Такова жизнь

Тогда я заканчивал медицинскую школу при больнице. Св. Мунго и, оказавшись свободным на шесть недель пасхальных каникул, пустился в путь с небольшим чемоданом, в котором уместилась вся моя одежда, и с пятнадцатью галеонов в кармане. Мне было двадцать пять лет. Я приехал во Флоренцию. Собственно, зачем я приехал во Флоренцию, в Италии, я не чувствовал себя так, как в Британии. В Британии одиноко. Все дети, приспешников ныне павшего Лорда, мои друзья, разъехались по разным странам, сразу после войны. А я не мог, я был с матерью, год назад отец скончался в Азкабане. Мать не смогла пережить утраты, с каждым днем угасала на глазах, я приехал на каникулы в Малфой мэнор и смотрел как тает её былая красота на глазах. Она не смогла пережить и полугода, умерла. Вот так вот, я остался совершенно один в этом дрянном мире. По утрам я мечтал, бродя по пустым улицам, когда-нибудь все будет хорошо. Каждый день, словно мантру, я произносил эти слова. Зачем? Я сам не знаю. Одну ночь я провел в одной из гостиниц на берегу Арно, а сегодня я поехал к нонне Розабелле, к бабушке Блейза, Розабелла — красивая роза. Да, женщины семьи Забини воистину красивые, словно розы. Даже сейчас в свои шестьдесят нонна Розабелла, изящна и очаровательна, с зелеными глазами и вьющимися волосами цвета молочного шоколада. При взгляде на нее невольно начинаешь думать, что перед тобой скорее создание другого мира — сильфида или ундина, нежели земная женщина. — Ох, Драко, come siete arrivati? (как ты доехал?) —Нонна Розабелла подбежала ко мне, лучась радушием, и заключила меня в свои объятия. — Спасибо, отлично — улыбнулся я, пытаясь, отстранится от Нонны. — Блейз, уехал на виноградник скоро будет — сказала женщина и, отстранившись, начала критично меня осматривать. — Оrrore (Ужас)!Figliolo (Сынок), как же ты похудел! Бедная-бедная моя Нарцисса, она плачет с небес, видя тебя в таком состоянии, царство ей небесное! — Ох, уж эти итальянцы, очень эмоциональный народ, еле сдержав порыв закатить глаза, я попытался сменить тему. — Сome sta? (Как дела?). — Grazie, Va bene (Спасибо, хорошо) — расплылась в улыбке женщина — Драко, Bravo (Молодец)! Я знала, что ты не забудешь итальянского! После дождливой и промозглой Британии, я недооценил Прекрасную Флоренцию. Тут было действительно жарко, и Италия показывала все свое Южное обаяние. Мы с Розабеллой сидели и пили прекрасное вино. В тосканских горах у семьи Забини был виноградник, и, сколько помнится, нигде в Италии я больше никогда не пил такого вкусного кьянти, как у них. — Драко, расскажи мне чем ты занимаешься? — отпивая вино, спросила женщина. — Я заканчиваю в этом году Колдошколу при Св. Мунго —ответил я. — Perfetto! (Отлично!) Драко, ты можешь приехать и работать здесь. У брата моего покойного мужа отличный Медицинский центр! Я ему сегодня же отправлю сову — она поддалась вперед и в её голосе звучали материнские нотки. Такие словно ей было не наплевать на меня. — Спасибо, Нонна. Я не знаю, что и сказать — искренне ответил я. — Милый Драко, ты мне как второй внук! Если тебе нужна будет когда-нибудь помощь или совет ты можешь смело прийти ко мне! — с жаром начала она, ох, уж эти эмоциональные итальянцы. Через полчаса сославшись на плохое самочувствие Розабелла отправилась прилечь. — Кого я вижу! — послышался веселый голос сзади — Buon giorno (Добрый день), Мистер Малфой! Я повернулся и увидел, как на всех парах ко мне подбегает Блейз, раскрыв свои руки для объятия. — Привет, Блейз — ответил я, заключенный в объятия и поспешно отстранился, дабы не быть задушенным. Чертовы Итальянцы, усмехнулся я про себя. — Мы так давно с тобой не виделись, почти год. Мы ждали тебя на рождество — уныло сказал Блейз. — Я не мог приехать. Мы проходили практику все каникулы — почти не соврал я. Мы направились в нашу любимую беседку, там всегда можно было спастись от палящего солнца Флоренции плетущимися розами которые располагались вокруг беседки. Домовики принесли полусладкое вино, которое очень любил Блейз. — Рассказывай, Драко, как ты? Мне интересно все. — сказал Блейз и удобно усевшись в плетенное кресло, выжидательно посмотрел на меня. — Я учусь и теперь еще работаю в Мунго, помощником колдомедика, набираюсь опыта. Я еле отделался от долгов. Ты сам прекрасно знаешь, все состояние ушло на выплаты пострадавшим. — А вот мы еще должны выплатить половину — вздохнув ответил Блейз — Мама с бабушкой не хотят продавать поместье, ты и сам понимаешь, вот и приходится каждый день на винограднике пропадать. Даже не брезгуем продавать маглам. — Да уж, поместье продаст только полный идиот — задумчиво проговорил я, крутя в руках бокал. — Как обстоят дела с ней? — после небольшой паузы спросил Блейз. — Мы вместе — отвел я. — И все? — неверующе спросил он.  — Мы уедем проходить стажировку в Германию, на два года, там нам будут платить за работу, снимем квартиру, возможно, останемся там жить — вспомнив её улыбку я улыбнулся. Ханау нас встретил проливным дождем. Погода настолько сильно давила на психику, что казалось, что город не очень рад нас видеть, совершенно не рад. Пол дня я искал под проливным дождем нам квартиру, но я даже представить не мог, что цены будут на столько высокими. Но в конце дня я снял комнату с видом на памятник Братьям Гримм, у вдовы которая, поторговавшись, сколько следует, согласилась сдать мне эту комнату за двадцать сиклей в день. Боюсь, для вдовы эти условия оказались не очень выгодными, но на большее денег у меня не было. Но я был рад, что мне попалась именно эта комната, ей понравится памятник. Переступив порог, она натянуто улыбнулась и одним взмахом палочки убрала в комнате всю пыль, еще один взмах и наши вещи аккуратно висят в стареньком шкафу, через несколько минут в комнате и вовсе царил порядок. — Я знаю, это не то, о чем ты мечтала, но… — не успел я сказать до конца как её нежные губы накрыли мои. — Главное мы вместе, Драко — тихо сказала она. — Я люблю тебя, Гермиона — я сомкнул руки у нее за спиной и подтянув её ближе возобновил поцелуй. — Я пойду что-нибудь приготовлю — тихо ответила она, размыкая мои руки и поспешно удалилась. Все шло своим чередом, нам платили не такие большие деньги, как стажерам, но на жизнь хватало. Работа колдомедика оказалась очень изнурительной, я даже представить не мог, когда учился, что могу не спать по два дня. И наши дежурства редко совпадали, в основном, когда я был дома на ночные выходила Гермиона. Я не знаю в какой момент это случилось, но что-то изменилось в наших отношениях, близость не чаще одного раза в неделю, ходили мы куда-то еще реже, ругань в порядке вещей, мы жили так, словно прожили лет двадцать, а не полтора года. Гермиона ссылалась на то, что она устала от этого города и хочет съездить домой, в Британию. На рождественские каникулы с работы отпустили только одного стажера отдыхать и то, отдых неоплачиваемый был, Гермиона уехала на неделю. В тот день я приехал со смены, принял душ, заварил себе кофе и уже собирался ложиться спать все как обычно. Но сон не шел, я подошел к книжной полке и выбрал одну из любимых книг Гермионы, когда я его раскрыл оттуда упала целая пачка писем. Они были от Джинни Уизли, от её дружков, от её родителей, от Луны Лавгут. Я не знаю какой черт меня дернул прочитать одно из них, но я сделал то, что сделал.

