Хэштег: ForeverStiles

Дэнни / Стайлз NC-17 ПВП, первый раз, повседневность, романтика Предупреждения: бож, 5 страниц потр*хулек =_\       — И какая муха меня дернула согласиться?! — тяжело дыша, еле проговорил Стайлз, ощущая пока еще неприятное натяжение мышц внизу.       — Та же, что заставила меня предложить, — Дэнни сам сбил дыхание, глядя на дрожащего и почти трясущегося одноклассника перед собой.       Они были дома у Махилани, в запертой комнате, с зашторенными окнами, на мягкой кровати, и Стайлз стоял в коленно-локтевой, раскрываемый членом Дэнни.       Покосившись друг на друга еще в раздевалке для мальчиков, они каким-то образом договорились о встрече после школы, которая имела одну цель. Ну, может и две. Да, пожалуй, их было две: лишиться девственности и не умереть.       И Дэнни, как самый настоящий друг...друга...друга, предложил свою помощь и всего себя. Стайлз заскочил домой затем, чтобы вымыться и как следует привести себя в порядок. Перед этим он активно и в кратчайшие сроки изучил то, что требуется, для мужского соития, что заставило его проторчать в ванной гораздо дольше обычного. Если бы отец был дома, он бы заподозрил что-то неладное, но это была бы уже другая история.       А в этой Стайлз на совесть вымылся, не оставив грязным ни один уголок своего юного мальчишеского тела, и, предупредив Махилани, завел джип, чтобы отправился на встречу.       Парень встретил гостя со смущенной улыбкой с ямочками на щеках и пригласил войти, повествуя о том, что его родителей дома нет. Стайлз кивал и пытался утихомирить пульс, резко скакнувший от ощущения неизбежно приближающегося не возврата.       В комнате они оба разделись до нижнего белья, и Стайлз решил уточнить:       — Ты…уже когда-нибудь?..— он не договорил, но Дэнни понял.       — Да…было дело, — он снова улыбнулся, пытаясь не казаться здесь плохим парнем.       — С парнем или девушкой?       Дэнни на него многозначительно посмотрел, и Стайлз пожал плечами.       — Ну ты прости, если что, — он сел на покрывало, потирая шею, — я в этом новичок.       — Ничего, я тебе подскажу. Если что.       Дэнни подошел к нему, опускаясь рядом на кровать и, положив свою руку на руку Стайлза на шее и убрав ее, потянулся за поцелуем.       Вот уже поцелуи Стилински были не в новинку, но все равно этот было очень необычным. Так ново, дико и смущающе. Губы Дэнни были хоть и нежными, но напора в них было гораздо больше девчачьего, что заставило вселенского девственника что-то неразборчиво промычать прямо в открывшийся рот одноклассника.       — Открой рот, — прошептал тот, поглаживая скулу Стайлза, и запустил язык в тотчас же разошедшиеся губы.       Дэнни чуть приблизился, касаясь локтем груди Стайлза и слегка надавливая своим телом его, и Стайлз медленно, но верно оказался лежащим на покрывале. Руки Дэнни беззастенчиво кружили по телу под собой, лаская, оглаживая, сжимая кожу так, чтобы касания не казались монотонными.       Стилински был совсем не против оказаться снизу, тем более, что Махилани явно знает, что делать. Где-то внутри трепетало осознание того, что, черт побери, страшно, и живот скрутило от внутренней непривычной пустоты, но действия Дэнни и его божественные поцелуи приносили необходимую уверенность, а следом за ней и удовольствие.       Член Стайлза предательски выпирал из-за ткани свежего белья, окропляя его пятнами влаги, предвкушая опытные отточенные движения на себе, но Дэнни пока его обходил стороной, словно нарочно, задерживаясь на сосках, сам про себя проверяя чувствительность Стайлза.       Розовая кожа на них погрубела, превратившись в эрогенную зону Стайлза впервые в жизни, словно до этого его неправильно включали, а сейчас вот все сделали правильно, и он заработал на славу. Парень закусил губу, стесняясь реагировать открыто и так, как того просит само тело, но от его одноклассника это не укрылось, и, торжествующе улыбнувшись, Дэнни приблизился к соскам губами, влажно вылизывая и посасывая каждый.       