Beyond

«Всё-таки ужастиков нужно было меньше смотреть», - в который раз говорит себе Чимин. За окном давно ночь, дисплей телефона высвечивает начало третьего. Решение о посиделках у камина в последний момент было отменено, потому что после нескольких часов уборки все хотели умыться, поесть и лечь отдыхать. Поэтому уже к полуночи все разбрелись по своим комнатам. Чимин, занявший крайнюю к лестнице вниз комнату слишком поздно заметил, что она рассчитана на одного человека. Сокджин и Намджун вместе расположились в комнате напротив, где было две кровати. В следующей комнате расположились Чонгук и Тэхён, а дальше по коридору, в самом конце почти была ещё одна комната, которую заняли Юнги и Хосок. - Что-то не так, Чиминни? – елейно пропел Чонгук, проходя мимо застывшего перед входом в комнату Пака. - Нет, всё нормально, - отозвался тот и зашёл внутрь, закрывая за собой дверь. Только издёвок острого на язык мелкого ему не хватало. Вот только ни черта нормально не было. Потому что этот холодный дом Чимину не нравился, потому что скрипящие половицы вызывали дёрганье глаза, потому что в комнате было всё так же пыльно и мрачно, ведь убирались все внизу, где будут проводить большую часть времени. Взгляд скользит на стену, где от выключателя тянутся прикреплённые к стене провода к светильнику. Чимин сначала думал, что здесь ни электричества, ни трубопровода, но нет, всё оказалось цивильно. И тем страннее было, потому что кто бы стал так заморачиваться обустройством дома, находящегося в глубине леса, где даже сеть не ловит? Это же ужасно дорого и затратно в целом. Рука, потянувшаяся к выключателю, повисла в воздухе. Чимин живо представляет, как с улицы кто-то наблюдает за его силуэтом в залитом светом окне, и темнота становится как-то роднее. Разыгравшееся воображение ни на секунду не затихает, и парень решает побыстрее спрятаться под одеялом. Постель выглядит крепкой и чистой, это удивило бы с учётом бардака вокруг, но Хосок не так давно говорил, что пожилая хозяйка дома сюда приезжала специально, чтобы хотя бы немного порядок навести. Кутаясь в одеяло и посылая маме лучи любви за уложенную на дно сумки пижаму, Чимин потянулся было к наушникам, но в последний момент остановился. Так в ужастиках тоже бывает, когда жертва из-за музыки не слышит приближение опасности. «Я и без музыки быстро засыпаю», - подумал парень и закрыл глаза. Вот только не вышло. Сонливость и усталость есть, под одеялом тепло и уютно, глаза вроде как закрываются, а уснуть не получается. К тому времени, как часы показывали около четырёх утра, Чимин пребывал в полудрёме, желая наконец-то уснуть, и даже начало получаться, Морфей протянул к нему свои лапы, но тут за окном раздался вой. Липкая плёнка пота тут же окутала всё тело, сонливость исчезла, и Чимин распахнул глаза. Взгляд судорожно метался по комнате, по силуэту шкафа в углу, стола и стула, по тумбочке и стене. А после вой повторился, и парень сжался всем телом, опасливо косясь на окно. А за ним – лес. Чёрный непроглядный лес, по земле которого стелется туман из-за сырости. Воображение тут же начинает пошаливать, парню кажется, что температура в комнате падает на пару градусов, что воздух наполняется запахом прелой листвы, влажного льда, какой бывает только когда температура скачет, и вокруг то слякоть, то гололёд. Что через старую деревянную раму, окрашенную тёмно-зелёной краской, просачиваются белёсые струйки молочного воздуха, который всё ближе подкрадывается по полу к кровати Чимина. «Глупости это всё», - успокаивает сам себя Чимин, стараясь не обращать внимания на быстро бьющееся сердце. Вот только не получается, потому