! Ты целовала его!        — Это он меня целовал! — девушка не уступала, но боль от ногтей Лизы заставила ее зашипеть.        — Молчи, дрянная девчонка! — щеку Сансы обожгла боль, оставляя красный след от ладони. — Я не разрешала тебе говорить. Ты соблазняла его, как тогда в Риверране своими улыбками и танцами! Думаешь я забыла? — взгляд женщины становился все безумнее, а хватка то ослаблялась, то становилась сильнее. «Она напилась и думает, что я — это мама» Девушка боялась смотреть на обезумевшую тетю. — В ту самую ночь, я прокралась к нему в постель, чтобы утешить. Он сделал мне больно, но это была сладкая боль, потом он сказал, что любит меня, назвав меня Кэт, и тут же уснул, но я осталась с ним до рассвета. Кэт не заслуживала такой любви, но теперь он мой, не сестрин и не твой.        — Конечно, миледи. — Санса увяла под натиском женщины, разговаривая как можно мягче и покладистее. — Он ваш, могу я теперь уйти с вашего позволения?        — Нет. Не можешь. Не будь ты той, кто ты есть, я бы попросту прогнала тебя. Отправила бы в Лунные ворота или в Персты. Как бы тебе понравилось жить на этом унылом берегу среди мужиков и навоза. Именно такая участь ждала моего Петира по воле отца. Все думали, что это из-за того поединка с Брандоном Старком, но причина была в другом. Отец говорил, чтобы я благодарила богов, ведь благородный лорд Аррен соглашается взять меня испорченной, но я знала, что ему нужны мечи отца, а не я. Моим суженным был Петир, но мне пришлось против своей воли выйти замуж, иначе меня бы просто выгнали из дома, как дядю. Я рассказываю это все тебе, чтобы ты поняла, как мы любили друг друга, как долго страдали в разлуке. Вместе зачали нашего чудесного ребеночка, — Лиза прижала руки к животу, на мгновение отпустив девушку, — но его забрали у меня, и я поклялась, что больше не позволю такого. Джон хотел отправить Робина на Драконий камень, а пьянчуга-король отдать Серсее Ланнистер, но я никому не позволила это сделать. И Петира никому не позволю отнять, слышишь? Ты меня слышишь, Алейна, Санса или как тебя там? Слышишь?!        — Слышу, миледи. — «Буду играть по её правилам. и она отпустит меня» — Я больше не буду целовать Петира и соблазнять его.        — Так теперь ты созналась! Я так и знала, развратная девка, что ты сама делала это! Иди сюда, я покажу тебе кое-что. — женщина потащила девушку к отверстию в полу. — Завораживает, правда? — из Лунной двери подул резкий холодный воздух, отчего Сансе подняло верхние юбки. — Интересно наблюдать, что происходит с трупами, которые летят отсюда. Я даже не знаю точно, сколько здесь метров, но от падения их тела превращаются в лепешку. Мариллон! — властно позвала Лиза. — Исполни-ка нам песню «Правда и ложь». — пальцы певца затанцевали по струнам, а сам парень запел тихим голосом. Лиза схватила Сансу за шею, толкая вниз. — А теперь смотри! Смотри вниз!        — Я не хочу, мне больно! Пустите!        — А твоя мать была смелее. Смотри кому говорю! Ты будешь наказана! Хочешь уйти? Уходи! Это единственная открытая дверь! Давай! — Лиза толкала девушку все ближе, слезы катились по щекам Сансы.        — Миледи, прошу, пустите! Мне больно! Мне страшно! — молила девушка, но тетя ее не слышала, обезумев от вина и злости, лишь пение проносилось по чертогу. От криков в дверь начала стучаться стража, но никто и не думал их пускать. Лицо Сансы оказывалось все ближе к краю, она упала на колени, цепляясь за теткину косу.        — Пусти меня, гадина! — они балансировали на краю, как вдруг Мариллон прекратил песню, и под стук в дверь, послышались быстрые шаги.        — Лиза, что ты там делаешь? Уйди же оттуда! — женщина ослабила хватку, и Санса освободилась от бешенной хватки тети, поспешив отползти на безопасное расстояние от Лунной двери. Мужчина опешил.        — Аллейна? В чем дело?        — В ней! — женщина схватила Сансу за волосы и потянула на себя, отчего девушка вновь заплакала, а в спину дул холодный ветер. — Все дело в ней! Она целовалась с тобой!        — Прошу, — промычала девушка, — скажите ей, мы просто строили замок…        — Молчать! — взвизгнула Лиза. — Я не давала тебе слово и плевать хотела на твой замок!        — Она еще дитя, дочь Кэт. Что ты творишь, скажи на милость?        — Я хотела выдать ее за Робина! Она неблагодарная! Развратная! Ты не ее, чтобы тебя целовать! Я хотела проучить её! — слезы женщины капали на черные как смоль волосы Сансы.        — Понятно… Думаю, она усвоила урок.        — Да, я все поняла. — всхлипнула Санса.        — Я не хочу, чтобы она здесь оставалась! Зачем ты привез ее сюда, Петир? Ей здесь не место! — с каждым всхлипом, женщина больнее тянула волосы девушки, отчего она молча плакала, не привлекая к себе внимания.        — Так давай отошлем ее. В Королевскую Гавань, если ты хочешь. — Петир сделал шаг вперёд, — А теперь пусти ее, и отойдите от двери.        — Нет! — Лиза вцепилась еще сильнее, слегка толкая девушку к двери. — Не может быть, чтобы ты желал ее. Она же пустоголовая девчонка! Она не любит тебя так, как люблю я! И никогда не полюбит! А я всегда тебя любила! Разве я не доказала тебе это? Я подарила тебе свою невинность! И сына бы подарила, но его убили лунным чаем! Если бы я знала что это, ни за что бы не выпила!        — Лиза, дорогая, все в прошлом. — мужчина все приближался. — Лорд Хостер умер, и его старый мейстер тоже. Никто не причинит тебе зла. Ты снова пила? Напрасно. К тому же, — Петир бросил мимолетный взгляд на девушку, — мы не хотим, чтобы Аллейна знала больше, чем полагается. Или Мариллон… Напрасно ты плачешь.        — Ты и в Королевской Гавани говорил тоже самое. Добавь слезы Джону в вино, ты так мне сказал, и я сделала это ради тебя и Робина! И написала Кейтилин, что мужа убили Ланнистеры, как ты хотел. Ты всегда был умен, я говорила отцу об этом, и что ношу ребенка. А теперь, когда мы соединились спустя столько лет, ты целуешь её!        — Клянусь, что больше не отойду от тебя ни на секунду, после всех бурь, что мы пережили. Иди же сюда и поцелуй меня, — мужчина раскинул руки, и Лиза бросилась в объятия мужчины, рыдая у него на груди. Санса быстро отползла в сторону, цепляясь за колонну, пытаясь отдышаться. Руки дрожали, а дыхание сбилось, девушка молча наблюдала за парой, ища взглядом Мариллона, чтобы он не поймал её. — Моя глупая, ревнивая женушка, — Петир чмокнул Лизу в макушку, — ты же знаешь, я всю жизнь любил только одну женщину.        — Правда? — с дрожащей улыбкой произнесла Лиза, поглаживая плечи Мизинца.        — Да… Только Кэт. — девушка не успела заметить, как поменялось выражение лица тети, когда мужчина толкнул ее, и женщина исчезла сквозь дыру в полу.        — Что вы… — ужаснулся Мариллон, открыв рот. Петир метнулся к Сансе и поставил ее на ноги.        — Ты цела? — девушка кивнула. — Тогда беги открой стражникам, нельзя терять времени. Певец убил мою леди-жену.        Следующие мгновения пролетели, как во сне. Дрожащими руками девушка отперла засов, и в чертог тут же ввалились стражники, пыхтя. Мизинец притянул за ворот певца, мотая его из стороны в сторону, лицо его выражало боль и злость.        — Бросьте этого мерзавца в темницу! Он толкнул мою леди-жену в Лунную дверь! — Петир оттолкнул Мариллона, что тут упал почти к ногам стражи. — О Лиза, моя бедная Лиза! — мужчина рухнул на колени около двери, прижимая ладони к лицу. — Я не успел тебе помочь, моя дорогая.        