Надежда на новую жизнь.

      Следующий день после тура стал первым рабочим днем для Поттера за последние несколько месяцев. Официально. По факту все эти месяцы он и так был занят. Конечно, особых продвижений дело не получило, но кое-что все же было. Первое, что следовало сделать – явиться в отдел. Джон уже должен был ждать Гарри. Так что аппарировав для начала на Гриммо, парень надел форму аврора и прилагающиеся к ней артефакты и аксессуары, после чего благополучно прибыл в Министерство. Конечно, он, как всегда, привлекал к себе внимание. Последние месяцы его имя вновь не сходило со страниц газет и журналов. Причем, каждый издатель по своему ваял образ давешнего Героя, так что народ был в сомнениях, как относиться к знаменитости. Поттер был рад такому варианту, так как его не заваливали письма толп слюнявых фанатов или гневные громовещатели домохозяек. А к обычным взглядам и шепоткам он вновь успел привыкнуть за время обитания в Хогвартсе.       Кабинет Джонатана Гринграсса находился в конце коридора, на максимальном удалении от лифта. В Министерстве кабинеты всех высокопоставленных сотрудников находились в тылу своих отделов. Таков был указ нового Министра. Командование всегда должно быть в некотором удалении от первоначального поля битвы, дабы иметь возможность видеть перед собой и противника и своих.       Короткий стук в дверь Главного Аврора и повернуть ручку, не дожидаясь ответа, и все это в обход секретаря. Такой наглостью мог похвастать не каждый в Министерстве. Гарри был одним из таких. - Рад тебя видеть целым и в строю, Гарри, - Джонатан встал со своего кресла, чтобы пожать руку своему протеже. - Привет, Джон. Да, все же, на своих двоих оно сподручней как-то, - Поттер сразу направился к кофейнику начальника. – Тебе налить? - Нет, я уже выпил одну. Присаживайся, я думаю, нам есть о чем поговорить, - кресло через стол от Гринграсса выдвинулось, предлагая гостю присесть, что и сделал Гарри, плюхнувшись на мягкую сидушку после того, как поставил чашку с кофе на стол. - Признаю, моя затея провалилась, но остался еще третий тур, так что шанс еще есть… - Честно говоря, я почти был уверен, что он заявится на первый тур, так что мы оба в дураках. Ретроспектива 2003 год, октябрь. - И как ты собираешься присмотреть за пятеркой обученных авроров, один из которых, возможно, предатель? - Ну, кто лучше всех знает каждого из них, тому и поручу, - ухмылка Гринграсса очень не понравилась Гарри. - Как ты себе это представляешь? - скептически посмотрел на начальника Поттер. – Инвалид-аврор расследующий дело о предателе-авроре в тайне от своей команды? Даже не смешно. Да и, к тому же, ты отправишь их в замок, как усиление, а я там каким боком? - Ну, во-первых, мы оба знаем, что и в таком состоянии ты вполне можешь кое-что противопоставить противнику. А во-вторых, ты ж читал те записи из архива? Тебя так и так там ждут. Но тебе понадобится сопровождающий, все же, кое-какие ограничения на тебя наложатся из-за твоего состояния. Можешь не беспокоиться, у меня есть одна идея на этот счет. - Хорошо, но надеюсь, что неприятностей не будет. Лучше объясни мне, зачем тебе ссылать нас в Хогвартс? Почему нельзя разобраться в процессе обычных полевых задач? - Не хочешь возвращаться в замок? Понимаю, воспоминания не очень. Но дело вот в чем… Мантикоры, которых Эвенджер притащил на склад, нужны были для Турнира. А теперь Министерство в попыхах разыскивает им равноценную замену. На лицо попытка вставлять палки в колеса правительства. И, скорее всего, цель этого падонка – дискредитация нашего Министерства в глазах континенталов. Ты мне нужен там вместе с командой. Они присматривают за Турниром, а ты за ними. Ну, и мне кажется, что Эвенджер обязательно снова попытается испортить мероприятие. Но если помимо самого Турнира там будет что-то или кто-то, в ком он будет лично заинтересован, то велики шансы, что он явится сам. Это будет отличный шанс показать, что Министерство во всеоружии и эксцессов не допустит. Ну и избавимся от еще одного радикала из пожирателей. - То есть, я буду приманкой для больного на голову ублюдка? – недовольно спросил Поттер. – А меня спросить ты не хочешь? - Я почти уверен, что