Дорогая Гермиона!

Спасибо огромное за подарок на день рождение, он великолепен! Мама с папой уехали гостить к Перси и Пенелопе. Рон уехал снова на сборы и теперь весь дом в нашем с Гарри распоряжении, если ты понимаешь, о чем я! Как у тебя дела? Если тебе там плохо возвращайся в Британию, Гермиона. Кстати, мы тоже всю жизнь нуждались в деньгах и, если честно мне кажется Малфои получили по заслугам, теперь пришел их черед жить в нищете. Если вы нуждаетесь в деньгах, почему он не продаст поместье? Оно ведь все равно пустует. Кстати, Рон приезжает на рождество, и мы хотим видеть тебя на каникулах в Норе и пожалуйста без Хорька! До сих пор не понимаю, что ты в нем нашла.

С любовью Джинневра!

Письмо с легким шелестом выпал из моих рук и приземлился около моих ног, и я надавил на него с такой силой будто хотел втоптать его с пол. Она жаловалась своей подруге на нашу с ней жизнь. Я не мог судить её за это, я тоже не хочу жить в этой нищете, но я стараюсь из нее выбраться, черт возьми! Я ударил книжную полку кулаком и схватив еще одно письмо раскрыл.

Дорогая доченька!

У нас все хорошо, мы очень скучаем по тебе, ты давно не приезжала! Мы решили продать нашу клинику. Так сказать, уйти на пенсию, мы завели щенка и назвали его Кейси, он очень смышлёный. Как твои дела? Когда ты приедешь? И кстати, почему ты не хочешь нас знакомить со своим парнем? Или ты боишься, что он может нам не понравиться? Если у тебя есть на счет него сомнения, лучше все хорошо обдумай, милая!

С любовью твоя мама!