что вой становится громче, потому что ноги от страха заледенели, потому что в коридоре вдруг начинает скрипеть пол. Разумеется, это кто-то из ребят, может быть Шуга посреди ночи покурить захотел, вот и решил спуститься вниз, чтобы Хосоку спать не мешать. Вот только чем ближе скрипы, тем сильнее трясётся Чимин. К чёрту всё, да, он трусишка, да, после ужастиков он стал ещё более пугливым, но что поделать? Не львиное у него сердце, а человеческое, слабенькое и маленькое. И когда пол скрипит совсем рядом с его дверью, Чимин и вовсе накрывается с головой одеялом, подтягивая ноги к груди. Детская вера в то, что одеяло защитит от всех монстров и чудовищ, всё ещё живёт в душе, хотя Чимину давно уже не пять лет. - Эй, Чимин, спишь? Из-за противного писка в ушах Чимин даже не сразу осознаёт, что в дверь кто-то негромко постучал, что голос принадлежит Юнги. Вот уж Мин-то всегда знал, что каким бы крутым Чимин не пытался казаться, а на кроватку-то с разбега запрыгивает, чтобы подкроватный монстр не успел за ногу схватить. Радостная улыбка появляется на лице, и Чимин тут же спихивает с себя одеяло, выпутываясь из кокона и спрыгивая с постели. - Не сплю, хён! Радости в голосе как у маленькой девочки, которой мама наконец-то купила куклу-русалку, у которой, если на кнопку нажать, хвост светится. Подбежав к двери, Чимин дёргает её на себя и тут же замирает. Улыбка вмиг испаряется, а по позвоночнику пробегает дрожь. За дверью никого нет. Лишь темнота, крутая лестница, ведущая вниз, и звенящая тишина. - Юнги-хён? – жалобно и как-то жалко зовёт Чимин, делая шаг за порог. - Что? Сердце определённо пропускает удар. Подскочив на месте, Чимин огромными глазами смотрит на Юнги, который стоит внизу у подножия лестницы и смотрит на него со вскинутой бровью. В руках у парня мобильный, которым он подсвечивал себе путь, а на плечах – куртка. - Хён, ты меня напугал. Не делай так больше, ладно? Ты чего не спишь в такое время? Со страху Чимин даже не заметил, как начал тарахтеть, так ещё и голос на старшего повысил. Спустившись вниз, парень осмотрел хёна и заметил в его руках пачку сигарет. - Курить вредно. - Так я на улице покурю, а то Сокджин опять будет ныть, что дымом воняет. Вот же принцесса, - фыркает Юнги и уходит в коридор. Чимин идёт следом, а после щёлкает в голове воспоминание, и он хватает Шугу за запястье. - Нельзя на улицу, я вой слышал. Вдруг там волки где-то поблизости? - Глупости. А если боишься за меня, так пошли вместе. Чимин думает о том, что двум кускам мяса голодные хищники будут только ещё больше рады, но послушно возвращается в комнату, накидывая на плечи куртку. А когда спускается вниз, то понимает, что Юнги без него ушёл. Теперь страшно уже было за друга, а потому Чимин тут же выскочил за порог, замирая на лестнице, ведущей с веранды вниз. Вокруг было темно, холодный ветер тут же принялся пробираться под одежду, но волновало Чимина не это. Волновало Чимина отсутствие Юнги. - Хён, ты где? – позвал негромко Пак, спускаясь с лестницы и осматриваясь. Но в ответ лишь тишина. - Хён, не смешно! Да, совершенно не смешно. Потому что вокруг чёртов лес, где-то поблизости шастают хищники, а Юнги приспичило в прятки поиграть. Но без хёна вернуться в дом ещё страшнее, ведь дверь нужно закрыть на замок, а как же хён тогда войдёт? Не ждать же его на полу в коридоре? Чертыхаясь, Чимин натягивает на голову капюшон и решает обойти дом. Хён не мог спрятаться где-то далеко, просто потому что ему лень было бы в это «далеко» идти. Но как только круг сделан, а Юнги не найден, Чимин начинает нервничать сильнее. Взгляд цепляется за пристройку, о которой