Как легко познакомиться со звездой.

После того случая в коридоре Хайду было не по себе. Лоулесс думал, нет, он знал, что Тодороки просто поиграет с им и выбросит. Ведь блондин его даже ничем не заинтересовал. Спали и выкинь свои эротические сны с участием певца. Потому что он никогда не будет твоим. Он не может, точнее, не хочет отпускать Лихта. Так долго бегать за кем-то. Ладно, не долго, всего лишь каких-то два дня. Но даже если так, это не меняет ситуацию. Хайд хочет полюбить еще раз, чтобы все было взаимно. Как было... с ней... Лоулесс знает, какого это терять человека, который дорог. Нет, наш герой не читал это в книгах. Если быть честным - юноша испробовал это на себе. Та, кто была для него всем, ушла к другому, пусть и не по ее воле. Эти двое могли тайно встречаться, пусть она и была с другим. Но если бы не маленькое "постой". Офелия... Так звали девушку. Прекрасное имя, такое же нежное как его обладательница. Она была сказочной красоты. Блондинистые волосы, с зеленым оттенком, придавали ей некой изюминки. Хотелось прижать ее к себе и никогда не отпускать. Эти глаза смотрели на Лоулесса, он хотел ее, а она его - нет. Она. Полюбила другого, не Хайда, а чертово извращенца с сигаретой во рту. Ее привлекают такие? Об этом парень точно не догадывался. Больно было осознавать, тот сей факт о том, что Офелия ушла. Блондин кричит: Вернись!.

***

Чуть ли не закричав, юноша обнял себя за плечи и пытался отогнать мысли о столь прекрасной девушке. Получалось плохо. Совсем не получалось. Он хотел закричать, но лишь прижал руку ко рту и тихо всхлипнул. Лоулесс любил ее. И будет любить. Блондин вытер слезы и потянулся к телефону, который вибрировал, чуть ли не падая с тумбочки. Видимо, кто-то звонит. Хайд, увидев знакомо подписанный номер "Ангелочек", и хотел взять трубку. Увы, рука не поднималась сделать даже это. Парень слишком много думал о ней... Теперь вновь будет депрессия. Он, наверное, не будет теперь ни с кем разговаривать. Одно упоминание о Офелии разбивает сердце на мелкие кусочки. Его никак не склеить. Юноша не хотел брать трубку. Это раздражает. Тодороки звонит и не перестает. Лоулесс, не зная что делая, впечатывает телефон в стену. Хочется убежать от всего мира, закрывшись одному в какой-то темной комнате. Убежать туда, где его не найдут боль и печаль. Назойливый телефон продолжает звонить, Лоулессу это капает на мозги. И даже после того, как этот же предмет полетел в стену – остался живым. Блондин хотел растоптать этот адский созданный человеком мусор. Он не выдерживает. Слезы потекли по лицу, не желая останавливаться. Скрипя зубами, всхлипывая, сжимая кулаки - разворачивается и идет в ванную. Немного расслабиться под струей воды - может быть хоть это поможет. Но парень не уверен. Приближаясь к небольшой комнатке, открывает дверцу и заходит, сразу же запираясь на ключ. Меньше всего хотелось, чтобы его сейчас кто-то беспокоил. Пусть и родной человек. К черту всех. Встав под струю теплой воды, которую только что включил, начал раздумывать обо всем, что с ним было за всю короткую и никчемную жизнь. Подставляя голову, дабы промыть и забыть обо всех неприятностях. Это сложно. Офелия… Лихт.… Эти двое никак не хотят выходить с его головы, пусть как он этого не хотел. Одна предала его – ушла к неприятному человеку, врагу Хайда. Второй сделает так же? К кому он уйдет? Чтобы добить, может к кому-то из семьи? Плевать он хотел. Пусть уходит. Вода не помогает. Юноша думает только об этих людях и ни о чем больше. Ладно, она могла засесть в его голове, но, черт возьми. Как это смог сделать едва знакомый человек? Пусть он и звезда, его все любят. Только не каждый думает о нем так же, как наш герой. Сжимая руки в кулак, бьет им по стене. Громко. Каждый спящий, к слову, дома была вся семья, просыпается. Слыша всхлипы – они поняли, кто создатель шума. Все знали, что плакать по ночам может у них только Лоулесс. Хотя у каждого такие же скелеты в шкафу. Любой человек