Однажды в лесу

      Дождь шёл до самого утра. Диппера с момента пробуждения мучила жажда. Отломив от хлеба кусок, он вытянул руку за пределы ёлочных ветвей. Дождевые капли быстро смочили нехитрое средство пропитания.       Парень с отвращением принялся жевать промокший кусок хлеба, ибо Корнелиус успел провести лекцию об опасности употребления некипячёной воды. Мужчина уверял, что после того, как взять воду из ручья, нужно обязательно прокипятить её, что, между прочим, никто не делал. Лекарь, если бы увидел, что делает сейчас Диппер, лично бы удушил последнего.       Благодаря волчице Пайнс не замёрз ночью. Её шерсть оказалась мягкой и пушистой, и приятно щекотала незакрытые участки кожи. С утра Гриз тщетно пыталась вылизать его голову, давясь волосами.       Сразу после того, как дождь закончился, Гриз куда-то убежала. Диппер не стал её дожидаться и отправился по лесу дальше один.       Он не мог больше оставаться на месте. Шатен не верил в то, что за ним может быть погоня — всю ночь лил дождь и он же уничтожил все следы. Но, что-то в душе говорило: расслабляться рано.       Земля превратилась в грязное месиво; ноги безбожно вязли в почве и с громким чавканьем отрывались от неё. Трава скользила и путалась. Края подола испачкались. В воздухе царила сырость.       Вода капала с веток деревьев, попадая парню на нос, щёки… Диппер в шутку подумал, что умываться теперь нет надобности. Он шёл, задрав голову, подставляя своё лицо здорово бодрящим каплям, которые своим холодом вселяли уверенность, спокойствие и надежду на лучшее.       Чвоньк.       Диппер оторвал взгляд от вершин. Выяснилось, что он набрёл на более-менее открытую местность. Всюду летала мошкара. Пахло чем-то тухлым. Тут и там торчали камыши. Парень понял: он на болоте.       Но это было не самым неприятным. Он по щиколотку погряз левой ногой в смердящей жиже. Носок было уже не спасти.       Болото распласталось во всю ширину. Обходить его долго, а если ещё и верить мхам — по ту сторону север, как бы не потеряться, ведь здесь мхи окутывали почти что весь ствол дерева, и Диппер теперь смотрел, где он будет расти гуще. Огибать было не выгодно.       Пайнс углядел поваленное старое дерево в семи футах* от себя. Низменность была усеяна кочками, так что добраться до мёртвого растения казалось вполне реальным.       Подобрав длинную и крепкую палку, Диппер с разбегу приземлился на ближайшую кочку.  — Господи, — выдохнул он, хватаясь за стебли трилистника. Кочка оказалась подозрительно мягкой, и была готова развалиться.       Квакнула невидимая лягушка. Парень поторопился.       Совершая прыжки, он вскоре добрался до увязшего ствола. Судя по размерам, дерево должно было выдержать Пайнса. Он для верности с силой ткнул в бревно палкой. Убедившись, что всё надёжно, Диппер осторожно переступил на древесину. Балансируя палкой и корзиной, он медленно двинулся по стволу.

***

      До края болота он-таки дошёл. Батистовые носки были полностью угвазданы по колено, благо, когда Диппер соскользнул, он успел задрать подол. В принципе, не всё было так ужасно — он ведь прошёл это опасное место. Бурнус был чист — парень повязал его вокруг пояса, когда перебирался по бревну.       С этой стороны болото обрамляли вечнозелёные кустарнички с мелкими, кожистыми, яйцевидными, продолговатыми, острыми и тёмно-зелёными к верху листьями. Клюква.       Пайнс уже проголодался, но не поленился потратить полчаса, чтобы донышко корзины было закрыто красными сочными ягодами.       Парень отправил себе в рот целую горсть плодов и тут же пожалел об этом, скривившись. Горечь растеклась по горлу, однако Диппер заставил себя проглотить это, заев хлебом.       Еды осталось мало. В корзине, заваленная ягодами, лежала горбушка. Экономить шатен так и не научился.