Намджун говорил. Ветхое здание, напоминающее гараж ну или маленький домик. Чимин не думает, что Юнги стал бы там прятаться, да и вообще играть в прятки посреди ночи, но чем чёрт не шутит? - Хён, вот я найду тебя и не посмотрю на твой возраст, так врежу, надолго запомнишь, - шипит сквозь зубы Чимин, направляясь по заросшей дорожке к мрачному домику. Он почти доходит туда, когда слышит окрик и оборачивается. Возле угла дома стоит Сокджин и машет ему рукой. Надеясь, что хён нашёл и Юнги, Чимин почти бежит обратно. И как только замирает возле Джина, тот отвешивает неслабый такой подзатыльник. - Ты с ума сошёл ночью шляться по лесу? А если бы что-то случилось? – громко ругается Ким, хватает за руку и тащит обратно в дом. Чимин не сразу собирается с мыслями, считая летающие звёздочки перед глазами после удара, и в себя приходит лишь, когда Джин дверь входную запирает на щеколду замка. - Хён, постой! Там Юнги-хён где-то, - говорит Чимин, и Джин фыркает. - Очень смешно. Юнги твой в кровати своей спит без задних ног, опять с Хосоком до последнего рэп свой писали. Я пить захотел, а бутылка пустая, Намджун всё выхлебал, засранец. Вышел, а у тебя дверь распахнута, тушка твоя в постели не лежит. Решил на всякий случай сначала у ребят в комнатах посмотреть, вдруг к кому ушёл, так нет же. Все на своих местах, и только тебя нет. Ты хоть знаешь, как я испугался, когда в доме тебя не нашёл, а дверь открытая оказалась? Если ты во сне ходишь, то предупреждать о таком надо, я тебя к кровати буду привязывать или на ключ запирать в комнате. Вот же… Продолжая ругаться, Сокджин уходит на кухню, а Чимин так и остаётся стоять в коридоре, смотря пустым взглядом в стену. Хён спит? То есть это не он в дверь стучал, на улицу звал? То есть Чимину всё это просто привиделось, приснилось? Но… Так ведь не бывает, это было слишком реально, да и не страдает Чимин никаким лунатизмом. Какого чёрта вообще? - Спать иди, сейчас же, - припечатывает возвращающийся обратно в комнату Сокджин. И Чимин идёт. Поднимается по лестнице, заходит в свою комнату, закрывая её за собой. Взгляд цепляет маленький ключик, вставленный в скважину. За окном воет ветер, темнота кажется липкой, и Чимин всё-таки проворачивает ключ, запирая дверь. Скидывает куртку, ботинки и юркает в постель, накрываясь с головой одеялом и жмуря глаза. Неважно, что это было. Нужно просто уснуть, а потом будет утро и шумные ребята рядом. Утром всё будет хорошо.

***

- Нужно придумать, что будем делать. В конце концов, нам здесь куковать две недели. Я уже умираю без интернета, так что вам лучше поторопиться, иначе я начну свои приставания, - монотонно выдыхает Тэхён, осматривая друзей. - Хён… - начал было Чонгук, но… - Молчи. Жалкая попытка провалилась, так и не начавшись, а потому Чонгук смирился с тем, что сидит у Тэхёна на коленях. И с тем, что хён его обнимает так крепко, что лёгкие колет от недостатка воздуха. И с тем, что эти самые приставания, которыми Ким угрожал, уже начали воплощаться в жизнь. Впрочем, не так уж и плохо находиться в объятиях любимого хёна, а потому Чонгук ёрзает, устраиваясь поудобнее, и замирает. - Я вообще хотел здесь всё исследовать, интересно же. Да и тётушка, которой принадлежит этот дом, сообщила, что в пристройке много чего интересного хранится, - заявил Хосок, светясь энтузиазмом. - То-то Чимин туда решил залезть. Только можно было и днём это сделать, - заявляет недовольный ночной выходкой младшего Сокджин, разливая кипяток по кружкам с чаем. - Чтобы Чимин и ночью пошёл куда-то? Да он бы и в туалет не вышел, - усмехается Юнги. Чонгук тут же поддакивает и смеётся, потому что всегда знал