Глава 2.
1 февраля 2017 г., 15:51
Мэри, хоть и не показывала испуганного виду, но была очень заинтересованна и то и дело расспрашивала меня, что я за существо:
— А как, если ты был такой черепашкой, стал человеком?
На ходу вспоминая что мне говорили Сплинтер и Донателло, я отвечал:
— Мы были в лаборатории. Что-то вроде опытных образцов.
— Но так нельзя! Я вообще считаю, что животных трогать нельзя ради таких глупостей! —
Как любая маленькая девочка Мэри пыталась встать на защиту любимых зверюшек.
— А по-моему даже круто, что так вышло.
Около часа мы с Мэри сидели на крыше и разговаривали обо всем подряд, ну или о чем могут поговорить семилетние дети? Через совсем короткий промежуток времени девочка совершенно забыла что плакала: кидала разные шуточки, половину которых я, конечно, не понимал. В основном я интересовался жизнью «наверху» и спрашивал какого это жить в городе? Она взахлеб рассказывала, а я слушал с замиранием сердца и чем больше я слушал, тем меньше мне хотелось возвращаться назад. Моя новая знакомая тоже спрашивала о моей жизни. Нехотя я отвечал что к чему, но то, что заинтересовало Мэри больше прочего оказалось обучение искусству ниндзюцу:
— И что, вы прямо учитесь?
— Да.
— Прямо с оружием тренируетесь, да? — глаза девочки блестели от восторга.
— Да, с настоящим оружием. Вот мне больше нравятся саи, — С полуулыбкой отвечал я.
— А что это такое саи?
— Ну, — я не знал, как объяснить, — Ну это как тонкий нож. Лезвие такое, формой как игла, и вот такие вот ручки, — Руками я пытался изобразить форму оружия, но вышло не очень.
— Кру-уто-о… Вот бы и мне тоже быть ниндзя!
Вот, что основное мне запомнилось в разговоре. Самое яркое в памяти, потому что невозможно вспомнить, о чём мы ещё конкретно поговорили в ту ночь. Часа два разговаривали, не меньше. По-моему, я даже показал ей пару приемов, что хорошо знал сам. Она с интересом пыталась повторить, но не имела хорошей растяжки и по этому несколько раз падала, на лету выделывая смешные обороты, которые до сих пор с улыбкой вспоминаю…
На самом деле это было далеко не первая и последняя встреча с Мэри. Забыв обо всем, я предложил за следующий день встретится опять на этой же крыше. И она, конечно, согласилась, дав обещание по моей просьбе не рассказывать обо мне никому.
В логово я вернулся поздно ночью, когда все благополучно спали. На утро никто даже не думал подозревать о моих ночных побегах. Весь день мы опять тренировались, во что-то играли… Обычный день прошёл так же, как и всегда. Ночью же я опять совершил выход наверх и когда пробрался на крышу, то сразу же увидел там Мэри. Девочка оказалась честной:
— Ты ничего не говорила никому обо мне?
— Ты же просил ничего не говорить, зачем же мне это делать?
На этот раз навязалась проблема: Мэри нужно было ложится спать пораньше, поэтому ночью она приходить не может. Но подумав, все же решили: раньше, так раньше, если смогу я. А если нет, то она сбежит, когда уснут родители. Вдобавок она ещё была на удивление смелой и решительной. Навсегда я запомнил этот образ: светло — желтый свитер на размер ей больше, светлые потрепанные джинсы с заплатками в виде бабочек и цветов, темно каштановые волосы по пояс и светло-голубые глаза.
Каждую ночь на пролёт мы встречались с Мэри на крыше дома 237. Всегда было, о чем поболтать: она рассказывала как провела день, а я учил её лёгким приемам… Мы дали клятву нерушимой дружбы, как предложила она. Хоть как пацана меня это и отчасти бесило, но она для меня лучший друг и уважая её, я дал клятву, которую и держу до сих пор.
Вскоре прошел месяц, два… На крыше как оказалось есть на самом деле есть, чем заняться: мы бегали, прятались в ящиках и чердаке… В дождь прыгали по лужам и кидались грязью, хе-хе… зимой хоть и встречались через день, но в более теплые дни играли в снежки и лепили разные фигурки… в общем, чем могут заняться дети? Так мы, целыми днями болтая и играя не заметили, как прошел целый год.