он уже к первому туру что-то приготовил. Ну, в крайнем случае, ко второму. Так что все должно закончиться быстро. Оплачиваемый больничный отпуск и зарплата нештатного сотрудника тебя устроят? - А ты не забыл про эту новую сверхспособность Эвенджера? – ехидно заметил парень с больничной койки. – Если ты не заметил, то это он меня отделал, причем тогда я был полностью здоров, попрошу заметить. - Да, это остается проблемой, но надеюсь, что твой отряд будет начеку, да и из других отделов авроры там будут. Сам я буду присутствовать только на третьем туре. Но очень надеюсь, что все произойдет раньше. На финал всегда собираются главы государств, и если что-то пойдет не так, то это лично увидят Министры Франции и Болгарии. Нам этого очень хотелось бы избежать. Конец Ретроспективы. Настоящее время. 2004 год, март. - Значит, все-таки третий тур… - пробормотал Джон. – Нам позарез нужно вычислить предателя, иначе мы точно облажаемся. - Я как раз хотел попросить тебя немного потрясти связи в Лютном. Возможно, кто-то что-нибудь слышал связанное с пострадавшими от рук пожирателей родственниками во время первой или второй войны. Что-то связанное с неизлечимыми проклятиями… - Ты все еще считаешь, что это как-то связано? - Я почти наверняка уверен. - Хорошо, я посмотрю, что можно сделать. Как что-то появится, дам знать. Постарайся до третьего тура быть поближе к своим, может, заметишь что-то такое… Кстати, слышал, у тебя там что-то происходит с дочерью нашего многоуважаемого Министра? Поведаешь? А то тут одни грабежи, трупы, насилия… Может светская беседа скрасит мои будни. И что у тебя с Дафной? ***       События в палатке Помфри после второго тура изменили расклад в отношениях между Гарри и двумя девушками. С Дианой Поттер старался держаться чисто формально, как с хорошей знакомой, попутно пытаясь прощупать руку стоящего за девушкой отца. А то, что это именно он стоит за действиями девушки, у парня сомнений не было. Кто же еще это может быть? Да и какой-то боггарт у Шеклболт странный… С Габриель же все стало, как прежде, как было до той глупой размолвки перед Святочным балом. Они много разговаривали, когда у Гарри появлялось свободное от работы время, девушка иногда засиживалась у него в комнате по вечерам, но больше ничего. Конечно, Делакур прекратила показушные отношения с фон Дитрихом, хоть и не перестала общаться совсем. Как сказала она сама, решили сохранить приятельство. Ведь именно для этого устраивают Турнир, для налаживания международных отношений между гражданами трех стран? Поттер не стал разочаровывать девушку играми большой политики.       После некоторых размышлений парень пришел к выводу, что, возможно, Габриель просто переживает свою подростковую влюбчивость. Ну и, ко всему прочему, у девушки мог появиться комплекс спасенной Героем жертвы. Что-то такое же Гарри подозревал в отношении Джинни. И то, чем закончились отношения с младшей Уизли, никак не хотелось переносить на неунывающую Габриель. Поттер откровенно боялся, что их потенциальные отношения и последующий их разрыв окончат существование нынешней веселой и доброй девушки. Почему-то ему казалось, что с исчезновением светлого образа Делакур весь мир обеднеет, потеряет что-то ценное, а он окончательно уверится, что настоящие чудеса закончились, ведь волшебный мир – далеко не сказка. Так что единственно верным решением, по его мнению, было прикинуться еще более твердолобым, чем он был на самом деле и полностью игнорировать любой степени намеки. *** - Ты так и будешь утверждать, что вы просто друзья? – скрестив руки на груди, спросила шатенка. – Ты зря тянешь время. Второй раз я не буду ему объяснять твое сумасбродное поведение. - Бель, пойми, мы с Гарри просто друзья. Ты же видишь, что он совершенно нейтрально относится ко мне, словно и не видит во мне девушку, - окончание фразы было довольно тихим, словно мысли, которые ранее не облачались в слова, а теперь же, когда прозвучали, пугали собой. - Ага, только ты забываешь, что совсем недавно ты крутилась около фон Дитриха, а на него и внимания не обращала. Он же парень, намеков он не понимает, - сказала вслух Аннабель, внутренне ругая Поттера за упертость. – Он мог