Эти эротичные звуки и вид усиленного работающего Дэнни навалили на Стайлза новую волну возбуждения, из-за которого на лбу и висках уже проступил пот, а член полностью встал, силясь вырваться из хлопчатобумажного плена.       — Дэнни, — простонал он, откидывая голову на подушку и зажимая рукой плечо партнера.       Дэнни приподнялся, ошарашено вглядываясь в розовощекое лицо перед собой, и двинулся бедрами, притираясь стояком к стояку. Это заставило гулко выдохнуть их обоих, запустив часовой механизм удовольствия в телах. Дэнни сделал толчок снова, получая терпкое наслаждение от неточного касания. Стайлз благодарно заелозил, забывая о том, что это только прелюдия, что будет что-то помощнее.       Если уж говорить о мощности, то ее в сложении голкипера Бикон-Хиллских Циклонов предостаточно. Махилани даже подумать о себе в нижней роли не давал, а то, как он превосходно обращался с сразу же обмякшим телом под собой, отметало мысли о позиции вратаря как… «вратаря» со стопроцентной уверенностью.       К слову сказать, Дэнни мог играть во все ворота, но открывающийся и предлагающий себя озорник Стайлз, сам того не ведая, добавил ложку самоуверенности в бочку полную ласки и заботы Дэнни.       — Перевернись, — почти прошептал Махилани, запуская руку между покрывалом и спиной Стайлза, приглашая следовать своим словам.       Стилински перевернулся на живот, встречаясь лицом с подушкой, пропахшей хозяином комнаты, и это придало новых сил стояку Стайлза, задавая пульсацией во всем стволе новый ритм.       Стайлз глубоко задышал ртом, повернув голову набок, хватая подушку руками с двух краев. Теперь он не видел, что собирался делать Дэнни, и это как-то заново напугало сына шерифа, готовящегося к опасности в любой момент.       Каким-то образом это почувствовав, Дэнни осторожно провел рукой по спине одноклассника, сверху вниз, следуя к напряженным бедрам, задерживаясь на пояснице и поглаживая ее, одной рукой задевая поджарый живот. Затем он последовал этой рукой ниже, залезая под белье, чувствуя влажный член, предвкушено дергающийся на каждый неровный вздох Стайлза.       С другой стороны тела Стилински Дэнни оглаживал одну из ягодиц, большим пальцем пробираясь все дальше к центру, массируя и нежно надавливая. Стайлз не мог этого не чувствовать. Не мог не опасаться и не стесняться, но он тут же взял себя в руки, вспомнив, что на кону не только его девственность, но и целая жизнь!       Следуя этой волне, Стайлз сосредоточенно засопел, приподнимая бедра и как бы давая зеленый свет однокласснику. Но, кажется, Дэнни увидел только красный, как бык, углядевший свою погибель на корриде. Он отчаянно простонал, зная, что чертов Стайлз еще не готов и будет до конца жизни его ненавидеть, если он сделает все неправильно.       — Стайлз, ты…! — он оборвал свое негодование, лишенное смысла сейчас и потом, потому что нельзя терять время, нужно скорее погрузиться, окунуться, забрать себе и самому полностью отдаться.       Пальцы тотчас юркнули под резинку трусов, вконец освобождая от них бедра Стайлза, заставляя сползти по длинным и худым ногам, исчезнуть за пределами полутороспальной кровати. Дэнни с удовольствием увидел перед собой мальчишечьи ягодицы, не похожие на округлые девичьи, но гораздо более натренированные и упругие, и между ними точно было божественно узко и хорошо.       Дэнни тотчас же облизнул пальцы и запустил их между половинок, касаясь нежных мышц, покрытых юным пушком. Это заставило Стайлза вновь приподнять бедра, а потом и вовсе встать на колени, прогибая спину так, что там явно что-то хрустнуло, напоминая игроку в лакросс, что все его тренировки и усилия быть в команде хоть кем-то идут крахом, потому что его может подкосить даже секс.       