Боль Доверие Страсть Милосердие

Чарльз вошел в комнату с прозрачной вазой в руках и поставил ее на столик рядом с кроватью, на которой развалился Эрик, читая книжку. Когда профессор зажег первую свечу, Леншерр отвлекся от чтения и посмотрел на него. Этот взгляд всегда заставлял Ксавье растекаться в лужицу и мысленно пищать. Взгляд полный заботы, ласки и любви. Однако, на этот раз, романтическая обстановка была лишь небольшой частью того, что задумал Чарльз на этот вечер, но Эрик пока думает лишь о романтике. Так и было задумано, поэтому Ксавье немного ехидно улыбается в ответ и продолжает зажигать свечи, тайком разглядывая выглядывающий из-под рубашки торс Эрика, но тот снова увлекся книгой. Чарльз поставил в вазу алые розы и приблизился к кровати, обойдя столик. Леншерр снова улыбнулся и притянул возлюбленного, вовлекая в нежный и страстный поцелуй. Книга сразу была отложена куда-то в сторону, и Эрик усаживает своего профессора к себе на колени, продолжая целовать. Чарльз скользит пальцами по плечу любовника, и черная ткань рубашки спадает с его тела. В комнате сразу будто становится душно, когда он целует Эрика за ухом. - Тебе понравились цветы? – Будто бы непринужденно спрашивает Леншерр, сдерживая возбужденные вздохи. - Мне нравится все, что ты делаешь. – Ухо повелителя металла обдало волной горячего дыхания, и шепот Профессора мгновенно отозвался волной мурашек по всему телу и приятным чувством внизу живота. Спустя мгновение, рубашка Чарльза слетает с его тела, обнажая бледную кожу, покрытую веснушками. Эрик уже знает; если его любовник надевает рубашку на металлических заклепках, он не хочет лишней возни с одеждой, в частности, с пуговицами. Поэтому Леншерр раздевает Чарльза одним взглядом и сразу же прижимает к себе, пылко целуя алые губы. Они заводят друг друга мгновенно, могут заставить задыхаться от желания, даже не прикасаясь. Эта прекрасная смесь безграничной любви и нежности с необузданной страстью порождает необъяснимую химию между ними. Хоть Чарльз и задумал нечто новенькое и необычное, в руках возлюбленного он начинал забывать обо всех задумках. Наконец, пересилив себя, он разрывает поцелуй и прикладывает указательный палец к влажным губам Эрика. - Я хочу попробовать с тобой кое-что. – Глаза Ксавье игриво заблестели, и он отстранился от мужчины, слезая с его колен. Леншерр продолжил сидеть на шелковых простынях, нарочно думая о том, как разложит на них телепата и будет ласкать его тело, целовать, заставлять стонать и извиваться. Но Чарльз лишь ухмыльнулся и достал из-под кровати черную коробку, которую сразу же поставил на столик рядом с кроватью. - Это всё в твоём распоряжении. – Профессор ехидно улыбнулся и уселся на кровать, согнув ноги в коленях и кусая губу. Открыв коробку, Эрик долго и изумленно рассматривал содержимое. Наручники, разнообразные виды плетей, веревки, цепи, кляпы и множество других приспособлений, о существовании которых он знал только по фильмам для взрослых. Чарльз уже начал думать, не зря ли он упомянул об этом своём увлечении, если это можно так назвать, и стоило ли в это втягивать Эрика. Но мужчина усмехнулся и достал из коробки две пары наручников. - Хочешь поиграть? Давай поиграем. – Он приблизился к Профессору, и тот послушно вытянул руки перед собой. Леншерр медленно наклонился и коснулся губами запястий любимого, а затем сковал их кожаными ремешками наручников. Во время поцелуя в губы, шею Чарльза обвивает ошейник. Эрик заставляет его встать в коленно-локтевую позу и припадает губами к спине. Кто бы мог подумать, что его маленький Чарли захочет такого, и вот он, уже закованный по рукам и ногам, стоит перед Леншерром на коленях и просит, чтобы с ним делали всё, что душе угодно. Но Магнето считает, что спешка здесь не к месту. Он прижимается торсом к спине Ксавье, от чего тот судорожно вздыхает. Глаза Профессора перестают видеть что-либо из-за толстого слоя черной кожи на глазах. Эрик приподнимается и смотрит на своего любовника, лишенного возможности двигаться и видеть. В свете свечей тело Чарльза было особенно прекрасно. Из вазы выскальзывает одна алая роза, и холодные капли попадают на спину Ксавье, от чего тот томно вздыхает и выгибается. Затем, лепестки еле ощутимо касаются бархатной кожи. Прикосновение шипов походило на