решить, что совершенно не в твоем вкусе. Да и учитывай разницу в возрасте. Он определенно будет иметь сомнения до тех пор, пока ты не перейдешь в открытое наступление. - В прошлый раз мое «наступление» окончилось ссорой, если ты не забыла, - упрямо гнула свою линию блондинка. - Да, но предпосылки к этому создала ты. Он, конечно, был не прав, отказав тебе в танце, но приглашать фон Дитриха из мести… было слишком. Даже я тебе этого до сих пор не простила. - Возможно. И вообще, прекрати цепляться к Альфреду, он вполне нормальный парень. А Гарри… Я не хочу портить с ним дружеские отношения. Один раз я уже чуть не лишилась его доверия. Все, давай закроем этот разговор. - Какие же вы оба идиоты, - пробормотала Меро, закрываясь учебником от подруги. ***       Спустя только около четырех недель после второго тура отряд Поттера смог, наконец, собраться вместе для того, чтобы отметить возвращение командира в боеспособные ряды. Они долго подыскивали время, но все никак не удавалось подловить момент, когда все были бы свободны. Обязательно один-двое оказывались на дежурстве. И вот, в первые выходные апреля им удалось высвободить в графике один вечер для всех. Естественно, местом их посиделок был выбран Хогсмид, как ближайшее поселение с наличием питейных заведений. Будь у них возможность, они бы пошли в Кабанью Голову, но Аберфорт закрыл свой бар после окончания войны и куда-то уехал, выставив помещение на продажу, которое до сих пор так никто и не купил. Так что честная компания из шести авроров направила стопы к Трем Метлам. Здесь, конечно, не нальют такой ядреный огневиски, как в Голове когда-то, но тоже есть, что залить в себя для опьянения.       Дело шло третьим часом от начала распития нескольких кружек ирландского эля, огневиски, медовухи… А шестеро человек все еще продолжали веселиться и травить байки, словно и не заметив всего того выпитого алкоголя, что им приносила еще больше располневшая Розмерта. - А я им говорю, давайте вы сами подержите запал, а я подожгу, а Джордж мне говорит, типа, ты, малой, дураков из нас не делай, они ж бракованные. Так я ему объяснил, что я с Фредом их доработал, и тот даже подтвердил. Еле уговорил. Кто ж знал, что сам же Джордж и перепутал установку. В общем, я поджег, а она как шарахнет в обе стороны. Я уже три этажа перемахнул, когда понял, что Уизли рядом нет. Потом уже узнал, что их Филч сцапал прямо на месте шалости. Там какой-то сбой получался, и с конца эта штука замораживающим отдавала по тому, кто держит…       Хиггинс в очередной раз рассказывал редкие истории из своих встреч с близнецами. Благодаря своим способностям парень был на хорошем счету у Фреда с Джорджем и те иногда обращались к нему за помощью в создании своих шуточных артефактов. Все всегда с упоением слушали об этом, стараясь запомнить двух рыжих проказников, как тех, благодаря кому в Хогвартсе никогда не было скучно.       Гарри в этот вечер старался пить, как можно меньше. Он вообще с тех, времен, когда Кингсли вытащил его из запоя, старался почти не употреблять алкоголь. Сейчас он ощущал лишь слегка подуставшее тело, но разум работал исправно. Возможно, чуть-чуть заплетался язык. Правая рука держалась за кружку с элем, левая уже лежала на талии Дафны, которая, кажется, была совсем не против такой наглости, так как небольшая доза алкоголя придала ей и смелости и позволила немного раскрепоститься. Когда спустя еще полчаса Гринграсс грелась о плечо Поттера, Хиггинс рассказывал новую байку в самом ее пикантном месте. Как раз в этот момент Дафна тихонько выскользнула из объятий парня, шепнув: «Я сейчас». Гарри не придал этому значения. Наверняка ей просто понадобилось в уборную. А где-то минут через пять Гринграсс покинула туалетную комнату и скользящим шагом направилась к лестнице на второй этаж. Гарри, который привык сидеть лицом ко всем входам, отлично видел происходящее. Оглядевшись, он понял, что никто из товарищей больше не заметил странной отлучки девушки. Бросил что-то вроде: «На пару минут». После чего по параболе добрался до лестницы и поднялся наверх, в последний момент заметив тихо прикрывшуюся дверь почти в конце коридора, а также мелькнувшую мантию аврора. Как назло последняя ступенька на лестнице тихо скрипнула, так что Гари понял: все, кому надо, уже в курсе, что он здесь. Но, тем не менее, крадущимся шагом он подобрался к заветной двери, постаравшись хотя бы ее приоткрыть без эксцессов. Стоило ему создать между дверью и косяком зазор около пяти миллиметров, как дверь распахнулась достаточно для прохода боком одного человека, после чего высунувшаяся из мрака женская ручка с неженской же силой втянула его внутрь. Он даже не успел сообразить заклинание, как в его губы впились чужие.       