Стайлз хотел посмеяться этой мысли, но вместо этого он протяжно замычал в подушку, попавший врасплох протискивающимся внутрь пальцем. Пока он был недостаточно влажным, но хозяин комнаты уже заготовил лубрикант, появившийся из-под матраса, и сейчас поливал им ложбинку парня перед собой.       На зад Стайлза полилось что-то склизкое и холодное, настолько непривычное, что он еле сдержал себя, чтобы не оттолкнуть возмутителя какого-никакого спокойствия и не сбежать. Дэнни подхватил крупную каплю пальцами и направил ее внутрь кольца мышц, в этот раз без проблем вторгаясь в тесноту.       Пропустив вдох, Стилински подался вперед, избегая вторжения, пытаясь убежать, но поглаживания по пояснице его немного успокоили, как и голос Дэнни:       — Все в порядке, ш-ш-ш, — одноклассник держался молодцом и говорил спокойно, успокаивающе, хотя самого возбуждение переполняло аки взболтанную бутылку колы — пузырьки, — скоро будет приятно.       Стайлз остался на месте, позволяя парню чуть сильнее вставлять палец, а затем и пальцы, покрытые согревшимся гелем.       Его возбуждение спало, дышал он более методично, но это не дало голкиперу усомниться в своих действиях. Ведь он знал, как бывает и что нужно делать. Махилани чувствовал раскрытый проход, его возможность и готовность. Он и сам уже подустал, остывая, хоть и забывая о своем состоянии и отдавая все внимание подготовляемому Стайлзу.       Некоторое время Дэнни пытался найти заветную точку внутри Стилински, вертя пальцами и сгибая их по направлению к опустившемуся члену, но когда он ее нашел, Стайлза будто током прошибло, так сильно он дернулся, подавившись вдохом.       Дэнни триумфально заулыбался, играя ямочками, и задвигал пальцами по тому же принципу, явно ощущая под подушечками заметный бугорок простаты.       Стайлз от этого совсем обессилил, завалившись грудью на покрывало, открывая рот и шумно дыша, словно поддакивая движениям внутри.       Так просто из непонятных телу и тем более мозгу забав получился настоящий костер желания. Стайлз сразу же захотел больше и сильнее. Чтобы партнер надавил, прошелся чем-нибудь крепким туда и обратно, чтобы бил в эту точку часто и долго, чтобы это никогда не кончалось.       И Стайлз почувствовал, что все сейчас кончится. Он задышал быстро-быстро, зажмуриваясь и сильнее стягивая наволочку, неосознанно сжимая мышцы вокруг трех пальцев Дэнни. И тут Махилани прекратил.       За своим сбившимся дыханием было трудно заметить такое же за своей спиной, но Стайлз услышал его. Он слышал, как Дэнни поверхностно дышит, явно возбужденный донельзя, как одноклассник снимает с себя белье, как разрывает упаковку презервативов, как он надевает один на себя, другой на него — уже ощущая, — а затем откупоривает баночку со смазкой.       — Ты собираешься…? — спросил Стилински чуть слышно, хрипя и едва не срываясь на кашель.       — Да…ты готов? — нетерпеливо проговорил Дэнни, отмечая про себя, в каком именно месте партнер так трепетал за мгновение до этого.       Стайлз не успел ничего сказать, как почувствовал у своего раскрытого прохода латексный кончик, а затем и что-то побольше и потверже. Он снова прикрыл глаза, делая глубокий вдох и устраиваясь на локтях удобнее.       — Давай, — в своей командной манере сказал Стайлз, чувствуя нетерпение Дэнни уже физически.       Дэнни послушный мальчик. Он сразу же толкается внутрь, распирая сжимающиеся стенки собой, приглушенно скуля. В то же время Стайлз неосознанно закрывается, становясь вновь тугим, но вратаря это не останавливает. И хоть удовольствие уже окрашено неудовлетворительной болью, он продолжает продвигаться вперед, желая войти до конца, до основания.       Когда Махилани останавливается, Стайлз чувствует каждую венку и каждую пульсацию внутри, ведь Дэнни заполняет его собой, полностью врастая и идеально складываясь в общую картину.       Они перебрасываются парочкой фраз о начале всего этого безумства, и Дэнни, добавив геля, начинает новые движения, рассчитывая приручить неукротимого Стилински как можно скорее.       