скольжение опасной бритвы по телу, но на спине Чарльза не оставалось ни единой царапины. Профессор кусает губы и выгибается в спине в ожидании чего-то большего, нежели обычные прикосновения. Спустя мгновение, бархат лепестков сменяется приятной болью. Стебель розы оставляет след на нежной коже упругих ягодиц. Чарльз томно вздыхает и движением бедер намекает на повтор, но Эрик отправляет цветок обратно в вазу. Будет неловко, если их останется четное количество. В ход идет черная плеть из множества кожаных полосок. Мягкие ленты сначала, будто сами по себе, бегают по телу, щекоча, дразнясь, заставляя предвкушать. Удар плетью разносится по комнате характерным звуком. Ответом на следующий удар стало блаженное мычание Ксавье, который еще пытался как-то сдерживаться. После нескольких ударов, многохвостая плеть откладывается, что вызывает недовольство со стороны профессора. Эрик пробежался взглядом по телу возлюбленного, а затем по коробке с арсеналом. Выбор пал на стек – длинную тонкую трость с небольшой кожаной петлей на конце. Холодный кожаный наконечник скользит по шее телепата, по плечам, груди, ключицам. Чарльз подается навстречу каждому невесомому движению. Плеть оставляет холодный след вдоль позвоночника, упирается в ягодицу, скользит по бедру и по ступням. Эрик ласкает любовника стеком в самых чувствительных местах и там, где можно касаться только ему. Трость со свистом проносится в воздухе и оставляет красный след на бледной коже. Ксавье выгибается, облизывая покусанные алые губы. Леншерр заставляет цепочку ошейника натянуться, из-за чего профессор запрокидывает голову назад. Еще один удар, и он протяжно стонет от боли, которая доставляет головокружительное удовольствие. Следующая красная полоса проявляется на спине. Звук шлепков разносится по комнате вперемешку со стонами Чарльза, полосы на его теле становятся все более отчетливыми и яркими. Эрик вновь откладывает плеть, запускает пальцы в волосы телепата и порывисто целует его в губы, сразу проникая языком в рот. - Трахни меня. – Чарльз умоляюще стонет в поцелуй, снова выгибаясь, подобно коту. Но Леншерр лишь отстраняется и поднимает в воздух одну из свечей. Он касается губами спины, проходясь по алым следам, оставляет след от зубов на плече, спускается ниже к пояснице и наконец, оставив очередной след на коже, проводит языком по входу. В этот же момент, свеча наклоняется в воздухе, и горячий воск обжигает спину профессора где-то между лопаток, от чего тот вскрикивает, вновь облизывая пересохшие губы. Эрик продолжает ласкать его языком, руками сминая ягодицы, на которых потом останутся следы от пальцев. Воск не спеша стекает по спине Ксавье, выстраиваясь в причудливые узоры из капель. Леншерр проникает языком внутрь, звонко шлепает ладонью по чувствительным от прошлых ударов ягодицам. Но и в его штанах уже давно стало жутко тесно, а от протяжных умоляющих стонов Чарльза возбуждение становится болезненным. Он ставит свечу на место, скидывает с себя тесные штаны и прижимается горячим пульсирующим членом к упругим ягодицам. Последние капли терпения испаряются, и Леншерр резко входит, рыча, подобно дикому зверю. Цепочка вновь натягивается, и Эрик начинает размашисто двигать бедрами, входя на полную длину. От резких соприкосновений тел, раздаются звонкие шлепки, по спальне разносятся громкие стоны. Эрик кусает возлюбленного за шею и плечи, грубо толкаясь в него и заставляя вскрикивать от удовольствия. Чарльз пытается двигать бедрами навстречу, но любовник хватает его за талию, впиваясь пальцами в нежную кожу до синяков, и продолжает двигаться в бешенном ритме, рыча на ухо. Ксавье мысленно умоляет о разрядке, невольно передавая эти мысли Эрику. Леншерр на пределе своих сил сжимает член возлюбленного в руке, от чего тот моментально изливается, вскрикивая во весь голос и сжимая внутри горячий член любовника. После нескольких грубых толчков, Эрик заполняет Ксавье теплой вязкой жидкостью, кончив внутрь, и падает рядом с возлюбленным. Металлические пряжки ремней, стягивающих шею, руки и ноги профессора расстегиваются, и тот валится рядом, не в состоянии даже пошевелить пальцем. - Я даже подумать не мог, что тебе нравится такое. – Отдышавшись, прошептал Эрик, затуманенным взглядом смотря на любовника. - Для тебя я готов на всё что угодно…