Judas kiss

Когда она только вырывается из его рук и шарахается в сторону шага на три, в ее глазах шок и неверие. Зрачок дрожит, а ладони путаются в волосах, рискуя разом выдрать несколько прядей. Губы беззвучно шепчут "нет, нет..." Невра понимает, что сейчас она его даже не видит. Смотрит сквозь немигающим взглядом, в котором отчетливо зарождается паника. Осознание, что у нее отобрали всю жизнь... Он делает шаг навстречу. -Я... В первую секунду она как будто приходит в себя, а во вторую у него уже горит щека. Хлесткий звук отражается от стен вялым эхом. -Я заслужил... -ЗАТКНИСЬ!!! -Наш первый поцелуй не должен был стать таким... -Я ВЕЛЕЛА ТЕБЕ ЗАТКНУТЬСЯ!!! Он хочет сказать что-то еще, хоть как-то перед ней оправдаться, но в голове ни одной мысли. Разве за такое реально извиниться? Разве за такое возможно простить? Определенно никогда... Если до этого дня он периодически видел в ее глазах легкую тень неверия или настороженности, то сейчас там горит одна ненависть. Слепая, жестокая и беспощадная. Он как будто бы слышит все те обещания мучительной смерти, которые она желает ему у себя в голове. Наверное, не просто желает, а принимает в этом непосредственное участие. Невра сам не знает, но по рассказам стариков догадывается, что подобным взглядом на своих будущих жертв смотрели инквизиторы. И это, оказывается, очень страшно... Во рту пересыхает, а желудок скручивает. Сейчас он прилагает огромные усилия, чтобы не согнуться пополам у нее на глазах. Чувство, что он вот-вот выплюнет легкие, а заодно и парочку других органов. Но она на него уже даже не смотрит. Вылетает разъяренной фурией из лаборатории, и у Невры нет никакой возможности ее догнать. Ноги не слушаются, и, кажется, что он сейчас задохнется... "Что я наделал...?" *** Он сидит в самом дальнем углу их столовой и убийственным взглядом сверлит стену напротив. Перед вампиром полупустая бутылка эля и запачканная кружка. Он хочет забыться. Выкинуть всё из головы и просто отключиться, однако, мозг не дает хозяину подобной возможности. Услужливо восстанавливает в воображении сцену его предательства снова и снова. Да, это именно предательство, по-другому назвать не получится. Может, она никогда и не доверяла им всецело и безоговорочно, но такого удара в спину точно не ждала. Она ведь всегда всем говорила, как сильно скучает и хочет домой. "Это во благо гвардии,- повторяет про себя теневик уже, наверное, в сотый раз,- Мы не могли рисковать своими. Я поступил правильно. Совершенно правильно. Скоро она сама все поймет. Поймет, что это было необходимо, и смирится. Я с ней поговорю, и всё наладится... обязательно наладится..." Возможно, такой шанс, правда, есть, но почему же он сам в это почти не верит? Почему думает, что надо было искать другой выход до конца? Из-за спутанных мыслей Невра не замечает, в какой момент в столовой показывается Эзарель. Разбитый, вымотанный и унылый он медленно подходит к столу приятеля. -Она залепила Миико пощечину и заперлась у себя в комнате,- мрачно оповещает эльф, присаживаясь на свободный стул,- Керо и Валькион до сих пор пытаются с ней поговорить, но, как ты понимаешь, переговоры через запертую дверь пользы не приносят. Замок, конечно, можно выбить, но это лишь усугубит положение. Вампир как-то неопределенно хмыкает и наливает себе еще эля. В сложившейся ситуации он даже испытывает определенное удовлетворение и злорадство, что их комендантша все-таки тоже получила свое. Вполне возможно, что сегодня малышка осуществила мечту многих гвардейцев Ээля. За примером далеко ходить не надо, бывало, ему самому хотелось огреть Миико по лицу, чтобы хоть как-то привести в чувства. При одной мысли о начальнице, Невра чувствует, как внутри поднимается волна раздражения. И, надо отметить, не только на нее... -Почему она не попросила помочь тебя?- злобно шипит вампир, одновременно прикладываясь к наполненной кружке. -А? Что?- не понимает Эзарель. -С зельем,- поясняет теневик,- Почему не ты? Ты же лучший в алхимии. По логике выходит, что она должна была обратиться к тебе. На подобное заявление бровь у главы Абсента вопросительно изгибается. -То есть ты бы предпочел, чтобы она сейчас меня ненавидела?- возмущается он. -А что такого?