когда-то лил слезы ночью. Например, как Цубаки. Младший братик в детстве плакал, потому что боялся монстров. Так как комната старшего брата была рядом – спящий в ней человек прошел проверить, что там творится. Увидев плачущего родственника – заботливо взял на руки и понес к себе на кровать. Вспоминая это, Цубаки, краснеет и убегает к Куро обниматься, а все заливаются хохотом. Но с Хайдом это не пройдет. Он не такой, как все братья и сестра. Семья, конечно, любящая. Вот только пятый брат не понимает этого. Старший хочет подняться и посмотреть, что происходит в ванне, но ему мешает мило сопящий под боком младший брат, еще и сжимающий брата в объятьях. Куро вновь ложится к Цубаки, не переставая волноваться за блондина. Тот думает, что все специально делают вид, будто ничего не слышали и игнорируют громкие всхлипы. В голову лезут мысли о том, что все хотят, дабы он свалил с этого дома навсегда. Нет, только глупый парень так думает. Родня хочет больше не видеть его слез. Вместо этого красноглазый накрутил себе, мол, все его ненавидят и хотят смерти. Ему не хватает внимания близких людей. Его когда-то обнимали и говорили: «Все будет хорошо, не плачь, пожалуйста»? Кого-то раньше волновало то, что он постоянно проводил время с неизвестными девчонками? Хоть одного человека интересовало, чем он увлекается? Но в том, что Хайд стал таким виноваты не только родные. И сам Лоулесс так же. Не интересуясь, как за него переживают родные – идет выпивать очередную бутылку, пытаясь потушить запах сигарет, которые недавно курил. Даже не задумываясь, что все на нервах – имеет своих подруг и после они идут в бар к трем ночи. Плевать он хотел на нервы своей семьи. И тот самый Цубаки, который презирает его, так же волнуется, пытаясь дозвониться ему на мобильник, молясь, чтобы взял трубку. Блондина это беспокоит? Конечно нет. Раньше надо было волноваться, теперь красноглазый – другой человек. Думает, теперь внимание родных ему не нужно. Пытается вбить себе в голову, будто его уже не изменить. Глупо, да? Быстро обмывшись, выключает кран, с которого течет вода, выходит с душа и смотрит в зеркало. Блондинистые волосы, сей кончики были темными. Красные глаза, которые смотрят на мир с усталостью и тоской, хоть и стараются не показывать этого. Черные очки идеально смотрятся на этом белоснежном лице. Не верится, что раньше этого паренька уважала почти вся школа. Ведь в то время, которое уже никогда не вернется, он пил, курил, ходил в «модной», порванной чуть ли не в клочья, одежде, вытворял много чего, встречался с самой популярной девушкой в школе. Но почему сейчас не так? После ухода Офелии к его врагу – Хайд совсем потерял смысл жить. Девушка была для него всем. Лоулесс решил вовсе сменить ориентацию и поменять свой стиль одежды. Это лишь усугубило ситуацию. Все начали издеваться над беднягой, презирая за то, что он теперь гей. Каждый в классе блондина шутил про ориентацию и одежду. Еще дурные очки одел, все считали, что ему они не шли. Возможно, это было так. Красноглазый хотел убежать от всего мира, чтобы никто не издевался над ним. Все возненавидели бывшего «кумира». Теперь можно было смело выкинуть его с класса, жизни, головы, со всего. Он стал никому не нужным. Семья, не зная про это, начала расспрашивать, но Лоулесс молчал и уходил от разговора. Никто не мог поболтать с ним по душам. Они знали только то, что его бросила девушка. Большее никому не известно. Блондин начинает одеваться, не открывая дверь и не идя в свою комнату. У него появилась идея лучше. Ну, по крайней мере, только он так и думал. Его мысль была такова: одеться здесь и сбежать с дома, дабы его никто не заметил. Все будут думать, что он в ванне, а на самом деле Хайд убежит неизвестно куда. Вообще у него не было к кому бежать, поэтому, будет просто разгуливать по городу, прячась в переулках от надоедливой семьи. Никто не понимает его, и он просто решил сбежать от всего, и не вспоминать. Лоулесс, одевшись, подергал