Пустыни

На следующий день Гааре стало немного легче, поэтому решили не ждать чуда, а отправляться в Суну. При этом компания не очень спешила, но все же на месте не сидела. Гаару постоянно страховали Наруто и Канкуро, которые не на шутку за него переживали. Через пять дней они были в Суне, где все встретили их с восторженным воплем. Потом многие поняли, что их "Великий Казекаге" ранен, поэтому в толпе пошли сплетни и негодования, а молодые девушке кричали что-то наподобие: "Почему меня там не было?! Я бы не дала господина Гаару в обиду!" Когда толпа (о Боже, чудо!) разошлась, друзья проводили джинчуурики однохвостого и Темари в больницу. Шокированные медсестры, врачи и медбратья столпились, словно к ним на своих двоих пришел мертвец, на что Гаара ответил одним словом: – Зравствуйте. А Темари почти сразу начала вредничать: – Что? Так и будете стоять? Одна медсестра отошла от остальной толпы и сказала: – Пройдемте за мной. Вы же сюда не автографы давать пришли, не правда ли? – на это Гаара удовлетворенно кивнул, ведь не согласиться было просто грехом, и компания пошла за той медсестрой. У нее были седые волосы, собранные в пучок. Она была среднего роста, но довольно стройная, она ухаживала за собой, ведь на лице был макияж, подобранный весьма грамотно. Компания несколько минут шла за ней по лабиринтам больничных коридоров, пока она не спросила: – Кто из вас нуждается в медицинской помощи? – Я и Темари, – коротко ответил Гаара. – Девушка сюда, а Вы сюда. – приоткрыла она две соседние двери, которые вели в палаты. Наруто было собирался что-то сказать, но почувствовал руку Гаары на своем плече; они улыбнулись друг другу, а потом Гаара ушел в свою палату, облокачиваясь рукой на стену. Темари уже тоже скрылась за дверью, тогда медсестра добавила: – Вы двое, я покажу вам, где выход. Вы можете узнать о состоянии своих друзей завтра. – сначала, Наруто и Канкуро решили, что их просто выгоняют, но медсестра улыбнулась, и они пошли за ней к выходу. Им показалось, что они дошли до выхода очень быстро. За ними закрылись двери больницы, тогда Канкуро поинтересовался: – Наруто, а где ты собираешься остановиться? – Нууу... Я не знаю. Обычно на задании такого плана я умудряюсь наткнуться на кучу неприятностей, поэтому останавливаюсь в больнице. – Я думаю, что Гаара и Темари будут только рады, если ты остановишься у нас. – Ну, ладно. На следующий день Канкуро и Наруто снова пошли в больницу. При входе они спросили разрешения и переспросили, в каких палатах Гаара и Темари. Джинчуурики однохвостого лежал в постели, уставившись в потолок, словно там есть что-то интересное, когда к нему постучались. – Войдите. Палата была небольшая, но весьма уютная. Гаара присел, в палату вошел Канкуро. – Привет. Как самочувствие? – Жить буду. – Что врачи говорят? – Много чего. Подобным образом складывался весь диалог, пока Канкуро не ушел. Не прошло и двух минут, когда зашел Наруто. – Привет, Гаара. – Наруто? А ты не отправился назад в Коноху? – А ты этого хочешь? – поинтересовался блондин, слегка выгнув брови. – Нет, конечно, не хочу. – Тебе стало лучше? – Ну, да, относительно. Врачи говорят, что мне пока лучше не вставать и не испытывать серьезных физических нагрузок, но я думаю, что поправлюсь довольно быстро. – А что еще говорят врачи? – Гаара сделал куда более серьезное выражение лица, чем минуту назад, что и стало его ошибкой. – Не умалчивай. – Врачи говорят, что не знают, как я еще жив. Потери крови очень большие. Но сейчас все в порядке, скоро смогу вернуться к обычному образу жизни. Это все хвостатые внутри нас. Так захочешь умереть, а не умрешь. – Не говори так. Если ты умрешь никому лучше не станет. – Ты правда так думаешь? На моей могиле будут скорбеть человека три: ты, Темари и Канкуро. Ну, может быть еще кто-нибудь... Ну, больше пяти человек точно нет. Да, на моей могиле вся деревня побывает, но они будут счастливы избавиться от меня. – Когда джинчуурики умирают, демоны не умирают с ними. Они выходят на волю. Поэтому НИКОМУ не станет лучше от твоей смерти. – Возможно, следующий джинчуурики будет похож на тебя, а не на меня. – Все! Закроем эту тему! Будто сказать больше нечего. Только попробуй когда-нибудь покончить жизнь самоубийством! Я тогда тоже. Пусть здесь разгуливает два хвостатых, но зато я тебя самолично отыщу в адском пламени и отчитаю, ибо за высвобождение этих монстров Рай нам не положен. – Аналогичное и тебя касается. Когда будешь в Коноху возвращаться, зайди ко мне на прощание. – Нет. – В смысле? Почему? – глаза Гаары были полны смятения. – Ты сам зайдешь ко мне попрощаться. Ты будешь каждый день наблюдать мою наглую рожу, пока не соизволишь выздороветь. Через некоторое время они попрощались и расстались до завтрашнего дня.