Фарфоровая

      Всю ночь девушка беспокоилась, ведь у неё никогда не было отношений. Всё это для неё было сверхъестественным. Она не знала, как перестать трястись при виде Яна, как теперь вести себя с ним, как дышать рядом с ним. Ей нужно было понять, что значит — состоять в отношениях со взрослым мужчиной. Но она даже не ведала, у кого спросить совета. На ум приходила лишь Настя, которая вообще не верила в эти трепетные чувства, а вторым вариантом была мама, но София пока не хотела ей рассказывать об их соседе, который проявляет к ней интерес. Верских себя терзала так до трёх часов ночи, лёжа в постели и постоянно ворочаясь.       Когда она заявилась домой, Виктория не стала её расспрашивать, а просто сказала: «Утром ты мне всё объяснишь, а сейчас иди спать».       Ян тоже не сразу смог заснуть, но нет — его не терзали сомнения. Он караулил своего товарища Славу, который опустошал свой желудок там, где получалось. Даже Бим вынужден был уйти в спальню к Яну, потому что пьяный мужчина постоянно хотел его потрогать и погонять за своими тапками.       — Ну всё, мои нервы растаяли, как пьяная первокурсница от комплиментов армянина, — выдохнул Гордин, массируя указательными пальцами свои виски. Нервы его и вправду были на пределе. Его друг решил встать с дивана и свалился на пол.       — Да, я сейчас. Уже встаю-ю, — промямлил в ковёр гостиной Слава и захрапел.       — Да пошло оно всё! — Махнул рукой Ян, когда посмотрел на время, которое уже приближалось к четырём часам.       Почесал затылок, снова посмотрел на друга и прошёл в свою спальню. Он быстро снял с себя мятую рубашку и уже давно расстёгнутую бабочку. Сел на кровать и, собрав остатки сил, снял с себя брюки и обувь. После того как он остался в одних трусах, зарылся в своё тёплое одеяло и напечатал короткую смс-ку Софии: «Спи сладко, воробышек, и пусть тебе приснюсь я, полностью обнажённый: D» Ян хихикнул, когда отправил, представляя лицо Софии, когда она это прочтёт.

***

      Наутро для девушки уже были подготовлены наказания и нотации. Поэтому она постаралась поспать как можно дольше. Да и воскресенье — чудесный день, дающий такую замечательную возможность. София открыла свои зелёные глаза с мыслью о том, что у неё теперь есть человек, который будет ей и опорой, и защитой, и настоящим другом, и источником позитива, и любовью, и новым смыслом жизни. Тем, ради кого она будет просыпаться по утрам, тем, кто подавит её глупые комплексы.       — Доброе утро. Ну, вот и началась твоя новая жизнь, — проговорила София вслух самой себе, глядя в потолок. На её лице светилась улыбка. Она была счастлива, как никогда. Даже когда она сбросила ненавистные лишние килограммы, радовалась меньше, чем после поцелуя с Гординым.       Верских не торопясь переоделась в чёрные спортивные шорты и белую немного большую ей футболку. Ее ей подарила Настя на четырнадцатилетие. На ней было фото Софии — то, где у неё второй подбородок и дурацкие брекеты. Она была похожа на колобка с железными зубами. Но девушка не стала зацикливаться на изображении, отогнав прочь мысль снять ее.       София решила расчесаться под свою любимую музыку, поэтому взяла телефон, но обнаружила сообщение от Яна.       Прочитав насмешливое послание, она бросила гаджет на кровать и взвыла в голос:       — Го-о-ордин, я тебя ненавижу, старый извращенец. — София злилась на Яна, ведь ей было ужасно неловко получать от него такие смс-ки.       Спустя пару минут Верских осмелилась спуститься вниз, где её уже ждал завтрак и мама, требующая объяснений.       — Доброе утро, — пролепетала София, обняв мать, которая тут же остолбенела от такого поведения дочери. Она не видела её такую счастливую уже давно.       — Доброе, — хмуро ответила Виктория, наблюдая за тем, как Софа села за стол и принялась уплетать с удовольствием приготовленный мамой фруктовый салат.       — А ты ничего не хочешь объяснить? Нет?       Виктория присела рядом с дочерью. Ей нужно было знать, почему София вчера вернулась так поздно, хотя обещала придти на часок пораньше. Она сложила руки на стол и терпеливо ждала, испепеляя взглядом свою дочь. Та сразу отодвинула тарелку с завтраком от себя, подготавливая в своей голове хорошее алиби.       — Мам, вчера Насте стало плохо, и мне пришлось её увести домой. — Она сделала глоток сока, но затем поняла, что отговорка получилась не очень убедительной: — Пешком, — добавила она.       Виктория нахмурилась, но ничего отвечать не стала. Только сказала, чтобы больше такого не было, иначе лишит карманных денег. София пообещала, что впредь будет звонить, если она задержится в следующий раз. И, чтобы казаться убедительней, подняла руку, проговорив: «Честное пионерское», а затем продолжила уплетать салат.       — Ладно. — Женщина улыбнулась и поцеловала дочь в макушку. — Я люблю тебя. — После сказанного София и сама начала улыбаться. Как давно она хотела это услышать. Правда говорят: жизнь, она как зебра — полоса белая, полоса черная. Видимо, до встречи с Яном в жизни девушки присутствовала исключительно черная полоса.       — И я тебя, — тихо прошептала Софа, когда мать скрылась за дверью. Ей вновь нужно было ехать на работу.       Верских грустно вздохнула, когда осталась одна в квартире. Решила быстро помыть посуду и пойти к себе в комнату, посмотреть какой-нибудь сериал. Но неожиданно она вспомнила о том, что теперь имеет полное право проводить время с Яном. От этой мысли она смущённо улыбнулась и закрыла ноутбук.       — Какого чёрта ты меня вчера не остановил? — тихо спросил Слава, сидя у Яна на кухне. Мужчине было очень плохо. У него болела голова и ему казалось, что она вот-вот разорвётся от боли и пульсации. Он устало и лениво массировал себе виски.       — Тебя остановишь! — воскликнул Гордин, наливая себе кофе. Ему было очень смешно наблюдать, как перед ним сидел Славка и трясущимися руками брал банку с огуречным рассолом. Всё-таки времена меняются, а традиции остаются. — Когда ты вошёл в школу, сразу же помчал проводить разведку и пропал. Потом к нам подошла Настя, помнишь её? — Ян загадочно подмигнул Вячеславу, что еле-еле сидел ровно, укутанный в плед. Его трясло и морозило.       — Такая маленькая и противная? — Слава изобразил волнистые волосы в воздухе, немного кривясь от шума в голове.       — Нормальная деваха. Кстати, она тебя жижей назвала и образиной.— Гордин залился хохотом. Что-что, а эти двое любили друг друга подкалывать, когда кто-нибудь из них косячил. Зато Славе было совсем не смешно. Он нахмурил брови и получше укутался в плед, но тут позвонили в дверь.       — Кого с утра пораньше принесло? — удивился Ян и прошёл в прихожую. За ним увязался Бим. Он всегда любил встречать гостей вместе с хозяином.       Гордин всегда забывал о футболках, находясь у себя дома, так как ему нравилось свое тело. Он постоянно за собой следил и посещал спортзалы, но каким-то конкретным видом спорта мужчина не занимался.       В детстве, как и все мальчишки, он любил гонять в футбол. Иногда, после сильных депрессивных дней, которые случались крайне редко, позволял себе после работы поколотить грушу, выпуская всю злобу и агрессию.       Гордин открыл дверь: на пороге стояла София.       — Привет, — она скромно с ним поздоровалась и мило улыбнулась, отчего у неё выступили ямочки на щёчках.       Гордин не мог не улыбнуться в ответ, оглядев ее внешний вид. Ей шла естественность: глаза становились яркими, кожа чуть бледнее, конечно, но она делала её ещё милее.       — Привет, — сказал Ян. Он не растерялся: подошёл, обнял за талию и притянул к себе.       — Может, хотя бы в квартиру зайдём?       София упёрлась руками в его грудь и поджала губы. Гордин отпустил её и пригласил в квартиру, взяв за руку. Его ладонь была такой большой по сравнению с её.       Зайдя внутрь, Ян отпустил руку Софы и закрыл дверь. Хмурый взгляд парня смотрел на Софию, что снимала обувь.       — Бим всегда меня будет обнюхивать? — усмехнулась она, указывая на пса, который уже прошёлся по её лодыжкам мокрым носом.       Ян сложил руки на груди, облокотившись на окрашенную в цвет дерева стену. Он не спускал с неё глаз, а София прекрасно понимала, почему.       — Не знаю… Зависит от того, как часто будешь нас посещать. — Хмыкнул Гордин и собирался было пройти в гостиную, но девушка в последний момент схватила его за руку, не дав этого сделать.       — Ян, — нежно произнесла она, и он остановился, но оборачиваться не спешил, — прости меня.       — Я не злюсь и не обижаюсь, просто скучал, а ты меня оттолкнула. Скажи, ты меня боишься? — спросил он, бережно обхватив её лицо руками.       София смотрела на него. Ян ждал ответа, но его не последовало — вместо этого Софа приблизилась к нему, обняв его за шею. Он сразу понял, чем пахнут ее волосы, — малиновым шампунем. Гордин ехидно улыбнулся, а затем Верских нежно поцеловала его в губы.       Колючая щетина неприятно колола её нежную кожу. Тепло разливалось по всему телу Софы, когда он уверенно обхватил ее за талию и прижал к себе. Сквозь поцелуй она чувствовала, как он улыбался. И София подумала о том, что она совсем не умеет целоваться, и предположила, что именно поэтому парень улыбался. Но после того, как он прижал её к стене, на которую всего пару минут назад облокачивался сам, злясь на девушку, она забыла обо всем, но немного поморщилась.       «Контролируй свои силы, идиот!» — ругал себя Гордин.       Верских зарылась пальцами в его каштановые волосы. Она не понимала, как ещё умудрялась стоять, потому что ее ноги дрожали, а сердце было готово выскочить из груди.       — Это походит на ответ? — сказала София, когда отстранилась от Яна.       Гордин все равно был чем-то недоволен. «Что это с ним не так?» — подумала она. Но Ян улыбнулся и произнёс:       — Вполне.       Он развёл руками и жестом пригласил пройти в кухню. Верских кивнула, глупо улыбаясь, и прошла по коридору. Ян поплёлся за ней, почесав затылок. В голове его крутились мысли только по поводу её поведения.       — О, Софа, привет, — впервые за это утро Слава радостно воскликнул, как только увидел девушку. Он встал, поправляя плед, что вечно спадал с его плеч, протянул ей руку в знак приветствия, и она ответила на этот жест.       Ян наблюдал за ними, стоя в дверном проёме. То, как он смотрел на неё, сковывало девушку. Она заметила, что он чем-то недоволен. Ну, а что он ожидал? Что теперь София прекратит его смущаться и позволит целовать себя, когда ему вздумается?! Софа ни разу не встречалась с парнем, чтобы знать, как вести себя с ним. И сколько времени ей понадобится, чтобы привыкнуть быть кому-то нужной, она не имела понятия.       — Привет, как ты? — пытаясь не замечать недовольного Яна, София села напротив Славы и начала его расспрашивать.       — Да я чуть не помер. —Девушка от такого заявления подняла брови в удивлении. — Серьёзно! Если бы не Ян, точно бы копыта отбросил. — Вячеслав посмотрел на друга и подмигнул, мол «сейчас всё будет. — Кстати, — он резко повернулся к Софии, громко крикнув, — это твоей подруге больше всех досталось? — Получив одобрительный кивок, он продолжил: — Я должен перед ней извиниться. Все-таки, получается, вечер ей испортил. — Он виновато вздохнул и взлохматил себе волосы. — Дай мне её номер или лучше адрес места жительства, я ей цветы куплю. Я, правда, никогда так не поступал с девушками. — Он для убедительности положил руку на сердце. Славе действительно было стыдно за своё поведение, поэтому он обязан был принести перед Настей свои извинения.       