за ручку, которой открывалось окно, после начал толкать, чтобы оно, наконец, открылось. Это создавало много лишнего шума. Но никто не думал, что блондин сможет сбежать! Ну, по крайней мере, об этом они еще не догадывались. Честно, юноша даже не подумал о последствиях, просто решил сбежать вот так, ничего не сказав. Открыв окно, понял, что ему никак не выйти без обуви, поэтому, он возвращает в свою комнату на цыпочках и, забрав кроссовки, идет обратно в ванную, закрывая за собой дверь. Стоя перед окном, ловко завязывая шнурки и заправляя те во внутрь, чтобы не мешали, рассуждал о тех двух людях. Наверное, Тодороки просто будет все равно на то, что Хайд сбежит. От этого у Лоулесса появляются слезы. Он выпрыгивает в окно, приземляясь на левую ногу, и сразу начинает бежать в неизвестном направлении. Темно. Блондин совсем не видит куда направляется. В любой момент может выбежать на дорогу, а там его собьет машина. Ну и пусть. Ему это только в радость. Да, мысли о суициде. Как же это типично для подростка, такого как наш парень. Но даже так, он пережил многое, что оправдывает его мысли о самоубийстве. Совсем не смотря, куда направляется, врезается в какую-то женщину. Девушка взяла его за волосы и притянула к себе. Открыв, глаза он увидел красное лицо от злости. Вроде лицо знакомое, но через несколько минут выдавил из себя некие звуки, похожие на писк зайца, которого поймали: -Сестренка! Что ты тут делаешь?! – тот начал неловко осматриваться по сторонам, пытаясь вспомнить, что она тут, мать твою, забыла. -Ты забыл, что я на работе до трех, не так ли? А ты, какого черта здесь?! Тебе завтра в школу! Быстро домой! Нам теперь всем сидеть в твоей комнате и проверять, спишь ли ты?! – она потянула парня за шкирку домой, юноша уже представлял, как сестра поднимет всех, и они будут отчитывать его. – Теперь будешь спать в комнате с Лили! -Что?! С этим вечно раздевающимся идиотом?! - возмутился Лоулесс, в то время как лицо сестры было полно гнева. -Ты как брата назвал?! Я тебе дам с идиотом! Еще как будешь! Я тебя к кровати привяжу! – в ответ Хайд хмыкнул, но перечить сестре не стал, себе дороже. Ведь она просто волнуется за него и хочет, чтобы он понимал это. Но он подумал, что это была попытка придушить его, а потом выкинуть в ближайшую речку, дабы скрыть все следы преступления. – Сам ты идиот… На это блондин вновь молчит, ему поскорее хотелось оказаться дома, а там уже воплотить в жизнь свою вторую «идеальную» идею. Суицид. Он изрежет себе руки и умрет. Родня не будет смотреть на его руки, тем более, он наденет рубашку с длинными рукавами. Судя по этому, Лоулесс очень не любит свою жизнь. Но ведь даже не понимает, что будет еще много чего хорошего. Возможно, найдется человек, с которым он захочет провести всю свою жизнь. Сейчас это тот самый певец, что к нему неравнодушен. Его уже донесли домой, и занесли в комнату, скрывая свое волнение под маской злости, сестра запирает дверь на ключ. Она надеется, что все будет нормально. Хайд перебесится и, наконец, перестанет вести себя, как ребенок. Наверное, с его головы еще не выбили дурость, поэтому, он ведет себя так эгоистично. Вся родня хочет, чтобы их братик вновь заулыбался и продолжил жить дальше. И они стараются не подпускать кого-либо к парню. Потому что думают, мол, они принесут ему лишь боль, страдания и так далее. На самом деле это не так. Появился человек, который захотел быть с юношей. Только семья еще не знает об этом. Когда узнает – начнется переполох. Но тот человек сделает все возможное, дабы сделать блондина счастливым. Получится ли? Достучится Лихт к нему? Все зависит от упорства и желания. Как бы красноглазый не хотел опять быть тем счастливым человеком – станет. Почему? Тодороки пообещал, что сделает его счастливым. А свои слова он на ветер не бросает. Хайд, думая о происходящем, сам не замечая, но медленно стал засыпать. Не сопротивляясь сну, через некоторое время мило посапывал у себя на кроватке.