Неделя за неделей. месяц за месяцем… Мы оба росли, она училась в школе, а я совершенствовал ниндзюцу с братьями, но никто из нас не собирался прекращать встречи. Мы делились друг с другом успехами, чуть реже проблемами и о этого становилось легче на душе. Казалось, что больше нет человека на всей земле, который поймет тебя лучше, чем этот. Мы настолько привязались друг к другу, что не могли и дня друг без друга. Теперь, даже если пришлось бы огребсти за это, мы бежали на крышу «нашего» дома. Подумать только — случайная встреча, а так повлияла на нашу жизнь… Только благодаря ей я как-никак, а образован, потому что она пошла в школу, той же осенью, через месяц после нашей встречи. Мне было интересно и весело сидеть с ней над домашними работами. Как-то раз она сказала мне: «Мама меня сегодня спросила, что со мной стало? Говорит, я стала немного беспокойная, но в это время более работоспособна. Я думаю, это из-за тебя.». «Из-за меня?» — не понял я. « Да. То, что ты мне рассказывал о искусстве ниндзюцу да и вообще обучении чему либо». Оказывается я тоже повлиял на неё.
Прошел еще один год… Они шли всё быстрее с каждым разом. Я начал всё сильнее замечать, как Мэри росла. Хоть она и стала меня обгонять умственно, то о росте пока стоило молчать. Она была мне почти одинаково ростом, потом по плечо, а потом чуть выше: рос быстрее все же я, чему она неоднократно удивлялась.
Наши встречи стали такими привычными и частыми, что мы уже шли на них практически рефлекторно. Но некоторые разговоры и моменты запомнились намного ярче других: почти каждая секунда. Например та, что я вспоминаю, и не могу сдержать улыбки: год был тогда две тысячи десятый или одиннадцатый. Она пришла, и стала рассказывать:
— Короче, прикинь что сегодня было, — с нетерпением начала Мэри, улыбаясь, — Пошли сегодня на труды, ну ты знаешь они же у нас в другом кабинете… Пришли, а он закрыт.
Оказалось, что пока Мэри сидела на лавочке в ожидании учителя, к ней начал подмазываться мальчик из параллельного класса. « Такой невысокий, темненький с прикольным голосом». Вот я тогда ревновал… ха-ха. Даже не думал, что могу пожадничать человеком. Не то что бы я был влюблен, но все равно чуть не расперло.
Не мог я и забыть такой момент… он, наверное, даже ярче тех ярких, самый-самый…
В один прекрасный день учитель Сплинтер нарек нас настоящими ниндзя и подарил оружие и маски. Тогда мы беспредельно радовались, тем более: учитель разрешил нам первый раз подняться наверх. В ту ночь мы обежали пол города радостно крича и поедая на ходу пиццу… Но Это не самое важное, важное то, что было на следующую ночь.
Мери как всегда ждала меня на знакомой крыше. Я тихо окликнул ее.
— Были дела? — спросила меня подруга.
— Ага, — подтвердил я.
Она все еще не оборачивалась:
— Я слышала вчера странные крики… То с востока, то с запада… Ты не знаешь, что это было такое?
— Знаю… Это были мы с братьями.
— Вам наконец-то разрешили выйти наверх? — она чуть обернулась и в её голове прозвенели нотки радости.
— Да, — радостно сообщил я, подойдя ближе.
Она обернулась ко мне, и тут же улыбнулась, широко раскрыв глаза:
— Раф, маска!
Я с полуулыбкой кивнул.
Она негромко завизжала и кинулась, обнимая, мне на плечи.
— Неужели! Теперь ты сможешь нормально выходить сюда!
— Да, аллилуйя! — улыбался я, обнимая её о ответ.
Она еще раз негромко провизжала, и сказав радостное «поздравляю!», крепко поцеловала меня в щеку.
Тогда был летний закат, необыкновенно красивый и тёплый… С того момента я до жути их полюбил… Их всех.
