30 дней ревности Тайлера Джозефа

      Джош медленно шёл вниз придерживая Эллисон руками за бёдра. Он жутко боялся, что она упадёт и ударится головой или сломает себе что-нибудь. Но зря, так как девушка уткнулась в его шею носом и скрестила руки на груди парня. Вот такой маленький намёк, что падать она не собирается.       От идеального парня идеально пахнет. Эллисон ещё раз глубоко вдыхает носом. Ей слишком сильно начинается нравится мистер Дан, поэтому она пыталась найти его недостаток хоть в чем-то. Чтобы говорить: «конечно же я не могу любить Джоша, от него пахнет как от эчпочмака! Ну знаете видео было: две мясных собаки гриль, специальный тухлый сыр, прошлогодний вялый лук — всё на булочке с бумажкой. Только так и это эчпочмак! Ну песенка была…». Розами от него пусть и не пахло, но что-то определённо приятное было. Знаете, у каждого человека есть естественный запах, так вот это был он. Это самое приятное нечто. — Почему именно ко мне домой? — Не знаю. Почему я хочу к парню домой? — Он тебе нравится? — Нет, дурачок, у него вкусные хлопья…       Джош почувствовал, что она проседает в его руках, так как задремала и расслабилась. Он перехватил её ноги чуть выше и наклонился вперёд. Видимо он не знает, что девушки не фарфоровые куклы, и боится, что самая лучшая разобьётся.       Они достаточно быстро спускаются вниз. Джош поставил Эл на землю, они оделись и спотыкаясь из-за сугробов побрели к машине.       Самое странное, что они в Лос Анджелесе. Здесь не бывает такой погоды, чтоб сугробы по колено и мороз. Средняя температура в декабре около 15°С. Что же сейчас в Колумбусе? Те самые «попоотмораживающие» 15 градусов тепла и солнце. То есть план Тайлера по отмораживанию пятых точек претенденток в финале провалился. Да и претенденток нет… — Джош, стой, — Эллисон потеряла сапог в сугробе. — Ты чего? — Решила вот носок проветрить, — она засмеялась, — сейчас найду… — Что мы будем делать в конце месяца? — В каком смысле что? Я планирую найти твоё счастье.       Её улыбка и некая неуклюжесть, пока она откапывала свой сапог, заставили в голове Джоша пронестись мысль о том, что она и есть его счастье. Ему было хорошо с ней. А ещё, что лучше бы Тайлер пошевеливался со своим планом, ибо скоро он либо её разденет где-нибудь, либо просто расскажет о метке. Вариант с раздеванием ему нравился намного больше.       Эллисон заснула в машине, поэтому, чтобы не будить, Джош решил донести её до квартиры. Только потом он понял, что очень сложно открывать дверь со спящей девушкой на руках. И вроде бы он справился со всеми трудностями, как его мозг начал кипеть.       Что, блин, делать дальше?       Он донёс её до спальни и положил на кровать. Кое-как снял сапоги и куртку с рубашкой (последняя после крыши была в плохом состоянии), и вот здесь проблема. И не одна.       Первая состоит в том, что именно сейчас он может задрать майку и прекратить свои страдания. Но он боится этого делать — вдруг проснётся? Ага, то есть, когда он её чуть не уронил три раза, или, когда снимал рубашку без уверенности, что там есть майка, всё было нормально. Никаких особых переживаний. А здесь криминал.       Вторая проблема в том, что он сам хочет спать. Но кровать уже занята, а они трезвые. А вдруг она посчитает его извращенцем? Что если не с ним она хочет проснуться? Но внимание, Эллисон сама попросила отвезти её к нему. Это были намёки или какой-то усталый бред?       А что если она захочет есть? Ну, то есть это понятно — она захочет. Но сойдёт ли печенье за еду? Или ему идти сейчас за чем-то более существенным? Но что, если Элли сейчас проснётся раздетая в его кровати, а он ушёл в продуктовый?       В общем, Джош терялся в догадках. Никогда ещё его внутренний Шерлок так не кипел. Слишком много вопросов без ответов. Слишком много незапланированной паники и нервов.       Лучше бы он забыл её в машине. Или нет?       