***

-Как я мог проспать, черт возьми?! – Лоулесс бегал по всему дому, стараясь одновременно поесть и найти свою школьную форму, чтобы одеться. Мягко говоря, получалось не очень. То есть, совсем не получалось. – Твою же мать! -Не надо было вчера ночью разгуливать, тогда бы и не проспал, – удачно заметила сестра, мирно сидя на кухне и попивая кофе. – Идиота кусок. -Я же не виноват! И вообще! Где мои очки? -Мне только и знать где они могут быть, – в комнату вошел старший брат, потирая заспанные глаза. Блондин мгновенно выбегает с кухни, направляясь в свою комнату, по пути сбивая, Лили с ног, что тот падает и ударяется об стену. Сестра уже хотела крикнуть и отчитать Хайда, но поняла, ему на это будет все равно. Вместо этого, она подошла и помогла подняться брату, за что тот ее поблагодарил и пошел в ванну. -Не считаешь, что нужно что-то делать с этим, братец? – девушка посмотрела на Куро, спрашивая о пятом, про что он прекрасно знал и понял почти не с полуслова. – Я уже не знаю, что на него может подействовать… -Само пройдет. -Мать! Куро! Я недавно видел, когда шел со школы, что братец Беззаконие гулял с каким-то мальчишкой в кафе. Только вот не подходил близко. Но я кое- что рассмотрел, – в комнату вошел самый младший. – Тот парень был таким же ростом и с белой прядью в левой стороне. Еще рюкзак с крыльями. -Седая прядь? Знакомо. Вот не могу понять что, - Гнев задумчиво приложила руку к подбородку и попыталась вспомнить какого-то человека с такой же внешностью, что только описал Цубаки. – Точно! Помните, мы заходили в его комнату и увидели кучу постеров с каким-то исполнителем похожей внешности? Думаю, это он. Вот только, в наш город приехала звезда? Тем более мы об этом не знали? -Да, приехала. Какой-то Лихт кто-то там, « Ангельский исполнитель». Дурость какая-то. Один геморрой с ним, – проговорил старший, садясь на стул возле сестры. – Точно. Он же этот. Ну.… Не той ориентации, может быть, поэтому и гуляет с парнями. Все вспомнили, что их брат и вправду был этим. Однако такая новость никому не понравилась. Потому что все понимали, что Хайд будет бегать за этим Лихтом. Вспоминая, как он уже бегал за одной девушкой, и чем это закончилось, то семья не хотела видеть их в каких-нибудь отношениях. Вдруг он причинит их любимому братику боль. От этой мысли всем становится нехорошо, они – семья и переживают , пусть все и не находятся в лучших отношениях. Хайд выходит с дома, направляясь в школу, даже не смотря на дорогу, идет вперед. Ему все равно, пусть машина собьет, хотя этому он будет рад. Честно, ему стало все равно на свою жизнь после ухода дорогого для него человека. В его жизни больше нет смысла без нее. Уже ни в чем нет смысла. В этой влюбленности так же. Это была большая ошибка влюбиться в того, кто тебя никогда не полюбит. Уже плюс то, что он не скрывает своей любви. Идя и не смотря под ноги, слышит до боли знакомый голос сзади. От этого внутри все сжимается и не позволяет дышать, словно на него надели корсет и крепко завязали. Вместо того, чтобы закричать от боли, Лоулесс поворачивается, сжимая кулаки. Еще и борется с желанием дать обладателю голоса в лицо. Вместо этого он выдавил из себя улыбку: -Привет, Лихт, - парень заметно погрустнел, но все равно улыбался, как ни в чем не бывало. – Как ты? -Ага. Я нормально, пошли, а то опоздаем, - Тодороки потянул юношу за руку, ускоряя шаг и идя в школу, даже не замечая, что тот жутко покраснел. – Эй, ты чего? Ты заболел что ли? - Ничего! Пошли, вдруг и вправду опоздаем! – блондин почувствовал, как Лихт сплетает их пальцы, крепко держа его руку и не отпуская. Это слишком смущает. Они похожи на влюбленную парочку, хоть ей и не являлись. – Ты что делаешь?! -За руку тебя держу. Нельзя? -Это смущает… Певец ничего не сказал, а взял его сумку и потянул того в школу. Первые минуты юноша сопротивлялся, но понял, что тщетно, прекратил, надув щеки. Это понравилось ангелу. Все же надо на уроки, а не умиляться с