sea and fire

      Но Нура была слишком рассержена. Она убежала в спальню и через несколько секунд, пронесясь мимо Магнусона, хлопнула дверью так, что на экваторе бы услышали. Вильям так и остался стоять на кухне, совершенно не понимая действий девушки. Он устал от этого всего. Эва Мун принесла слишком много в его жизнь для одного дня. Крис лежал и думал о родителях. Он всегда прекрасно знал, что мать сожалела о том, как обходилась с сыном. Она много раз пыталась все исправить, но каждый раз зря старалась, ведь взрослому мальчику не нужна мама. Он давно уже перерос обиды детства, но где-то внутри будто что-то скулило и резалось наружу. «Нужно дать ей еще один шанс. Один».       Глупое ожидание, но может этот мальчик, который всегда и всех отгораживал колючей изгородью из грубости, самолюбия, эгоизма и детской обиды решил измениться ради какой-то девчонки. Какой-то рыжей, неусидчивой, такой же как он сам, той, что сбежала в Стокгольм, сбежала сама же от себя, надеясь, что сбежит от него. Но нет… он измениться, но не ради нее. Ради себя.       Рыжие волосы переливались на солнце миллиардами оттенков. Каждый мог в них увидеть что-то свое. Эве Мун так надоели эти рыжие космы, что она отрезала их по плечи. В салоне, куда девушка заглянула после школы, мастер пошутила; «мол что, парень бросил?!» — было бы не так смешно, если бы этим парнем не был Крис, и, если бы бросили ее, а не она сбежала поджав хвост, оправдываясь тем, что не сможет пойти наперекор матери. Каждая думает, что с новой прической начинается новая жизнь — хороший способ обмануть себя и оправдать свои действия. — Здравствуйте! — ответа не последовало, постучав по столешнице бара спросила громче, — тут есть кто? — Да-да, сейчас, одну минуту, — послышался приятный голос где-то на кухне. Помещение было красивое. Коричневые стены, приглушенный свет, зеленые оконные рамы. Все будто обволакивало и казалось таким уютным, теплым и знакомым. Приятный аромат сандалового дерева напоминал любимый ресторанчик в Осло, куда она часто ходила что бы избежать готовки, а после и уборки… столики были расставлены блоками, «видно для удобства официантов» — подумала девушка, «и славно, проще запомнить». -Уже оценила кресла? -Да, будто кричат «эй, садись скорее, закажи выпить и расслабься», — сдерживая усмешку произнесла Эва. — Значит выпить и расслабиться? Что будешь? — О, нет, я совсем не за этим, — поправляя волосы и разворачиваясь лицом к источнику звука, уверенно сказала Эва. А вот теперь она растеряла всю свою уверенность. Эти голубые глаза… -Тогда… — недоумевая спросил юноша, — ты…- будто нарочно растягивая все слова и не прекращая зрительный контакт. -По объявлению, но не уверена, что все еще ищете нового официанта. Я видела вчера пост, но сегодня утром его уже не было. Не знаю, наверное, уже нашли кого-то. Ладно…- безостановочно болтала девчонка, стараясь как можно быстрее сбежать. Опять. -Да. -А, ну ладно, тогда я пойду, — от неловкости, она забыла все нормальные слова, совсем не понимала происходящее… — Постой же. Я не сказал, что мне не нужен новый работник. Я сказал да, а ты уже сбегаешь. Значит мне надо говорить тебе нет, чтобы ты оставалась? — и эта ухмылка, такая же как у него… — Эва, — протянула Мун девушка. -Трой. Тебе нет 18, я прав? -Да, это проблема? — еще напористей стала Эва. Ей нужна работа, и деньги. На билет, обратно. Домой. -Нет, но не смогу выпустить тебя на смены с важными большими мероприятиями, а жаль. Ты бы сорвала куш и была бы главным украшением этого месте, — без какого-либо румянца продолжал Трой. -Жаль, но могу подрабатывать уборщицей, мне нужна работа. Много работы. -Хорошо, место твое. Заполни бланк, там раздевалка, подбери себе форму. Логично, что ты школьница и будешь работать только во вторую смену, оно и лучше, больше посетителей. Чаевые делим на всех в конце смены, — он сдался. Понял, что так просто очаровать ее не получиться. Что ж, оно сегодня и к лучшему. -Спасибо, тогда до завтра! — мило улыбаясь, Мун помахала на прощанье и растворилась так же неожиданно, как пришла. -Как ураган… До завтра, Мун.       Она этого уже не слышала, она летела домой. Ну, или так хотела считать ее мать и Чэтль. Но что-то изменилось. После тех ледяных синих глаз, словно отпустило, словно лед приложили к багровеющему синяку, уменьшили больную опухоль.       Огни витрин переливались тысячами огней. Если сильно постараться можно заметить сходство любимого Осло со Стокгольмом, который совсем не радовал. Жизнь кипит, все куда-то спешат, бегут. Совсем не обращая внимания на окружающих и их красоту. Эва заскочила в книжный, купила пару новых книг, чтобы спастись от бессонницы и того кошмара, что будет твориться в ее голове, как только она решит все проблемы. Новые номера, чистка соцсетей и новые знакомые — вот, в чем она отчаянно убеждала себя и хваталась за подобный спасательный круг. Давайте признаемся, ее спасательный круг в Осло. Тот парень — та привычка и дикое желание, которым невозможно противостоять будь он рядом или за сотни километров.