Защитник

Беспокоясь о Гарри, Лили решила, что эту ночь проведет в комнате кузена. На скорую руку трансформировав кресло в кровать, девушка уснула. Но где-то в час ночи её дар дол о себе знать, от чего Лили проснулась с единственной мыслью в голове — с ее кузеном что-то не так. А на кровати Лили увидела Гарри, который скинул с себя одеяло, а на лбу была кровь, вероятно, от шрама. Лили, перепугавшись за здоровье ребенка, метнулась к его кровати и взмахом палочки исцелила шрам. От этого мальчик и проснулся, резко схватив ртом воздух, словно рыба выброшенная на берег. -Гарри, что случилось? — с беспокойством спросила мисс Уайт, оглядывая мальчика на наличие внешних повреждений. Но ребенок никак не отреагировал на слова девушки, а лишь жадно хватал воздух, а глаза были полны страха и боли. Лили растерялась, и, не зная что еще она может сделать, крепко обняла ребенка и стала успокаивать его. Мальчик дрожал и не говорил ни слова, просто закрыв глаза. Успокоившись, Поттер заснул на руках кузины. К тому моменту Лили уже сидела рядом с ним на кровати, прижимая напуганного невесть, чем мальчишку к себе. И впервые в жизни мисс Уайт боялась выпустить кого-то из своих объятий. Держа мальчика на руках, Лили не заметила, как сама заснула. Утром ее тихонько разбудила мать и увела из комнаты, оставляя мальчика одного досыпать. А мать и дочь сидели на кухне и пили чай. — Мам, может ему стоит сказать о тете? — с надеждой спросила Лили. В конце концов, держать мальчик в неведении вечно было нельзя. — Ты хочешь, чтобы он в больнице оказался? — Мам, он должен знать, что никогда и не был сиротой! — Я тебе категорически запрещаю говорить тебе о том, что они лежат у нас в больнице! — Но он должен знать! Он имеет право знать! — несколько повысила голос мисс Уайт. В конце концов, разве можно скрывать такое от ребенка?! — Я тебе все сказала, — как ни странно, спокойно сказала Юлия, тем самым оканчивая этот разговор. Лили лишь фыркнула и отвернулась, но тут же застыла. Они не заметили, что в дверном проеме стоял ошарашенный Гарри. Нет, на самом деле, и долго они еще собирались его обманывать?!. Хотя нет, даже не это сейчас интересовало Поттера — сколько же еще тайн у этих людей?! Хотя, нет, постойте-ка, они сказали, что Лили Поттер — жива?.. — Это правда? — потребовал ответа Гарри, пожирая взглядом Юлию и Лили. — Что правда, дорогой? — постаралась узнать слышал ли ребенок их разговор Юлия. — Я все слышал, — разбил все надежды Юлии Поттер. — Почему же вы сразу мне не сказали? Почему не забрали тогда? Юлия, уже без всякой надежды, лишь указала мальчику на стул. Вранье больше ничем им не поможет… Что ж, тогда следует завоевать доверие ребенка, рассказав ему правду. В конце концов, еще немного и Гарри совсем перестанет им доверять! А если верить Северусу, то лучше самим рассказать гриффиндорцу правду. Иначе, тот сам доберется до нее, но последствия могут быть слишком неблагоприятными. — Сначала сядь, а потом я тебе все расскажу. Почему-то мальчик повиновался, и после тяжелого вздоха Юлия начала свой рассказ: — Это началось за долго до твоего рождения… На нашу семью напали и во время нападения погибала моя мама, а отец был сильно ранен. Нам удалось остаться целыми благодаря хранителю мамы — Лео, но… — Юлия не договорила, хотя и так все было понятно. Ей было тяжело говорить об этом, вспоминать свою жизнь. Но все же, женщина нашла в себе силы. Ради Лили, ради Гарри, ради Северуса… — Отец не мог вырастить и меня и Лили, и по решению старейшин нас разделили. Меня оставили в семье, а Лили отдали Эвансам… Подумать только, ведь, если бы только отдали меня, а не Лили, все ведь могло быть по другому!.. Но вышло как вышло. И впервые после всего этого мы встретились только через 11 лет на платформе 9 и ¾ в Лондоне. Я знала, что у меня есть сестра, и только тогда поняла, что это — Лили, но отец так и не рассказал о событиях того дня. А потом, как ты знаешь, я попала на Слизерин, а сестра — на Гриффиндор. Я понимала, что она ничего не знает, что принадлежит к совсем другой семье, но ничего не могла с собой поделать и стала наблюдать за ней… Гарри, повинуясь порыву, вдруг подошел и обнял женщину. И шепнул ей: «Я помню, как ты пришла в Годрикову впадину, как ты мне прошептала, что заберешь меня. Я помню все». А Лили сидела на стуле и ничего не могла сказать. Ведь, даже дети миссис Снейп не знали о том, что она была вынуждена скрывать. — Может все-таки отдохнешь? — спросила Лили, подходя к матери. — Ведь, всю ночь не спала. Так и без сил можно остаться. Юлия кивнула и поднялась со стула. Она хотела было пойти в свою комнату, оставив Гарри с дочерью, но Поттер не собирался оставлять крестную одну. *** Ближе к обеду проснулся Северус. Он чувствовал себя гораздо лучше, чем ночью и вышел из комнаты, в поисках жены. Но увидел в гостиной Лили, которая плакала. — Что-то случилось? — с беспокойством спросил Снейп, подходя к девушке. — Ты чего плачешь? Кто тебя обидел? — Почему она раньше не рассказала, о том, что с ней произошло в детстве? — сквозь слезы спросила Лили. Северус приобнял девушку. — Ты о чем сейчас? — Видимо даже ты не в курсе, что Патриция Уайт нам не бабушка. — А, так ты об этом. Это я давно понял, но боялся спросить. А ты как узнала? — Гарри случайно услышал наш разговор об одной пациентке в клинике, и после него мама все ему рассказала. Сейчас она в его комнате, а дверь закрыта и дом мне не подчиняется! — Хм… Вот это плохо. Я сам ее сильно напугал с этой болезнью…