Не имея возможности выбрать

Кажется, они вернулись к началу. Естественно, память не сотрешь, но что поделать. Тсунаеши вновь вынужден жить со Скуало под одной крышей. Мама и не против вовсе, весьма в ее характере. Суперби самодовольно бродил по дому, а то и вовсе спокойненько врывался в комнату Тсуны, располагаясь на диване. Все это раздражало Десятого до чертиков. Он не мог не злиться, иногда даже уходя на улицу или к друзьям, чтобы немного остудить голову. Все-таки это не дело. Гокудера и Ямамото сочувственно слушали все, что рассказывал им друг, пытались поддержать или отвлечь от серых будней. И хотя смириться так просто Савада не мог, вернее ему это не удавалось, но спустя некоторое время приступов гнева или неконтролируемого потока мыслей типа «О-Боже-жизнь-ужасна-Когда-это-все-закончится» стало меньше. Наконец, Тсунаеши успокоился. Суперби лежал на диване перед телевизором. Наны дома не было, Тсуна все еще был в школе. Заняться было нечем, оставалось бесцельно прожигать часы свободного времени, тупо пялясь в потолок. Смотреть что-либо по телеку Скуало не хотел, от шумной коробки только головную боль получить можно и всего-то. Скуало сел, откидывая руки за спинку дивана. «Какого черта происходит? – Суперби прикрыл глаза. – Чем я занимаюсь? Что это за подчинение какому-то парнишке? Я ли это? Такое чувство, что от меня не осталось и следа. Заниматься подобными вещами… Что за бред вообще? И чего это я вдруг решил, что остаться рядом с Савадой – моя цель? Проще было бы плюнуть да вернуться, но нет же… Раздражает. Почему бы ему уже «не сломаться» поскорее и я спокойно выкину это из головы?» - Суперби тяжело выдохнул, после встал и поднялся по лестнице вверх, в комнату Тсунаеши. Дверь как обычно не заперта, внутри типичный бардак. Скуало подошел к столу, раскладывая по стопочкам тетради и книги. «Я определенно сошел с ума. Теперь еще и в прислуги затесался. Эта комната как параллельный мир – вообще не связана с остальной частью дома. Тут какой-то особенный бардак. – На столе покорно возвышались две аккуратно оставленные стопки. Скуало сел на кровать, упираясь рукой в подушку. – Странно как-то. Дурное чувство. Почему-то сразу вспоминается тот день…» - Скуало тяжело выдохнул и опустил голову. - Как он вообще может тут спать? – пробормотал он. - Вот именно. Что ты здесь делаешь? – Суперби был настолько поглощен раздумьями, что даже не заметил, как в комнату зашел Тсунаеши, поэтому Скуало вздрогнул от неожиданности. - Ничего особенного. С возвращением. – Настроение в комнате изменилось. Суперби был подавлен, а Тсунаеши не знал, что и делать. - Иди к себе. Я хочу переодеться. - Не избегай меня. Я знаю, что виноват перед тобой. Но я не могу оставить тебя в покое. Я не хочу, чтобы ты ненавидел меня. Но в то же время, одолевает желание взять тебя, подчинить себе и заставить смотреть только на меня. Хоть это и жестоко по отношению к тебе, я ничего не могу с собой поделать. Есть столько вещей, которые я хочу делать только с тобой. Я хочу подчинить тебя себе. – Скуало встал с кровати, подходя ближе к Саваде. После, прижал ошарашенного Тсунаеши к себе. На сей раз, Савада ухватился за футболку Суперби, утыкаясь лицом в грудь. - Прости, я наговорил столько всего. – Скуало отстранился от Савады, потрепал его волосы и вышел. Тсунаеши продолжал стоять посреди комнаты, смотря в никуда, с каждой секундой смущаясь все больше и больше. Щеки, и даже уши горели, сердце бешено колотилось, ноги отказывались держать. Савада упал на кровать, припадая лицом к подушке, все тело пробирала дрожь. «Д-дурак… Сказать все это… Чего он ожидает от меня?! Как будто я вот так просто возьму и кинусь в его объятия и предоставлю права на свой зад!» Теперь Тсунаеши чувствовал себя еще более странно и неловко, стараясь не пересекаться взглядом со Скуало. Каждый раз, когда он был рядом, Саваде становилось жарко, руки начинали дрожать, а лицо горело от смущения. И что волновало Тсуну больше всего, так это странные сны по ночам, которых он не помнил, но ощущения были неоднозначными. "Проблемы", конечно же, тоже не обошли его стороной, а бурная фантазия только подливала масло в огонь. Пару раз ему даже пришлось прошмыгнуть в ванну незамеченным и, утопая в океане смущения, стирать испачканное спермой белье. «Вообще-то это довольно странно, - начал мысль Тсунаеши на уроке японской литературы. – Почему же подобное начало происходить только сейчас, если мы сделали это почти месяц назад. – Савада вертел в руках ручку, сверля отсутствующим взглядом письменный стол учителя. – Ничего же не произошло, так почему все это происходит? – Вдруг лицо Тсунаеши искривилось от ужаса, и он обеими руками начал трепать волосы, - неужели он подсыпал что-то в мою еду?!» - Савада-сан, вы в порядке? – Послышался встревоженный голос учителя. - Д-да, простите, сенсей! – Тсунаеши как-то криво улыбнулся, но сидел уже спокойно. Мысль о том, что Скуало мог что-то с ним сделать, не покидала его сознание ни на минуту и все больше разрасталась, притягивая уж совсем нереальные события. Савада стал еще более подозрительным, и следил за действиями Суперби с удвоенной внимательностью. Хотя его поведение и было довольно-таки странным, но со стороны Суперби читалось в совершенно другом свете. Скуало думал, что теперь-то Савада по-настоящему в нем заинтересован, а значит можно переходить к более действенной тактике. Скуало не стеснялся раздеваться перед ним. На самом деле, он просто переодевался, хотя и знал, что Тсунаеши подглядывает. Просто делал это более эффектно, иногда подолгу ходил по комнате в одних штанах, или задумчиво куда-то смотрел, оставляя рубашку на руках, не одевая ее до конца. Скуало прекрасно знал, что его тело хорошо сложено, и что есть на что посмотреть. Иногда он собирал волосы в высокий хвост и шел в душ, бросая на смущенного Тсунаеши победные взгляды. «Он только подсматривает. Черт бы его побрал. Что я, опять, что ли, должен все брать в свои руки? Так если это произойдет, станет еще хуже, разве нет? Я и так уже кучу намеков сделал, а он вообще никак не реагирует! Врооой! Как же это раздражает!»

