А слово было...

"Как-то мадам Помфри уехала, и замещать её в больничном крыле оставили профессора Снейпа. Приходит Гарри: – Добрый день, у меня тут… Мадам Помфри?? КАК ВЫ ИЗМЕНИЛИСЬ ЗА ЛЕТО!" Северус ходил по своему кабинету как раненый зверь. Ему хотелось придушить Поттера, чтобы он не мучился и не терроризировал окружающих. Как только он увидел, что Сайрус потерял сознание, а из глаз, носа и ушей шла кровь, у него замерло сердце. Ещё повезло, что он сидел довольно близко, и это совсем не потому, что он решил понаблюдать за своим ребенком. Быстро добежать до трибуны Гриффиндора было делом минутным, было такое ощущение, что он будто спонтанно аппарировал, раз оказался там в мгновение ока. Растолкав его друзей в стороны и рявкнув для острастки, он подхватил чарами парня и спешно направился в Больничное крыло, пока Уизли и Грейнджер спешно следовали за ним, не задавая никаких вопросов. Для Северуса этот путь будто длился вечность, настолько сильно было беспокойство. Сайрус умудрился схлопотать магическое истощение, и чем быстрее он окажется на территории Хогвартса, тем больше шансов, что не пострадает магическое ядро. Шутка ведь — ребёнок не только призвал Патронуса (невероятно!), но и ещё при этом умудрился спасти геройскую тушу (это точно семейное), используя магию без палочки. Поэтому, как только он донес Сайруса в больничное крыло, то тут же закрыл дверь перед носом двух подростков и принялся спасать жизнь своего сына (даже в мыслях это звучало ужасно). Три часа Снейп боролся с тем, чтобы его ребёнок не покинул этот мир. В какой-то момент у Сайруса остановилось сердце, и в этот миг Снейп не думал о последствиях — он, вспомнив старые "добрые" времена, применил Круцио к Сайрусу. Это помогло запустить сердцебиение, и после еще пары флаконов с живительными тониками (не зря караулил феникса) гриффиндорец уже не выглядел так, будто вот прямо сейчас покинет этот бренный мир. Устало выдохнув и набросив сигналку на койку Сайруса, он тяжело, как древний старец, опустился на стул для посетителей. За ширмой, которую он благоразумно установил, в этот момент суетилась Поппи, ухаживая за квиддичистами. Обыкновенная рутина после каждого матча, но сегодня у неё было особенно много работы. Уж пару десятков Бодроперцового она убила на этих остолопов, плюс к этому некоторые дети схлопотали нервный срыв — дементоры своим присутствием никого не оставят равнодушным, к этой мысли он пришел после недолго пребывания в Азкабане. Северус покачал головой и отложил плохие мысли в сторону, ему еще предстоит много работы. — Не смей меня больше так пугать, Сайрус. — пробормотав это почти неслышно, Снейп встал с места и, окинув взглядом парня еще раз, вышел за ширму. На него уставилась сладкая парочка Уизли и Грейнджер, которые как раз находились рядом с бессознательным Поттером,но он их проигнорировал и направился в подземелье. Все превратилось в бесконечный поток простуженных, покалеченных и морально травмированных детей. Снейп непрерывно варил зелья в трех котлах и через домовиков передавал всё медведьме. Эта работа помогала не думать о скорой расправе над маленьким оленем, в особо жестокой форме. Как только огонь над котлами погас, Снейп направился в свои покои. Мимо проходящие школьники, только завидев профессора, в ужасе расходились в сторону, настолько он выглядел угрожающе. Стремительно, словно в полете, он преодолел расстояние до своих комнат и, быстро зайдя внутрь, с силой хлопнул дверью. Зельевар пару минут стоял неподвижно, как вдруг резко развернулся и стал крошить магией всё пространство, до которого мог дотянуться. Это буйство продолжалось не очень долго — минималистичный интерьер не давал маневра для того, чтобы выпустить пар. И пока Северус пытался отдышаться после вспышки агрессии, камин вспыхнул, и оттуда степенным шагом вышел директор в своем неизменном стиле (желтая мантия с уточками цвета фуксии), который мало кого оставит равнодушным. Снейп, находясь на поводке уже тринадцать лет, не обманывался внешним видом Дамблдора, он знал старикашку достаточно хорошо и решил принять вид безучастный и невозмутимый. Жаль только, не успел привести всё в порядок, будут вопросы, но он это переживет. — Мальчик мой, у тебя всё хорошо? Выглядишь неважно, — Дамблдор покачал головой, оглядывая пространство вокруг. — Но ничего, это дело поправимое, — пожилой чародей жестом фокусника извлек палочку из рукава и взмахнул ею, после чего вся мебель восстановилась и заняла свои привычные места. — Всё в порядке, Альбус, это несущественные мелочи, — Снейп невозмутимо посмотрел на директора и пошел в сторону кресла. Пока он присаживался, директор трансфигурировал лист бумаги в золотой трон, позвал домового и заказал чай со сладостями, которые Снейп терпеть не мог. — Раз так, то хорошо, — Альбус благодушно покивал и, примостившись на стуле, пригубил чай, заедая всё клубничным джемом. После недолгого молчания он продолжил: — Я по поводу Гарри. Северус чуть не застонал. — Что конкретно вы хотите ? И так понятно, что этот наглый сопляк не дает мне покоя уже который год, — он выдохнул, раздражённо скривившись. — Разве что в этом году он притих, и есть проблеск надежды, что пустая голова еще может что-то усвоить. — Да? Удивительно услышать от тебя такие слова, — Дамблдор с доброй усмешкой покивал и принялся за масляный торт со сливками. — Я имею в виду, что тот мальчик, Скотт, имеет на него определённое влияние. После этих слов внутри Снейпа всё замерло. Так хотелось, чтобы директор даже не смотрел на Сайруса, а лучше, если бы вообще не замечал, но его сын слишком непоседливый — это огорчало. — К чему вы клоните, директор? — Северус выгнул бровь и уставился на старика в ожидании. — Я попросил своего знакомого узнать о ребенке побольше, всё-таки целый Мастер, да еще и несовершеннолетний, и знаешь, что удивительно? — Альбус оторвал взгляд от сладостей, которые в данный момент выбирал следующими на очереди, — Он будто призрак. Ни свидетелей, ни прошлого, прямо чистый лист. Поэтому мне бы хотелось попросить, чтобы ты приглядел за ним, всё выглядит слишком подозрительно. Тебя же это не затруднит? Альбус хмыкнул и в ожидании посмотрел на мужчину. — Нет, нисколько, — Снейп скрипнул зубами и посмотрел на огонь. — Вот и славно, вот и чудно, — Альбус проворно, для своего возраста, встал и, не оборачиваясь, ушел камином. Северус поднялся с места и стал ходить туда-сюда. Чёртовы Поттеры, что первый, что второй, никогда не дадут ему покоя. Все неприятности из-за них.