Господи, почему так сложно?!       Громко выдохнув, Джош вытащил из шкафа какое-то одеяло и постелил в гостиной. Ещё немного он шатался по квартире, как призрак, но открыв окно и сняв майку — успокоился и лёг в коридоре. Так ему было видно легкий свет от волос Элли. Но подумав, он перетащил одело в коридор из гостиной. Так мягче и приятнее.       И всё бы хорошо, но в три ночи он проснулся в позе эмбриона и не смог разогнуться с первого раза. Похоже, что ему придётся повторить смс Эшли: «может почки, может спину потянул, может продуло…»       Он еле дополз до кровати. Джош чувствовал себя бабушкой из рекламы мази — в полусогнутом состоянии с кряхтением подходя к краю и просто падая мешком на матрас.       Его мозг включался ещё раз пять. На шестой, около семи утра, он даже не пытался снова уснуть. Эллисон вообще почти не шевелилась и Джош начал ей завидовать.       Протянув руку, он осторожно провёл по волосам девушки и вниз по позвоночнику. Он не мог терпеть больше и, взяв за край майки, потянул её немного вверх.       Джош точно не знал, что хотел там увидеть. Луч белого ослепляющего цвета под пение ангелов или ничего, или хотя бы намёк на красное пятно. Но он увидел «Джошуа».       Его окаменевшая рука отпустила майку Эллисон. Он положил одну руку себе на бок, он хотел почувствовать её имя своими пальцами. Но это был не шрам, а будто чья-то рука старательно и аккуратно вывела имя каллиграфическим почерком. Просто красивая надпись, связывающая людей.       Джош начал снова протягивать руку к Эллисон, но в этот момент она перевернулась к нему лицом. И его выражение гласило о том, что она уже не спала во время исследовательской миссии Дана. — Какого чёрта ты делал, а? — Доброе утро.       Он жутко глупо улыбался. Теперь Джош будет говорить ей это чаще. И не только это. — Возможно. Ладно, ты же не ответишь, да? — Абсолютно верно. Будешь есть? — Эм…       Эллисон бы с радостью ответила, но она рассматривала Джоша, который так и не надел майку. Это смущало и кстати: — Где моя рубашка? — Она сушилась в гостиной всю ночь. Я пожалуй принесу чего-нибудь пожевать.       Пока он перекатывался на другой бок и вставал бурча что-то под нос, у Эллисон в лёгких закончился воздух. И Джош это заметил. Он посмотрел на девушку через плечо. — Это что?.. — Имя моего соулмейта. — Дан, это же моё имя, — Эллисон быстро встала с кровати и подошла к парню, — этого быть не может. Мы же искали. Весь этот месяц. Почему ты молчал? — Ждал, когда ты догадаешься, что с тобой что-то не так, — он беззлобно улыбнулся и пошёл на кухню.       У Эллисон в голове взорвалась граната, которая повредила процессор. Она зависла в центре комнаты, пялясь на отражение в зеркале. Потом резко стала полу боком и задрала майку. — Дан, какого чёрта?! Ты что в меня влюбился? Это невозможно. Плохая шутка… Мы же… ничего — Под соединением двоих не имеется в виду лишь плотское.       Барабанщик с печенькой во рту подошёл со спины и обнял девушку: — Ты чувствуешь что-нибудь? Закрой глаза.       Джош уткнулся в шею Эллисон и сжал руки крепче. Он чувствовал некое замешательство и неуверенность со стороны Элли, но потом она сделала глубокий вдох и закрыла глаза. А ещё щёки предательски покраснели. — У тебя милые розовые щёки.       Он хмыкнул, положил в руку Элли печенье и пошёл в гостиную. — Когда свадьба? Или сначала мы съедемся? — Джош, не начинай. Ничего нежного я не ощущаю и вообще… — А это значит не считается? Ладно, а тот поцелуй? Кто же был его инициатором? — Какой тот? — Сейчас напомню.       Эллисон начала пятиться к зеркалу, но это не помогло. Конечно, ведь Джош знал, она бросила ему своеобразный вызов, и отступать он никуда не собирался. — Только учти, я не целуюсь так как ты, — он медленно надвигался с улыбкой, — совсем не так.       А что произошло дальше? Ох, а это уже совсем другая история для другого случая.