- фыркает вампир,- Тебе же от этого ни жарко, ни холодно. Мог бы, и взять на себя эту роль, между прочим. Тебе не привыкать людей доводить. А ее особенно. Эльф в ответ почему-то молчит, и из-за этого у Невры закрадываются определенные подозрения. -Не понял! И с каких это пор она тебе нравится? На этот раз Эзарель уже брезгливо кривится и поднимается на ноги. -Ты пьян, мой друг,- раздражается он,- Сам не понимаешь, что несешь. -Ты не ответил на мой вопрос! -Почему я вообще должен отвечать на что-то подобное? -То есть, ты готов подтвердить, что она тебя не интересует? Как женщина? -Я не собираюсь ничего подтверждать или опровергать. Для начала протрезвей, тогда и поговорим. Может быть. И прежде, чем Невра успевает огрызнуться, эльф разворачивается и идет к выходу. "Хорошо устроились, гады!- про себя выругивается теневик, до боли стискивая кулак,- В курсе были все, а крайним оказался я! С какой вообще радости?!" Он залпом осушает остатки эля и с силой ударяет кружкой по столу. Перед глазами расстилается хмельной туман и слегка кружится голова. А еще его мутит. Парень зарывается ладонями в волосы и делает несколько глубоких вдохов, но тошнота никуда не уходит. Скорее даже усугубляется. На языке появляется противный горьковатый привкус, а губы почему-то начинает саднить. Пожалуй, еще никогда в жизни Невра не ненавидел окружающую действительность настолько сильно... Неожиданно на плечах чувствуются чьи-то посторонние руки, а до носа долетает сладковато-медовый запах духов. В первый момент вампир думает, что это последствия пьяного бреда. -А я соскучилась...- слышится возле уха ласковый шепот, сводящий к нулю все подозрения о нереальности,- Ты так давно меня не звал, что я решила сама подойти. Невра зажмуривается, воображая, что это сейчас могла быть она, хотя по голосу очевидно, что нет. Он поворачивается, и взгляд натыкается на ярко-зеленые глаза, с изумрудными искорками. У обнявшей его девушки короткие черные волосы, бледная кожа и красиво очерченные губы. А еще пара кошачьих ушей и длинный хвост. Ее зовут Неос, и иногда они с ней спят. -У меня завал из-за документации,- Невра называет первую попавшуюся отмазку, которая приходит в этот момент ему в голову,- Свободного времени не остается совсем. Девушка показательно цокает языком, при этом недовольно насупившись. -Ты капитан всей нашей гвардии,- замечает она,- Мог бы перепоручить это кому-нибудь другому. -Кому, например? -Например, Лайту или Адену. -А потом выслушивать очередные требованья о внеочередном отгуле? Спасибо, обойдусь. Неос выразительно надувает губы и, подавшись ближе, почти что касается своим носом его. -Но сейчас-то ты свободен?- интересуется она,- Или мне искать другие планы на вечер? Невра вздыхает и медленно встает на затекшие ноги, при этом слегка пошатываясь. Девушка чуть отстраняется и выжидающе смотрит на него. -Зачем?- парень только пожимает плечами,- Мы отлично проведем время вместе. Губы кошечки тянутся в сладкой улыбке, и она игриво проводит кончиком хвоста по бедру вампира. -Звучит заманчиво. *** Видеть Неос на собственной кровати вполне привычное дело. Как и ласкать ее гибкое тело своими руками. У нее теплая мягкая кожа и по-кошачьи шершавый язык, которым она хорошо управляется. Цепкие ноготки оставляют на спине ссадины, а хвост обвивается вокруг мужской талии, притягивая еще теснее. Кровь у нее вкусная и слегка вяжущая, а сама она вся легкая и податливая, не то, что та стерва с Земли... При одной мысли о чужестранке Невра чувствует, что сильнее возбуждается, и нетерпеливо подминает под себя Неос. Оставляет яркие засосы по покатым плечам, прикусывает шею и входит за один глубокий толчок. Кошка протяжно стонет, выгибается дугой и, крепко обняв капитана руками, страстно целует в приоткрытые губы. Невра с силой зажмуривает глаз и представляет на ее месте совершенно другую девушку. Воссоздает в своем воображении знакомый образ, вспоминает еле уловимый запах кожи и аккуратные хрупкие ладони, которые он пару раз сжимал своими пальцами, когда иноземка чего-то пугалась и позволяла взять себя за руку. Память рисует в голове изящную фигуру, кокетливую походку и лукавый взгляд. Все еще присутствующий в крови алкоголь подогревает фантазию, и, даже