Ловец снов

- Уверен, что сможешь жить с этим парнем под одной крышей?, - Ник стоял и лыбисля, оперевшись спиной на свой беленький каен, - у тебя даже газонная трава сохнет, а это прошу заметить почти сорняк, а о психованном ребенке я вообще молчу. - В сотый раз, он не психованный, - Эдвард из последних сил сохранял спокойствие. Нужно было просто нанять такси, а не просить о помощи господина скептика. В который раз он тихо проклял девицу из соседнего подъезда, которая не смогла бы нормально припарковаться даже посреди поля. - Ну да, я тоже в семнадцать лет вены резал. Слушай, тебя ведь постоянно нет дома, случись что с парнем – найдут на третьи сутки закоченевший труп, - Ник снова улыбнулся, только на этот раз совсем не весело. - В любом случае, отказаться я уже не могу, через 15 минут приедет его поезд, и что, я просто вручу ему обратный билет «папке привет!», - Эдвард вздохнул, прикладывая ладонь ко лбу, словно пытаясь унять головную боль, - парень столько пережил. Ясное дело такие вещи оставляют по себе последствия. Я сам как вспомню, в дрожь берет. От воспоминаний о звонке недельной давности у Эдварда пошел холодок по спине. До того ему казалось что он не из слабонервных, но та история, которую ему поведал старый друг, сосед из детства, была действительно ужасна. Потом его еще черт за ногу дернул просмотреть сводку о происшествие в интернете. Статья об аварии не дороге в пригороде была щедро приправлена фото. Покореженные куски метала, в которых было сложно распознать пассажирскую «газель» и BMW; одеяла и полиэтиленовые простыни, под которыми можно было распознать очертания человеческих тел, и… кровы, так много крови. На обломках автомобилей, дороге, руках и форме спасателей. На довольно живописной узкой дороге, петляющей между холмами и ручейками, молодой парень решил полихачить на новенькой отцовской X5. Мощный двигатель играючи разогнался до 200 километров в час, на которых горе-водитель поймал гвоздь, не справившись с управлением парень врезался в «газель», в которой 15 выпускников, местной школы ехали на отдых на турбазу, от удара оба авто слетели с дороги и скатились по склону около 30 метров… Большинство детей погибло на месте, двое умерло по дороге в больницу, оба водителя и еще 2 пассажира скончались в реанимации. Выжил только один парень, который, по словах спасателей, родился в рубашке. Он отделался царапинами, парой ушибов и вывихом плеча, к вечеру его уже выписали из больницы. О том, что час парень пробыл в обломках автомобиля, зажатый между трупами друзей никто не подумал. На следующий день после похорон одноклассников он порезал себе вены, но снова остался жив – родители вовремя его нашли… Именно этого паренька Эдвард сегодня утром встречал на вокзале. Родители надеялись что смена обстановки и ритм большого города помогут сыну пережить свое горе. - Эх, парень, - Ник похлопал друга по плечу и вздохнул, - ты слишком добр. - Пошли уже, прибытие объявили. Мужчины двинулись от парковки к центральному входу вокзала, к счастью Ник умудрился припарковаться почти напротив, что существенно сократит время на выезд в час пик. Через стеклянные витражные двери, прямо по огромному залу с кассами по навесному коридору, уставленному лавочками к выходу на платформы. Они выделялись из толпы, оба высокие, широкоплечие, с густой гривой светлых полос и серыми глазами, люди часто принимали их за братьев. Сейчас было время прибытия пригородных поездов и электричек, даже в простых, но точно сидящих по фигуре вещах они были словно два магнита для восторженных взглядах, таких не часто встретишь на вокзале, им больше подходят международные терминалы аэропортов. «Нужно было одеться попроще», Эдвард не очень любил чувствовать себя мартышкой в зоопарке, ситуация его нервировала. Ник напротив, шел спокойно, приподняв подбородок, словно дефилировал по подиуму. Мужчина окинул себя и друга взглядом. Одет он был в привычную для себя одежду, можно сказать рабочую – бежевые брюки с выглаженными стрелками (джинсы он не признавал) коричневая рубашка в тонкую бежевую полоску с короткими рукавами, расстегнута на несколько верхних пуговиц у шеи, коричневые пояс и туфли. Из аксессуаров он надел только неизменные золотые часы и коричневый кожаный плетеный браслет. Ник тоже оделся простенько, если это слово вообще можно было к нему применить, - почти белые вываренные джинсы с черным кожаным ремнем и футболку темно синего цвета, на треугольной горловине висели зеркальные «авиаторы», на правом запястье сверкала чешским стеклом модная шамбала. Поскольку он сегодня был за рулем, медовые пряди были подобраны черной резинкой. Встречающих на платформе было совсем не много. Поезд прибыл и платформу начали заполнять толпы народа с чемоданами и огромными сумками. Они обращались к друг другу, пытаясь перекричать шут от двигателей локомотива и людей рядом, громыхали багажом, маленькие колесики чемоданов, которые тащили по брусчатке напоминали отделенные пулеметные залпы. Вся эта пестрая толпа толкалась пробираясь к лестницам, посылала друг друга отборными матами словно от того насколько быстро они покинут