Верских думала над тем, давать адрес подруги или нет. Посмотрела на Яна, как бы спрашивая его глазами. Но он лишь поджал губы и кивнул.       Слава получил то, что ему было нужно в устной форме, и побежал в комнату одеваться. Так обрадовался, как будто и не болел вовсе, подобно маленькому мальчишке побежал, подпрыгивая и напевая песенку себе под нос.       — Мне пора, — сухо сказала София, вставая из-за стола и направляясь к выходу из кухни, но ей преградил дорогу Ян, поставив свою руку прямо перед лицом девушки.       — Что не так? — Он убрал руку и встал в проёме, окончательно заключив её в ловушку.       — Всё нормально, просто мне нужно идти, — солгала Софа, стараясь не смотреть Яну в глаза. Куда угодно, но только не в глаза.       — Нормально? Разве можно назвать отношения нормальными, если ты меня боишься? Зачем пришла, раз шарахаешься, как от огня? — чуть громче спросил Ян, а София сжалась от напряжения, царившего между ними. Но это было не напряжение, а страх потерять её.       — А как мне с тобой себя вести? Ян, это мои первые отношения, и я не знаю, что делать, можно ли просто подойти к тебе и обнять, поцеловать… Н-е з-н-а-ю!       Ей не казалось всё таким простым, каким видел это Ян. Она не могла сама сделать первый шаг. По крайней мере, сейчас.       — Верских! Ты точно чокнутая. — Ян засмеялся в голос. Бедняжка не выдержала его насмешек и толкнула, пытаясь уйти. — Куда собралась? Я тебя не отпускал! — процедил сквозь зубы Гордин, взяв её за запястье правой руки, которой она его и оттолкнула.       Наглая и самодовольная ухмылка поселилась на его лице. Вновь эти ямочки. Он был похож на хищника, но взгляд его по-прежнему оставался добрым. София была напугана и в ступоре от его поведения. Гордин смотрел на неё так, как и при первой встрече — с таким блеском в глазах, что пробивала дрожь.       Девушка как будто онемела, ожидая его дальнейших действий. Ян прижал ее к себе, что София аж пискнула. Она обмякла в его руках. Ему казалось, что если он отпустит её, она упадёт без чувств.       — Я ещё не начал.       Коснулся её пересохших губ мимолётным поцелуем, увлажнив их. София прикрыла глаза в ожидании. Медленно приблизившись, Гордин вновь прикоснулся своими губами к ее, уверенно целуя. Их игра ангелов и демонов началась. Она вела себя слишком строптиво, а он, как настоящий хищник, напористо сминал её нежный рот, обводя контур губ языком. В них обоих было слишком много желания и страха одновременно. Ян не заметил, как выпустил Софию из своей хватки и сжал её талию, да так по-хозяйски пристроил свои ладони на едва заметных боках девушки, что поддел края футболки, чтобы почувствовать тепло её кожи.       Яну вдруг захотелось показать ей, что значит настоящие отношения. Ему захотелось стать главным, показать каково это. София обхватила ладонями его лицо, а когда Гордин поднял ее за попу и усадил себе на бёдра, она обвила его торс ногами. В легких уже не хватало воздуха, но страсть и попытка доказать что-то друг другу помогали забыть про это. Они уже не помнили за этой игрой ангела и демона, что там, в соседней комнате, за этой чёртовой стеной, сидит Слава, который может в любой момент зайти.       — Боже, — прошептал возбуждённо Гордин, остановив этот бой. Оба задыхались и глотали воздух, рвано дыша. Он поцеловал её шею, вновь вызывая дрожь и прежнее стеснение.       — Ян, — закусив нижнюю губу, нежно проговорила София. Её пугало, что его так влечёт к ней. И она боялась, что он переступит эту грань, такую тонкую и едва заметную.       — Я контролирую себя, малыш.       