Спустя три месяца… — Драко, что мы будем делать после стажировки? — Я не знаю — ответил я ей и отложив книгу, взглянул на неё, и увидел, как на её милом лице проявилась раздраженность. — Через месяц стажировка заканчивается, ты разве не думал, что мы будем делать и куда нам подаваться? — У нас есть образование, теперь после стажировки мы можем устроиться куда угодно, разве нет? — Где мы будем работать? Останемся здесь в Ханау или поедем обратно домой? — она слишком резко и слишком дерзко задавала вопросы, что я сам невольно начал закипать — Нам по двадцать семь лет, Драко! Я не могу всю жизнь жить в съемной комнате! Почему мы должны ютится в этой комнатушке, когда у тебя есть огромное поместье, почему ты не можешь его продать?! — последние слова она выкрикнула и резко села в кресло и схватилась за голову. — Я хочу, чтобы у нас была своя квартира, я хочу, чтобы у нас были дети, Драко! Я хочу, чтобы у тебя была стабильная работа! Я устала так жить, мы с тобой совершенно не видимся, продай это чертово поместье, прошу тебя — дрожащим голосом проговорила Гермиона. — Это исключено, Гермиона — тихо ответил я. — Но почему-у? — в отчаянии крикнула Гермиона. — Потому что ни один уважающий себя маг не станет продавать свое родовое поместье! Ни тебе, ни твоей Уизлете этого не понять! — крикнул я ей в ответ, она посмотрела на меня так словно я её ударил. — Ты читал мои письма. Как ты мог? — проговорила она так, словно ей не хватало воздуха, и она задыхалась  — Если я продам свое поместье, я перестану себя уважать, это много вековая история, история моей семьи, какой бы она не была, она — моя, и я её люблю — сказал я. Гермиона качала головой из стороны в сторону — Ты понимаешь, что мы не особо будем востребованы, мы совсем молодые специалисты. Нам нужно на что-то жить, нужно дальше продвигаться… — Мерлин, Гермиона! Очнись! Ты не даешь мне шанса это сделать! Думаешь, как люди живут? Те, у кого ничего нет? Они так же копят, выживают, в чем-то себе отказывают, Cʼest La Vie, Гермиона! — снова повысил голос я и увидел только её спину, которая скрылась за дверью. Сегодня был последний день стажировки в Ханау. Начиная с рождества, я работал не покладая рук, делал то, что другие не могли сделать, сдирал с себя три шкуры, только бы выделится среди остальных. И вот мои старания не прошли даром и мне предложили контракт на пять лет, с хорошей зарплатой, на которую реально накопить на небольшую квартирку. Счастливый я побежал к Гермионе, которая уже была дома, пригласил её на свидание, подарил красивый букет её любимых лилий. А уже вечером мои руки ласкают её спину, уверенно продвигаясь к груди. Она прижимается всем телом ко мне, и целует в губы. Ее нежные руки гладят мой живот и плавно спускаются ниже, она обхватывает мой член сквозь ткань брюк и мучительно медленно гладит набухший орган. Вызывая стоны удовольствия. — Драко, наконец-то мы вернемся в Лондон, правда? — спросила Гермиона, лежа у меня на груди, я промолчал, паника быстрой волной накрывало мое сознание. Она отстранилась и села по-турецки скрестив ноги. — Когда я ездила на рождество домой, я зашла в Мунго. Драко, они нас там ждут! — Радостно воскликнула Гермиона и увидев мое застывшее лицо, её улыбка медленно сползла. — Ты не рад? — Драко, что происходит? — После моего молчания добавила она. — Джонатан предложил мне контракт, и я подписал его — прикрыв глаза ответил я. На меня как будто навалилась усталость за все эти два года. — Что ты сделал? — Ошарашенно спросила Гермиона и я, решив, что это был риторический вопрос не стал на него отвечать. — Как ты мог, не посоветовавшись со мной сделать такое важное решение? — Ты ведь хотела, чтобы у меня была стабильная работа. Ты хотела другой жизни. Я и подумать не мог, что у тебя все схвачено — начал оправдываться я. — Конечно я хотела, чтобы у тебя была стабильная работа. Но не здесь! — она сделала паузу будто приводя мысли в порядок. — Я не знаю, что и думать Драко. — Господи, чтобы я не сделал, тебе все время, что-то не нравится. Может ты дашь мне шанс побыть мужчиной? — Я быстро встал с кровати