***

      Лес приходил в себя после дождя. Солнце проглядывало из-за уходящих туч. Птицы весело щебетали, земля подсохла и перестала липнуть к ногам в больших количествах.       Умытые водой листочки шелестели на ветру, нашёптывая свои истории.       Дипперу всё чаще стали встречаться дубы. Не все были старыми и заросшими мхом, и потому важно было не терять бдительность.       Несмотря на то, что Билл упоминал о множестве полян в этом лесу, Пайнсу не посчастливилось встретить их.       Внезапно до уха донёсся какой-то хруст. Парень повернул голову на звук и ахнул про себя. В 27 ярдах* от него в корнях дерева рылся кабан. Птицы будто притихли, отдалились на второй план, и кроме смакования шатен ничего не слышал.       Кабан имел короткое и плотное тело. На массивной шее располагалась большая клиновидная голова с длинными широкими ушами, маленькими глазами и мощным выдающимся вперёд рылом с пятачком, что сейчас уткнулся во взрыхлённую землю. Прямой хвост с кистью волос на конце.       Чёрно-бурая щетина. На спине что-то вроде гривы с гребнем.       Животное, похрюкивая, утоляло голод.       Так.       Спокойно.       Главное, не паниковать.       Но куда там! У Диппера душа в пятки ушла, по спине градом катился холодный пот. Он судорожно соображал, что ему делать.       Сейчас он тихо покинет это место.       Маленький шажок в противоположную от зверя сторону.       Ещё один.       Парень повернулся спиной к кабану.       Осторожный шаг.       Ещё.       Кажется, кабану не до него. Пайнс уже молча торжествовал.       ХРУСТЬ.       Диппер с ужасом обнаружил, что наступил на толстую ветку, и та громко переломилась пополам.       Звук оглушительно разнёсся по округе во вдруг опустившейся тишине. Хрюканье прекратилось.       Кабан взвизгнул.       Диппер бросил корзину и побежал, путаясь в тканях. Он чувствовал, как дрожит земля под копытами дикого обитателя леса.       Так быстро он ещё никогда не бегал. Лёгкие будто сковало, они, не тренированные, отказывались нормально функционировать. Горло пересохло. Пайнс был готов упасть и больше не шевелиться.       Топот стих. Диппер оглянулся и увидел, как кабан рылом обнюхивает корзину. Вот он нашёл и хлеб.       Парень запнулся о корень и с шумом свалился на землю. Воздух рывком вышибло из груди; он закашлялся.       Кабан отвлёкся от находки и устремил свой взгляд чёрных глаз-бусинок в спину убегающей жертвы. Хрюкнув, помчался вслед.       Деревья кончились. Диппер резко затормозил — он выбежал к самому краю обрыва. Посмотрел вниз. Земли не было видно. Глубину окутывал мрак. До другой стороны он не допрыгнет.       Пайнс обернулся. Кабан уже вот-вот должен показаться из-за деревьев.       «Это конец».       Парень мысленно распрощался со своими родными.       Солнце полностью вышло из-за туч, осветив маленький лужок.       Зверь стремительно летел навстречу.       Вдруг у Диппера в глазу на свету сверкнула какая-то мушка.       У кабана подогнулись колени, и он перекуыврнулся через голову, истошно завизжав. Совершив ещё один кувырок, животное остановило своё движение в пол дюйме* от ног парня.       Пайнс увидел торчащую стрелу точно из глаза кабана. Она вошла почти целиком. На древке парень разглядел аккуратно вырезанный треугольник.       Диппер посмотрел вправо, откуда, если он не ошибался, прилетела стрела. Он не ошибся.       Внутри всё болезненно сжалось.       На краю пропасти стоял блондин с арбалетом в руках. Его грудь ходила ходуном, видно, он очень долго бежал. Зрачок с янтарной радужкой, сузившись, смотрел на убитое животное. Затем он перевёл взгляд на шатена. В этот раз он был более сосредоточен.       Диппер истерически хихикнул. Какая ирония. Тот, от кого он так старался сбежать, был совсем рядом.       Дышать стало свежо и тяжело одновременно.       Эмоции накатили давящей волной.       Ноги подкосились; он рухнул на колени.       И зарыдал.       Билл, опомнившись, мигом преодолел отделяющее их расстояние. Присев, он осторожно, как Корнелиус, который изымает из земли растение с корнем, стараясь не порвать его, так и он обнял, а затем прижал к себе. Пайнс уткнулся Биллу в плечо, делая камзол мокрым от слёз.

***

      Они выбрались из леса под вечер. В лагере ничего не изменилось.  — Постой, — Билл схватил Диппера за руку, когда тот собирался пройти к своей палатке. — Объясни мне, что ты забыла в лесу, — строго потребовал он.       У Пайнса слова застряли в горле.  — Я… Мне… — Он запнулся. — Надоело… — Вдруг вырвалось. Парень напряг извилины, чтобы поправить положение. — Мне надоела поляна с земляникой и я решила найти что-нибудь другое, — уже чётко сформулировал свою мысль шатен.       Билл вздохнул.  — Ты могла меня попросить, — но, поймав на себе недовольный взгляд, добавил: — или Юстаса, в конце концов! Ты понимаешь, насколько опасно бродить по лесу так далеко и одной?! Сама ведь видела…       Он всё распалялся и разгорался, приводя самые разные виды смертей в лесах.       Диппер слишком устал, чтобы выслушивать всё это. Нужно было прекратить этот поток.       Он встал на носочки и невесомо провёлся губами по щеке блондина. Тот разом умолк.  — Но, как видишь, всё обошлось, — тихо сказал он, слабо улыбнувшись.       И прошёл мимо.       Билл коснулся пальцами места лёгкого поцелуя.       На запястье у него была повязана рваная розовая полоска ткани, которую Диппер так и не заметил.

***

      Стояла глухая ночь. Пайнс спал. Он переоделся, вымыл ноги и отмыл поршни.       Ему снилось что-то тревожное.       Сквозь сон Диппер почувствовал, что над ним кто-то навис. Парень рефлексорно перевернулся с живота на спину и резко согнул колено.  — Какая же ты колючая, Сосна, — с шипением Билл плюхнулся рядом.       Диппер принюхался. От Сайфера сильно тянуло спиртом. Пайнс округлил глаза.  — Да ты пьян!       Билл с трудом осмысливал происходящее.  — Да, я пьян, — наконец сказал он. — А ты прекрасна, — шатен подавился воздухом. — Завтра утром я буду трезвым, а ты по-прежнему будешь прекрасна.       Диппер не нашёл, что на это ответить. Билл, воспользовавшись замешательством, сгрёб парня в охапку, зарылся носом в чужие волосы и засопел.       Пайнсу никак не получалось выбраться из ухвата. Поэтому ему пришлось смириться и попытаться заснуть.