платформу зависела их жизнь. Эдвард не на шутку испугался, что в этом хаосе не сможет найти парня, нужно было хоть номер мобильного взять. Но тут Ник толкнул его в плечо, головой кивая немного левей от места, куда смотрел мужчина. Посмотрев в указанном направлении первым что он заметил была пара огромных коричневых глаз, от худобы и бледности лица они становились еще выразительней. Эти глаза тоже смотрели на него, без интереса или восхищения, которые он обычно встречал во взглядах, обращенных на него. Два темных бездонных озера наполненных печалью. Эдвард понял, что перестал дышать, но никак не мог оторваться от этого завораживающего взгляда. Глубоко вдохнув и слегка мотнув головой, он все же смог отвести взгляд от этих глаз. В те несколько секунд пока парень преодолевал последние разделяющие их метры, Эдвард смог разглядеть его полностью. Среднего роста, худощавый и немного сутулый, взлохмаченные каштановые волосы почти касались ключиц. Одет парень был в потертые мешковатые синие джинсы, белую майну, сверху которой была наброшена байковая клетчатая рубашка, на ногах были потрепанные кеды. Простачек, но только на первый взгляд. Вот он подходит и почти с кошачьей грацией протягивает ему руку, простой жест наполнен едва ощутимым изяществом. - Эдвард Сергеевич? – поинтересовался парень, протягивая руку. Эдвард поежился, а Ника накрыло диким хохотом, - такое имя-отчество реально резало слух. - Давай просто «Эдвард»,- он пожал холодную ладонь парня, -а это Николя, можно просто Ник,- мужчина кивнул в сторону хихикающего друга. - Приятно познакомится, - Ник пожал ладонь парня,- а ты как я понимаю Святослав? - Лучше просто «Слава»,- парень сконфужено улыбнулся, на щеках выступил едва заметный румянец, он опустил глаза в землю, - Мне тоже приятно познакомится. - Давай я с вещами помогу, - Эдвард осмотрелся вокруг в поисках багажа парня. - Не стоит, я сам, - парень похлопал ладонью по небольшой спортивной сумке, висевшей у него на плече, которая, по всей видимости, составляла весь багаж парня. - Ну уж нет, не позволю гостю таскать тяжести, - улыбнувшись от протянут руку и снял сумку с плеча парня, - пошли к машине. Ник, возглавив шествие, стал ловко пробираться сквозь, успевшую заметно поредеть толпу, Эдвард и Слава пошли следом, мужчина старался идти немного позади. - Путь не близкий – сказал Эдвард, обращаясь к Славе, но так чтобы слышал и Ник, - ты наверно проголодался, может, по дороге заедем куда-нибудь позавтракать? - Думаю, то маленькое бистро на набережной будет в самый раз, - ответил Ник, оборачиваясь к Славе, - Там просто чудная выпечка по утрам! Ты любишь сладкое? - Да очень, - парень улыбнулся, - особенно выпечку. - Вот и славненько, - просиял мужчина, давненько я там не был. Девушки уже соскучится успели, наверно. Ник обернулся и, бормоча что-то, о какой-то официантке уже выходил на парковку. К счастью обошлось без происшествий, никто не рискнул заблокировать новенький порш. Слава слегка приоткрыл рот, поняв, на какой машине за ним приехал друг отца, но быстро взял себя в руки и почти невозмутимо уселся на задние сидение, куда Эдвард уже успел забросить его вещи. Все расселись по местам, хлопнули дверцы, Ник вставил ключ в замок зажигания, и машина ожила с тихим рычанием. Водитель прошелся пальцами по сенсорному монитору навигатора, задавая маршрут, включил видеорегистратор на лобовом стекле, щелкнул клавишу CD-проигрывателя и в салоне раздались аккорды знаменитой «It's my live». Машина тронулась с места. Всю дорогу Бон Джоуви распевал свои хиты в лирической аранжировке. Авто, как и полагалось уважающему себя поршу, двигалась ровно, с ловкостью, на первый взгляд не свойственной такой большой машине, лавируя в нескончаемом потоке автомобилей утреннего мегаполиса, встречая на пути преимущественно зеленый сигнал светофора. Эдвард то и дело наблюдал за Славой в зеркало заднего вида, казалось, юноша полностью был поглощен пейзажами, проплывающими за окнами авто. Сидел он прямо, немного сутулясь, руки лежали на коленях, из-под манжет сорочки виднелись края бежевых эластичных бинтов, прятавших шрамы, которые навсегда останутся на тонких запястьях. Вся одежда парня, это Эдвард успел отметить еще на вокзале, была словно на пару размеров больше – из-за всего случившегося он сильно исхудал. Сколько же должно пройти времени, чтобы этот ребенок смог жить дальше, той жизнью, которая была ему уготована, не случись той катастрофы? Неожиданно Слава оторвался от городского пейзажа, и его взгляд в зеркале заднего вида встретился с глазами Эдварда. Это случилось снова. Карие глаза словно поглощали его, он тонул в этот темной бездне в обрамлении по-девичьи длинных ресниц… Машина подпрыгнула на особо глубокой колдобине и мужнина смог оторвать взгляд от зеркала, он понял, что вновь перестал дышать. Что, черт возьми, с этим парнем, с этими огромными глазами? Давно с Эдвардом не случалось ничего подобного, но симптомы били очевидны. Он влюблялся в этого мальчишку, с которым не перекинулся и десятком фраз. Любовь с первого взгляда, подумать только. Это просто невозможно! Нет, нет и еще раз нет!