Даже сквозь легкий туманец алкоголя и забурлившие гормоны Поттер смог разобрать запах миндаля и кофе. Так пахло только от волос Дафны, это Гарри отчего-то помнил отлично. Может, потому, что после их не совсем случайной встречи на астрономической башне парень потом отчетливо слышал остатки запаха на своей мантии? В любом случае, он опознал девушку и успокоил свою паранойю. Вечно эти слизеринцы выдумают план, из-за которого у него подозрение сверх меры разыгрывается. Почему нельзя было просто позвать его жестом? А то он успел построить в своей голове уже десяток теорий заговоров, пока поднимался по лестнице.       Поцелуи Поттера уже перешли на шею девушки, а руки отправились в свободное путешествие для собственных исследований оказавшегося в зоне досягаемости женского тела. Учитывая, что на Дафне была аврорская мантия, то маршрут под нее отыскался быстро, все же он носил такую же форму. Ощущая ладонями теплую бархатную кожу девичьего стана, парень распалился, даже не обратив внимания на звоночек в голове о том, что для своего возраста девушка в его руках как-то слишком неумело целуется. Именно в этот момент кому-то понадобилось начать шуметь на этаже, а в скором времени распахнуть дверь в комнату, залив светом от свеч в коридоре и люмоса на палочках магов, ворвавшихся в помещение. - Черт, вы бы хоть предупреждали, что вас не ждать, - ругнулся Рон, убирая палочку. – Мы уже собирались паб на досточки разобрать. Пропали и ни слова…       Гарри, прикрывая собой Дафну, которая была в слегка растрепанной мантии и с разворошенными золотистыми волосами, в которых успела побывать пятерня парня, виновато улыбнулся. - Простите, ребят, так получилось, - слегка смутившись, ответил он, в то время, как его внимательный взгляд успел заметить жесткий взгляд Теда Хиггинса. Но буквально в следующее мгновение тот вновь смотрел на все вокруг немного осоловевшим взглядом. - Ладно, пойдем народ, нас сюда не приглашали, - пахабно ухмыльнулся Симус, первым покидая комнату. За ним потянулись остальные, захлопнув за собой дверь.       Комната вновь погрузилась во тьму, но настроение понизилось на пару градусов. - Как-то неудобно вышло, - пробормотал Гарри. - Прости, не знаю, что на меня нашло, - растерянно сказала девушка, пытаясь привести себя в порядок. - Ты о чем? А… Я тоже хорош, перебрал немного, наверное, - отбрехался Поттер, хотя алкоголя ни в одном глазу точно не было. Все его мысли сейчас были заняты странным взглядом Хиггинса. Никогда он не смотрел так при всех. Хотя, если подумать, то нечто подобное он замечал в его лице иногда, когда он смотрел на него. – Слушай, мне показалось или ты… ну… никогда не целовалась? - Спрашивать девушку о таком вообще-то моветон, - бесцветно ответила Дафна, пытаясь вернуть прическе более-менее нормальный вид. – Но, да, у меня мало опыта в этом. - То есть… у тебя и, ну, этого… не было? – привычное самому Поттеру красноречие в работе аврора куда-то подевалось в такой деликатной теме. – Мордред, хорошо, что нас прервали тогда… - А что такого, если я хотела здесь и вот так? – возмущение смешалось в голосе девушки со смущением. - Ну не после попойки же в каком-то пабе девственности лишаться! – воскликнул Гарри, но тут же захлопнул челюсть. – Просто, это как-то… Ладно, я пойду.       Немного пригладив привычным движением челку, чтобы закрывала старый шрам, парень быстро покинул помещение, оставив позади себя теперь уже искренне возмущенную девушку, готовую выпалить обвинительную речь парню вдогонку. В глазах Дафны горела обида. «Что, вообще, за дискриминация…» - билась мысль в голове, а рот открывался в неслышимых ругательствах.