разорвав поцелуй и слегка приоткрыв веки, вампир видит под собой желанную человеческую девушку, которая блаженно стонет и беспомощно цепляется за его плечи. Обхватывает стройными ногами и с удовольствием подстраивается под быстрый темп. В темноте легко представить ее лицо и то обожание в глазах, на которое он рассчитывает. Парень даже не замечает, как одни только мысли провоцируют его на более грубые и частые толчки. Воздух в комнате постепенно нагревается, кожа покрывается легкой испариной, а простыни на кровати становятся влажными. Неос уже не просто стонет - кричит и мечется по подушкам в блаженном экстазе. А Невра задыхается и, стискивая зубы, глухо рычит, потому что сейчас ему до одурения хорошо. Никаких проблем, забот и сомнений. Лишь собственная фантазия и хороший секс. Дополнительный плюс - эта кошка позволяет в постели практически всё. Он может переворачивать ее на живот, заламывать руки или брать за волосы - против она не будет. Ей и самой подобное нравится. И все-таки, несмотря на это, вампир почему-то уверен, с чужестранкой ему бы было в сто раз лучше. Он не сомневается, если бы она его подпустила, они бы доставили друг другу массу удовольствия. Парень представляет, как бы сжимал ее бедра и грудь, кусал за шею и трахал бы всю ночь напролет. Так, чтобы у нее на утро обязательно дрожали ноги. Чтобы губы опухли от поцелуев... Из-за подобных картинок в голове Невра чувствует, что вот-вот кончит, но из-за того, что желаемое сейчас кажется таким реальным, он пытается сдержаться и продлить удовольствие. К сожалению, сделать этого не получается. У Неос неожиданно сжимаются мышцы, когда ее накрывает оргазм, и Невра, с протяжным стоном, кончает следом. На какое-то время из сознания вымываются абсолютно все мысли, и вампир устало придавливает девушку всем весом к кровати. *** Через плотно занавешенные шторы еле пробивается бледный свет от луны. Он лучом скользит по полу и стенам, создает причудливые образы и прячется по углам мрачной спальни. Невра считает тени, медленно ползущие по потолку, и старается не слушать легкого сопения Неос, уснувшей у него на левом плече. Гнетущие мысли, которые отпустили на время удовлетворения собственного тела, сейчас вернулись в полном объеме и еще отчетливее звучат в голове. Перед глазами опять стоит образ напуганной человеческой девочки, у которой он отнял надежду на будущее. Будущее, в ее родном мире. Вампир раздраженно хмыкает и, стараясь не будить любовницу, аккуратно выбирается из нагретой постели. Неос что-то возмущенно шипит, но не просыпается. Только переворачивается на другой бок и утыкается носом в подушку. Невра натягивает штаны и безрукавку. Обувает сапоги и идет к выходу, стараясь при этом не скрипеть дверью. Вопросы, куда он в это время собрался, ему абсолютно не нужны. *** Ночью знакомый коридор может показаться другим, но для вампиров, ориентирующихся в темноте лучше, чем при дневном свете, так даже удобнее. Он оказывается перед нужной дверью буквально через одну минуту и неуверенно мнется у порога, не зная, что делать дальше. Постучать? А если не ответит? Зайти? А вдруг уже спит? А если нет, то что он ей скажет? Разве она его послушает? Простит? С трудом верится. Скорее уж попытается выцарапать единственно-оставшийся глаз. И это еще при удачном раскладе. В худшем случае, сразу же потянется за оружием, выданным Хамоном. Невра глубоко вздыхает и нервно теребит в кармане дубликат ключа, чувствуя себя нерадивым мальчишкой, впервые пришедшим к девушке ночью. Опускает веки и прислушивается к тому, что происходит за дверью. Тихо... подозрительно тихо. Он не может различить даже легкое размеренное дыхание, какое бывает во время сна. Вампир недовольно хмурится и пытается уловить живое присутствие с другой стороны, но его интуиция почему-то молчит. Мокрыми от волнения ладонями он достает из кармана ключ и вставляет в замок. Поворачивает ровно два раза и медленно открывает дверь, про себя надеясь на лучшее, хотя в голове подозрения одно страшнее другого. В помещении стоит жуткий холод из-за раскрытого настежь окна, и еще пахнет влажным озоном. Шкаф перевернут вверх дном, и большая часть одежды разбросана по полу. Ни чужестранки, ни ее фамильяра в комнате нет...