и начал одевать свои брюки. Просто хотелось выйти. Убраться из этой комнаты подальше. Подальше от неё. Она сидела и смотрела, как я одеваюсь, в её глазах плескался океан слез. И первый раз за все время отношений я посмотрел на нее другими глазами, словно она и не та, с кем я прожил два с половиной года, словно она не та, которая была так нужна, нужна как чертов воздух. — Если ты сейчас уйдешь, клянусь Мерлином, мы расстанемся! — В отчаянии крикнула Гермиона — По-моему ты этого и хочешь — бросил я ей, повернувшись к ней лицом. — Ты изначально не хотела быть здесь — развел я руками, показывая нашу маленькую комнатку — Мне ничего не остается, кроме как снимать эту комнату, были бы у меня деньги мы бы жили иначе. Почему ты не можешь дать мне время? Я заработаю на дом, я обеспечу нас. Просто дай мне время! — последние слова я выкрикнул на столько громко, что Гермиона вся съежилась. — Ты меня не слышишь. Я… Я просто… Я просто не была готова все бросить и ехать сюда. Я вообще была не готова ко всему этому. Я не готова была в тебя влюбляться, я не хотела в тебя влюбляться. Но я рискнула, и вот я здесь тритий год рядом с тобой…  — И, по-моему, ты крупно об этом жалеешь — закончил я. — А может ты и вовсе начала встречаться со мной из-за жалости, ну да, я — бедный пожиратель смерти у которого еле денег хватает на хлеб, у которого мать при смерти, которого ненавидят и презирают абсолютно все, ты думаешь мне легко там живется, да если я прогуляюсь по Косой Аллее от меня живого места не оставят! — я не мог остановить поток слов который лился из моего рта, даже сейчас после того как мы с Гермионой расстались и помню полные боли глаза, огромные слезы которые катились по её раскрасневшимся от гнева щекам. Тогда я все-таки ушел, я бродил по пустым улицам Ханау и мечтал, как когда-то у меня все будет хорошо. Я вернулся под утро, её уже не было. Она уехала. — Дядя Драко, ты почти всю жизнь прожил в Ханау, ты её видел после расставания? — спросила уже совсем повзрослевшая дочь Блейза, такая же красивая и такая же добрая как Нонна Розабелла. — Да, видел. Всего один раз — прикрыв глаза, я вернулся на пятьдесят лет назад. Две тысячи двадцатый год, тогда дочь Блейза Забини Адриана, первый раз должна была отправится в Хогвартс. Почётная миссия проводить единственную дочь прекрасной семьи Забини упала на крестного Драко Малфоя. Маленькая Адриана крепко вцепилась за руку крестного отца. — Дядя Драко, ты ведь мне будешь писать? — всхлипнув спросила девочка — Конечно буду — энергично закивал Драко, они уже подошли к вагону где обычно садили слизеринцев. — Знаешь, на сколько я знаю, с тобой должны учится дочки Панси и Дафны, еще сын Нотта, их родители были наши с Блейзом друзья — успокаивал Драко испуганную крестницу. Разобрать лица в густом дыму было очень трудно. Голоса чьих обладателей было не видно, звучали неестественно громко. Но подойдя к последнему вагону слизерина, Драко мог ясно увидеть их лица. Это были Гермиона Грейнджер, Рональд Уизли, Гарри Поттер и его жена Джинни, а рядом смеялись и перешептывались их дети. Драко сразу обратил внимание на маленькую девочку уже переодетую в новехонькую с иголочки форму Хогвартса, она была похожа на мать те же глаза, улыбка и у нее были такие же пышные волосы, только они были рыжего цвета. Группа людей заметили смотрящего на них Драко, он им кивнул и сев на корточки перед крестницей начал давать последние наставления. — Дядя Драко, ты даже не пытался с ней поговорить? — разочарованно протянула Адриана. — Нет, этих секунд хватило, чтобы понять — она была счастлива, она живет той жизнью о которой мечтала. Я бы не посмел разрушить то, чего она так хотела. — Не понимаю, она живет счастливо с другим человеком и у нее прекрасная семья. А ты бы сегодня отмечал свое девяностолетие один, если бы я не приехала? Почему ты не женился? — Адриана смешно показывала свое негодование, смешно хмурила носик и сдувала выбившуюся прядку волос. — Я любил только её — просто ответил я и это было абсолютной правдой. — После стольких лет? — ошарашенно спросила девушка  — Всегда.

КОНЕЦ.