You are my weakness

В последующие дни все вернулось в норму. У Кларк были смены в больнице, Лекса работала в зале. Дни неистово проходили мимо, и чувство пустоты заполнялось короткими звонками и сообщениями в свободное время. В четверг утром Лекса открыла «Доджо» и увидела беспорядок, который остался после вчерашней тренировки. Аня присоединилась к ней с печальным лицом. Не нужно было спрашивать — Лекса прекрасно знала в чем дело, и дала немного времени своей кузине, чтобы та начала говорить. — Он уехал, Лекса. Я только что отвезла его в аэропорт. — она имела в виду своего парня Нико, — Шесть месяцев. Я увижу его через шесть месяцев, а то и больше, — безутешно говорит девушка. — Я знаю, дорогая, знаю, — мягко говорит Лекса, заключая её в объятия. — Сегодня вечером пицца, кино и мороженое? — с надеждой спрашивает Аня. — Да, пицца, кино и мороженое, только ты и я, — подтверждает Лекса. — Спасибо, Лекса. — и девушка с улыбкой растворяется в её объятиях. Лекса поняла, что ей придется прожить ещё один без Кларк. Она снова не сможет погрузиться в голубое небо её красивых глаз, не сможет вдохнуть сладкий запах её кожи, и снова почувствовать вкус её губ. Они не виделись три дня, но ей уже её не хватало. Во время обеда Аня была занята с Титусом, и Лекса, соскучившись по звуку её голоса, звонит. — Хей… — Эй, привет… На обоих концах телефона девушки улыбаются, радуясь возможности поговорить несколько минут. — Я отвлекаю? Ты на работе? — Нет, у меня сейчас обед… рада тебя слышать… — Я скучаю… — Я тоже… может сегодня вечером мы могли бы… — Сегодня не получится, малышка, извини. Я должна побыть с Аней. Но я обещаю, что завтра смогу с тобой увидеться. — Не знаю, доживу ли до завтра без тебя… — Вот теперь я чувствую себя виноватой. Я хотела бы быть сейчас с тобой, ты ведь знаешь это, да? — И я бы очень хотела, чтобы ты была рядом, чтобы я могла увидеть твои прекрасные зеленые глаза…твою потрясающую улыбку… — Ты пытаешься смутить меня. — Нет, конечно…но я бы очень хотела обнять тебя…поцеловать…прикусить кожу на твоей шее…и затем касаться твоего тела…. — Хорошо…тебе очень нравится меня мучить! Обе покраснев, они рассмеялись, понимая, что очень желают друг друга. — Теперь мне надо бежать, мисс Вудс. — Хорошо, увидимся завтра, доктор Гриффин. И с улыбкой на лице они обе вернулись к своей работе.

