Роза среди сорняков

             Моё утро началось на удивление рано, когда на улице ещё было темно. Спать совсем не хотелось, поэтому я встала с кровати и направилась на кухню. Ночную квартиру тут же осветил свет лампочки в холодильнике, из которого я медленно начала доставать еду. Он был почти пуст, лишь одинокие тарелка с отбивной и кастрюля борща стояли на полке. Разложив всё по красным тарелкам, плюхнулась на диван, включая любимый «CCTV 6». Уже полчаса как шёл фильм «Ты ещё здесь» с Крисом и Лю Ифей в главных ролях, который, кстати, я уже посмотрела. Ничего особенного: слезливая мелодрамка о школьнице с огромными проблемами в учебе, в которую, естественно, влюбляется самый красивый и богатый парень в школе… Ага, щас! Хотя после недавних событий мне кажется, что возможно всё. Ведь я тоже простая девчонка, к которой вдруг заявился Никифоров с предложением сделать меня звездой! Теперь по закону жанра он должен в меня влюбиться… Глупость какая! Аж самой смешно стало. Он проснулся только к концу фильма. Заспанный, растрепанный: сейчас Витя казался мне таким милым, что я невольно расплылась в улыбке. — Что смотришь? — он присел рядом со мной, уставившись в телевизор. — Мелодрамка «Ты ещё здесь» режиссера Чжоу Таожу, — ответила мужчине и, видя его не понимающий взгляд, адресованный телевизору, предложила. — Может включить русский канал? «Катюшу». — «Катюшу»? — его взгляд стал ещё более удивленным. — Да, это совместный проект Первого канала и Центрального телевидения Китая. Они решили это после визита в нашу страну председателя КНР. И теперь в китайском телеэфире «лучшие» программы Первого канала, а также золотая коллекция советского и российского кино с мандаринскими субтитрами. Название, конечно, смешное, но что ты хотел от Китая? — По ходу твоего объяснения у меня появилось ещё пару вопросов, но думаю лучше не вникать. Схожу в душ, — с этими словами Никифоров встал с дивана и ушёл в направлении ванной комнаты, снова оставляя меня наедине с фильмом. Выйдя из ванной он поставил на огонь кастрюлю с водой для приготовления завтрака. — Ты уже ела? — Витя кивнул на тарелку рядом со мной и после утреннего кивка продолжил. — Ты издеваешься? То, что мы приготовили вчера было таким же исключением, как и твоя последняя сигарета. Забудь, что существует другая еда помимо овсянки, гречки и риса! С этого дня я становлюсь твоим тренером и относиться к тебе буду, как к ученице! Всё понятно? Кивок. Сказать, что я удивилась, – ничего не сказать, но Витя выглядел совсем не строго, даже наоборот – забавно. Меня всегда смешили такие, как он, добряки, строящие из себя непоколебимых учителей, но что-то внутри меня испугалось не на шутку. Если у Никифорова всё же получится контролировать меня, то мне уж точно придется худо. Прощай, спокойная жизнь… На мой смех мужчина отреагировал неоднозначно, сложил руки на груди и сжал губы в тонкую полоску, но взгляд его оставался таким же мягким. Удивительно, как у него это получается? — Хватит! Саш, прекрати себя так вести, иначе мне придется поговорить с тобой по-плохому. — Прости. Я встала с дивана и с широкой улыбкой обняла его, но он не ответил тем же. Витя был таким милым, когда дулся, и это вызвало у меня новый приступ смеха. Я поцеловала его в колючую щёку, а он в свою очередь превратил дружеский поцелуй в любовный, подставив для него губы. Я почувствовала на своей талии его руки и попыталась отстраниться, но Виктор не позволил сделать этого снова, целуя меня. Это утро стало утром удивлений. Мне казалось, Витя никогда не намекал, что я ему нравлюсь, но сейчас, хорошо всё обдумав, я по другому взглянула на ситуацию в раздевалке, на слова которые он сказал тогда. Я не стала больше сопротивляться и позволила мужчине поцеловать себя. Он углублял поцелуй, заставляя меня не сильно выгибать спину; щёки полыхнули огнем, а внутри что-то сладко заныло. Он был таким страстным, когда его руки спустились на мои ягодицы и несильно сжали их. Я всё же плавным движением убрала теплые ладони обратно на поясницу. Он всё же немного поторопился с действиями. Он прервал поцелуй, чтобы отдышаться, и посмотрел мне в глаза. В них было столько нежности и тепла… Хотелось растянуть этот момент, как минимум на пару часов.