о трусости Чимина, как бы тот не пытался её скрыть. Встрепенулся и Тэхён, потому что: - И ты не позвал меня? Ну и что ты за друг после такого? - Это было опасно. С тобой могло случиться всё, что угодно. Да и кто знает, в каком состоянии это помещение? Может быть, тебе бы крыша на голову рухнула сразу же, как ты зашёл, - качает головой Намджун. Чимин осматривает друзей и сказать ничего не может, хотя негодование душит изнутри и пинает по печени, нашёптывая на ухо «скажи, скажи, скажи». Но Сокджин и Намджун солидарны в своём «ты мог пострадать», Хосоку никакого дела до причуд младшего, Юнги так и вовсе всё ещё не проснулся, хотя уже ныл о том, что не курил вечность. На робкое «ночью же курил» от прощупывающего почву Чимина Юнги лишь фыркнул и «ага, как же, с Хосоком покуришь, он бы меня в окно выкинул». После этого ничего говорить уже не хотелось. - А давайте к вечеру костёр разожжём? – подал голос Чонгук. – А что, можно будет на улице расположиться, если дождя не будет. Джин-хён мясо пожарит, а Юнги-хён знает много жутких историй. Классно будет. - К вечеру можно, - согласился Намджун. – А сейчас что будем делать? - Я в пристройку, - заявил Хосок. - Я с ним! И Гукки тоже, - за двоих ответил Тэхён, прижимаясь щекой к щеке Чонгука и довольно жмурясь. - Намджун, ты обещал мне машину брезентом накрыть, иди, - выгнал друга Сокджин, а сам начал копаться в шкафчиках в поисках чего-то ему одному нужного. Чимин уходить не спешил, потягивая тёплый чай и смотря в окно. Сегодня погода порадовала, пусть и холодно, но солнце выглянуло, и неприветливый лес уже не казался таким уж жутким. Сокджин хлопотал у плиты, что-то проверяя, подсчитывая и распаковывая одноразовую посуду. Юнги устроился на диване, как только Чонгук с Тэхёном унеслись собираться, и довольно покачивал головой в такт музыке, играющей в наушниках. Никаких больше странностей, ничего, что могло бы напугать или заставить нервничать. Тихо и спокойно. Тёплый жасминовый чай успокоил нервы, и Чимин даже улыбнулся, чувствуя спокойствие. - Пойду погуляю. Далеко уходить не буду, - сказал он и поспешил в комнату за курткой. В лесу действительно было теперь не так уж и страшно. Затянув поплотнее шарф, Чимин шёл по давно заросшей, но всё равно видимой глазу дорожке, желая узнать, куда же она ведёт. Вокруг дома вообще было довольно много тропинок, каждая из которых терялась где-то в глубине леса. Чимин решил, что прогуляется по каждой, чтобы удовлетворить распирающее любопытство. Была только одна проблема – промозглая сырость и размякшая земля, в которой увязали подошвы. А ещё странное чувство, нарастающее с каждым новым шагом прочь от дома. Словно что-то плохое должно случиться. Но что может случиться? Разве что волк выскочит из-за кустов, но это же просто смешно. Впрочем, после того, что произошло ночью, не так уж сильно Чимину хочется смеяться, а потому парень почти поворачивает назад, когда вдруг замечает впереди открытый участок. Решив, что такой путь был пройден не зря, Чимин спешно идёт вперёд и вскоре выходит к колодцу. Обычный каменный колодец, старый и поросший мхом. Почва вокруг влажная, видны лужи воды, которые не впитываются, да и в целом островок с колодцем напоминает миниатюрное болото. Но Чимину интересно, Чимин осторожно пробирается по редким кочкам ближе и, опираясь ладонями о ледяной влажный камень бортика, заглядывает внутрь. Где-то не так уж и глубоко внизу плещется вода, в ней отражаются лучи солнца, заливающие поляну. «Наверное, раньше, когда в доме не было трубопровода, жильцы пользовались этим колодцем. Или где-то была деревенька небольшая, вот сюда и ходили», - думает