***

Закончив смену, я согласилась выпить со своими подругами в Граундерс. С тех пор, как Октавия стала встречаться с Линкольном, это был единственный бар, куда мы ходили. Или даже куда хотела ходить Октавия. К счастью, мне и Рейвен нравилось это место, и компания Линкольна была нам приятна, поэтому мы обе не возражали из-за выбора места. Парень тут же появился около нашего столика с напитками, вызывая у нас улыбку, и пригласил нас завтра на вечер танцев в клуб. Октавия сразу же с удовольствием соглашается, целуя парня. Рейвен, которая любит танцевать, умоляюще смотрит на меня, прося меня пойти, чтобы не оказаться третьей лишней. И когда Линкольн говорит, что также вытащит из дома Лексу и Аню, у меня нет причин отказываться. Рейвен кажется странной и счастливой одновременно, и чтобы отвлечь от себя внимание, она начинает задавать вопросы мне и О о наших «отношениях». — Итак, девочки, как ваша романтическая жизнь? Давайте рассказывайте уже что-нибудь! — Рей. — О, отлично! У нас все замечательно с Линкольном, — отвечает О с мечтательными глазами. — Да ладно? Ты встречаешься с этим? — шутит Рейвен, заставляя нас смеяться вслух. — Ну, а ты, блондиночка, что мне скажешь? Как поживает мисс Вудс? — Все хорошо. Мы были немного заняты на работе в эти дни, но в остальном всё замечательно, я бы сказала. — говорю я с улыбкой. — Уууу…кто-то здесь скрывает горяченькие истории! — отмечает Рейвен. — Я имею в виду в целом, — отвечаю я. — Да неужели? — возражает она. — Ты всё равно не услышишь от меня большего, — подчеркиваю я. — Посмотрим, когда ты напьешься, — смеясь, наступает Рейвен. Немного смутившись, опускаю взгляд, вспоминая наши совместные ночи. — Я видела, как ты смутилась! И теперь мне ещё интереснее, Гриффин! Не думала, что ты так воспылала к семье Вудс! — дразнится Рейвен. — Мы всё ещё говорим о Лексе, да? — шутя, спрашивает О, а я с любопытством смотрю на подругу. — Конечно, есть кто-то ещё? — спрашивает Рейвен. Смеемся, но я не уверена, что мы говорили только о Лексе. Несколько дней назад я заметила, как Рейвен украдкой бросала странные взгляды на Аню. Но, возможно, мне просто показалось, и я ошибаюсь. И потом, к сожалению для Рейвен, Аня вместе с тем парнем. И мне бы не хотелось видеть, как Рейв страдает. Хорошо проведя вечер, прощаемся, и я бы хотела к ней зайти, чтобы получить поцелуй на ночь, но знаю, что она не одна. Поэтому не поддаюсь искушению и возвращаюсь домой.

***

В то же время Аня приходит домой к Лексе и разваливается на диване рядом с Черчем, который свернулся калачиком. К счастью, Аня не стала выбирать для просмотра мелодраму, и вечер проходил без впадания в депрессию. По крайней мере, до тех пор, пока она с банкой шоколадного мороженого на коленях, не затрагивает не очень приятную тему для Лексы. — Как ты это сделала? — спрашивает девушка. — Что сделала, что ты имеешь в виду, Аня? — пытается понять Лекса. — С Костией… я имею в виду… — Аня оставляет фразу в немного подвешенном состоянии. — Причем сейчас Костия? — спрашивает Лекса в недоумении. — Как ты обходилась без неё? — наконец, объясняет Аня. — Эй, это совсем разные вещи, — говорит Лекса, затем делает паузу и продолжает, — Нико не умер! Не ушел на фронт! Просто на несколько месяцев уехал по работе. — Ты права, прости…знаю…но без него не знаю, что делать. Я думала, что ты, может быть… — пробует оправдаться блондинка. — Аня, я не тот человек, который может помочь тебе в данной ситуации, — признает Лекса, надеясь закончить этот разговор. — Он уехал сегодня утром, а я уже не могу…действительно, я не знаю, как ещё не сошла с ума без него. — Перестань! — кричит девушка и, задержав дыхание, чтобы немного успокоиться, продолжает, — хочешь знать, как я это делала, Аня? Я была как дерьмо, ты знаешь. Полгода я чувствовала, что каждый день умираю, потому что её больше нет! Чтобы не сойти с ума, я перестала жить, что-то чувствовать. Я перестала слушать своё сердце и действовала только головой, как и учил меня дядя Титус. Я пыталась выжить, постоянно спрашивала себя, почему я не умерла вместо неё, только чтобы не страдать, как я страдала. — Прости, Лекса, я не хотела… — пытается исправить это кузина. — Нет. Забудь… — голос Лексы уже более тихий и спокойный. — Я… — начинает снова Аня. — Нет, правда, Аня…я сама не знаю, как это сделала. Думаю, это заслуга Кларк. — На губах появляется улыбка, — Когда она появилась в моей жизни, мне кажется, всё наладилось. Но это не то же самое… Нико вернется, вернется к тебе, просто нужно набраться терпения. Да и до Нью-Йорка на самолете всего пара часов. Наконец, Аня успокаивается и проваливается в царство Морфея на диване кузины. На столе звонит телефон. — Привет, Линк! — говорит, отвечая на вызов Лекса. — Я думал, что звоню Ане…- не здороваясь озадачено говорит парень. — Так и есть, но она только что уснула. Увидела, что это ты и решила ответить… — оправдывается она. — Ну, я бы и тебе позвонил потом. — объясняет он. — Выкладывай. — Завтра вечером мы идем на танцы! И я не принимаю отказ. — Говорит он властным голосом. — Вы обе должны прийти! — Не знаю, у меня вообще-то были другие планы…я хотела бы увидеть Кларк, — пытается отвертеться Лекса. — Отлично! Потому что она тоже придет со своими подругами, — смеется парень. — Ты не выносим, Линк! — отвечает Лекса. — Я знаю, — признает он и добавляет в шутливом тоне, — но именно поэтому ты безумно меня любишь! — Не преувеличивай, хотя… — оба беззаботно смеются. — До завтра, Командующая. — До завтра, Линк. Разговор с Аней был утомительным для Лексы, но после разговора с другом ей стало легче. Взяв одеяло из шкафа, она укрыла им Аню, которая уже крепко спала. Черчь не заставил себя долго ждать, мурлыча, запрыгнул на диван и уютно устроился на девушке. Лекса осталась наедине со своими мыслями и отправилась в кровать. День закончился. Наконец, завтра она увидит Кларк. Кларк с голубыми глазами и мягкими светлыми волосами. Кларк с нежной улыбкой и родинкой над губой, которая сводит с ума. Кларк, которая каким-то образом пробралась под кожу, в сердце и голову. И прежде чем заснуть, она не могла не отправить простое сообщение. — Спокойной ночи, малышка.