Стража схватила певца за руки и поволокла в темницу, другой же подошёл к Сансе, спрашивая, что произошло, но девушка была настолько напугана происходящим, что просто упала замертво.        Девушка шла по коридору в своем самом красивом наряде. Было тепло, и солнышко заглядывало сквозь арки, играясь с тенями на стене. Улыбка не покидала лица девушки, ведь ей навстречу шел мужчина, облаченный в лёгкую броню и белый плащ. Завидев девушку, он остановился и раскинул руки, куда кинулась девушка, оказавшись в теплых объятиях. Тяжелая рука легла на затылок, ласково спускаясь вниз по шее, позвоночнику, аккуратно касаясь талии, прижимая ближе. Внезапно солнце скрылось, и небо озарилось красным, запахло пеплом, снаружи слышались крики. Мужчина резко отстранился и бросился бежать, девушка поспешила за ним. Они бежали, пока коридор не сменился заснеженной поляной, и девушка споткнулась, упав к огромным руинам снежного замка со сломанными воротами. Со всех сторон к ней начали сбегаться неприятной внешности люди, трогая и щипая за тело, кусая и дергая за волосы. Девушка отбивалась, но их становилось все больше, пока они не залезли на нее полностью.        — Сандор! Помоги! — Санса открыла глаза, морщась от света. Голова кружилась, и она не сразу поняла, что находится в Орлином гнезде. На тумбе стоял поднос с кувшином и наполненным стаканом, который девушка поспешила осушить. — Это всего лишь сон… Сандор… — по щеке девушки скатилась слеза, она поджала ноги, обхватив их руками. На девушку разом навалились все воспоминания — казнь отца, издевательство Ланнистеров, смерть мамы и Робба, смерть Сандора, угрозы Лизы. Тетя Лиза… Санса резко выпрямилась, открывая рот от ужаса, Петир убил её, скинув в Лунную дверь, свалив все на Мариллона. Что же теперь с ними будет, ведь она все видела, а певец явно все будет отрицать. Нужно что-то делать…        Прошло два дня, чёрные вороны разлетелись по всем родовым замкам лордов Долины, сообщая скорбную новость. Петир ожидал их прибытия со дня на день, постоянно напоминая Сансе, что она должна говорить. Так и сейчас, обедая в покоях Петира, он принялся ей рассказывать о своей версии событий, но их прервало пение. Орлиное Гнездо славится своей слышимостью, ещё и горный ветер все уносит ввысь, и красивое пение Мариллона, сидящего в небесной камере, разносится эхом по округе. Санса уже не могла это терпеть.        — Что такое, Санса?        — Когда я была ребёнком, к нам пришёл старый певец. Отец с удовольствием принял его, ведь до Севера редко доходят странствующие барды. Я слушала его дни напролет, он спел все песни, которые знал, и некоторые по несколько раз, настолько я любила их. Отец тогда даже смеялся, что стоит отпустить уже бедного старика, он не споет больше, чем знает. И я со слезами на глазах согласилась, и молила богов, чтобы к нам еще пришли певцы, только молодые и красивые. Но время шло, а певцы все не приходили, и я с удовольствием слушала их там, где встречала. Но сейчас я готова отдать все, что у меня есть лишь бы он замолчал. — Санса поморщилась, ведь Мариллон снова затянул песню. — Я не могу спокойно спать, он поет днем и ночью, а Робин постоянно приходит ко мне в комнату и плачет.        — Робин потерял мать, это не удивительно. А Мариллону я обещал сохранить лютню и язык.        — Он точно не будет отрицать свою причастность?        — Не будет, Морд умеет договариваться. — Петир почесал бородку, улыбаясь. — Милая Санса, осталось недолго терпеть, завтра сюда поднимется Лорд Ройс для расследования.        — Мне точно нужно с ним говорить? Может быть я скажусь больной?        — Он захочет услышать твой рассказ, не сомневайся.        — А если он не поверит мне?        — Твое слово против слова певца. Мы скажем, что он лжет, только и всего-то.        Остаток дня девушка провела с Робином, ведь ей было жаль мальчика. Она пыталась утешить его, читала книжки, играла, но он то и дело шмыгал носом, а при нем почти всегда был мейстер. Однажды он спросил, что уже стал Лордом, но Санса ответила, что Леди Лиза ещё при жизни написала завещание, что до совершеннолетия Робина, Петир будет выполнять роль Лорда-Протектора Долины.        Спалось сегодня снова плохо, Мариллон пел унылые песни, прерываясь на час, чтобы перевести дух. Стоило Сансе сомкнуть глаза, как вновь затянулось пение, вызывая стон раздражения у девушки. Она накрыла подушкой уши, чтобы меньше слышать его, и смогла урвать себе час спокойного сна.        Лорд Ройс со своей свитой поднялся во второй половине дня, взяв с собой не менее 20 рыцарей. Как полагалось, лорд Бейлиш вышел встречать его в темных одеяниях, прихватив с собой Сансу, облачив её в темное платье с рукавами, отделанными под крылья птицы. «Самая настоящая Пташка» К ним присоединился и мейстер Колемон. В этот день Петир не улыбался, Санса то и дело поглядывала на прибывших людей, ища знакомые лица или недружелюбные. Когда лорд Ройс закончил представлять своих спутников, Мизинец кивнул, указав рукой на девушку.        — Добро пожаловать в замок, милорды, жаль, что при таких обстоятельствах. Мейстера Колемона вы уже знаете, а лорд Ройс, возможно, помнит мою внебрачную дочь — Алейну. — Санса склонила голову.        — Ну разумеется. — мужчина слегка кивнул в знак приветствия.        — Алейна, милая, приведи лорда Робина в Высокий чертог, пусть он примет гостей.        — Да, отец. — Санса сцепила руки, слегка присев, и торопливо зашагала по лестнице к Лунной башне. В комнате мальчика одевали две служанки, он снова плакал. Глаза его покраснели и распухли, под маленьким носом засохли споли, нижняя губа искусана в кровь. — Принесите мне таз с водой, пожалуйста. — Санса взяла мальчика за руку и села с ним на кровать, прижимая к груди, слегка поглаживая по волосам. — Хорошо ли спал сегодня мой маленький Лорд?        — Плохо, Алейна, — мальчик шмыгнул носом, — очень плохо. Он снова пел, и я не мог уснуть. Я хотел пойти к тебе, но они заперли меня на ключ! Я кричал, чтобы они открыли, но никто не слышал! — Робин ближе прижимался к груди.        — Как нехорошо. — только и сказала девушка, принявшись аккуратно промакивать его лицо тряпкой, смоченной в холодной воде. На самом деле это она попросила сира Лотора запереть его дверь на ключ, по той самой причине, что мальчик любил забираться в постель своей матери, пока та не вышла замуж за лорда Петира, а после её смерти частенько бродил ночью по замку, ища с кем можно поспать, и часто этим самым кем-то оказывалась сама Санса. Сон с ним это еще ничего, но мальчик постоянно пытался присосаться к груди, а во время припадков мочился прямо в кровать. — Лорд Нестор Ройс приехал повидаться с тобой.        — Я не хочу, у него бородавка. — мальчик вжал голову в плечи — он боялся родинок и бородавок. — Мама говорила, что он страшный. Хочу сказку.        — Сказка будет после, сперва нужно увидеться с лордом. — девушка, взяв мальчика за плечи, взглянула на его лицо. — Ну вот, уже лучше. Принесите его плащ. — служанка подала вещь, которую Санса заботливо застегнула пряжкой в виде полумесяца.        