парня. Поэтому, брюнет поспешил на территорию школы. Когда был там, то сразу же посмотрел какой у них первый урок и продолжал тянуть Хайда, только уже в класс на урок всеми любимой биологии. Честно, блондин любил этот урок чисто, потому что можно было потыкать пальцем в книжку на самую уродливую картинку и сказать: «Это ты». Правда, ему было не с кем такого делать, да и парты такие, где сидишь один, но некоторые сдвигали. Тодороки дотащил Лоулесса в класс и посадил за парту, отдав сумку, ушел. Парень начал рыться в ней, доставая дневник, пенал, тетради. Только вот без книги, потому что забыл ее. Сразу же впадая в панику и не зная, что делать, нервно бегает глазами по классу, пытаясь придумать что-то. Вместо того чтобы попросить помощи, продолжает бездействовать. Лихт без слов сдвинул их парты и посмотрел на юношу. -А сказать не мог? – тот покраснел и отвернулся, певец хотел продолжить, но не смог из-за звонка. В принципе, поговорить на уроке им это не помешает, все равно двое не слушают.- Чудной ты. -Сам такой. -Замолчи уже. Учитель зашел в класс и поздоровался с учениками, позже сел за свой стол и начал говорить о новой теме. Его слушали только отличники и некоторые хорошисты, а остальные пропускали все слова мимо ушей, ибо считали, что им это вовсе не нужно. Как и половина всех присутствующих, здесь людей, наша парочка не слушала скучную болтовню учителя. Вдруг Тодороки поворачивается к мужчине, который рассказывает все это. А Лоулесс, открыв книгу, начал читать параграф наперед. Тут же блондин жутко покраснел, когда на его коленке оказалась рука соседа по парте. -Ты что творишь?! – прошептал тот прямо в лицо Лихту, пока тот сделал вид невинного ангела. -Ой, прости, просто у меня есть привычка обо что-то опереться, я не думал, что тебе не понравится, – убрав руку, положил ее на парту и продолжал смотреть на учителя. Продолжая делать вид невинного ангела, Хайд ужасно раскраснелся, ибо сам Лихт положил ему свою руку на коленку. Нет, конечно, юноша это немного понравилось, только было слишком неожиданно и странно. Они не встречались, чтобы Тодороки уже творил такое. В принципе, это ничего такого не значило. Может быть, тот захотел пошутить и сделал это. Вовсе не смешно. -Если ты решил поиздеваться, то это не смешно, - блондин выдохнул и отвернулся от соседа по парте, вновь заглядывая в книгу. -Кто сказал, что я издеваюсь? Вдруг мне нравится твое тело, - неожиданно сказал брюнет, уставившись на красного Лоулесса. -Что?! -То, что слышал Певец отвернулся и лег головой на парту, закрывая глаза, в то время как второй чуть ли не начал орать на весь класс. Зная, что между ними ничего не будет и Лихт это сделал просто так, красноглазый мгновенно погрустнел, и вздохнул. Учитель рассказывает что-то невнятное, класс не слушает, Тодороки вообще на урок плевать, один Хайд начал читать учебник. Все же румянец на пухленьких щеках никак не хотел уходить. Вновь он чувствует приятное касание чужой руки, только она была не на колене, а на бедре. Это заставляет краснеть и неловко ерзать на стуле. -Ты чего… - Лоулесс не успевает договорить, как сразу слышится ответ. -Просто. Слышится скрип двери класса, видимо, кто-то входит. Все лениво повернули головы, чтобы посмотреть какого хера будут им мешать просыпать урок. Увидев кто зашел – у ангела сняло усталость рукой, и он поднял голову с парты. -Кранц?! -Простите, что срываю урок, но срочно нужен Лихт Тодороки, у него неотложные дела. Можно забрать? Он потом все выучит под моим контролем! – Розен посмотрел на учителя, тот кивнул, будто разрешая уводить исполнителя. Мужчина подошел к нему, и, взяв за руку, захватил сумку, сразу же попрощавшись, вывел ангела за дверь. Блондина опять оставили одного. Грустно утыкаясь в книгу, понял, что брюнет забыл ее. В голове у Лоулесса проскочила мысль: «может быть, прийти к нему и отдать?». Точно. Как раз и выяснят все отношения. Но Хайд прекрасно понимает. Это отношения «звезда-фанат», не больше.