***

Когда я приехала домой, единственное чего мне очень хотелось, так это спать. Телефон предупредил меня о входящем сообщении. От неё. — Спокойной ночи, малышка. Улыбка освещает мое лицо. Глядя на экран, закусываю губу, думая о том, как мне нравится, когда она так меня называет. Я никому не разрешала так себя называть, даже своим бывшим. Мне никогда это не нравилось. Но когда это говорит она, я таю. Она говорит это с такой нежностью, что это немного заводит…

***

После разговора с кузиной Лекса легла в кровать, теряясь среди тысячи мыслей. Вспоминать про Костию всегда тяжело. Хотя в настоящее время тьма и печаль стали отступать. Наконец, ей удается уснуть, но она ещё не знает, что это будет тяжелая ночь…и что ей приснится кое-что неожиданное. Спокойный океан, яркое солнце, полупустой пляж и там она. Она во всём своём великолепии. В белом купальнике, с мокрыми темно-русыми волосами, что лежат на её плечах, и каплями соленой воды, которые капают с них на кожу. Изящно шагая, улыбаясь, она выходит из воды. Бежит на встречу и обнимает. На губах чувствуется соленый поцелуй, а на коже свежесть воды океана, покрывающей тело девушки. Голубые глаза блондинки сливаются с цветом океана за её спиной и заставляют просто сходить с ума, глядя в них. Её полные губы каждый раз пленили. Ощущение тепла, которое разливалось в сердце, когда она была с ней, было тем, что никогда прежде с ней не случалось. Они гуляли вдоль берега в поисках ракушек, и потом непонятным образом оказались в воде, обнимаясь и целуя друг друга. Ощущение этих объятий и поцелуев, эти губы, казались такими реальными. Лекса очень хорошо их помнила, как помнила и тот день пару лет назад. Просыпается, хватает ртом воздух. Это был всего лишь сон, искаженное воспоминание того прекрасного дня, проведенного на пляже в Хэмптоне с Костией… сейчас Лекса была растерянной. Она нечасто вспоминала моменты счастья со своей первой большой любовью. Чаще ей снилась та проклятая ночь, и она просыпалась с болью в сердце. Но в этот раз ей приснился красивый момент, тот момент, когда она любила и была любимой. И теперь, думая о Кларк, она чувствовала себя виноватой. Но прошло уже больше года с той страшной ночи, и, наконец, у неё появилась возможность двигаться дальше, даже если в этот момент, ей кажется, что это самое неправильное в мире.