Сын шерифа опускает голову к предплечьям, сжимая веки и все свои пальцы, мышцами пуская волну по всему телу. И Дэнни чувствует, что внутри эта волна захватила и его и понесла, накрывая с головой и грозясь прервать дыхание.       Стайлз продолжает сжиматься, но после еще нескольких медленных толчков он неосознанно расслабляет сфинктер ануса, как и все остальные свои части тела, поднимая голову и шумно вдыхая носом воздух.       Ощущения Махилани тут же перерастают в новый раздел под названием «офигенно», и он дает заду Стайлза больше и мощнее.       Подростки уже переступили черту первого раза и сейчас граничили с первобытностью, отдаваясь рефлексам и желаниям тел. И когда Дэнни, свободно скользящий внутри, охватываемый Стайлзом идеально, позволил себе слегка поменять позицию, Стайлз вскрикнул, охая и остаточно кряхтя. Даже его знаменитый речевой поток смог прерваться и не возникнуть в этот момент, а так многое ему хотелось сейчас сказать. Прорычать.       Но Дэнни, а точнее его член, проходящийся прямо по простате, не переставал двигаться внутри, каждым движением создавая хаос, накапливая энергию, как атомный реактор. Парни уже не могли остановиться, а Стайлз уже едва не вслух молил одноклассника быстрее и сильнее.       Сколько бы он ни двигался внутри, Стайлзу было мало, он хотел еще и начал сам подаваться навстречу бедрам Дэнни, сжимаясь и иногда покручивая задом, увеличивая контакт.       Так еще долго могло продолжаться, вернее, Стилински этого желал, громко и рвано дыша, стоная, но он ощутил прилив теплоты к своему члену и опустил обе руки к нему, оставаясь лбом в подушке. Странная чесотка окутала весь ствол, словно пытаясь вылезти наружу, но не имея возможности. И Стайлз, схватив обеими руками член и мошонку, принялся дрочить, помогая себе, идя на поводу у собственных ощущений.       До Дэнни ему уже не было дела, с обеих сторон — в него и из него — шел жар, обволакивая каждую конечность, заставляя мозги плавиться и легкие пропускать стоны наслаждения.       И Стайлз безоглядно шел к краю, из последних сил двигая руками под собой, сжимая кожу и свои мышцы ануса, выкрикивая:       — Кончаю! Кончаю! Дэнни, я сейчас кончу!       На что с превеликим удовольствием Махилани выстонал: «Я тоже» и принялся усерднее толкаться в зад своим чуть не взрывающимся членом.       Оргазм настиг Дэнни первее, заставляя сразу же замедлиться и с шлепком мощно войти до основания, разливаясь, хватая за мышцы и внутренности своими цепкими объятиями. И Стайлз ощутил внутри на секунду изменение, словно в нем что-то появилось чужеродное, теплое и скользкое, а в следующее мгновение он, дернув рукой в последний раз, сам зашелся в экстазе, цепляя не слушающимися пальцами свой член так, как было приятнее всего.       Механически продолжая двигаться внутри, Дэнни поглаживал тело под собой, благодаря, осторожными касаниями одаривая нежностью первый раз Стайлза, который еле держался на коленях, чувствуя убийственную мягкость во всем теле и словно бы таинственное тянущее ощущение наполненности.       Опыт Махилани стал для Стайлза очень и очень полезной вещью. И потрахались, и спасли кому-то жизнь. Ну, не кому-то, а именно Стайлзу. Он очень переживал из-за всей этой ерунды с человеческими жертвами.       Он почувствовал внутри новые движения и поморщился, но Дэнни вышел из него, громко выдыхая, снова принимаясь гладить спину Стилински. Тот рухнул животом на кровать и тотчас перевернулся, укладывая руки на лицо, вытирая его тыльными сторонами.       — Это было круто.       Внутри — не там внизу, в груди, — все тряслось, будто бы от басов мощного сабвуфера. Такой оргазм был для него в новинку. И он трижды подумает, прежде чем отказываться в следующий раз.       — Я знаю.       Ямочки на щеках Дэнни словно были в два раза ехиднее обычного, и Стайлз, украдкой взглянув на одноклассника из-под рук, засмеялся сам, оттого насколько помощь была полезна аж всем сразу.