***

«Нет, никаких странных поступков за ним не замечал. Значит, ничего подозрительно я не ел. Тогда что же? Как же это все сложно!» - Тсунаеши шел в школу, совершенно не слушая разговаривающих с ним друзей. - Эй, Тсуна, ты вообще меня слышишь? – Такеши махал ладонью перед лицом Савады. - Джудайме! Вы в порядке? Этот чертов мечник ничего вам не сделал?! – Не на шутку разгорячился Гокудера. - Что? – Тсунаеши недоумевающе смотрел на друзей. – Простите, я просто задумался! - Мы говорили о том, что скоро контрольная по математике. - Чего?! – Вскрикнул Савада. - Вот и мы о том же, нужно подготовиться. Гокудера согласился помочь, да? – Ямамото как обычно довольно улыбался. - Если это поможет Джудайме, то как правая рука, я сделаю все, что смогу! – В глазах Хаято загорелся огонек уверенности и радости, что он сможет подольше побыть с Десятым. - Спасибо, Гокудера-кун, – Тсуна облегченно выдохнул, - тогда приходите сегодня ко мне после уроков. - Точно-точно! Джудайме, я объясню вам все с самого начала! Будьте уверены, вы сдадите! – Восторженно и уверенно говорил Гокудера, тихо про себя добавив: «А если нет, я подорву сенсея к чертям». Это был самый заурядный день, которых были тысячи. Ничего особенного, отличающего его от остальных, не произошло. И вот в который раз, Тсунаеши с друзьями идет к себе домой. Савада не знает, что может произойти, но, как говорится, надежда умирает последней... Надежда на спокойный день. Десятый открыл друзьям дверь и пригласил их зайти. С воодушевленным «Извините за вторжение», Такеши и Хаято прошли в дом. - Идите наверх, я принесу чего-нибудь попить. – Тсунаеши мило улыбнулся и пошел в кухню. - Слушай, если Скуало живет в доме Тсуны, значит мы его встретим? - Надеюсь, этого не произойдет. – Отмахнулся от друга Гокудера. – Вот и комната Джудайме. В комнате, на кровати Савады мирно спал Скуало. И судя по всему, прихода посторонних не заметил или просто не обратил на это внимания. - Ты… - Сначала тихо, потом постепенно переходя на крик начал Гокудера, - какого хрена ты тут разлегся?! Чертов нахлебник! Еще и на постели Десятого! - Мелочь… Хватит шуметь, я устал и хочу спать. – В голосе Суперби не было и намека на эмоции, видимо он и вправду устал. Скуало лениво махнул рукой и снова засопел. - Скуало-сан, идите в свою комнату! Вы будете нам мешать. – Теперь в комнату зашел сам Тсунаеши. - Решите свои проблемы в другом месте. - Вообще-то, это моя комната. Заходить сюда без разрешения – не культурно. Тем более спать. - Какой серьезный. Тсунаеши почему бы тебе не присоединиться ко мне? – Сквозь сон бормотал Скуало, перескакивая с японского на итальянский. Гокудера, который знал оба языка, пришел в бешенство, стягивая мирно лежащего Суперби на пол, а после толкая ногой в плечо. - Катись отсюда к чертовой бабушке! Не смей приставать к Джудайме! – Хаято действительно разозлился, а потому ругался на сонного парня с особой предвзятостью. Гокудера даже достал динамит, собираясь его поджечь. - Ус-успокойся, Гокудера-кун! – Вдруг закричал Савада, чувствуя что теряет контроль над ситуацией, хотя что говорить, он его и не имел. – Вспомни, где ты находишься. – Продолжал взывать к здравому смыслу друга Тсуна. И Хаято действительно затих на секунду, после, вмиг склонил голову, прося прощения за столь неуважительное зрелище. - Чертов мусор… - Проворчал Скуало на итальянском. Потом встал с пола, почесывая затылок и зевая. – Вы слишком шумные. – Суперби ушел, оставляя парней одних. - Ну что, начнем? – Беззаботно вписался в ситуацию Такеши, кажется, он даже успел достать книги и усесться поудобнее. Рядом с ним упал на пол и Гокудера, а потом и Тсуна. - Начнем с вот этой задачи… - Скомандовал Хаято, открывая учебник на странице 36. Друзьям ничего не оставалось, как последовать его примеру, и начать вникать в «пропущенный-мимо-ушей» материал.