Он слабо улыбнулся. Они так и продолжали стоять, пока не вспомнили, что нужно отпрянуть друг от друга. Когда Ян опустил ее на пол, она быстро заправила выбившуюся прядь за ухо.       — Можно я буду называть тебя как-нибудь ласково, что ли? — София коснулась его колючей щетины ладонью.       — Называй меня, как хочешь. Только рядом будь.       Он бережно взял её ладонь в свою и поцеловал ее руку. И в этот момент она готова была отдать всё, что у неё есть, лишь бы он всегда смотрел на нее так, как сейчас — как на самого близкого человека. Как на единственную в мире девушку. Тёплый взгляд давал надежду на настоящие чувства. Эти густые и хмурые брови, глаза тёмно-зелёные, колючая щетина — всё это повод для её улыбки. И кто бы мог подумать, что такого мужчину начнёт сводить с ума милая девушка с ямочками на щеках; с вечными комплексами; даже в бесформенной футболке с изображением полненькой девочки с брекетами, он хотел её, его к ней тянуло невидимым магнитом, невероятной силой притяжения.       — Ребят, я ушёл, — крикнул Слава и захлопнул за собой дверь.       На это они лишь мило хихикнули. Ян предложил Софии вместе позавтракать и пойти посмотреть фильм.       — Я дома позавтракала, Ян, — отнекивалась девушка, когда он быстро начал накрывать на стол. Поставил тарелку с фруктами и конфетами.       — Ничего не знаю. Чтобы позавтракала. Я не завтракал, а один не буду, так что тебе придётся съесть мой омлет! — Он поцеловал её в макушку, а Софа прикрыла глаза, наслаждаясь его близостью. Неимоверно тепло было ей рядом с ним.       — Хорошо, — сдалась она, и Ян победно улыбнулся.       Он принялся готовить, а Верских пошла выбирать фильм, как вдруг её телефон зазвонил. Как оказалось, это была Настя, и Софа прекрасно понимала, что ей скажет подруга.       — Нет, я, конечно, понимаю, что ты сейчас находишься в зоне какой-то ванильной фигни, что не можешь нормально мыслить, включить свой мозг, а делаешь всё по зову сердца, но какого чёрта ты творишь? Нахер ты ко мне эту образину отправила? Он сейчас как идиот стоит на моей лестничной клетке и ждёт, когда я открою ему дверь! — Как только София нажала «ответить», её подруга высказала ей своё недовольство. А Верских лишь по-дурацки улыбалась, слушая эти претензии. Она присела на диван и лишь после гневного: «Верских, ты тут?», ответила:       — Да, я нахожусь в ванильной фигне, и да — это я отправила к тебе Славу, потому что он должен перед тобой извиниться! Этот товарищ испортил тебе вчера вечер. Ты что, не можешь просто открыть, взять букет, сказать «спасибо, всё нормально» и попрощаться? — недоумевала София.       Её иной раз бесила Настя со своей чёрствостью к мужскому полу. Да, ей сделал больно один мудак со стальной анорексией мозга. И что теперь? Думать так обо всех парнях? Настя всегда придерживалась правилу — не наступать на одни и те же грабли дважды. Она обладала трудным характером.       — Да, представь себе! Ладно, пойду открою, что уж теперь.       — Вот и молодец. — Ухмыльнулась Софа, радуясь, что всё-таки смогла переубедить свою подругу, что удавалось крайне редко.       — Ладно, пока, — попрощалась Настя и отключилась.       Весь день София и Ян провели вместе. Сначала они, как Гордин и обещал, позавтракали его фирменным омлетом. В компании Яна София не могла спокойно есть, а он это заметил, поэтому ещё раз напомнил ей об их отношениях и что ему всё равно, сколько она съест. Главное — чтобы голодная не осталась.       — Я могу выйти, чтобы ты спокойно поела, — вздохнул Ян, когда Софа ковырялась в тарелке. Она подняла на него взгляд и отрицательно мотнула головой, а после ответила:       — Хватит меня пытаться накормить, я всё равно не голодна. — Засмеялась девушка, откинувшись на спинку стула.       