Чимин, вглядываясь в своё размытое отражение метрах в четырёх ниже. В следующий момент Чимин лишь успевает увидеть мелькнувшую тёмную макушку в отражении, а после чувствует сильный тычок в спину. Вскрик рвётся из горла, а ладони проезжаются по бортику, соскальзывая. Понимая, что сейчас просто свалится в богом забытый колодец, Чимин пытается удержаться на ногах, но корпус перевешивает. Каким чудом парень смог ухватиться за выступающий камень противоположного бортика, он и сам не знает. Цепляясь за него руками, чувствуя, как ломаются ногти на пальцах, как раздираются ладони, принося жгучую боль, видя сквозь пелену слёз стекающую кровь, Чимин пытается не делать резких движений, понимая, что одно лишнее, и ему конец. Даже если он не свернёт себе шею при падении, то там может быть глубоко, а плавать он не умеет. Утонуть, захлебнуться – даже думать об этом страшно. Тяжело выдохнув ртом, потому что нос забит, Чимин медленно подаётся корпусом назад, а после резко отталкивается руками, заваливаясь при этом на бок. В итоге парень упал на землю, вода тут же начала впитываться в одежду, а грязь – марать и одежду, и лицо, и волосы. Приподнимаясь на слабых руках и шипя, потому что грязная вода и земля попали в разодранные ладони, Чимин кусает дрожащие губы до крови. Дикий запоздалый страх затапливает сознание, перед глазами всё мутное от слёз, боль пронзает руки и бешено стучащее сердце, холод с радостью принимает в свои объятия застывшее тело. Его трясёт, ноги не слушаются, подняться не получается. Притянув колени к груди, Чимин обнимает их руками и утыкается лицом в подранные в коленях джинсы. Камни острые, словно их специально затачивали, с лёгкостью пропороли ткань, царапая и кожу. «Какого чёрта это было?», - проносится в голове, и даже внутренний голос дрожит. Чимин точно помнит чужое мелькнувшее отражение, помнит тычок в спину. Его что, специально хотели угробить в этом колодце? Но кто? Зачем? Почему? Размазывая грязь и слёзы по щекам, Чимин наконец-то находит силы подняться и оглядеться. Никого рядом нет, разумеется. Но в памяти тёмная макушка, а в голове каша. И невольная мысль о том, что тёмные волосы у Чонгука и Сокджина, а ещё у Хосока и Тэхёна. Юнги только недавно блондином стал, Намджун в светло-русый выкрасился. У самого Чимина волосы красные, почти бордовые. Это было на спор, по своей воле Чимин не покрасился бы в столь вызывающий цвет. Но вряд ли кто-то из друзей желал бы ему смерти. «Может быть, я с ума схожу?», - спрашивает сам себя Чимин, пока медленно бредёт к тропинке, стараясь удержаться на шатающихся ногах. А что, вполне разумное объяснение. Сначала глюки, потом Юнги, который не Юнги, теперь вот колодец и покушение на его жизнь. Чимин не удивился бы, если бы кто-то со стороны ему сказал «да ты нагнулся слишком резко, голова закружилась, вот и навернулся». Но вокруг никого не было. И Пак на самом деле был этому рад. Потому что похожие сцены из ужастиков всплывают в голове, и там главному герою никто никогда не верит, обзывая психом и вообще запирая где-нибудь. Чимин думает о том, что говорить никому ничего не будет, потому что страшно за себя, страшно, что в дурку запихнут. А ещё внутри всё же тлеет жалкая надежда на то, что всё наладится, что всё будет хорошо, и отдых пройдёт нормально. - Чимин? О, Господи, что с тобой случилось? – в ужасе кричит Намджун, только завидев его. На крик из дома выбегает Сокджин с половником в руке, а из-за дома выскакивает Хосок с какой-то коробкой в руках. Все трое в ужасе смотрят на Чимина, а Чимин что? Чимин улыбается. Грязный, мокрый, в крови и разводах зелёных из-за мха, в порванных джинсах