***
Тук-тук, тук-тук... Сердце саеносца колотится как бешеный черт. Неужели вот он, переломный момент? Все тело болело так, как не болело никогда. Единственное, чего бы он себе не простил - это своей смерти сейчас. Даже холодный пол под мутантом не охлаждал тот горячий порыв, что разносило могучее сердце. Тук-тук, тук-тук... Тяжелые шаги, уходящие вдаль позади Рафаэля пробуждали в нем новую волну ярости, с каждый сантиметром продвижения... Но он не может подняться. Нет... -Ты сторонишься меня? - Нет, с чего ты взял? - Давай же! ДАВАЙ!!! Резкий, душераздирающий крик словно вернул саеносца в этот мир. Секунда, вторая... - Давай!!! Звуки битого стекла. Нет, неужели? Он не может обернутся... Шея словно под ударом ножа. Но да, это оно! Эйприл... - Вот это круто! - Да, я чувствую себя офигенно! Четыре прыжка послышалсь около Рафаэля. Сильные, дорогие руки словно вселяют силу в Рафа. Горой он поднимается, уходил боль. - Ребята... В этот момент Рафаэль понял, как дороги для него Леонардо, Донателло и Микеланджело... Все те моменты, когда он так небрежно обращался с ними, как ругался, как грозил уходом от самых дорогих и близких ему людей... Нет. Ничего не сможет оторвать его от братьев. Никогда. - Шреддер распылит токсин! - Он хочет отравить весь город! Раф стоял, чувствуя в себе могучую силу. Отец, он ведь остался там, в обломках логова. Его миссия на земле не закончится, покуда отец вновь не встанет на ноги. - Сделаем это ради учителя. - решительно выдохнул саеносец. Будто из сердца вырвались его слова. Но ведь было в них и нечто большее... Мэри... Ничто не убьет ее, пока я жив. Лишь бы она была дома... Сердце горит огнем, жива душа, жива тело. Ничто не остановит и не заморозит его, пока под угрозой самые близкие. И пока жив чертов урод!***
С обреченным вздохом Мэри вышла на пасмурную улицу города. Мозг все еще одурманен сном, что так не хочет уходить. Сказав спасибо всевышнему, что вообще смогла уснуть, Мэри направилась в супермаркет за продуктами. Холодильник совершенно пустовал, а завтра вернутся родители. Мать не будет рада испорченной едой, и не потому, что она пропала, а потому, что дочь опять ничего не ела. Улицы были довольно оживленными средь бела дня. Этот город постоянен, а этот гул наводит легкой умиротворение... Резкая боль пронзила затылок девушки. Поняв, что очутилась на земле, брюнетка поспешила отползать, какой-то мужчина подхватил ее за руку: с крыши падали железные обломки. - Неужели..? Улицу заполнила полиция. Только что мирно проезжающие машины превратились в гору металлолома. Суровые полицейские и толпа прохожих устремили взгляды наверх с охотой узнать, что же вызвало железный дождь. И тогда Мэри почувствовала иголочку в сердце... Это был клан фут? Нет, это он, тот самый человек! Неужели там Леонардо? Чуть мельком заметила девушка панцирь, висящий на металлических сооружениях, которые через долю секунды улетели вниз, достраивая обломочную пирамиду. Никто, кроме черепах не мог быть там, Мэри была уверена в этом. Но вот ее уже уводят подальше от места происшествия сотрудники полиции... Мэри одалела такая паника и ступор, что она уже ничего не замечала. -Раф.. Там же Раф! И нет, ее не пробивало на слезы. Скорее, это можно было назвать огнем :он вспыхнул в груди, пробудив порыв убежать на ту крышу. Убежать, посмотреть в лицо тому человеку! Кто бы он ни был... - Будь осторожнее. Не ходи никуда, я тебя прошу... Теплое помещение. Вокруг бегают люди в белых халатах, и возня, возня. Но Мэри на них наплевать... А по щекам медленно текут горячие слезы, обжигая обветренные щеки...***
...и только по щекам текут слезы, обдувая обветренные щеки.. - Действует! Мастер Сплинтер открыл глаза. Словно все приобрело новые краски, когда грудь мастера вновь оживленно задышала. Что бы учитель не говорил, он был прав! Во всем прав, ведь потерять родных - это самое страшное, что может произойти... Рафаэль был счастлив, что понял это тогда, когда не настало поздно. Единственное, в чем Раф не изменил себе, это в полной уверенности того, что поступил правильно 10 лет назад... Саеносец был жизнью обязан отцу Сплинтеру за все. И если бы сейчас он вновь оказался на грани смерти, то умер бы с чувством выполненного долга! Нет. Только не сейчас. Еще не все... Простит же Сплинтер и трое братьев мутанта в красной бандане за его маленькую тайну.***
Тук-тук - отдалось от стекла в ритм биения большого сердца. Если с ней что-то случилось, то я прямо сейчас сброшусь с этого этажа. ну же, Раф, не будь тряпкой! Тук-тук. Прозвучало увереннее и громче. Окно жалобно прозвенело от удара грозной ручищи, однако все еще держало позицию. В отличии от сердца... Эта легкая, наступающая боль было самым противным из всех чувств, что когда-либо ощущал Рафаэль. Так он согласился сам с собой. Вот.. Третий стук будет решающим. Это ведь ее комната, он был уверен. И вот, окно уже готово к исходному удару... Увесистая темная штора отодвигается. Думаю, не стоит,мой дорогой читатель, говорить об эмоциях, посетивших Рафаэля и Мэри. Стекло не треснуло, ведь давление яркого счастья навалилось с обеих сторон: Она отворила окно. Вмиг оказавшись в крепких объятиях, Мэри поняла, что ни на что она не променяет моменты, проведенные рядом ним... А он - рядом с ней. В пару прыжков оказавшись на крыше дома 237. Снова виды, и холодный весенний ветер обдувает такие горячие от слез щеки... Он сел прямо на бетонную поверхность, ноги переставали держать Рафаэля. Мэри не отцеплялась от его шеи, каштановые волосы,что так непослушно вились, лезли на лицо, трехпалая рука убирает прядь за левое ухо: - Я боялась, что ты не вернешься... На мгновение бинтовая повязка вокруг головы Мэри заставила красного ниндзя чуть-чуть возненавидеть себя. - Мне не было покоя даже на том свете... Без тебя. И чуть больше возненавидел он себя за сказанное мгновение назад. -Красавица никогда не примет чудовище.. - Но так думает лишь чудовище. - А для красавицы чудовища нет... Ветер затихает вокруг. И остановится весь мир. Эта бесконечная нежность обветренных губ незаменима ничем... Даже самой жизнью.