Высокий чертог был закрыт с того самого дня. Когда тяжелые двери отворились, Санса поежилась. В помещении было и так бело и холодно, словно ты в заснеженном поле, но сейчас здесь не горело даже и половины факелов, отчего тени вошедших заплясали в полумраке. Проходя мимо двери Санса еле заставила себя не посмотреть туда. Поднявшись с мальчиком на помост, она усадила его на трон из чардрева, который был устлан подушками, потрепала по голове и велела доложить, что лорд готов к приему. Часовые отворили дверь, и процессия во главе с Петиром двинулась к помосту, поклонившись. Петир поспешил встать подле Сансы. Робин поприветствовал вошедших вежливо и пискляво, даже не сказал ни слова про страшную бородавку. Когда лорд Ройс начал спрашивать его о матушке, мальчика слегка тряхнуло. «Его нельзя винить за любовь к своей матери…»        — Мариллон убил вашу матушку. Вытолкнул через Лунную дверь. Вы видели это? — раздался громкий голос, разнесшийся эхом по залу.        — Нет. Алейна видела и мой лорд-отчим. — Санса почувствовала, как все взгляды устремились на нее, отчего она поежилась, слегка отворачиваясь. На плечо легла рука лорда Бейлиша.        — Бедняжка все еще напугана и ей до сих пор снятся кошмары. Наберись сил, милая, расскажи, как все было. — девушка сделала вдох полной грудью, вспоминая заранее отрепетированный текст.        — Леди Лиза пригласила меня к себе в Чертог, мы ожидали возвращения моего лорда-отца, но сперва ей нужно было завершить одно дело. Мы прогуливались по чертогу, когда вошел Мариллон, и леди Лиза сообщила ему, что отсылает его из замка. Он начал горячо обвинять леди Лизу, что она более не проявляет к нему нежных чувств, что во всем виноватой мой лорд-отец. Я кинулась к двери, чтобы позвать на помощь, но дверь оказалась заперта на засов, а Мариллон продолжал наступать на беззащитную леди Лизу. — от воспоминаний у девушки покатилась слеза по щеке, но она была к месту. — Я кричала, чтобы он отпустил её, в дверь били стражники, как раз в этот момент и подоспел лорд Бейлиш. Он пытался вразумить его, чтобы он отпустил его в жену, но с каждой просьбой Мариллон становился все яростнее, и в конце концов, когда отец подобрался так близко, чтобы выхватить леди Лизу из его цепких лап, он просто толкнул её в дверь. Я… Простите, я не могу… — девушка прикрыла лицо ладонью, пытаясь успокоить мелкую дрожь. Робин сидел рядом и рыдал.        — Он убил мою матушку! Я хочу, чтобы его наказали! Чтобы он полетел! — от трясучки мальчик стал сползать вниз по подушкам, но его вовремя подхватил сир Лотар. — Полетел! Полетел! — все присутствующие беспомощно наблюдали за припадком, пока мальчик не обмяк и не обмочился.        — Отнесите лорда Робина в его комнату и пустите кровь, это должно ему помочь. — подал голос Петир и Лотар Брюн вместе с мейстером Колемоном удалились. В чертоге повисла тишина, было лишь слышно завывание ветра снаружи. Санса понадеялась, что ей не придется более повторять тот рассказ.        — Он мне сразу не понравился. — начал лорд Ройс. — Я и сказал леди Лизе, чтобы она прогнала его, но она меня и слушать не стала.        — Вы всегда давали ей мудрые советы.        — Если бы она еще и делала, что ей советуют. Она всегда все делала по-своему. — высказывал свое недовольство мужчина.        — Миледи была слишком наивна и доверчива для этого жестокого мира, — с трепетом сказал Петир, — Мариллон хорошо пел, красиво. Она и подумала, что душа его так же красива, как голос.        — Он назвал нас свиньями! — громко возмутился старший сын лорда Ройса. — Сочинил свою глупую песенку про свиней, что роются у подножия горы и поедают объедки сокола. А когда я прямо сказал ему, что понял, на кого он намекает, и пообещал отрезать его длинный язык, то он спрятался за юбками миледи.        — Он часто там прятался. — подытожил лорд Ройс. — По своей сути он был гнилой человек, а от милостей леди Лизы он еще и обнаглел. Она одаривала его золотом и украшениями из Лунных камней. Даже любимый хрустальный сокол покойного лорда Аррена достался ему, а ведь это подарок короля Роберта!        — Да, милорд. Это никуда не годилось, и я решил прекратить это, но я и подумать не мог, что все обернется так. Это моя вина. Не нужно было сваливать все на её хрупкие женские плечи.        — Не вините себя, лорд Бейлиш. — сказал рыцарь с шестью свечами на дублете. — Во всем виноват певец!        — Приведите его сюда! — громыхнул Нестор ройс. — И покончим с этим скудным делом.        — Как прикажете, милорд. — Петир кивнул кому-то из своих людей, и уже скоро в зал вошли Мариллон и тюремщик Морд.       Тюремщик был страшен, маленькие глазки, шрамы, нет одного уха и кусочка скулы, дурно пахнущая одежда на пухлом несуразном теле. Рядом с ним Мариллона можно посчитать красавцем. Перед судом ему разрешили помыться и облачиться в небесно-голубой кафтан, белые бриджи, перчатки, а на глаза повязали белую атласную ленту.«Хорошо, что его глаза закрыты. Я бы не смогла взглянуть в них» Когда все взгляды устремились на них, тюремщик ткнул плеткой певца под ребро, и тот склонил колени, выставив руки вперед.        — Милорды, молю о пощаде!        — Сознаешься ли ты в своем преступлении? — спросил Нестор Ройс.        — Я бы заплакал, но вы не увидите моих слез за этой тканью. Я так любил леди Лизу, что не мог видеть её в объятиях другого мужчины. Дверь я запер, чтобы никто не помешал мне высказать свои чувства, но… Миледи… Такая холодная… Я не желал ей зла, но когда она сказала, что носит ребенка от лорда Бейлиша, я обезумел… — певец говорил, на удивление, тихо, не смотря на то, что голосил всю ночь. Санса внимательно смотрела на его руки. Служанки шептались, что Морд отрезал ему три пальца — мизинцы и один безымянный, но разве в перчатках что-то разглядишь? «Глупые сплетни. Откуда им знать об этом?» — Лорд Бейлиш по доброте своей оставил мне лютню и язык, чтобы я мог петь. Леди Лиза любила, как я пою.        — Уведите его, пока я сам не убил его. — лорд Ройс махнул на него рукой. — Мне тошно смотреть. — один кивок Мизинца, и Морд схватил Мариллона за шиворот.        — Поговорил и ладно. — Санса с удивлением отметила, что все зубы у тюремщика были золотые.        — Пусть он отправится вслед за леди Лизой через Лунную дверь. — начал кто-то из мужчин, как только они вышли.        — Да, и сперва нужно отрезать его длинный и лживый язык. — подхватил другой.        — Возможно, я был мягок с ним, ведь на сей ужасный поступок его толкнула любовь к моей покойной супруге.        — Любовь то была или нет, но этот человек должен умереть. Но ждать осталось не долго, Небесные камеры редко бывают занятыми, небо зовет всех к себе. — усмехнулся Нестор Ройс«Услышит ли только он их зов»        — Сиры, я знаю, что вы устали после своего восхождения, поэтому для вас приготовили комнаты, в которых вы можете отдохнуть, а в Нижнем чертоге накрыт стол. Освелл, позаботься о наших гостях, чтобы они ни в чем не нуждались. — лорды стали расходиться, Бейлиш, слегка улыбнувшись Сансе пошел к себе, сказав, чтобы она зашла позже.        Девушка вошла в комнату, где у очага сидел Мизинец, довольно почесывая бородку. Обратив на неё свой взор, он указал на кресло, стоящее напротив.        — Алейна, дочь моя, садись. — она послушно села, отказавшись от штофа с вином, любезно предложенного Петиром. — Только что от меня ушел лорд Ройс. Он теперь на нашей стороне.        — Это отличные новости. Как вам это удалось?        — Все довольно просто. Я предоставил ему документ, подтверждающий любовь Лизы к нему. — девушка вопросительно изогнула бровь. — Ты же знаешь, что лорд Ройс принадлежит младшей ветви дома Ройсов? — девушка кивнула. — Иногда люди чести делают самые безрассудные поступки, чтобы у их детей было будущее. — мужчина глотнул вина. — Отныне Лунные врата принадлежат ему, и я, как лорд-протектор, подписал документ.        — Вы же могли привлечь лорда Робина к этому, но не стали. — девушка склонила голову в бок. — Если вас убьют или свергнут, его притязания на замок окажутся под вопросом. — Мизинец довольно улыбнулся, протягивая руку Сансе, она неловко вложила свою ладонь в его, и мужчина погладил тыльную сторону руки большим пальцем.        — Верно подметила. Ты очень умна, не зря же ты моя дочь. — девушка улыбнулась.        — Конечно, отец, а кем же мне еще быть. «Я не ваша дочь, а дочь лорда Эддарда Старка и леди Кейтлин Старк»        — С моим умом и красотой твоей матери, весь мир будет у твоих ног. — мужчина поднялся, потянув за собой девушку. — Ступай спать, дорогая. — он чмокнул её в макушку. Санса поклонилась и вышла из комнаты, но направилась не к себе. «Рыцари Долины были верны Арренам всегда, теперь их не осталось, а я плоть их крови. Нужно сознаться Нестору Ройсу»        Оглядевшись по сторонам, девушка постучала в дверь, а после разрешения вошла. Нестор ройс привстал с кресла, удивленно смотря на Сансу.        — Вашему отцу что-то еще от меня нужно?        — Нет, милорд, я пришла сама. Прошу выслушайте меня, я хочу сознаться. — брови мужчины нахмурились.        — Я слушаю. — Санса перевела дух, собираясь с мыслями.        — Меня зовут не Алейна. Я Санса Старк, старшая дочь лорда Эддарда Старка. Лорд Ройс, мы с вами виделись в Винтерфелле, вы сопровождали сына сира Вейнора к стене.        — Санса Старк? — лорд Ройс опустился в кресло, с удивлением смотря на девушку. — Этот паршивец врал мне все это время в глаза?        — Лорд Бейлиш лгал вам, чтобы защитить меня. Когда казнили моего отца, я осталась заложницей в Королевской гавани. Джоффри без конца мучал меня, а королева Серсея изводила своими нападками, меня били, унижали, у меня не осталось ни одного друга, и в день сражения со Станнисом я бежала, и долгое время скиталась, пока лорд Бейлиш не нашел меня и не привез сюда. Здесь мне будет безопасно, так он сказал, это дом моей тети Лизы. Королева ищет меня, у нее есть друзья даже в Долине, поэтому мы придумали легенду про внебрачную дочь Алейну.        — Я не выдам вашу тайну, миледи. Ваш отец был прекрасным человеком. Мне очень жаль вас. — Нестор Ройс подошел к Сансе, пожав ее руку.        — Спасибо, милорд. Теперь после смерти моей тёти мне некуда идти. Лорд Бейлиш рассказал последние новости. Риверран в осаде, лорд Талли умер, северяне предали моего брата и убили его и мою мать…        — Я просил леди Лизу выслать войска на помощь племяннику, но она лишь закрыла ворота. В этом тоже есть моя вина, нужно было быть настойчивее, тогда, может быть, вы бы не потеряли всех своих близких.        — Не корите себя, лорд Ройс. Все уже произошло. Я очень надеюсь на вашу помощь и на ваше молчание.        — Разумеется, миледи. Я не предам вас. — девушка поклонилась        — Доброй ночи, милорд.        Девушка направилась к себе. В комнате горел камин, Санса разделась и юркнула под одеяло, понадеявшись на то, что Мариллон сегодня не осмеет петь при лорде Несторе. Подумав о семье, о Сандоре, о возможном будущем, девушка, измученная прошедшим днем уснула, но ночью резко проснулась от того, что к ней лег Робин. «Я не попросила запереть его. Пускай»        — Можешь остаться, — Санса обняла его, — старайся не ворочаться и засыпай, мой хороший.        — Алейна, теперь ты моя матушка? — тихонько спросил мальчик, прижимаясь к её груди.        — Нет. Я твоя старшая сестра. Но я все равно буду заботиться о тебе, а теперь спи. Завтра все наладится.