и пропоротой, как оказалось, на животе куртке стоит и стеснительно, робко улыбается, смотря на белые лица хёнов. - Я… Упал неудачно. Поскользнулся и упал. - Чимин? Какого… Юнги вообще-то был отправлен Чимина найти, потому что Сокджин заволновался за младшего, да и Мин без дела валялся на диване, а потому видом младшего был шокирован больше всех. Как-то не думал он, что Чимин вернётся в таком виде. А ещё в голове промелькнули варианты того, что могло случиться, почему Чимин в таком состоянии и что если бы Юнги нашёл его раньше, то всего этого можно было бы избежать. - Хён… Жалкий всхлип всё-таки вырывается наружу, и через секунду Юнги уже обнимает младшего, наплевав на собственную белоснежную куртку, которая тут же покрывается грязью и кровавыми разводами с чужих ладоней, цепляющихся за спину. - Тише, всё хорошо, - нашёптывает Юнги в чужое ухо, прижимая расплакавшегося младшего к себе. – Всё хорошо. - Юнги-я, отведи его в дом, я аптечку найду, - просит Джин и скрывается в доме. Мин тут же выполняет просьбу и тащит Чимина за собой. Самолично стаскивает с него куртку, грязную одежду и обувь, в одних трусах загоняет в ванную. Стесняться друг друга сейчас глупо, поэтому Чимин послушно садится на дно ванны, стаскивает бельё, пока Юнги настраивает воду погорячее и роется в шкафчике, куда все они сложили средства личной гигиены. Стучится Джин и просовывает руку с аптечкой, которую Юнги тут же ставит на тумбочку и раскрывает. - Чимин, где болит? Скажи мне, что нужно? - Ножницы, антисептик и бинты, пластыри. Чимин говорит негромко, рассматривает висящие на указательном и среднем пальце правой руки поломанные ногти, а после отрывает один полностью, из-за чего вскрикивает, жмурясь. Юнги оборачивается и матерится, видя заливающую с новой силой руку кровь. - Блять, ты головой-то думай! – рычит он и опускается на колени рядом с ванной. – Зажми эти пальцы в кулак другой рукой, я тебя вымою. Господи, вот угораздило же тебя. Что случилось вообще? Чимин делает так, как ему велят, и жмурится, когда хён выливает на его голову шампунь, вспенивая. - Я в лесу гулял и нашёл колодец. Любопытно было, я к нему пошёл, но там влажно было очень, запнулся о корягу ну и полетел лицом вперёд. - Прекрасно, блять. А если бы ты шею свернул? А если бы ты в этот колодец свалился? Чимин на последних словах вздрагивает, и Юнги это замечает. Мысли в голове мечатся, страшная догадка, и… - Чимин? Ты что, действительно… Твою мать. Блять. Ты без меня из дома не выйдешь больше. Чимин ничего не отвечает, закрывает глаза и почти задрёмывает, расслабляясь в чужом присутствии. Юнги рядом, Юнги защитит и позаботится. Самый любимый и родной хён рядом, всё хорошо. После помывки Мин тянет парня в комнату последнего, долго роется в его сумке в поисках чистой запасной одежды и пилит взглядом тяжёлым, пока Чимин, алея щеками, натягивает нижнее бельё, а после и остальную одежду. После этого и начинается главная пытка, потому что Юнги тщательно промывает все ссадины и порезы, бинтует и заклеивает пластырями. Антисептик жжётся, а после ещё и ноготь поломанный второй отрезали, из-за чего вновь кровь полилась. Чимину было больно, он не сдерживался, кусал губы, а по щекам катились слёзы. И Юнги не винил его, представляя примерно, как хреново сейчас после пережитого Паку. - Готово. А теперь я принесу тебе чай, а после поспишь. И ни шагу без меня никуда больше, ясно? – строго говорит Юнги и, получив кивок, уходит. Чимин сворачивается клубком на постели, накрывается одеялом и вдыхает еле уловимый запах чужого одеколона. Юнги рядом, Чимин в безопасности. Всё обошлось, всё хорошо.

To be continued...