в вечной осени

В вечной осени, мы с тобой в вечной осени. И плевать, что в Южном Парке всегда зима. На моих пальцах гниль, это все, что осталось. А на моём лице - твоя кровь. Ты так любезен, даришь её каждому встречному. - Почему, Кенни? - Чиркаю спичкой о коробок, но он отказывается давать мне огонь. Что ж, славно. - И где твои ноги? Здесь только половина. И какого черта на твоём лице эта ебучая улыбка? В вечной осени. И почему ты её так любил? А главное: заразил этим меня? За что я люблю осень? Я ведь даже не знаю. За что её можно любить? Как же это по-мудацки, наверное, курить, сидя на рабочих рельсах и думать о своей несчастной любви к осени. Мне вроде не нравятся в ней ни листочки, ни вся эта грязь, ни прозрачное серое небо, такое странное, будто это декорация. Сидеть на рабочих рельсах под руку с переполовиненным трупом, даже не заботясь о поисках нижней части твоего тщедушного тельца. А чёрт её знает, почему я должен её искать? Перед глазами не валяется, и на том спасибо. Тут хоть твоё лицо, можно хоть на что-то взглянуть. Поезда не едут, и дождь все не начинает идти, а ведь небо такое серое-серое. Почему не идут поезда? Меня ли они жалеют? Так напрасно, я не самоубийца, я успею отскочить. Просто интересно взглянуть, как это было, или не знаю... Природа вся охвачена такой красновато-бурой дымкой, остаточные следы почти минувшей осени. Скоро придёт зима. И скоро дождь сменится на крупный снег, скоро дети начнут метать чертовы снежки тут и там, и горе тому, кто осмелится попасть мне в голову. Скоро кончится осень, но я лелею надежду остаться в ней навсегда. Мы с ней особенные, мы созданы друг для друга, ты понимаешь меня, Маккормик? Но скоро она закончится, а я ещё больше зачерствею. Эта стерва меня из раза в раз кидает, но тут ничего не попишешь, я уже не в силах что-либо сделать. Это ведь не мозг решает, не разум, понимаешь! Это что-то внутри, я-то задушил бы эту гадину, если б только имел понятие, как. И ты - часть этой сраной осени. Я бы сам тебя убил, если бы в этом был смысл. Если бы это как-то повлияло. Ты прекрасно и без меня справляешься, как и во всем, пожалуй. Ты-то с ней останешься: в осени, помнишь? Навсегда. А я буду замерзать и ненавидеть, потому что я помню твоё лицо, хочу того или нет - я помню. Твоё мертвое лицо с застывшей на нем дерзкой ухмылкой. Я хочу быть вместе с тобой в нашей вечной осени. Но почему все опять так? Ты-то ведь как раз и составляешь всю мою обожаемую осень. Да пошло бы оно все нахуй, у меня больше нет ни сигарет, ни духа. Когда наконец пойдёт этот гребанный дождь? Когда уже поедут поезда? Черт, твои кости. Мне не нужны твои ебаные кости, пускай сгорят, лишь бы только не при мне. Когда ты уже сгинешь? Когда это все закончится?! Если я хочу уйти, то я должен отпустить твою руку, но... я лелею, все ещё лелею эту мечту. Вдруг мгновение остановится, и осень примет и меня? Но с неба наконец срываются первые капли, а вдалеке слышится пронзительный свист и стук массивных колёс о бедные рельсы. Время движется.