Ян сдался и быстро съел всё содержимое своей тарелки. Они вместе вымыли посуду. Правда, сделали это, играя в войнушку и брызгая водой из-под крана.       — Блин, Софа, так нечестно.       Гордин забился в углу кухни, когда Верских обливала его ледяной водой, задыхаясь от смеха и неприятного ощущения холодной воды на своём теле. Впервые он пожалел, что не надел футболку.       — Всё честно, — кинула она и добила его новой порцией издевательства, только на этот раз кинув в него пену.       — Сучка.       Скинув с себя пену, он подхватил Софию и закинул на своё плечо.       Верских запищала и потребовала отпустить её; кричала, что у него руки очень холодные, а Ян их ещё и на её бёдра положил. Из-за этого кожа её моментально покрылась мурашками.       — Теперь моя очередь зажимать врага. — Он бросил её на кровать в своей спальне и принялся целовать, а его девушка ответила взаимностью. — Ты меня с ума сводишь.       — Ай, побрейся, старик. — София засмеялась.       — Ах так? Вот же ты малявка. — Ян принял это оскорбление за шутку и решил мстить ещё большим шквалом поцелуев.       — Я-я-я-н, — запищала Софа, пытаясь зарываться в подушке от Гордина, который продолжал над ней издеваться, целуя в шею и щекоча вдобавок.       Так они и дурачились какое-то время. Затем решили посмотреть фильм, лежа на кровати и обнимаясь. София была счастлива; это было самое лучшее воскресенье за последние годы. Столько ласки, нежности и позитива она получила от Яна в этот день.

***

      Время уже приближалось к десяти часам вечера. Виктория должна была с минуты на минуту вернуться домой, поэтому София быстро попрощалась с Яном, поцеловав на выходе из квартиры.       Девушка выбежала из его дома, как ошпаренная, ибо ей нельзя было задерживаться в его объятиях. Зайдя в свою обитель, она прошла немного по коридору и крикнула:       — Мам, ты дома?       — Привет, милая.       Виктория вышла из кухни. Женщина была немного напряжена: это было видно по её тяжелому взгляду.       — Привет. — Как ни в чем не бывало София начала скидывать ногами свои кеды.       — Нам нужно серьёзно поговорить.       Верских была заинтригована и немного напугана.       «Может, она узнала о Яне?» — вертелся в голове девушки вопрос, пугающий ее больше всего.       Она зашла на кухню и увидела сидящую за столом Викторию.       — Садись.       Мама Софы явно нервничала, так как вертела в руках телефон.       Софа кивнула и опустилась на стул напротив матери. В комнате стояла тишина, что ещё больше напрягало девушку.       — Милая, ты же знаешь, как я люблю тебя? — Виктория задала этот странный вопрос. Женщина обхватила дрожащими руками ладони Софии.       — Да, мам, что случилось-то? — спросила она напугано, сжав ее руку.       Виктория сделала глубокий вдох и произнесла:       — Мне опять нужно ехать в командировку.       — Господи, а я уже испугалась, — с облегчением выдохнула Софа, отпустив мамину руку и улыбнувшись.       — Ты не дослушала. — поспешила перебить её Виктория.       — Эта командировка не на два дня, как обычно, а уже на длительный срок. — Женщина опустила взгляд на стол, чтобы не смотреть в глаза дочери.       — На сколько? — спросила София, закусив губу. Она и так редко видела мать, а теперь, возможно, ещё приличное время не будет её видеть.       — На три месяца, — не медля пояснила она.       — Что? Мам! — подскочила со стула девушка от такой новости. Виктория была ошарашена такой реакцией дочери.       — Софа, я всё продумала, с тобой будет жить Олег. Как-никак, он твой отец. — Виктория развела руками и подошла к уже плачущей Софе.       — Мам, но почему сейчас? — Она обняла женщину, пытаясь скрыться в ее объятиях от всего на свете.       — У меня большие проблемы, милая, — сказала Виктория, поцеловав ее в макушку.