Портрет

Снова библиотека. Снова, снова и снова я сижу за дальним столом и пишу эссе. Ну, как пишу… Скорее наблюдаю за одной девушкой, которая пленила мое сердце. Ну и рисую. Я каждый день прихожу именно сюда и сажусь именно за этот стол чтобы можно было увидеть её. Гермиону Грейнджер. Я уже давно знаю ее привычки. А именно как она забавно чуть-чуть морщит свой маленький аккуратный носик, когда сталкивается с чем-то непонятным, как блестят ее янтарные глаза когда она находит что-то интересное, как она трет свои ладошки перед тем как писать свои эссе, как гладит свои непослушные каштановые волосы когда проверяет свою выполненную работу. Когда я успел влюбиться в нее? О-хо-хо, давно, очень давно. Курсе на втором, а сейчас уже аж седьмой. Я наблюдал как она менялась, становясь все красивее и красивее. Черт, кажется она опять заметила как я на нее откровенно пялюсь. Секунда, и она уже начала собирать свои учебники для легкого чтения в свою сумку, которая явно очень тяжела для ее хрупких плеч. Но как грациозно она это делает! Словно она не обычная ученица седьмого и последнего курса школы и волшебства Хогвартс, а балерина. И вот когда все учебники собраны она накидывает на свои плечи сумку и самоуверенной походкой направляется к выходу из библиотеки. И вот она проходит близко ко мне и я вдыхаю запах. Этот аромат когда она проходит мимо… М-м-м… Этот аромат я не спутаю ни с чем. Только Гермиона пахнет так. Яблоко и немного корицы. Невольно закрываю глаза и на губах появляется глупая улыбка. — Поттер! — вырывая меня из мира грез зовет она. Почему она? Потому что только она зовет меня по фамилии и никак иначе. — Миона? — ее взгляд метает молнии, но Боги… как же она прекрасна в гневе. Не зря говорили древние, что женщины больше всего прекрасны в двух случаях: когда они в гневе и когда кормят детей. — Ты меня вообще слушал, Поттер?! — опять этот притягательный взгляд янтарных глаз. — Да, Миона. Вот то, о чем ты просила. — протянул я ей пергамент с рисунком. Стоп! С рисунком?! Черт, черт, черт! Это же ее портрет! И что она теперь подумает?! — Это… Это мне?.. — растерянный взгляд. — Ты не говорил… Что так красиво рисуешь… — Считай это подарком, Миона. — мягко улыбнулся я чтобы побороть свое смущенние. — С-спасибо. — смущенно улыбнулась она. Мне улыбнулась Грейнджер? Грейнджер. Мне. Улыбнулась. Остановите планету пожалуйста, я сойду. Мне послышалось или… Да, точно, ее сумка порвалась и на пол вывалилось все содержимое. Гермиона глухо ойкнув упала на колени и начала собирать книги. Ни теряя ни секунды я начал ей помогать. Спустя всего пару мгновений мы собрали почти все книги до единой. Оставалась всего одна и мы одновременно потянулись за ней. Задев друг друга мы резко подняли головы и неотрывно смотреть друг другу в глаза. Боже, как я давно мечтал вот так посмотреть этой девушке в ее янтарные глаза… Казалось я просто потонул в них, но Гермиона резко отвернула голову густо покраснев. — Прости… — поднимаясь с пола пробормотал я и протянув руку девушке помог ей встать. — Ничего страшного… Поттер. — приняв мою помощь встала с пола она. — Я помогу. — взяв учебники, которые были у нее в руках и добавив их к тем, что были у меня бодро сказал я. — Не стоит. — А я думаю стоит, пошли, я провожу тебя. Немного помедлив, очевидно поразмышляв над ситуацией Гермиона все-таки согласилась и мы пошли к входу в гостинную Гриффиндора. Выйдя из библиотеки нам встретились близнецы-первокурсники Уизерви, кажется. Учились они на Гриффиндоре и уже начали зарабатывать себе репутацию шутников. Вторые Уизли, ей богу. Поднимаясь по лестнице я видел изумленные лица Гриффиндорцев. Не часто, а точнее почти никто не видел чтобы Слизеринец поднимался к их гостиной на пару с магглорожденной волшебницей. Дойдя до портрета Гермиона сказала пароль «Мертвый змей» на что я закатил глаза, а Миона просто рассмеялась. Даже смеётся она по особенному, как буд-то ручеек журчит. — Спасибо… — взяв книги у меня из рук сказала Гермиона. — Спокойной ночи, Гарри… — встав на цыпочки и поцеловав меня в щеку она густо покраснела и вбежала в гостинную после чего проход закрылся. — Спокойной ночи, Гермиона. — привычным жестом взъерошив волосы сказал я. Спускался вниз я с глупой улыбкой ловя на себе влюбленные взгляды девушек, которые игнорировал. Как можно думать о ком-то когда есть Гермиона Грейнджер? Войдя в гостинную я поймал вопросительный взгяд своего лучшего друга Долохова, но отмахнулся показывая что пошел спать. Заснул я с именем Гермионы на устах.